Торин вернулся

Поднявшись в свою комнату я долго сидела на кровати. Сжимала в руках термокружку и пыталась вспомнить, откуда она. Пробовала возродить в памяти моменты, когда использовала её. Но всплывали лишь обрывки настолько смутные и короткие, что вскоре я сдалась.

Темнота заполнила комнату, ведь небо затянуто тучами. И лишь редкие всполохи в облаках освещали комнату. Но свет я зажигать не стала, а собрала всё необходимое для купания. Несколько раз перепроверила, взяла ли мыло и полотенца с одеждой и покинула комнату.

В купальне уютно мерцали цветные огоньки, пар поднимался над каменными бассейнами. Почти полностью скрывал пещеру.

Для купания я выбрала дальний бассейн.

– Мика! Я пошла купаться, сюда не заходить!

– Больно надо, – за камнями зашуршало и белый комочек пронесся мимо.

– Надеюсь, сейчас ты единственный домовой в этом месте.

На ворчание никто не ответил, и тогда я наконец сбросила одежду и позволила себе расслабиться.

Мирную полудрёму прервал грохот за стеной. Что-то упало, покатилось.

– Вроде каменная стена, а слышимость как в панельке.

– Что такое “панелька”? – раздался хриплый голос из-за облаков пара. Несколько десятков кристаллов, что украшали стены, вспыхнули и засветились.

– Панелька? Не уверена… – я задумалась, откуда в голове это слово, а потом до меня дошло, что голос то мужской. – А вы кто?

– Тамарка, ты меня не узнала? – если голос казался незнакомым, то ворчливый тон точно принадлежал гному.

– Торин?

– А кто ж ещё? – засмеялся он. – Я вернулся.

– Почему не с почтовой повозкой?

– Семейная встреча.

– Повеселился? – пар сгустился, и я потянулась за мочалкой и мылом, уже не переживая, что меня могут увидеть.

– Устал. Эти тётушки с их разговорами и попытками познакомить с дочками, племянницами лучших подруг, нахваливая их… – Торин вздохнул, ударил кулаком в стену. – Но все прекрасно знают, чем это закончится.

– Все наследники проходят через подобное. Одни сдаются и выбирают кого-то из предложенных девиц, а другие продолжают борьбу.

Печальный смех гнома отразился от камней узкого коридора

– Я из тех, от кого девушки сбегают сами, – он тяжело вздохнул, а потом продолжил. – И это уже порядком надоело. Извини, не хотел беспокоить. Я пойду, проверю сундуки. Надеюсь, их занесли внутрь? А то там дождь.

– Вроде занесли… Не уверена, у нас тут было немного неспокойно. – и вновь мои слова никто не услышал.

Спокойно помывшись я вернулась в комнату. Внизу было темно, а дверь гнома плотно закрыта.

На моей кровати лежала стопочка с новой одеждой. Два платья, пара блузок, юбка и бриджи. У ножки стола нашлись две пары удобных мягких туфелек.

А ещё на столике оказался бумажный пакет, из которого знакомо и очень соблазнительно пахло. А рядом – большая чашка, полная горячего травяного чая.

– Приятного мне аппетита.

Совершенно не сдерживаясь и не обращая внимания на то, что сейчас ночь, ухитрилась умять две апельсиновых булки, некрасиво измазав руки сладкой глазурью.

Уснула я сразу и хорошо выспалась, несмотря на поздний ужин. Или благодаря ему?

Привычный легкий, размеренный стук в дверь раздался когда я уже надевала юбку.

– Тамарка, пора вставать!

– Я уже встала. Доброго утра, Торин. Можешь зайти, если хочешь.

Гном осторожно вошел. Быстро окинул взглядом комнату, улыбнулся, когда увидел пустую чашку и мятый пакет с остатками лакомства.

– Спасибо тебе за них, было вкусно.

– Мне показалось, они тебе понравились тогда.

– Ты прав, – я вышла из-за ширмы, поправила новенький яркий фартук, что был среди подаренных вещей. – И это всё тоже мне очень нравится, спасибо.

Мужчина чуть присвистнул и тут же подхватил меня под руку, подвел к зеркалу. Ничего не говоря взял расческу и стал приводить волосы в порядок. С огромным удовольствием он проводил гребешком по прядям, распутывая их. Потом так же аккуратно заплел две косы и завязал их новыми изумрудными ленточками.

Все это время я тоже молчала, просто наслаждаясь его теплыми прикосновениями. В голове крутилась вчерашняя фраза о том, что невесты сами отказываются от брака с ним. Но как может не нравится такой внимательный и добродушный мужчина? Ведь не то, что он полукровка было причиной?

Последней на голову опустилась белая косынка, отороченная кружевами.

– А это зачем?

Торин мечтательно улыбался, когда оценивал результат своих трудов. Руки его лежали на моих плечах.

– В городе заметил, поварихи в дорогих ресторанах такие носят… Думал тебя порадовать.

Я прищурилась, следя за ним через зеркало:

– Ты ко всем девушкам такой внимательный?

– Нет, ты первая. А теперь давай вниз, я соскучился по твоей стряпне. И очень голоден сейчас…

Я рассмеялась, выскользнула из его объятий и первой направилась к ступеням.

– Тамарка! Смотри какие тарелки! – прямо на столе сидел Микаэль. В его запутанной шевелюре торчали цветы, а на брюках виднелись белые пятна муки. В руках он держал две новеньких тарелки.

– А ну брысь со стола!

– Ты снова с нами? – Торин отреагировал на присутствие парня на кухне довольно спокойно. – Надолго?

– Не знаю.

Мика спрыгнул со стола и тут же споро стал сортировать новую посуду и расставлять её по местам.

– Это место всё больше похоже на дом, верно? Семейный дом.

– Действительно, – в окно я увидела парочку, спешащую к таверне. – Старшие – близнецы уже выросли и должны бы покинуть гнездо, но слишком любят матушкину стряпню. И младший – шалопай, вечно пропадает то на соседском заборе, то в дальнем поле, но покушать всегда прибежит домой.

Торин кивнул, чмокнул меня в щеку и ушел в главный зал – готовить его к открытию. Мика обхватил мою руку и умоляюще посмотрел в глаза:

– Мааам, а можно мне одну булочку?

– Конечно, малыш, – поддержала я игру. – Только поделись с братиками и оставь хоть одну маме к чаю.

– Спасибо! – домовой исчез и снова появился, уже держа в руках пакет с булочками. А вскоре на кухню зашли Рагард с Ригардом, и мы начали готовить завтрак.