Глава 7. Брайан (Пол)

Пол

«Пол, ты, вероятно, сошел с ума, раз согласился подработать в Рождество».

В половину пятого уже испробовал все попытки уснуть и наконец поднялся с постели. Не помню, чтобы у меня были проблемы со сном за то время, что я купидон. Последний раз меня мучила бессонница в тот самый год, когда умерли дед и бабушка. Но здесь совсем другое.

Шатаясь по квартире, как призрак, я вдруг резко осознал, что все вокруг меня безжизненное и пустое. Может, я так давно не занимался своей жизнью, помогая другим? Вся квартира была какой-то холодной, будто не знакомой, как будто здесь давно никто не жил, хотя я бывал тут практически ежедневно. Я выглянул в окно. Даже рано утром Нью-Йорк уже сияет праздничными огнями, призывая мечтать. Здесь же, в радиусе пяти метров от меня уныло и тоскливо — никакого праздника. И это вполне закономерно, ведь я никогда не был на Рождество дома. Дело же в этом, да?

Или все дело в Элис. Я настолько привык к желтой гирлянде в ее кофейне, что как будто мне даже захотелось повесить такую дома. Бред. Сам не заметил, как быстро умылся и оделся. Может, мне даже не хватает самой Элис. Вот это еще страннее. Наверное, потому что я так давно ни с кем не общался честно и открыто, что это подкупает и расслабляет. И этого хочется еще. Выходит, не зря существуют правила...

В кофейню я прихожу к шести часам. Дверь закрыта, но горит тусклый теплый свет, и через рождественский венок на двери я вижу, как Элис готовит что-то на столе, пританцовывая и напевая. Забавная она все-таки!

Объявления о вакансии больше нет, и это странным образом меня успокаивает. Я боюсь спугнуть девушку, поэтому стучусь тихонько, но она все равно подпрыгивает и испуганно вглядывается в улицу за стеклом. Приветливо машу ей рукой. Все это так неестественно. Я в маленькой кофейне в шесть утра радостно машу девушке, которую знаю пару дней. «Убери эту улыбочку, Пол. Что с тобой? Соберись.»

Но улыбка все равно прорывается наружу вновь, когда Элис впускает меня внутрь с ехидным замечанием:

— Так бы сразу и сказали, что вам работа нужна, Пол. А то «купидон», «купидон». Вон как рано пришли!

— Практически не спал и решил помочь, — обосновываю я свое раннее появление и стягиваю куртку. — А вы как?

— Не ложилась вообще. Не стала даже пытаться.

— А вы отчаянная, Элис, — ухмыляюсь я, перебирая фартуки в маленькой комнатке.

— Нет, просто возложила надежду на кофе и то, что это последний активный рабочий день, Пол, — откровенничает она, а поток вытягивает мне один из фартуков. — Возьмите этот.

Надеваю фартук, соображая, как его завязать.

— Побудете сегодня Брайаном, — шутит Элис. — Он работал у меня пару месяцев назад.

Ее слова останавливают меня. Руки сами по себе начинают трястись, и я еле-как дотягиваюсь до бейджа на груди. Сегодня я буду Брайаном. А еще меня так звали первые двадцать лет моей жизни. Удивительное совпа... Совпадение. Эта мысль бьет по мне слишком резко, и я бросаю быстрый сканирующий взгляд на Элис и улицу. Элис как ни в чем не бывало раскатывает тесто, а за окном — пустота, только снег метет, и больше никого.

В голове настойчиво твердит голос: «Совпадений не бывает.» Но я должен выбросить эту мысль, потому что никто не может вершить судьбы самих купидонов. И через мгновение эта мысль улетает так же быстро, как и прилетела, когда Элис воодушевленно протягивает мне скалку и нарезку из ветчины и сыра для круассанов.

— Я покажу, что делать, — отвечая на мой немой вопрос, произносит она. — И, думаю, нам стоит перейти на «ты». У нас сегодня чрезвычайно много работы.

— Есть, босс, — соглашаюсь я и принимаюсь за работу.

Через четверть часа Элис одобрительно кивает, осмотрев круассаны, и ставит их в духовку. Затем она включает кофемашину, подставляет две кружки и резко разворачивается ко мне.

— У меня к тебе вопрос, Пол, — не дожидаясь моего ответа, она продолжает: — Вчера ты мне сказал, что умеешь читать мысли.

Я киваю.

— Докажи.

— Как ты проверишь, правду я говорю или нет? — хмурюсь я, оглядывая кофейню. — Нас здесь всего двое, а твои мысли — исключение.

— Я все продумала, — воодушевленно произносит девушка, а взгляд веселый и хитрый. — Устроим что-то типа музыкальной викторины. Я попрошу трех клиентов написать по песне на бумажке...

— А я тебе их назову? — заканчиваю я.

— Неееет, — медленно качает она головой. — Не просто назовешь, ты их включишь на колонке.

Я внимательно наблюдаю за ней, опираясь на столешницу и сложив руки на груди.

— Ну телепатия — это, конечно, круто, — она прищуривается, — но это же не все твои способности. Если ты тот, за кого себя выдаешь, то у тебя однозначно в арсенале есть еще какие-то трюки.

— Например? — хмыкаю я, сдерживая улыбку.

Она слишком проницательна. Интересно, что сейчас придет ей в голову. Пожалуй, я мог бы даже предположить...

— Признаюсь честно, я довольно много думала о тебе и твоих словах, — Элис не смотрит на меня, готовит нам кофейные напитки, и это спасает ее от моего внимательного взгляда в этот момент. — И пришла к выводу, что ты умеешь не только читать мысли, но и побуждать людей к действию, а еще... подстраивать всякие неслучайные случайности, — она берет последние слова в кавычки пальцами. — По типу встречи твоих клиентов в одно время в одном месте. Я права?

— Да, — коротко отвечаю я, но все же спустя секунду решаюсь продолжить: — Еще в моем арсенале есть несколько талонов на «любовь с первого взгляда» и остановка времени на несколько минут, если вдруг что-то идет не так.

Элис задумывается и делает глоток.

— Все это очень интересно, и я уверена, ты мне об этом еще расскажешь, но сейчас, — она кладет передо мной меню напитков и краткую подсказку по ингредиентам, — Нам еще надо разобраться с этим.

— А что с песнями?

— Первые три клиента выбирают композиции. Тебе же не нужен пароль от вай-фая, чтобы управлять колонкой?

— Нет, конечно, нет, — смеюсь я в голос и принимаюсь изучать меню.

Утро будет интересным. Что еще придумает Элис, чтобы проверить мои способности? Это будет довольно забавно, потому что я в себе уверен на сто процентов. Пожалуй, я даже очень хочу увидеть ее удивленное лицо на каждой из песен! Это дорогого стоит.

Я тоже делаю глоток кофе, и этот напиток совсем не похож на то, что я обычно пью.

— Что это? — я смотрю на кофе через прозрачный стакан.

— Латте с белым шоколадом, — отвечает Элис, выкладывая приготовленные до меня вкусности на прилавок. — Ты ведь любишь шоколад.

Она делает акцент на последнем слове, явно отсылая меня к тому синнабону, который был слишком уж вкусным. Я отворачиваюсь, понимая, что я не один тут такой наблюдательный. А она делает это без всяких способностей.

— Да... Спасибо, Элис. Вкусно.

Когда приходит первый клиент, Элис принимает заказ и коротко объясняет мне, как пользоваться кофемашиной. Я схватываю на лету. Пока готовлю латте и замешиваю в него халву, рассуждаю о том, кто это вообще пьет. И зачем. Отдаю напиток девушке, которая мило улыбается мне и смущенно принимает стакан. Она думает о том, чтобы зайти сюда вечером на обратном пути с работы и оставить мне свой номер.

— Ты ей понравился, — Элис резюмирует визит первого клиента.

— Не, не думаю, — зачем-то вру я.

— Ты же знаешь, о чем она думала, Пол.

— О том, что ее бывшего, который изменил ей дважды, тоже звали Брайаном, и она не наступит не совершит одну ошибку дважды.

Элис долго вглядывается в меня. Раскусит или нет? А потом она вдруг выдает:

— Ну вот, а говоришь, люди не учатся на своих ошибках.

Пожалуй, не стоит ей говорить...

Я вспоминаю про наш уговор и достаю из мыслей девушки песню. Ничего примечательного, типичная рождественская песня: про волшебство, любовь и счастье. Включаю, а Элис разворачивает бумажку.

— Ну это понятно, — пожимает она плечами. — Тут и телепатом быть не нужно. Mariah Carey — All I want for Christmas is you. Скучно.

Так стоп. А где удивление и восхищение? Где поднятые брови и приоткрытые в изумлении губы? Хм.

Второй клиент заходит как раз тогда, когда я занят выгрузкой из духовки второй партии бейглов, поэтому я его не вижу, только слушаю. Я могу повернуться, но не хочу: усложню себе задачу.

«Элис, ты чертовски красива сегодня. Если ты положишь мне в подарок розовое марципановое сердечко, как обычно, я приглашу тебя на свидание.»

Внутри что-то неприятно сжимается. Парня зовут Майк, и он несколько месяцев приходит сюда ежедневно, но никак не решается пригласить Элис. Я оборачиваюсь. Он вроде ничего, но совсем не тот, кто нужен Элис. Ей нужен кто-то более решительный и уверенный в себе. Так мне кажется, исходя из моего опыта.

— Майк, напиши, пожалуйста, название первой песни, которая приходит тебе в голову, — щебечет Элис.

Знать бы, что у нее в голове происходит. Я веду головой в их сторону. Майк выводит аккуратным почерком название и сворачивает бумажку.

— Элис, мне тут нужна твоя помощь, посмотри, готовы ли бейглы...

Да что со мной? Это само выскакивает изо рта, а я, дружелюбно улыбаясь Майку, кладу рядом с его кофе имбирный пряник. «Парень, Элис не для тебя.» Мы встречаемся взглядами, Майк забирает кофе с пряником и вяло улыбается мне.

— С Рождеством!

Это моя самая широкая улыбка за последнее время.

— Пол, они готовы. Можно не проверять, тайминг проверен миллион раз уже. Я всегда кладу Майку сердечко.

— Я знаю.

Элис застревает на мне взглядом.

— Но ты положил пряник.

— Да.

Выдерживаю ее серьезный взгляд с прищуром.

— Ладно, у тебя какой-то свой план, допустим, — медленно произносит она. — Диджей, ставь пластинку.

Я включаю песню по заказу Майка, его выбор изменить я не могу. Орган врывается в кофейню неожиданно даже для меня, а потом растворяется в совершенно спокойной мелодии Coldplay — Fix you.

— Это… неожиданно. Я бы никогда не подумала, что у него в голове именно это, — Элис удивленно переводит взгляд с бумажки на меня и обратно. — Похоже, он в кого-то влюблен...

— Похоже на то, — я сохраняю голос ровным, а взгляд равнодушным.

— Положу в следующий раз ему два сердечка... — задумчиво произносит Элис, совсем не подозревая, что одно из них Майк с радостью отдал бы ей обратно, и не только это пирожное, но и свое настоящее сердце. — Ладно, Пол, признаюсь, это уже аномально. И немного пугает. Но все еще может быть совпадением.

— Совпадений не существует, — вновь повторяю я, но спотыкаюсь на факте этого чертового бейджика на груди.

— Посмотрим, — коротко бросает Элис и расплывается в улыбке новой гостье. — Сделай пока классический капучино с корицей в большой стакан.

Молодая темноволосая девушка в наушниках, вязаной шапке с помпоном и фиолетовым шарфом до пола приносит с собой уличный ветер и смех. Она весела, у нее прекрасное настроение, она сегодня улетает домой на праздники. Лиз передает Элис маленькую коробочку, перевязанную красной лентой, и поздравляет с Рождеством. Мои губы невольно расплываются в улыбке от этого жеста и настроения, которым невозможно не зарядиться.

— Ваш капучино с корицей, Лиз, — я накрываю крышкой стакан и вставляю трубочку.

Девушка удивленно смотрит на меня.

— Мой стажер, Брайан, — знакомит нас Элис.

— Брайану респект за то, что знает все твоих клиентов по именам, — хвалит меня Лиз, разговаривая с Элис.

Третьей композицией я включаю Olivia Rodrigo — Good 4 you.

— Как ты, черт возьми, это делаешь? — вопрошает Элис.

— Теперь ты не сомневаешься? Не думаешь ли ты, что это МОЙ музыкальный вкус?

— Ну ни в чем нельзя быть уверенной на сто процентов, но... Ты ведь назвал ее имя. Пол, это невероятно!

Глаза Элис горят в восхищении, она сама не замечает, как наматывает прядь волос у лица на палец. Сегодня она не стала собирать волосы в хвост, а лишь слегка заколола их сзади бантом. И теперь они как морские волны растекаются по ее плечам. Она выглядит очаровательно.

«Пол, какие волны вообще? Какое «очаровательно»?.. Это все странные напитки Элис, в которые она явно что-то добавляет. Свари себе американо и остынь.»

— Ладно, — продолжает Элис, — ты отгадал песни. И я тебе верю, но слишком уж меня раздражает твое самодовольное лицо.

— Вот спасибо!

— Нет, правда. Я не понимаю, как можно быть таким самоуверенным. Ты ведь даже не допускаешь вероятности своей ошибки.

— Верно.

Элис наклоняет голову набок и складывает руки на груди:

— Сколько раз за свою карьеру купидоном ты ошибался?

— В работе я — отличник до мозга костей, Элис. Никогда, — гордо произношу я.

— Такого не бывает, Пол. Все ошибаются, и это нормально. Не стесняйся.

Она смеется надо мной?

— Я — нет, — повторяю я уже жестче.

— Почему ты так думаешь?

Серьезно? У нее какие-то сомнения?

— Потому что меня ни разу не вызывало руководство, и я дослужился до пятого, высшего, уровня, что удается не каждому.

—Ты сам говорил, что вы совершаете ошибки.

— Все, но не я, — довольно повторяю я, допивая свой кофе. — Я слишком хорошо знаю материал, инструкции и выработал свои собственные тактики, которые всегда работают.

— Вот это и бесит. Раз уж ты спустился с небес на землю в буквальном смысле, — она довольно улыбается своей метафоре, — то я хочу еще и фигурально опустить тебя. Я тебе докажу, что ты не прав. Докажу, что ты не разбираешься в людях, даже если умеешь читать их мысли. Мысли и факты из базы — этого мало, чтобы узнать что-то стоящее о человеке. Готов принять поражение?

Я с вызовом вздергиваю подбородок, но равнодушно произношу:

— Можешь попробовать, Элис, если тебе так этого хочется.

Мне нечего бояться, я в себе не сомневаюсь ни на процент, что бы там Элис не придумала. Эта девушка решила, видимо, провести эксперименты на мне. И, так и быть, я позволю ей это сделать, но только потому, что очень сильно хочу еще раз увидеть ее удивление и почувствовать свое превосходство.