25. Стратегическое отступление

В палатке меня ждала Дора.

— Уезжаешь, — констатировала она, видя, как споро я начинаю паковать свои пожитки.

— Уверена, мы еще встретимся, — пообещала я.

— Конечно! Тебе обязательно нужно сдать академический минимум и подтянуть знания! — горячо заговорила Дора, беря меня за плечи и разворачивая к себе. — Такие способности нельзя зарывать в землю! И если решишь защищать диплом — обещай, что будешь делать это только со мной!

— Обещаю, — рассмеялась я.

Как обычно, Дора не отпустила меня с пустыми руками. Во-первых, у нее имелся стратегический запас вкусняшек (люблю ее все сильнее!), а во-вторых, косметичка со всем содержимым была торжественно вручена мне в качестве подарка.

— А то ты себе никогда сама не купишь. — Дора сморгнула выступившие слезинки, да и я поняла, как мне будет ее не хватать.

И не только ее.

Ночью нас ждал традиционный костер. Собрались все некроманты, подтянулись боевики, из крепости пришли Рэм с Грегом, который вначале долго мялся, но потом все-таки подсел к Доре и достал приготовленный подарок.

Дальше я не смотрела, но ее восторги слышала. И немного завидовала.

Уверена, у них все наладится. А когда Грег расскажет ей о себе правду — точно наладится. Все-таки честность и искренность в отношениях — самое главное. А еще научный интерес и тяга к познанию…

Рэм принес какой-то струнный инструмент из крепости и, заметно смущаясь, принялся на нем играть. Начал с перебора струн, затем пошли легкие мелодии, а после и веселые песенки, которые он пел весьма неплохо, а уж вместе с целым хором подпевающих голосов — и вовсе хорошо.

— Не знала, что ты умеешь играть и петь, — обратилась я к нему, когда Рэм взял передышку, а кто-то из боевиков перехватил инструмент.

— Это мама. — Рэм покраснел до кончиков ушей. — Считала, я должен быть всесторонне развитым.

Ну да, приличный мальчик из хорошей семьи.

Сдержать усмешку у меня не получилось, и Рэм смутился еще сильнее.

— Мама все правильно говорит, — я хлопнула его по плечу. — Видишь, ты уже местная знаменитость.

Песни у боевиков оказались куда веселее и разухабистее, пусть в ноты они попадали хуже Рэма, компенсируя неумение и отсутствие слуха задором и громкостью. Сразу видно, их под чутким маминым руководством не учили.

— Ты снова уезжаешь? — Ко мне подсел Асмур, по привычке не особо участвующий во всеобщем веселье.

Даффин, занимавший куда больше места, по-дружески бесцеремонно сдвинул всех нас и втиснул свою пятую точку.

— Так я же курьер, — я пожала плечами. — Куда пошлют — туда и лечу. Или еду.

— За нашего отважного курьера! — пробасил Даф, поднимая кружку.

Гул веселых голосов его радостно поддержал, хотя, кажется, народу было все равно, за что пить, но мне стало тепло и приятно.

Или это содержимое кружки на меня подействовало?

— Так даже лучше, — Асмур посмотрел на меня неожиданно серьезно. — К ровенцам подошло свежее подкрепление, наша разведка доложила, что там целый отряд боевых магов. Боюсь, скоро у нас станет еще жарче.

Мое сердце екнуло, пусть я и постаралась не подавать виду, что что-то случилось. Большой отряд боевых магов, среди которых наверняка и Эдриан.

— Мы не пропадем, — заверил меня с другой стороны Даффин, приобнимая своей лапищей. — Разруливай ситуацию с вампирами спокойно. Но быстро!

Мы засмеялись. Все было легко и просто, веселый смех, под стать ему песенки, а потом позади нас что-то громыхнуло, и одна из оставшихся башен крепости начала оседать.

Затрубили тревогу, и вот минуту назад веселившиеся люди вскакивают со своих мест, бросая недопитые кружки, и на бегу набирают заклинания.

— Мои артефакты! Заготовки! — схватился за голову Грег и бросился к крепости, из которой сейчас высыпали люди.

Разумеется, я не могла бросить друга, а за мною побежал и Рэм.

О том, что происходит, спрашивать не стоило. Свежее ровенское подкрепление перешло к активным действиям.

Отовсюду летела магия, и мы прикрывались щитами, а Рэм поставил щит и над Грегом, потому что его собственный ни на что не годился. Все же артефактор — это не боевой маг. Одно дело, сидя за рабочим столом, заложить заклинание в предмет и напитать его магией, а то и использовать накопители, и совсем другое — создать годное заклинание в боевых условиях.

Грег расталкивал всех, стремясь попасть внутрь. Совсем рядом рухнул здоровенный камень со стены, мелкая крошка посыпалась следом. То, что идея соваться туда — не очень, я понимала, но переубеждать Грега бесполезно, проще помочь. Разве что найти какой-то труп, поднять по-быстрому, заломить одному артефактору руки за спину и волоком… но Грег всяко быстрее.

Так что мы спустились в подвал то и дело содрогающейся крепости, где Грег принялся собирать свои богатства с нашей активной помощью.

— Сейчас доспех надену, — заявил он и стянул висевшие под потолком железки.

— Наверху наденешь! — рявкнула на него я, хватая друга за шкирку одной рукой, мешок с заготовками, которые я без разбора смахнула со стола — другой.

Рэм привычно взял самое тяжелое. Грег едва ли не со слезами на глазах обвел взглядом мастерскую, где успел обжиться, понимая, что все забрать не сможет. С особой грустью посмотрел на кучу пыточных инструментов, на которые определенно имел виды.

— Бежим! — крикнула я, когда стены в очередной раз вздрогнули, а с потолка посыпалась пыль.

Только сказать оказалось легче, чем сделать. Ровенцы все-таки форсировали реку, и бои шли на нашей территории. Чужие солдаты и маги попадали и в крепость через новые и новые бреши. Пока что это единичные прорывы, но сдержать такой натиск было слишком сложно.

К тому же впереди, как и в прошлый раз, шли измененные, которым все было нипочем.

Свободной рукой — Грега пришлось выпустить и надеяться на его разумность — я набрала заклинания. Мертвые нашлись недалеко, свои-чужие — я уже не разбирала, просто подняла и пустила вперед, заодно переместив в одного часть сознания. Зря я, что ли, училась воспринимать реальность несколькими глазами? Спасибо Джастину и Доре за обширную практику.

Коридор, через который мы прошли внутрь, завалило, пришлось идти обходным путем и надеяться, что и его не завалит вместе с нами. Ровенцы попадались все чаще, но пока с ними справлялась моя нежить и заклинания Рэма, которые он также набирал в руку.

Грег, кряхтя, волок свое добро, ему было не до заклинаний. Да и пользы от артефактора в бою, честно говоря…

Проблема возникла, когда перед нами впервые появился боевой маг, в два счета разделавшийся с моей нежитью и едва не снесший наши щиты со второго удара. Я успела поднять заготовленный щит на всех, а Рэм — запустить звуковую волну, оглушившую мага, и магическими звездами добить.

— Вот тебе и передовая, — проговорила я, когда мы побежали дальше по коридору.

— Лара, — пропыхтел тяжело дышавший Грег — нагрузки его новому телу явно давались нелегко, — браслет невидимости на тебе?

— Да, — отозвалась я, поднимая новую нежить и отправляя ее на разведку.

Самые основные артефакты я надела, решив не паковать в сумку, а нацепить на себя. Все-таки правило «все свое носи с собой» не раз спасало мне жизнь.

— Активируй, — попросил Грег. — Если что, по тебе с ходу бить не станут.

Логично. А с учетом количества разлитой вокруг магии, засечь меня вряд ли сумеют, даже если начнут искать целенаправленно.

Легкое движение руки и немного магии — и для всего мира я исчезла.

— Только не потеряйся и не отстань, — проговорил Грег, глядя в ту сторону, с которой я от него бежала. — А то мы тебя тоже не видим.

— Я буду громко кричать, — пообещала я.

В этот момент мою нежить снова кто-то смел. Да что ж такое!

— Впереди маг! — крикнула я, и Рэм усилил щиты, а Грег покрепче прижал к себе мешки.

А дальше все произошло одновременно: Рэм ударил, и маг тоже, заклинания встретились и взорвались, раскидав нас в стороны и создав плотную пылевую завесу, сквозь которую разве что силуэт угадывался. Что примечательно, мешки Грег так и не выпустил, предпочтя приложиться спиной об пол.

— Поднимайся! — я потеребила стонущего друга.

Рэм стоял впереди и посылал заклинания, которые вражеский маг легко отбивал, продолжая наступать. Только у Рэма заклинания были в одной руке, а у противника — в двух. И щит куда лучше нашего. Долго не продержимся, близкий магический бой вообще дело быстрое, кто-то обязательно ошибется, пропустит заклинание, не успеет укрепить щит и тогда…

Надо валить!

— Ну же! — я легонько попинала Грега для ускорения, заодно создавая и выставляя собственный щит.

Пыль осела, расстояние между нами и ровенским магом сократилось, и я едва не застонала в голос. Ну нет! Это слишком глупая ситуация!

Грег, шатаясь, поднялся, ни в какую не желая расставаться с артефактами, хотя давно пора их бросить. Рэм израсходовал все заклинания и теперь просто держал щит, подвигаясь к нам и готовясь героически закрыть собой. Я стояла рядом с ними в браслете невидимости.

— Эдриан! — завопила я изо всех сил, надеясь перекричать доносившийся из-за стен грохот, а заодно звуковые эффекты наших заклинаний и гудящих щитов. — Это я! Мы! С Грегом! И другом!

Эдриан изумленно заморгал глазами, быстро осмотревшись по сторонам.

Тут и Грег наконец достаточно пришел в себя.

— Эд, это же я! — обиженно воскликнул он.

В другом теле, с другим голосом.

Не знаю, поверил бы ему Эдриан или нет, но я успела деактивировать браслет раньше, чем он принял решение.

— Лара, — выдохнул он и бросился ко мне. Щит я тоже деактивировала. — Ты цела? — Эд бегло ощупал меня, убеждаясь, что физически я цела. Руки, ноги, голова, туловище — полный комплект. — Надо выбираться скорее!

— Мы это и делали, пока ты на нас не напал! — укорила я его, давя в себе желание ощупать его в ответ, а заодно повиснуть на шее и рассказать, как мне было страшно!

Не до этого сейчас.

— Тогда бежим, я вас выведу!

— Из нашей же крепости, — пробурчал Рэм, но спорить не стал.

Мы шли быстро, к счастью, больше почти никого не встретили. В любом случае своим махали мы с Рэмом, а с ровенцами на родном языке объяснялся Эд.

— Где Льюис? — задал один из самых главных вопросов Эдриан.

— В палатке… Бежим за ним!

Я понеслась к тому месту, где стояла та самая палатка, больше всего боясь, что увижу на ее месте воронку и обугленный остов.

Но палатка стояла, пусть и заметно покосившаяся, Льюис лежал в ней, по-прежнему запертый в клетке. Ключ остался у Даффина, так что я прибегла к тлену, уничтожая замок и петли.

— Брат, — Эдриан побледнел, почти сравнявшись с Льюисом цветом лица.

Он подрагивающими руками вытащил его из клетки, уложив на пол.

Что дальше?

Браслет завибрировал, и я почувствовала прикосновение знакомой силы.

— Да, командующий! — здороваться вежливо и по форме не было ни сил, не времени.

— Лара, Рэм с тобой? — спросил Рихард Конард также без лишнего формализма.

— Да, мы у Льюиса, у измененного.

— Отлично. Хватайте его и бегите к повозкам, они стоят на прежнем месте. Наши маги прикрывают отход людей и целителей с ранеными, ориентируйтесь на них. Твой приказ в силе, выполни его как можно быстрее.

— Есть! — откликнулась я и почувствовала, как связь оборвалась.

У командующего тем более не имелось времени на прощание.

— Нам в столицу, — я развернулась к Рэму. — Вместе с Льюисом, — это уже Эдриану.

Когда мы пробирались к повозкам, вокруг царил уже не такой хаос. Маги выстроились в четкие линии, солдаты заняли свои позиции, отряды действовали слаженно. Тяжесть Льюиса легла на плечи Эдриана, который самолично нес брата, отказавшись от помощи.

— Держи лучше щиты, чтобы нас не зацепило. Они у тебя хорошо получаются, — ответил он на предложение Рэма.

Грег раскрывал свои мешки, раздавая как магам, так и простым солдатам артефакты.

— Может, ты с нами? — ждать друга я не могла, нам необходимо как можно быстрее добраться до повозок.

— Я здесь нужнее, — отозвался Грег. — Бегите.

— Удачи, дружище, — крикнул ему на ходу Эд. — Извини, что я тебя сегодня…

— Сочтемся! — хмыкнул Грег и свернул к очередному отряду, отбрасывая опустевший мешок и перехватывая новый у Рэма.

Не добежав шагов сто до повозок, Эдриан остановился. Он и так с нами забежал в самый тыл, вести его дальше было слишком подозрительно и рисково.

— Береги себя, — попросил Эд, с которым мы в очередной раз прощались. — И Льюиса.

Брата он передал Рэму и заодно пожал адъютанту руку. В текущих условиях это выглядело одновременно странно и нормально. Странно видеть двух представителей враждующих государств, пожимающих друг другу руки. И нормально всегда оставаться человеком и испытывать благодарность за помощь.

— И ты… — Мой голос дрогнул. Вокруг все пылало, слышались крики и взрывы. — Осторожнее.

Эдриан кивнул и поцеловал, не так пылко, как тогда на публику, а нежно и осторожно, как в храме.

— Постараюсь, — ответил он и отступил.

В груди защемило, но надо было бежать дальше. Так что я тронула за плечо Рэма, вежливо отвернувшегося, и мы пробежали мимо наших магов к повозкам. Там нас уже ждал тот самый скорый почтовый, отличающийся от остальных небольшими размерами, с двойкой запряженных лошадей.

— Ни одного документа с собой не взяли, — расстроился ответственный Рэм, когда возница помог нам положить Льюиса и с громким свистом погнал лошадей вперед.

— И вещи все остались в лагере, — вздохнула я.

На мне был единственный комплект одежды, кое-какие артефакты, несколько монет в кармане и, собственно, все.

— Налегке оно быстрее, — бодро отозвался возница. — У меня сухарей на всех хватит, самогон опять же. На край овса заварим.

— Да уж, не пропадем, — улыбнулась я, представив, как мы под осуждающими взорами коней закусываем их овсом самогон.

— Вот-вот, — подтвердил возница, чуть сбавляя темп. — Не кисните.

А что нам еще оставалось?

Впереди занимался рассвет, а позади оставались пылающий лагерь и крепость. Черный дым от них высоким столбом поднимался вверх и был виден еще долго на фоне светлеющего неба, в котором время от времени вспыхивали магические разряды.

В повозке я задремала, все же магический бой для меня вышел пусть и коротким, но нервным и от этого вдвойне затратным. А проснулась между Льюисом, который хоть и числился полутрупом, но все же мужчина, и Рэмом, сопящим мне в ухо.

Вот тебе и замужняя женщина.

Расталкивать Рэма я не решилась, пусть поспит. Опыт показывал, что никогда не знаешь, что может случиться через час. А то и через минуту. Так что пошла спрашивать про обещанные сухари самостоятельно.

Оказывается, пока мы спали, а скорый почтовый ехал через селенья, языкастый кучер сумел разжиться свежим хлебом и сыром. Причем расплатился не деньгами — деньгами каждый может, — а услугой. Подхватил послания и мелкие посылки, чтобы доставить их в населенные пункты, через которые нам предстояло проезжать.

Я с уважением посмотрела на наземного коллегу, с ностальгией вспомнив свою мирную работу и милую сердцу халтурку. А вскоре проснулся и Рэм, совершенно по-детски обрадовавшись еде.

Ближе к полудню мы с ним перебрались с козел в крытую повозку, спасаясь от солнцепека. Не удержавшись, я чуть подвинула и поправила Льюиса, подумав, что не мешало бы его зафиксировать, а то болтает бедолагу по всей повозке. Вряд ли ему от этого плохо, конечно, вон даже синяков не остается, но все равно неудобно перед человеком. Пока еще человеком.

— Тот ровенец — это твой муж, да? — спросил Рэм, наблюдая, как я прижимаю Льюиса к борту, с другой стороны подпирая его мешком.

— Да, а это его брат, — предвосхитила я следующий вопрос.

— Это я и так понял, — усмехнулся парень. — Расскажешь, что с ним произошло и зачем мы его везем в Варнаву?

— Мы везем обращать его в вампира, — вздохнула я и пояснила: — Человеком он не выживет, а процесс обращения уже начат.

— А разве вампиры не обращают только детей? Нам что-то такое рассказывали на расоведении, что взрослый может не пережить инициацию и не стать полноценным вампиром, — почесал макушку Рэм.

— Не знаю, вот и увидим, — развела руками я. — Наверное, это не слишком правильно — делать из человека вампира без его воли или хотя бы ведома. Но даже Эдриан, кажется, смирился с мыслью о брате-вампире.

Не могу не признать, что временами меня терзали сомнения. Но мы не только спасаем Льюиса, а выводим на чистую воду ночных и всех их заговорщиков. Возможно, сможем остановить войну, доказать, что это не люди, заявившие о земельных притязаниях и вспомнившие границы, которые были сто лет назад, а вампиры со своими амбициями.

— А что такого в брате-вампире? — неожиданно выдал Рэм и продолжил развивать мысль: — Он же меняется только в малой части, а в остальном все то же родное существо.

Я заинтересованно посмотрела на парня. А ведь он не знает…

— Скажи, а у тебя есть братья-сестры? — полюбопытствовала я. Вдруг у него их куча и еще один брат погоды не сделает?

— Нет, я единственный ребенок, — посетовал Рэм. — И когда все играли и дрались со своими братьями и сестрами, я сидел с няньками и музицировал или учился под их присмотром. Так что я всегда завидовал тем счастливчикам, что росли не одни в семье.

— Ну… завидовать там, прямо скажем, нечему. — Я вспомнила своих брата и сестру, с которыми мы пусть и не играли, но дрались да, регулярно.

Как правило, я побеждала, но в итоге потом огребала от мачехи.

Так что, считай, выходили на ничью.

— Не знаю, я рос один, на домашнем обучении, — глядя на убегающую назад дорогу, проговорил Рэм. — В академии потом сложно было сходиться с однокурсниками, к тому же многие хотели общаться со мной исключительно из-за отца. Я сначала этого не понимал, да и передать отцу какую-то записку мне было несложно, или сделать что-то самому, если мог и просили. Но потом услышал один разговор… — Он запнулся. — В общем, и там у меня с друзьями не сложилось. А после академии отец отправил меня на военную службу в штаб, где все были намного старше и уже сами не горели желанием общаться с младшим по возрасту и званию. Пожалуй, ты едва ли не первая, с кем я могу нормально поговорить, и кому от меня ничего при этом не надо.

— Почему это не надо? — возмутилась я, а Рэм перевел на меня ошарашенный взгляд. — Без тебя меня бы не кормили в крепости, никто бы не таскал мои вещи, не прикрывал наш ночной отход, и сейчас я бы тряслась здесь в гордом одиночестве. Так что мне, если подумать, надо от тебя побольше многих. Но и ты, если что, обращайся. Знаешь, в дружбе это работает в обе стороны. В идеале, конечно.

Правда, с меня и взять-то нечего, если хорошенько подумать. Даже вещей с собой никаких нет, только то, что на мне надето, да несколько артефактов.

Но предложить обратиться я всегда могу!

— Спасибо. — Рэм так серьезно поблагодарил, будто я уже для него что-то сделала, а не только так, на словах. — На самом деле это уже очень много.

Я хотела было возразить, но, подумав, кивнула.

Какое-то время мы ехали в молчании, размышляя каждый о своем. Не знаю, как Рэм, а я колебалась: сказать или нет? И имею ли я на это право? С одной стороны, мой бывший шеф — тот еще упырь и неизвестно, как отреагирует на появление родственника у его новообретенного сына. С другой — возможно, наличие брата, пусть и клыкастого, действительно обрадует парня, оказавшегося одиноким в «полноценной и любящей» семье. Принять решение мне помог горестный вздох приятеля.

— Рэм, знаешь, возможно, неправильно обнадеживать тебя раньше времени, — осторожно издалека зашла я. — Но у твоего отца есть еще ребенок.

— Ребенок?! — не поверил Рэм.

На его восклицание занавеска между нами и возницей сдвинулась, и в образовавшейся прорехе показалось заинтересованное лицо. Кажется, даже кони замедлились.

Вот так и рождаются слухи.

Я поспешно задвинула занавеску обратно и на всякий случай еще и полог тишины поставила.

— Да, твой младший брат, — недовольно подтвердила я. — По отцу. Ну, знаешь, так бывает, когда неверные мужья ходят налево, и тогда…

— Я понял, не маленький, — нетерпеливо перебил меня парень, который, к слову, ничуть не удивился похождениям отца. — А ты откуда знаешь? Это точная информация?

Да, такого Рэма я видела впервые, вокруг него даже магия заклубилась, так что я быстро развеяла излишки. А то мало ли, полыхнет повозка — знаем мы этих боевых магов.

— Мы с твоим отцом как-то встречались, — начала я, подумав, что времени прошло не так и много, а по ощущениям — целая жизнь. Столько всего случилось.

— Ты встречалась с моим отцом, и он бросил тебя с ребенком?! — выпалил Рэм с совершенно непередаваемым выражением лица — то ли ужаса, то ли радости, то ли еще чего-то.

А я аж воздухом поперхнулась и закашлялась от такого дикого предположения. Как кстати пришелся полог тишины! Представляю, что бы себе понадумал возница, если даже у меня глаза на лоб полезли.

— Ты в себе вообще?

Не удержавшись, я двинула Рэму под дых. У него братьев и сестер, от которых стоило постоянно ждать подлянок, не было, так что закрыться он не успел, и теперь пришел его черед хватать ртом воздух. Нет, ну надо же до такого додуматься?! Хотя чего это я? Он ведь как-то уже предполагал, что я в него влюбилась, поэтому прождала весь день на крылечке.

— Груз я ему привозила, груз! И этим грузом оказался трехлетний мальчуган по имени Сантьяго. Теперь тебе ясно?

— Да, — хрипло подтвердил Рэм, с трудом восстанавливая дыхание. — И что с ним стало потом? Я ничего не слышал про ребенка в доме, уверен, мама бы о таком написала…

Да и не только мама. Не сомневаюсь, что все газеты бы пестрили, попади туда подобная информация. Внебрачный сын вице-канцлера все-таки!

— А вот тут начинается самое интересное. — Уже от этих слов Рэм спал с лица. — Твой отец предложил отвести его в приют, но я не смогла. И отвела его к своему тогдашнему работодателю. Не буду тебя томить, теперь твой брат вампир, но в остальном — живой и здоровый.

Парень облегченно выдохнул. Впервые после удара под дых.

— Я должен его увидеть, — уверенно заявил он. — Даже если отец от него отказался, я от брата отказываться не намерен.

— У него теперь есть новый родитель и новая семья, — предупредила я, прикидывая, достаточно ли будет договориться с Дамьеном или со всем Ночным кланом согласовывать придется.

С них станется.

— Лара, я должен увидеть своего брата, — взгляд Рэма горел от магии, но, к счастью, вокруг него она больше не клубилась, — и сделаю для этого все, что потребуется. Ты же сможешь мне с этим помочь? Как ты сама сказала, по-дружески?

Я только усмехнулась. Как быстро кое-кто усваивает информацию!

— Я постараюсь. — Обещать за Дамьена не хотелось, но почему-то я почти не сомневалась, что тот не станет возражать. — А тебя не смущает, что твой брат — маленький вампир? У него красные глаза и клыки.

— Нет, — уверенно ответил Рэм. — Это все частности. Жаль, конечно, что вампиры узнали о нем раньше, чем я. Но от брата я не откажусь ни за что, разве что он сам не захочет со мной общаться.

На этом Рэм заметно сник.

Мне же вспомнился мелкий кудрявый Санти с его восторженным детским взглядом. И даже красный зрачок не мог этот взгляд на мир изменить.

— Думаю, он не откажется, — решила ободрить парня я. — А с его новым отцом мы как-нибудь договоримся.

И надеюсь, Дамьен меня не прибьет за то, что раскрыла тайну происхождения его сына и подкинула им еще одного родственничка.