Глава 6. Вы не должны влюбляться в меня (Элис)

Элис

Я — его задание. Нет, если он флиртует, то это очень (очень!) плохо.

А если он говорит правду, то... все еще хуже. И его чрезвычайно обеспокоенный взгляд не склоняет меня к первому варианту.

Улучив несколько минут, я убегаю в подсобку и звоню Кейт. Как только гудки прекращаются, я сразу выпаливаю:

— Насколько хорошо ты знаешь Пола?

— О боги! — удивленно восклицает она. — Он что, все еще там?

Я закатываю глаза.

— Это долгая история, но да. Так насколько?

— Дэвид считает его своим лучшим другом.

— Он тоже удивился такому, назовем это, подкату? — тараторю я.

Кейт молчит.

— Да брось, что я не знаю, что вы уже все обсудили, Кейт! Муж и жена — одна сатана.

— Да, — вздыхает она. — Но он сказал, что Пол никогда не отличался оригинальностью. Работа с восьми до пяти, пять дней в неделю в офисе убивает любую фантазию.

— Кем он работает?

— Ой, я не знаю, — зевает Кейт, ей это явно не интересно. — Знаю, что скукота смертная. Ну скажи, что интересного в офисах в Трайбеке?

— Думаю, все же есть что-то.

— Из интересного у него только регулярные командировки, из-за которых он ни разу не приходил на наши встречи. Зато много, где побывал.

— С каких пор обычного клерка отправляют по штатам и странам? Если он такой неоригинальный и ничем не примечательный?

Я не могу остановиться, мне нужно за что-то зацепиться. Нужно заземлиться и почувствовать, что почва под ногами все же есть. Кейт отводит трубку от уха и что-то говорит мужу, а потом возвращается:

— Дэвид говорит, что Пола отправляют в командировки, потому что он один из неженатых сотрудников, которых чрезвычайно мало. Не семейный. А работает он... Кем? — она снова уточняет у Дэвида. — Аналитиком в консалтинговой фирме. И получает неплохие деньги.

Дыхание сбивается. Лучше и не скажешь. Идеально, чтобы замаскировать то, что лежит на самой поверхности.

— Накиньте мне еще какой-то информации, пожалуйста. Он с кем-то встречался при Дэвиде? Еще какие-то связи, родственники?

— Элис, ты меня пугаешь, что за допрос?

Я слышу, как в кофейню вновь кто-то зашел.

— Кейт! — молю я в трубку.

— Говорит, ничего. Пол ни с кем не встречался за это время. По крайней мере, Дэвид не знает. А про родителей они никогда не общались.

— Спасибо.

Я отключаюсь, пока Кейт продолжает пытаться что-то узнать у меня. Ей я обязательно все расскажу, но позже. Сначала я должна разобраться сама.

Несколько минут я наблюдаю за Полом, пока заканчиваю медовый латте с корицей и закрываю его крышкой. Пол читает какую-то книгу. Сегодня он практически не смотрит в телефон. И даже как будто бы не замечает, как я подхожу к нему.

— Мне нужна вся информация о вашем задании.

— Я не могу дать вам больше, Элис.

Его голос мягкий, но уверенный. Он мне не уступит, но это жутко раздражает. Особенно сейчас.

— Знаете, Пол, — я настроена решительно. — Вы почему-то нарушили политику конфиденциальности своей компании и доверились мне. А теперь, когда, оказалось, что ваше задание напрямую связано со мной, идете на попятную. Это нечестно.

— Я знаю, это выглядит странно, — морщится он и проводит рукой по волосам, — но дело в том, что я не не хочу дать вам больше информации. Я просто не могу.

— Как это? — недоуменно спрашиваю я.

— Все, что у меня есть — короткое сообщение от руководства с заданием, — он кладет руку на телефон. — Вот здесь. Но там только время, место встречи и наши имена.

Я тру переносицу, размышляя над его словами.

— Ошибки исключены, — продолжает он. — Это мы с вами. Пол и Элис. И эта кофейня. Поэтому я и решил, что вы...

— Тоже купидон, — фрагменты в голове складываются в какую-то цельную картинку.

— Верно.

— Но я не...

— Знаю, — кивает он. — Но должен все же спросить, вдруг вы были им, но забыли, потеряли память. Вы не ударялись головой несколько дней назад? Или, может, падали?

Закатываю глаза и демонстративно шиплю:

— Вы думаете, о таком можно забыть?

— Кто знает...

— Нет. Но слушайте, почему же вы не думаете, что имеется в виду какой-то другой Пол? Ну, с которым вы должны меня... свести?

— Потому что его нет уже вторые сутки. И руководство ответило мне, что единственное, что нужно сделать — найти вас. А остальное будет понятно.

— Ничего не понятно.

— И мне.

— А что говорит ваше... — я запинаюсь, — руководство?

— Оно, к сожалению, ушло в отпуск.

Моему удивлению нет предела. Брови так и взлетают вверх.

— Ушло. В. Отпуск. Прекрасно, — я саркастично усмехаюсь. — И что вы намерены делать?

— Особо планов у меня не было, так что... Буду где-то поблизости с вами, если вдруг появятся подробности.

С минуту я привожу себя в чувство. Я даже прошу у Пола телефон, и он, к моему удивлению, показывает мне последние сообщения от этого его руководства. К его присутствию в «Moment Zero» я как-то уже и привыкла, но я же не могу делать вид, что этой информации не было.

— Что прописано в ваших инструкциях на такой случай?

— Такого там нет, — улыбается он от усталости.

— Может, есть какой-то пункт со звездочкой?..

— Не-а. Элис, это какая-то внештатная ситуация.

— А мне что делать с этим всем? — вопрошаю я, и уголки моих губ тоже взлетают вверх.

Он несколько мгновений думает, разглядывая меня, а потом произносит:

— Просто будьте собой и занимайтесь кофейней. Время расставит все по местам.

Пол выглядит деловым и спокойным. Как ему это удается?

— Смотрите, только не нарушьте последнее свое правило, Пол, — выпаливаю я, чтобы сбить его дыхание, ну хоть немного. — Вы слишком легко перешагнули через первые два.

— М? — Пол вновь поднимает на меня холодные серые глаза.

Слишком спокойные. Как будто не живые. Хочу вывести его на эмоции еще. Не мне же одной недоумевать, возмущаться и смеяться невпопад?

— Вы не должны влюбляться в меня. А то придется искать новую работу!

И, довольная собой, я разворачиваюсь, но в ответ раздается:

— Вам же был нужен бариста. Или официант.

Я не поворачиваюсь, чтобы он не увидел, как по-идиотски я улыбаюсь.

А ведь действительно — нужен был.

***

Вечер пролетает быстро. В какой-то момент я понимаю, что я не думаю о Поле и всей этой странной ситуации, я просто настолько поглощена работой и вымотана, что в голове только рецепты кофе и цена на выпечку. Может, все же мне попросить у Пола помощи, раз уж он все равно здесь? И чем он таким важным там занят?

Только я нахожу его в толпе посетителей, как он перехватывает мой взгляд и улыбается. По-мальчишески, озорно и искренне. И это располагает. Если завтра никто не откликнется на объявление — а вероятность этого в Рождество близка к нулю, то я переступлю через себя и обращусь к нему. Он мне должен за все это недоразумение.

Когда последний клиент уходит, и я закрываю кофейню изнутри, Пол встает и подходит ко мне.

— Ну что, какой счет сегодня?

Я моргаю в попытках прочитать его мысли.

— Американо против капучино.

— Откуда вы... Только не говорите, что вы еще мысли читаете? — испуганно произношу я, пытаясь задним числом откатить обратно все, что было в моей голове.

— И это тоже, но в этот раз все сильно проще.

И Пол указывает мне на меловую доску рядом с сиропами. «Элис, ты заработалась».

— Ах да... тридцать три против двадцати.

— Ура!

— Завтра буду поить вас всеми этими интересными напитками, — я в предвкушении вскидываю подбородок (не очень радостно). — Так что даже не надейтесь завтра на победу американо, а то вы сегодня отдали ему целых три очка. Но больше не в его касте.

— Почему же?

— Потому что я видела, каким было ваше лицо, когда вы пили мой фирменный капучино.

Он цокнул и отвернулся.

— Что ж, если другого выхода нет, придется пробовать что-то новое. Особенно если старые алгоритмы перестали работать.

— Точно, — согласно киваю я и вывожу счет на доске. — А вы мои мысли тоже читаете? Только честно.

Чувствую, что Пол всерьез раздумывает над ответом. Обычно он отвечает в лоб, почти сразу, но не здесь. И это заставляет понервничать.

— Я читаю мысли всех. Кроме таких же купидонов, как и я. Но ваши не могу прочесть.

— Еще одна загадка без ответа, — пожимаю я плечами, но в тайне радуюсь и чуть сжимаю фартук.

— Пока без ответа, — тихо произносит Пол и принимается задвигать стулья.

В то время, как он молча делает мою работу, я мою посуду, а после складываю часть оставшихся бейглов и пирожных и пытаюсь прошмыгнуть за его спиной на улицу. Но даже с играющей музыкой это бесполезно. Пол вычисляет меня сразу и поворачивается.

— Элис?.. Хотите запереть меня здесь и вызвать копов?

И тут он замечает контейнеры в моих руках. Он молча переводит взгляд с них на меня и обратно. Не знаю, почему я не хочу говорить ему о том, что собираюсь сделать. Может, думаю, что такой успешный мужчина, одетый с иголочки и явно знающий себе цену, меня просто не поймет.

— Ха-ха. Но вообще... — протяжно размышляю я, — чем не идея?

— Так?

— Это Чейзу. Моему другу... — и просто быстро прошмыгиваю за дверь под удивленный взгляд Пола.

Это моя кофейня. Это мои правила. Но почему я тогда чувствую, будто нашкодила?

Чейз, как обычно, ждет меня на углу квартала.

— Элис, спасибо, — он прижимает контейнеры к себе как самое дорогое. — Боже, как мне повезло с тобой. Я даже не рассчитывал на твою доброту, но я все тебе верну, когда встану на ноги.

Каждый вечер у меня глаза на мокром месте.

— Чейз, — шепчу я, касаясь его руки, — все в порядке. Эту еду все равно уже никто не купит. Селин и Саре понравится то, что я положила. И, смотри, — я киваю на маленький контейнер, — сегодня марципановые сердечки в фиолетовой глазури. Малышка их обожает.

— Ты — ангел.

Чейз мнется, не решаясь обнять меня, поэтому я делаю это сама.

Да, у него непростые времена. Кому, как не мне, знать, чего стоит удержаться на плаву в Нью-Йорке?

— Все наладится, Чейз.

Он только сглатывает и сильнее сжимает меня в объятиях.

Когда я возвращаюсь, Пол начинает разговор первым:

— Элис, он — бездомный. Это может быть опасно. А если он привыкнет, наверное, уже привык, и будет воспринимать это как должное, что тогда?

— Чейз не такой. У него все наладится, — заверяю Пола я, стараясь не думать о том, что тот шпионил за мной.

Впервые я вижу его взволнованным и негодующим. Прядь челки отделилась от всей прически и теперь лезет ему в глаза.

— Откуда вы знаете?

— А вы откуда знаете, что он — бездомный? — все же вырывается у меня.

— Я читаю мысли, уже забыли?

Хмыкаю.

— Конечно.

— Не стоит с ним связываться. Особенно такой молодой хрупкой девушке, как вы.

Я гипнотизирую его взглядом, а через несколько мгновений слова сами срываются с языка:

— Все, что вы успели узнать — это сухая информация. Как и все ваши инструкции и правила. Это обертка, по которой вы судите, не удосуживаясь заглянуть внутрь. Чейз — не просто бездомный. Он мой первый постоянный клиент. Один из тех, кто поверил в меня пять лет назад, когда всего этого, — обвожу взглядом кофейню, — еще не было. Была маленькая кофейня, далеко отсюда. Непривлекательная и не способная выжить в тех обстоятельствах бизнес-модель, которую мы потом переделали. Но Чейз поверил в нас. В меня. Иногда нужно довериться чувствам и разговаривать с людьми, чтобы сформировать свое мнение. А не просто судить по обложке. Вас этому не учат в вашей консалтинговой фирме?

Пол молчит, а его открытый в изумлении от произнесенного мною монолога рот медленно захлопывается. Так-то.

— Простите, я не знал...

— Вот именно. Вы не знали. И не пытались узнать.

Десять минут мы молчим, я убираю рабочее место, мою кофемашину и собираю мусор. Пол виновато подметает пол, хотя его об этом никто не просил.

— Вы придете завтра утром? — решаюсь спросить я, надевая куртку.

— Да.

— Отлично. Жду вас к семи утра. Будем развивать навыки коммуникации. Мне нужен помощник, а вам нужно заново научиться общаться с людьми.

Когда этому учиться, как не в Рождество, да? Меньше шансов, что что-то пойдет не так, ведь все добры и расположены к общению. Может, он и купидон и очень крут в своем мире, но иногда нужно все-таки спуститься на землю, чтобы провести сверку ценностей. Ведь нельзя же вершить судьбы людей, видя только цифры без чувств?