Глава 17

Карина

За последний месяц я поняла одну простую для меня истину — я терпеть не могу сны. Особенно этот.

Словно в насмешку, сознание подкинуло мне новое воспоминание, о котором давало знать совсем недавно. О том самом вечере.

Вновь эта густая зеленая лесополоса, тропинка, вытоптанная жителями к речке. И снова эти птицы, пение которых я так отчетливо слышу.

На берегу чуть ли не в обнимку сидят два подростка, и я подхожу ближе. Как и в прошлый раз, на меня не обращают внимания.

— Остался только год до выпуска, — говорит девушка.

— Да уж, а потом начнется взрослая жизнь, — безрадостно выдает Дима.

— Кем ты мечтал стать в детстве?

— Космонавтом, — легкий смешок. — А ты?..

— Балериной, — отвечаю с горечью в голосе и неловко поправляю джинсовые шорты на чуть полноватых ногах. — А теперь кем ты хочешь стать?

— Большим боссом, — он снова усмехается. — Не хочу как мои родители. А ты кем хочешь?

— А я не знаю, — девушка пожимает плечами. — Вот совершенно не знаю, чем хочу заниматься.

— Тогда становись тоже большим боссом, — отвечает парень. — Они, как правило, много зарабатывают.

— Димк, я…

По коже меня-настоящей бегут мурашки, внутренности опять скручивает в тугой узел. Я жмурюсь. В прошлый раз я проснулась именно в этот момент.

— … я, кажется, тебя люблю.

— Я тоже тебя люблю, — парень смотрит искоса, чуть прищурившись. Хорошо понимает, что я-подросток хочу сказать, но выдает: — Ты ведь моя самая лучшая подруга.

Сердце пронзает боль. Ну да, подруга. Я всегда была для него просто подругой. И да, мне хотелось стать чем-то большим, я даже искренне верила в такую возможность. До этого момента.

— Дим, — я ненавижу свое сознание за то, что он вновь пытается заставить меня пережить этот момент. — Скажи, ты вообще видишь во мне девушку?

Голос меня из прошлого звучит сдавленно. Я решаю идти до конца, расставить все точки, как всегда говорил Дима, над ай.

— Кар, ну что за вопрос, — Димка шутит. — Кто ты, если не девушка?

— Лучший друг, — горько хмыкаю я.

— А что, лучший друг не может быть девушкой? — парень смотрит напряженно, ему явно не нравится тема.

— Вот Леська бы смогла стать твоей лучшей подругой? — спрашиваю я.

— Пфф, Леська? Нет.

— Почему?

— Она же тупая.

— Но это же не мешает вам встречаться.

— С чего ты взяла, что мы встречаемся? — теперь Дима говорит сухо.

— Я видела, как вы целовались, — я чуть подаюсь вперед и опираюсь локтями о коленки. Мне самой не хочется говорить на эту тему, но я уже начала. Отступать поздно.

— Разве поцелуи означают то, что мы встречаемся?

— А что означают поцелуи?

— Ну что ты как маленькая. Это типа… химия.

Ну и дичь он несет. Сейчас я это понимаю, но разве могла полноценно осознать тогда, в прошлом? Хотя бы постараться заставить себя не страдать из-за этих слов.

— Ясно, — глухо выдаю я.

— Кар, ну ты чего? — Дима легко толкает меня плечом.

— Остался всего год до выпуска, — я возвращаюсь к началу диалога. Только теперь смотрю в сторону, а не вперед. Чтобы Дима не видел, что глаза налились слезами обиды.

Я просыпаюсь. Резко и болезненно.

Спина затекла, шея болит.

Оказывается, я заснула на столе. Бросаю взгляд на экран телефона — восемь. Замечательно. Мало того, что уснула на работе, так еще и продрыхла всю ночь. И нет бы, чтобы мне снились мармеладные единорожки, так… тьфу!

Потянулась. Хорошо представляю, что у меня за видок. На такой случай в шкафу висит чистая сменная одежда, а в первом выдвижном — косметичка и зубная щетка.

Следующие пятнадцать минут я на это и потратила. Как вдруг поймала себя на мысли — мне не за что винить Диму. Разве он виноват в том, что ничего ко мне не чувствовал тогда? Разве виноват, что ему интереснее было целоваться с той же Леськой, а во мне он видел просто друга? Нет. Ведь это его чувства и эмоции. И он до конца старался быть честным со мной. Даже отчетливо осознавая, что его слова могут принести боль.

Я глубоко вдохнула и… поняла, что стало легче. По-настоящему легче. В тот же миг настроение плавно поползло вверх. Что ж, пережить еще один рабочий день, а вечером написать Маринке. Мы так и не виделись с ней с нашей последней встречи-попойки. Встретимся с ней в более спокойной обстановке и вдоволь поболтаем. Можно даже пораньше отпроситься…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌Дима

Завтра должен вернуться Джон, и мне предстоит предоставить ему отчет, а в делах конь не валялся. Я нервничал, даже приехал в офис раньше обычного, хотя четко разделял рабочее время и личное. Стоило мне войти на наш этаж, как я столкнулся с Кариной. Она выходила из женского туалета с зубной щеткой, косметичкой и небольшим голубым полотенцем на плече.

— Доброе утро, — я улыбнулся, — ты что, ночевала тут?

Спросил, скорее, в шутку. Совсем не ожидал в ответ услышать:

— Доброе. Ага, случайно заснула.

— То есть ты не завтракала?

— Неа, — она вернула мне улыбку.

— Зайдешь ко мне через двадцать минут? — спросил я, мысленно прикидывая, какие продукты можно найти в небольшом холодильнике, встроенном в шкаф.

— Ага, как раз была пара вопросов на обсуждение, — улыбка сникла, лицо приняло сосредоточенное выражение.

Я прошел в свой кабинет, включил компьютер и принялся за завтрак. Черт там разберет, что там нынче есть Карина, сидящая на своем правильном питании, потому сделал несколько бутербродов с сыром и колбасой, нарезал яблоки, выложил конфеты и заварил чайник. Вспомнил вчерашний разговор с Петей — не перегнул ли я палку? Верно ли он меня понял?

Ушел парень явно раздосадованным. Наживать врагов в виде сына одного из соучредителей компании не хотелось.

— Ди-им, — Карина вошла в кабинет с планшетом наперевес. Думал, что сразу приступит к обсуждению деловых вопросов, но внезапно она спросила: — А можно я сегодня пораньше уйду?

— Можно, — не задумываясь ответил я. А потом задумался, насколько это ко времени. Ладно, разберусь. Карине тоже надо отдыхать, на ней уже лица нет.

— Ого, оперативно ты с завтраком, — она скользнула взглядом по “накрытому” столу.

— Приятного аппетита, — в приглашающем жесте махнул на стул напротив.

— Можно вопрос? Очень-очень неудобный вопрос? — внезапно спросила Карина, методично жуя один из бутербродов.

— Да, — напрягся.

— Ты так и не съездил к родителям… на кладбище? — она спросила серьезно, словно для нее это имело огромное значение. — Прости…

— Так и не съездил, — вздохнул я, отводя взгляд.

— Дим, а поехали на следующих выходных?

— Ты… серьезно?

— Ну да, — Карина повела плечами, будто уже жалела, что предложила. Потому я твердо ответил:

— А поехали.

Могла ли она догадываться, что для меня это важно? И несмотря на все наши разногласия, я очень ценил и любил мать с отцом, но никак не мог себя заставить увидеть их такими… каменными.

Петя

Настроение ни к черту, еще и эта сраная работа. Уже давненько я не заставлял себя на нее идти, как-то удалось за год смириться со своим графиком. Но не сегодня.

Вышел на улицу и выяснил, что таксист еще не подъехал. С грустью глянул на свой астон, припаркованный в охраняемом дворе и покрытый специальной машинной накидкой. Нет. Отец сказал, что нельзя использовать авто, значит, нельзя.

Когда заходил за кофе, официантка чуть было не перевернула на меня все содержимое подноса.

— Аккуратнее можно? — раздраженно буркнул я.

— Ой, простите, пожалуйста, — пролепетала она, опуская взгляд.

Ааа, и ее к черту. Сгонять снова что ли снова в Питер на выходные? Только уже не по работе, а с “культурной” программой. И Карине предложить. Хотя нет. Тогда не получится полноценно отдохнуть, а мне нужен хотя бы недолгий перерыв, чтобы оставаться хорошим мальчиком. Таким, каким хотел бы меня видеть отец.

Уже в офисе услышал приглушенный смех Карины из чуть приоткрытого кабинета Димы. Внезапно для себя разозлился. У нас тут дел до х. рена, а они там сидят, чаи гоняют? Сперва вошел в наш с ней кабинет. Увидел на столе зубную щетку, пасту и косметичку. Ясно, ночевала она в офисе. А Дмитрий?..

Черт, как же бесит!

Ладно, пережить эту неделю, потом что-нибудь придумаю. До пятницы не так уж и далеко, ведь сегодня не понедельник. Правда и завтра не четверг.

Телефон пиликнул. Глянул на экран. Опять Катя.

“Доброе утро! Мы можем встретиться? По дружески. Очень важно”.

Да что ей надо?

“Я очень занят. Работа”.

Отписался я, отпивая из своего картонного стаканчика.

“Петь, очень важно……..”.

Количество точек в конце впечатлило, но я решил не сдаваться под напором женской любви к знакам препинания.

“Кать, давай как-нибудь в другой раз. Через годик, два. Мы уже все обсудили”.

Сел за свой рабочий стол, подсоединяя шнур к смартфону. Экран вновь мигнул.

“Я беременна. Сегодня в семь на нашем месте”.

Твою ж…. за ногу.

Карина

В свой кабинет я вернулась в хорошем расположении духа. Размышляла о том, как хорошо жить без обид. Без обид на друзей из прошлого, на саму себя. Стало легче дышать, легче улыбаться. Даже ненадолго появилось желание поработать.

Все, происходящее в моей жизни сейчас, казалось мне правильным. И участие в ней Димы — тоже. Мне надоело бояться и думать о том, как оно будет, как сложится. Хотелось просто наслаждаться моментом.

— Доброе утро, — поздоровалась я с Петей. — И спасибо за кофе.

Отсалютовала ему картонным стаканчиком и нахмурилась. Ассистент сидел мрачнее тучи, по лицу ходили желваки.

— Петь, все в порядке? — осторожно спросила я.

— Них… не в порядке, — мрачно выдал он, и я опешила. Что могло произойти? В таком состоянии я парня еще не видела.

— Не бери в голову, — выдохнул он, разминая виски большими пальцами. — Справлюсь.

— Петь, — я подошла ближе и присела перед его столом, пытаясь заглянуть в глаза. — Ты хочешь поговорить или тебя отпустить на сегодня, чтобы ты во всем разобрался?

В его глазах я увидела хищный блеск, он судорожно облизал губы. Да что же его так из колеи выбило? Может, с родственниками что-то?

— Да, пожалуй, на сегодня я бы хотел отпроситься, — подумав несколько секунд, ответил он. Добавил уже хрипло: — Спасибо, Карин. Я потом все объясню.

Петя вышел из-за стола, взял с собой картонный стакан, чуть не споткнулся на выходе.

— Я отпишусь.

Дверь тихонько хлопнула.

Послышался звук уведомления, и я на автомате глянула на загоревшийся экран телефона Пети.

“Я беременна. Сегодня в семь на нашем месте”, — его смартфон продублировал доставку сообщения, отправленного две минуты назад.

Ух ты ж… черт. Бедный парень.