Глава 11

Едва створки лифта закрылись, Петя развернулся ко мне и произнёс:

— Мы сейчас в номер, ты переобуешься, и пойдём гулять.

— В смысле? — я не поняла.

— Я обещал прогулку, — Петя хитро улыбнулся.

— Так поздно же уже, — замялась я. Идти куда-то не хотелось.

— Вот именно, Карина Максимовна, вот именно, — напирал ассистент, — калорийная уточка так плотно засела в вашем желудке, что если вы ляжете спать, то ни в жизнь от нее не избавитесь!

— Петр, прошу заметить, что это грязный шантаж! — заметила я и не удержалась от улыбки.

— На войне все средства хороши, — двусмысленно ответил он, и двери лифта снова распахнулись.

Я предпочла не придавать этой фразе никакого значения, закрыть глаза. Может, стоило спросить, расставить какие-то рамки в наших отношениях, но… я не захотела.

— Ладно, натяну балетки, дай мне две минуты.

Предусмотрительно достала карточку от двери в номер. Во время уложилась, и когда вышла, Петя со скучающим видом рассматривал картины в коридоре. Уже через пять минут мы вышли на улицу.

— Можно вопрос личного характера? — осторожно спросила я.

— Конечно. Мой главный личный вопрос — работа, потому смело спрашивайте, — усмехнулся Петя.

— Я заранее обозначу, что ты можешь не отвечать, — зачем я вообще подняла эту тему?! Вот что мне неймется? — Но кто такая Катя? И о чем вам надо поговорить?

Едва произнесла, поняла, что залилась краской. Так глупо я себя уже давно не чувствовала. Как школьница, честное слово!

— Катя? — удивлено переспросил он. Сделал вид, что не понял, но потом добавил: — Ааа, это моя бывшая девушка.

— Вау, значит, у тебя все же хватало времени на личную жизнь, — хрипло рассмеялась, пытаясь сгладить ситуацию.

— У неё просто начальница тоже трудоголик, — в своей ехидной манере ответил Петя.

— Петь, слушай… Почему ты до сих пор не ушел с этого места? Зарплата не то, чтобы высокая. Я не слепая, прекрасно вижу, что у тебя джинсы стоят как оклад за месяц. Да и уже полгода ты держишься на вторых ролях, всего лишь ассистент.

— Карина, я знаю, что ты разговаривала с… «дядь Ваней» по поводу моего повышения, — внезапно произнес он. — Знаю и то, что он тебе отказал.

— Если бы меня повысили, тебя бы поставили на мой пост, — передернула плечами.

— Да, но тебя не повысили. И почему ты после этого не ушла? — Петя остановился и посмотрел на меня внимательным взглядом. — Хорошо же знаешь, что такого специалиста как ты с руками бы оторвали почти в любой компании.

— Оторвали бы, но мне стало жаль потраченных усилий. Это бы означало мое поражение. Значит, все эти переработки, новые идеи… все было зря.

— Вот и со мной такая же история, — ответил он. — Мы, кстати, пришли.

— Пришли? — переспросила я, косо посмотрев на вполне себе жилое здание.

— Готова вновь почувствовать себя молодой? — проникновенно спросил Петя, но я заметила хитрецу в его глазах.

— Что значит, вновь почувствовать? — сделала вид, что оскорбилась. — Я ещё очень даже молодая!

— Да-да, — протянул Петя и уверено нажал три кнопки на домофоне. Он протяжно запищал. — Пойдём.

— Если ты меня тянешь на какую-то вписку, — настороженно начала я, — то очень даже зря. Я попросту не впишусь.

— Расслабься, никаких вписок и алкоголя. Нам на последний этаж.

Лифта в здании не оказалось, но мы начали своё восхождение. После такого подъема уточка если и не отложится на моих боках тонким жировым, то как минимум задумается, а хочет ли связать с ними свое бессмертие.

— А сейчас, Карина Максимовна, очень тихо, — заговорщицки прошептал Петя, когда мы почти поднялись. — И без лишних вопросов, на них я отвечу потом.

Пятый этаж, две железные двери друг напротив друга и ещё одна лестница наверх, на чердак. Там решетка с тяжелым замком. Петя достал из заднего кармана ключ и уверенно вставил в скважину. Замок щелкнул и открылся. Парень кивнул, мол, проходи вперёд, и я послушалась. Осторожно поднялась выше. Петя закрыл дверь и повесил замок так, чтобы со стороны казалось, что его никто не трогал.

Каюсь, вопроса — куда мы идём — у меня даже не возникло. Но любопытство от самой авантюры жгло.

Ещё одна дверь. Хлипкая, деревянная. Петя потянул ее на себя и уверенно прошёл внутрь, я за ним. Мы оказались в кромешной темноте.

— Осторожно, тут стекловата, — едва слышно произнёс парень, включая на телефоне фонарик. Осветил путь. Три сцепленные доски вели куда-то вперёд, а под ней лежали желтоватый, с виду мягкий ковёр. Я бы в жизнь не поняла, что это стекловата… Если бы только не проверила эмпирическим путём…

Доски опасливо прогнулись, как только мы на них вступили, и я замерла. Стало немного страшно. Нет, я знала, что “укус” стекловаты мягче, чем той же крапивой, но испытывать эти ощущения на себе не хотелось.

— Не бойся, осталось совсем чуть чуть, — ко мне развернулся Петя и улыбнулся. Улыбка в свете фонарика смартфона вышла несколько зловещей и слишком уж хитрой. Протянул руку и, не дожидаясь согласия, обхватил мою безгипсовую кисть своей. Несильно потянул на себя.

Я хотела с гордостью сказать, что дойду сама, но дощечки снова скрипнули. И чего я боюсь? Ну вляпаюсь в стекловату ногой, ну и что? Не отрубят же мне ногу…

Вспомнив, что и без особых приключений стала обладательницей гипсовой руки именно из-за своей гордости, руку вырывать не стала. Даже подошла ближе. Если проваливаться, так вместе.

Мы приблизились к небольшому окошку без стекол.

— Так, я пролезу первым и помогу тебе…

— Гляжу, простые прогулки по набережной, развод мостов и прочие питерские прелести тебе кажутся слишком банальными, — невнятно пробормотала я.

— Самая главная питерская прелесть — крыши. И вам стоило бы об этом знать, — хмыкнул он и с легкостью перебирался через подоконник.

— Ну, Карина Максимовна, развернетесь прямо сейчас или дадите крышам один маленький шанс?

Меня забавляло, как легко Петя переходил с “ты” на “вы” и наоборот, от этого хотелось хихикать, будто бы я какая-то маленькая девочка.

— Ладно, уговорил, лови, — буркнула я, присаживаясь на импровизированный подоконник и пытаясь перекинуть ноги. Запоздало вспомнила, что я в платье, но спохватилась поздно. Петя уже придерживал меня за коленки, чтобы помочь справиться. Без “рабочей” руки я и правда чувствовала себя несколько неловко. Но от того, что лицо Пети оказалось буквально в нескольких сантиметрах, стало совсем неловко. Я бы даже сказала, тотально неловко.

— Давай, — хрипло выдохнул он, — осталось всего пара минут.

— Пара минут? — переспросила я и подняла глаза. Замешкалась от открывшегося мне вида, и Петя попросту меня снял с этого чертового подоконника. Как пушинку.

— Осторожнее, — он осторожно положил мне руку на талию. — Еще буквально пару метров.

Крыша была чуть покатая, и Петя повел меня выше. Выпустил меня из импровизированных объятий и снял с себя свитер. Расстелил его на крыше и кивнул, мол, садись. А я все никак не могла оторвать взгляда от пейзажа. Отсюда открывался вид на набережную, мосты, крыши других домов.

Парень сверился с часами на смартфоне и выдал:

— Три, два, один…

И… мосты начали расходиться.

Петя

Все шло по плану. За вычетом, разве что, того факта, что с нами увязался Дмитрий и начал рассказывать душещипательную историю про свое прошлое. Уловив в глазах Карины сочувствие, желание поддержать, а после приметив, как она его погладила по руке, я даже почувствовал раздражение. Или ревность?

Но… я не любил проигрывать. Очень не любил. Потому в ход пошел план “Б”. Сразу, как только мы прибыли в отель из аэропорта, я сгонял в магазин, купил хорошего красного вина, сыра, фруктов, связался со старыми знакомыми, “выкупив” у них ключи на одну из питерских крыш, подготовил место для романтичного свидания. Как знал, что понадобится “тяжелая артиллерия”.

Знал и о том, что Карина не откажется. Мне удалось ее заинтриговать. Она так опасливо вцепилась в мою ладонь, когда мы шли по этому чердаку со стекловатой, что я облегченно выдохнул. Посчитал, что девушка мне доверилась. Впрочем, как иначе? Я хорошо знаю о ее вкусах, достоинствах и недостатках, распорядке дня и даже цикле. Знаю даже, что за последние три года у нее было всего два мужчины, с одним из которых, как мне показалось, у них не сложилось еще с самого начала. А значит… Значит, мои шансы могут повыситься из-за банальной химии и недотраха.

Немного опасался того, что она не увидит во мне мужчину по той причине, что я ее подчиненный, простой ассистент. Но это легко решится после разговора с отцом. Условия пари я выполнил в полной мере. Более того, она сама обратила внимание, что одеваюсь я недешево. Может, сопоставит факты?.. Или лучше рассказать как есть?

Еще одним минусом сегодняшнего вечера стал вопрос про Катю. Я это расценил, как желание пихнуть меня во френдзону и попытался пресечь. А после она так забавно покраснела, когда я помог ей перелезать через подоконник и “по случайности” прошелся по ее ногам ладонью. Знал бы, что начальницу так просто смутить, уже давно бы начал к ней подкатывать.

Сейчас она завороженно смотрела на разводные мосты и я, воспользовавшись заминкой, достал из оставленного тут несколькими часами ранее пакета бутылку вина и разлил по картонным стаканчикам. Подошел ближе и протянул девушке. Она сделала глоток и нахмурилась.

— Каберне совиньон, — пробормотала она, — мое любимое.

— Я знаю, — тихо ответил я, извлекая из пакета плед. — Садись.

— Ты что, готовился? — ее смешок вышел напряженным.

Ух, была не была.

— После того, что произошло в том клубе… тебя это удивляет? — выпитый накануне алкоголь давал о себе знать. Если бы не эти коварные настойки, поднял бы эту тему чуть позже. Вслух добавил: — Или напрягает?

Карина горделиво задрала подбородок и присела на плед. Черт знает, о чем она думала в этот момент, но со стороны казалось, что она попросту боится признаться в своей слабости в тот вечер. Пытается держать лицо и сделать вид, будто так изначально и было запланировано, что она тогда не напилась.

— Так удивляет или напрягает? — я повторил вопрос, стараясь сделать так, чтобы он прозвучал мягко.

— Скорее, удивляет, — пробормотала Карина, делая еще один глоток. — Да и если честно, я не понимаю, что происходит. Зачем ты все это делаешь?..

— А ты сама как думаешь? — легко улыбнулся и присел рядом. Так, чтобы не касаться ее, еще рано. Она слишком напряжена.

— Я… — она снова нахмурилась, чуть закусила губу. — Я не знаю.

Красивые губы. Пухлые, четко очерченные, словно накрашенные. У меня было два фетиша. Губы и ключица. И то, и другое в Карине завораживало. По выступающей ключице хотелось пройтись пальцами, следом подняться выше, в ямочку, потом ниже, к ложбинке между грудей. А губы накрыть поцелуем, сперва нежным и трепетным, но потом, когда девушка расслабится, жестким и требовательным. Так, чтобы свободной рукой накрутить длинные волосы и сжать в кулак. Хорошенько прижать к стене…

— Ты о чем задумался? — спросила Карина, смотря на меня внимательным взглядом. Черт, отвлекся. Сильно отвлекся. Даже как-то тесно в джинсах стало. Рано, Петр, рано.

— Тебе честно? — хмыкнул я, чувствуя легкость. — Вот прям совсем правду?

— Правду, в которой я готова, — так же в шутку ответила она, но глаза остались серьезными. Меня всегда подкупали умные глаза у девушки. Вот у Кати они были более легкомысленными. Что меня вообще в ней привлекло?!

— Ты закусила губу, и я отвлекся, — выпалил я, оценивая реакцию.

— Опять шутки шутишь, Петр? — тихо рассмеялась она.

— Как можно, Карина Максимовна, как можно? — театрально возмутился я, делая глоток из своего стаканчика.

— Ты в курсе, что ты идешь на понижение градуса?

— Посчитаем, что ты уравняешь эту разницу в градусах, — ответил я, внутренне передернувшись. В ход пошли комплименты за триста.

— Петя, признавайся, что ты задумал? — легко спросила она, подавшись чуть назад и оперевшись на трубу, у которой я расстелил плед.

— Я не знаю, как давно ты была на свидании, но обычно подобное поведение мужчин символизирует их желание завоевать твое сердце, — серьезно ответил я.

— Так значит, у нас свидание?

— Ну, это мало похоже на планерку. Но если бы Дмитрий увязался и тут… — отметив то, как девушка поморщилась, укорил себя за упоминание шефа. — В общем, да. Но только если ты согласишься пойти на это свидание.

— Но я же уже тут, — Карина приподняла одну бровь.

— О нет, — притворно ужаснулся я. — Это что, значит, что я не оставил тебе выбора?

Она рассмеялась. Я снова выдохнул. Пока девушка смеется над твоими шутками, особенно неудачными, у тебя есть шанс.

— Я на всякий случай напомню, что во-первых, я твоя начальница, а во-вторых, старше тебя, — отсмеявшись, произнесла она.

— Фу, Карина Максимовна, соблазняете малолеток?

— Соблазняю? Вот не надо! Я вообще тут просто сижу.

— Да-да, конечно, в красивом платье, подчеркивающим фигуру, еще и губу закусываете. Провоцируете, можно сказать! — весело ответил я, но потом резко перешел на серьезный тон: — У нас разница в возрасте всего несколько лет.

— Петь, — она перебила и улыбнулась, — спасибо тебе.

— За что? — я удивился.

— За такой вечер, — бросила на меня взгляд и почти сразу отвела, смотрела на разведенные мосты. — Он правда чудесный…

— Обычно после этого говорят “но”, — теперь я ее прервал. — Какое “но” будет тут?

— А никакого, — усмехнулась она, делая еще один глоток. — Я не стану ничего загадывать или обещать. Пусть будет, как будет.