Глава 44

— Вы… вы… с ума сошли?! Эту гадость ко мне тащить?!

Немного справившись с шоком, я накинулась дикой кошкой на обоих.

— А я говорил, не следует эту картину Авдотье Никифоровне везти, — поддержал меня Иван.

— А я говорил и повторю: для нас честь превыше всего. Сказано — вручить прямо в руки, значит, так и следует поступить.

— Немедленно уберите это отсюда, хоть сожгите, хоть выкиньте, а я этого видеть не желаю.

Спрятав картину за спину, Иннокентий Всеславович переминался с ноги на ногу.

— Еще что-то? — напряглась я.

— Записка прилагается, — виновато опустил он глаза.

— Сжечь! — не раздумывая, распорядилась я, стоя на почтительном расстоянии от опасной картины.

— Позволь прочитать перед тем, как сжечь? Ты же намеревалась найти этого Оникса. — вступился Иван.

Воспоминания нахлынули лавиной, и все нехорошие. Как меня обвинили в серии убийств, ночь в тюрьме, как набросилась безумная толпа, как я увидела эти картины у князя. Пережитое оказалось живым. И подтверждение пережитого, находясь в двух метрах от меня, продолжало пугать.

Но я ведь дома, в Москве. В безопасности. Иван рядом, прислуга. Это всего лишь отголосок прошлого, и следует его задавить, растоптать и вымести веником.

— Читай.

«Авдотья Никифоровна! Несмотря на то, что мы лично с вами не знакомы, до меня дошел слух, что вы интересуетесь моим творчеством. И в знак благодарности прошу принять эту картину в качестве подарка. О. Никс».

Дошел до него слух. Значит, он где-то рядом? Фу, гадость какая. Дышать с убийцей одним воздухом.

— Уберите это с глаз долой, — немного успокоившись, повторила я свое требование.

— Так, может, я Павлу Федоровичу покажу? — Пронырливый помощник сообразил, как деньжат с хозяина заполучить. — Написано-то вполне себе достойно.

Считай, картина досталась даром, и он предложит ее выкупить. Скажет, что это молодой перспективный художник, сошлется, что тот выставляется в Новгороде, и таким образом создаст ему репутацию.

— Делайте что хотите.

Меня совершенно не интересовала дальнейшая судьба картины. Лишь бы убийства в Москве не начались.

Повеселевший Иннокентий Всеславович откланялся, Иван вернулся к своим и моим делам, а я напилась чая и пошла с детьми на прогулку. Продышаться и выкинуть этот инцидент из головы.

Еще через два дня наконец-то нашлись строители, и я, оставив Лизу, совершенно здоровую, на попечении Наськи, поехала на переговоры.

Вновь увидев зияющую черноту дома, я тяжело вздохнула. Почти новый дом, а посмотри, какая беда с ним случилась. И баня новая…

Строители пришли вдвоем. Дородный крепкий мужик Прохор, судя по тому, что вел переговоры, он был за старшего. И рядом с ним второй такой же здоровый мужик Витек, как он сам представился.

— Хозяйка, скажу как есть. Дом не восстановить, потому как все балки прогорели, не на что крепить. Надобно этот сносить и новый строить.

Прохор не стал ходить вокруг да около, а как есть выдал всю правду.

Что и говорить, из меня словно воздух выпустили. Мало того, что по деньгам выстроить новый дом — это целое состояние, да еще и по срокам… До зимы точно не управиться. А где моя фабрика будет функционировать в момент постройки? Останавливать ее нельзя. Это же деньги, контракты.

— А нельзя обрезать тут и там, а в центре построить как бы дом и соединить его как-нибудь с этими двумя? — попыталась я внести предложение.

— Можно, конечно, и я уверен, что найдутся умельцы, что возьмутся за такое, только жить в таком доме опасно. Стенам цепляться не за что. Обрушиться могут в любой момент.

Не прокатило…

— Ну, хорошо, а если сносить и строить заново, это сколько по срокам?

— Тут, хозяйка, думать надо. Снести мы за неделю управимся. А дальше… Какой фундамент? Что вы желаете на месте этого дома? Сколько этажей? Из каких материалов? Если совсем уж грубо, то до следующих холодов управимся. В следующем году то есть.

Прохор говорил уверенно, со знанием дела и предельно честно, что мне сразу понравилось. Не стал юлить, а сказал как есть. К тому же он являлся какой-то дальней родней моего Василия, раньше прийти не мог — заказ доделывал. А как освободился, сразу ко мне. И получается, сейчас мне надо принимать решение. Либо соглашаться и нанимать их на работу, либо они пойдут искать следующий заказ, и неизвестно, что за люди придут им на смену.

— Сколько я могу подумать?

— Ну, пока мы отдыхаем, пару дней. А дальше будем наниматься к другим.

Так я и знала.

— Хорошо. Не более двух дней, и я дам ответ. В любом случае дам.

На прощание Прохор повторил:

— Хозяйка, не верьте, коли будут вас уговаривать, что дом восстановить можно. Обманут, пожалеете потом.

— Спасибо, Прохор.

Они ушли, а я собрала совет из Василия и Ивана. Главный вопрос на повестке — что делать с домом.

— Дорого это, новый дом… — начал Василий. — Но у вас договоренности и шали дорогие должны хороших денег принести.

Все это я и без него знаю.

— Куда на год переносить фабрику? Кто будет делать проект дома? Во сколько обойдется стройка? Это лишь малая часть вопросов и проблем.

— Фабрику можно ко мне, — внезапно предложил Иван, и мы с Василием обратились в слух.

— Женскую половину перегородить. Сделать дверь на улицу, вот вам и помещение. А остальное — я поспрашиваю, кто как строился.

Про женскую половину я, пожалуй, соглашусь. Одну комнату занимаем мы с Лизой, еще три — служанки. А остальное помещение стоит пустое. И его вполне можно перестроить, как предлагает Иван.

Допустим, нанять того же Прохора. Пусть он вначале дом Ивана перестроит, чтобы можно было туда фабрику перевезти, а затем уже за мой принимается.

Деньги. Как ни крути, нужен кредит. Я уверена, что мне его с радостью дадут, многие знают, что дела у меня идут хорошо. Но лезть в кабалу не хочется. За какой срок я смогу отдать долг? Опять все сводится к тому, что надо расширять сбыт, а вместе с ним и производство.