Глава 28

Участники турнира в растерянности переглядывались, пытаясь осознать, что же произошло на берегу озера. – И кто из нас опростоволосился? – спросил Натан, сложив изящные руки на груди. Темно-изумрудная шелковая рубашка обтягивала узкие плечи, в ярко-зеленых глазах отражалось возмущение. Себя наш гений явно к кандидатам на вылет не причислял. – Нам-то откуда знать? – пожал плечами Морис. – Ты сам видел, что действие яда проявилось отсрочено. Я при всем желании не вспомню, что именно ел тот парень. Натан посмотрел на моего напарника, как на дождевого червяка, выползшего во время ливня на дорогу. Презрение так из него и сочилось. – Тебя никто не спрашивает, бездарная деревенщина, – отмахнулся он от Мориса. – Ты даже готовить не умеешь. Меня интересует мнение поваров. Он принялся сверлить пронизывающим взглядом Аурелию, меня и Энзо с Клэр. – Чего уставился?! – не выдержала моя соседка. – Может, это ты напутал со своей сырой рыбой. Кто вообще подает рыбу без обработки? При наличии яда ее обязательно нужно готовить на огне. Так больше шансов вывести отраву. Натан расхохотался и процедил: – Безмозглая дура! Ты хоть один справочник по кулинарии прочла? Мы здесь готовим не на бабушкиной кухне. Его светлость Итьен Стаблис предоставляет нам самые редкие ингредиенты. Такие в целом мире не сыщешь. Я в отличие от вас всех это понимаю и знаю, как с настолько ценными продуктами обращаться. В моем блюде совершенно точно яда не было. Клэр побагровела и выпалила: – В нашем тоже! Мы все сделали в лучшем виде. Энзо положил ей на плечо огромную ладонь и пробасил: – Не волнуйся, горная дева. Герцог сейчас все объяснит. Лука выступил вперед и загородил собой Клэр от собственного напарника. – Ты бы попридержал язык, белобрысый, – с угрозой в голосе сказал он. – Нечего тут раньше времени разбирательства устраивать. – Тебя забыл спросить! – огрызнулся Натан, и его глаза засияли зеленью. Морис увлек меня в сторону и шепнул: – Олия, а что с нашим блюдом? Как думаешь, в нем был яд? – Нет, – безапелляционным тоном заявила я, но больше ничего добавлять не стала. Я не могла поделиться тайной герцога. Мне сначала требовалось самой во всем разобраться. – Откуда ты знаешь? – Морис уставился на меня с подозрением, словно прочитал крамольные мысли о Стаблисе. От необходимости отвечать меня избавило появление герцога в голубоватом вихре. Он застыл на возвышении и с невозмутимым видом объявил: – Второе испытание завершено. В следующий тур переходят все, кроме мадара Энзо и мадины Клэр. Завтра день отдыха, а затем будет третье испытание. Моя соседка зарыдала, Энзо и Лука попытались ее утешить, но она их оттолкнула и подбежала к герцогу. – Ваша светлость! Почему именно мы? Разве наше блюдо было отравлено? Мы же пробовали его перед самой подачей на стол! Стаблис посмотрел на нее с сожалением и ответил: – Все дело в морской траве. Ангулу вы приготовили верно, здесь вопросов нет. Но сочетание кисло-сладкого соуса с особым видом морской травы привело к тому, что выделился яд с отсроченным действием. Его в блюде оказалось немного, но есть люди с крайней восприимчивостью именно к нему. Мне жаль, но вам придется покинуть замок. Остальных прошу разойтись по комнатам. Клэр горько заплакала и прижалась к опечаленному Энзо. Участники турнира потянулись к выходу, но я не могла так просто уйти. Ведь совсем скоро соседка меня забудет. Я махнула Морису, давая понять, что задержусь, и подошла ближе к выбывшим. – Клэр, мне очень жаль. Если я могу что-то для тебя сделать, только скажи. Она вдруг отпрянула от Энзо, утерла рукавом мокрое лицо и яростно крикнула: – Довольна?! Пришла позлорадствовать? Это вы должны были вылететь! Это вам достался ядовитый брач, а перец еще больше усилил его свойства. Почему?! Почему вам удалось пройти в следующий тур? – Клэр…– выдавила я. Внезапная догадка пронзила сердце и наполнила душу болью. – Неужели это ты? Ты пыталась испортить мясо брача? Но почему? Зачем? Соседка уперла пухлые ладони в широкие бедра и с перекошенным от злости лицом выплюнула: – Да, это была я! И что? Почему ты считаешь, что можешь приехать на турнир из захудалой дыры и выступать вместе с теми, кто гораздо опытнее тебя, у кого были лучшие учителя, кому сами духи дали свое благословение? У меня не нашлось слов для ответа. Да и особого смысла в объяснениях я не видела. Только тягостное разочарование в девушке, которую я считала подругой, заволокло сознание и заставило краски солнечного летнего дня померкнуть. – Я… – попыталась я все же что-то сказать на прощание. – Олия, иди в свою комнату, – мягким, даже бережным тоном попросил герцог. – Мадару и мадине уже пора. Энзо покачал головой, сгреб рыдающую Клэр могучей рукой и с сожалением протянул: – Прости ее, маленькая сестра. Она не ведала, что творит. Иногда зависть глаза застит. Ты отличный повар, удачи тебе на турнире. – Спасибо, – отозвалась я, изобразив на лице вымученную улыбку. – До свидания, Энзо. Надеюсь, мы еще увидимся. – Все возможно, – кивнул он, уводя Клэр в сторону возникшего рядом с ними голубого тумана. – Духи предков непременно соединят тропы тех, кто дорожит друг другом. Они исчезли в дымке переноса, а я поплелась к выходу. – Олия, – окликнул меня Стаблис, и я обернулась. – Приходи сегодня вечером в библиотеку. В его разноцветных глазах отражалась душераздирающая мольба. У меня сжалось сердце, и я сказала: – Хорошо. Стаблис просиял и с искренней радостью ответил: – Я пришлю за тобой слугу. Он взмахнул серебристой тростью и исчез вслед за Энзо и Клэр, а я направилась в свою теперь уже личную комнату.