Глава 24

Я мяла этот злосчастный конверт, когда ждала посадки. Гипнотизировала взглядом, когда уселась на свое место в салоне бизнес-класса. Только при взлете затолкала его поглубже в сумку. Что-то словно останавливало, не позволяло вновь окунуться в прошлое.

Это подумать только, письмо, написанное Димкой. Не Дмитрием, занявшим мое кресло (впрочем, черт с ним, с креслом). Не Димой, который ведет за моей спиной какие-то странные игры, а Димкой из Ивановки, моим лучшим другом. К этому я не была готова.

На самолет я чуть не опоздала, встряла в стоячую пробку на въезде в город. Позвонила Маринке с секретной симки для экстренной связи, попросила привезти заранее собранные вещи прямо в аэропорт. Подруга без лишних вопросов пришла на выручку. Только напоследок сказала:

— Дима очень хочет с тобой поговорить. Он не понимает, что происходит.

— Бывает, — безучастно ответила я, изо всех сил оберегая жизнь ростков, что во мне зрели.

— Вот насколько я прохладно отношусь к мужикам, но на него было жаль смотреть. Прикинь, он ждал у двери твоей… — задумчиво пробормотала подруга. Но потом бросила на меня взгляд, подобралась и уже бодрее отметила: — Но я все равно на твоей стороне.

Напоследок она пожелала мне успеха. И сказала, что если я решу бросить кости в Лондоне, то будет наведываться ко мне ежемесячно. Вот только с каждой милей, пройденной самолетом, я все меньше верила в то, что по ту сторону меня ожидает будущая планка моих личных вершин. Видимо, подключилась женская интуиция.

Говорят, что Питер дождливый город. Но в моем личном перечне Лондон занял лидирующую позицию. Погода под стать настроению: промозгло, сыро, мелкий моросящий дождь, больше похожий на повышенную влажность. И запах кирпича. Удивительно, но для меня каждый город пах по своему. Иногда мне казалось, если мне завязать глаза и привезти в место, в котором я не раз бывала, с легкостью узнаю его по запаху. И у Лондона свой особенный аромат: немного напряженный, снобичный, тяжелый, но почему-то приятный.

В головной офис вез заранее заказанный черный кэб. Удивительно, но Лондон — одно из немногих мест, где не мог прижиться популярный по всему миру “Трубер”. Говорят, из-за недостатка корпоративной ответственности, которая может отразиться на общественной безопасности. Водителям кебов же приходится проходить огромное количество экзаменов, прежде чем получить лицензию. И это, черт возьми, чувствовалось. Если в родной столице прежде чем сесть в такси следовало трижды перекреститься, а во время поездки читать молитвы всех религий мира, то в кэбе я чувствовала себя спокойно.

Офис нашей компании располагался под самой верхушкой стеклянного делового центра. На входе меня встретила взрослая ухоженная женщина, с вежливой улыбкой выдала пропуск и сообщила, что меня уже давно ждут. Кабинет “главного начальника” сверкал роскошью — просторное помещение с панорамным видом, уставленное черной мебелью, кожаными диванами, полками с грамотами, книгами и предметами интерьера. За что сразу зацепился взгляд: ни одного бумажного документа, ни одной стопочки, только электронные девайсы, которых тут было предостаточно: огромный экран на стене, несколько планшетов, стол с сенсорным тачем. Зачем? Не знаю.

— Карина! — мужчина, на вид лет сорока-сорока пяти тут же привстал и протянул руку для приветствия. — Мы вас очень долго ждали. Считали, что вы приедете на прошлой неделе.

Альберт говорил на американском английском, без утробной протяжной “р” и вполне понятно.

— Здравствуйте, — поприветствовала его я и присела напротив.

Я множество раз видела его на различных фотографиях, но впервые — вживую. Высокий, хорошо сложенный, с седыми висками и деловым лицом. Именно деловым. Мне сложно представить этого человека на уикенде с семьей или развалившимся на пляже с каким-нибудь коктейлем. А вот за игрой в гольф с партнерами по бизнесу — с легкостью.

— Я решила воспользоваться правом на отпуск, — пояснила я и улыбнулась.

— Да-да, я слышал, что вы полностью отдаетесь своей работе. Это очень ценно для нас.

— Альберт, я прошу извинить мою наглость, но мне бы не хотелось ходить вокруг да около. Я не уверена, что готова и в дальнейшем работать на вашу компанию, но я с удовольствием выслушаю ваше предложение. Джон сообщил, что вы хотели поговорить лично.

И даже оплатили из средств компании перелет, трансфер и номер в лучшем отеле Лондона. Последнее я произнесла уже мысленно.

— Да-да, Джон сообщил, что вы сомневаетесь, — эта его привычка начинать каждую фразу с “да-да” меня постепенно начала раздражать. — Понимаете, мы очень долго к вам приглядывались. И это не просто так. Нам необходим по-настоящему свой человек у руля компании. Мы с Джоном хотим отойти от дел в пользу открытия другого бизнеса, нашли несколько человек, которым мы могли бы доверить ведение дел в Москве, Лондоне и Пекине. С одним из них я как раз договорился о том, чтобы он присмотрелся к вам, как это говорится в России? Тет-а-тет. Составил ваш психологический портрет, оценил ваше деловые качества…

— Проще говоря, приставили его ко мне, чтобы он шпионил? — я усмехнулась. Мне казалось, что все, происходящее в настоящую секунду относится к жанру абсурда. Но теперь-то хотя бы понятно, с кем он говорил тогда, в первый раз. И эта новость вполне могла… ошарашить? Вот только внутри только сосущая пустота.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Нет, не шпионил, скорее, присматривался. Он сообщил, что вы с ним давно знакомы, — Альберт “проглотил” мою реплику, — сказал, что это не должно вызвать проблем, что он уверен в вашей… кхм… адекватности.

Адекватности? Прикольно. Захотелось засмеяться, но я себя одернула. Неуместно.

— Мы с ним выработали план, чтобы, так сказать, провести проверку. И судя по его периодическим отчетам, вы ее прошли.

Повисла тишина. Видимо, “шеф всех шефов” ожидал, что я удивлюсь, обрадуюсь, что-то еще… Но вместо этого я просто безучастно смотрела перед собой: пыталась разобраться, как относиться к этой новости. Чувствовала, что еще чуть-чуть и меня разорвет на две части, потому надо удержать все рвущиеся эмоции на поводке.

— Судя по вашей реакции, Дмитрий вам все рассказал, — с досадой протянул Альберт. — А мы ведь договаривались, что раньше времени…

— Нет, я ничего не знала, — резко выдохнула я и подняла взгляд на Альберта.

Жизнь подкинула мне шанс, от которого нельзя, да что там, почти невозможно отказаться. Возвела планку настолько высоко, что я толком даже не понимала, смогу ли до нее допрыгнуть. Альберту я обещала принять решение в ближайшее время, что мне надо понять, смогу ли справиться с такой ответственностью. В конце своей речи даже поблагодарила за оказанное доверие. Но все равно видела в глазах мужчины разочарование. Видимо, он ожидал, что я начну прыгать от радости, целовать руки в благодарность и вообще… Впрочем, предложи мне подобный пост еще месяц назад, пожалуй, так я себя и повела бы. Сейчас же никак не могла избавиться от мысли, что моя жизнь крошилась по кусочкам именно иза работы.

Вышла из его “обители”, миновала оупен спейс и прошла к лифтам. Уже когда выбралась из этой стеклянной и отчего-то раздражающей коробки, услышала:

— Карина! Карина!

Обернулась. Мужчина лет тридцати, типичный британец, только при этом еще и симпатичный.

— Вы ведь Карина Ле… лебе… — он поморщился, пытаясь правильно выговорить мою фамилию.

— Карина Лебедева, верно, — вежливо улыбнулась.

— Очень приятно, наконец, познакомиться! — он протянул руку и крепко сжал мою. — А где Дмитрий? Я думал, вы вместе заглянете.

Я удивленно приподняла брови. Что вообще происходит?

В глазах мужчины тоже прочиталось удивление, а потом досада.

— Он вам ничего не сказал? — спросил.

— О чем?

— Я вас пригласил на церемонию бракосочетания, она как раз состоится на днях, — ответил он.

— Нас? — ошеломленно.

— Мы с Дмитрием учились в одном университете, очень давно дружим, — говорил почему-то виновато, — я не думал, что он пропустит церемонию. Знает же, что для меня это важно. Он еще и шафер… Я и о вас много слышал. Мы с ним созванивались, он сообщил, что ему удалось добиться, что вы теперь пара… Я был так рад.

В голове вместо мыслей сплошное бом-бом-бом. Способность анализировать отключилась моментально. А мужчина все говорил:

— Я еще обрадовался, что он в Англию вернется. Говорил, что если вы примете предложение шефа, то он вас поддержит…

— Стоп-стоп-стоп, — не выдержала. Поймала себя на том, что трясутся руки. Пазл начал складываться в общую картину. — Простите, а как вас зовут?

— Брайн, — опомнился он. И снова протянул руку. Улыбнулся белоснежной улыбкой. Уже более уверенным голосом добавил: — Почему у меня такое впечатление, что я ошарашил вас?

— Брайн, — повторила я и ответила на улыбку. Вымученно ответила. — Если честно, я сбежала из Москвы, и у Дмитрия попросту не было времени со мной об этом всем поговорить. Но я уверена, вашу церемонию он ни за что не пропустит.

— А вы останетесь?

— Я… я не знаю.

Я и правда не знала. Впервые за прошедшую неделю почувствовала жгучий стыд. И вину. Вину за то, что ни разу даже не попыталась разобраться в ситуации. За то, что будто сознательно ждала от Димы “подлянку”, хотя он, по сути, ничем это не заслужил. И… судя по всему, в сложившейся ситуации вина лежит целиком и полностью на мне. С Брайном неловко попрощалась и пошла, как говорится в народе, куда глаза глядят.

За что люблю большие города, очень просто затеряться в толпе. Затеряться в чужих проблемах и эмоциях, раствориться. Это было необходимо как воздух. Как вода в жаркий зной. Как первые весенние лучи солнца после долгой зимы.

Брела по улочкам, то выруливая на крупные местные проспекты, то заходя в уединенные скверы. Внезапно на глаза попалось забавное название. Кото-бар “Депресняк” — именно так это слово можно перевести на русский язык[1].

Внезапно вспоминала то столичное кото-кафе, в котором Дима обзавелся новой подружкой Белкой. Ноги сами привели меня к входу. Войдя внутрь, почувствовала едва уловимый аромат хвои — один из самых приятных запахов.

А приглядевшись, обомлела. Коты. Очень много котов разных пород и расцветок. На широкой барной стойке из красного дерева, на стульях, обтянутых настоящей кожей, под ногами… Кто-то даже соскочил с “належенного” места, чтобы меня поприветствовать — представители семейства кошачьих всегда питали ко мне едва ли не маниакальную любовь. Поздоровавшись с местными жителями почесом за ушком, прошла внутрь и села на высокий барный стул, прямо напротив кошчьего лежбища.

— Здравствуйте! Могу я предложить вам меню? — возле меня тут же появилась девушка с симпатичными кошачьими ушками. Она не улыбалась, смотрела скорее сочувствующе, чем приветливо.

— Можно мне, пожалуйста, виски? — внезапно для самой себя выдала. Никогда не любила виски, но сейчас захотелось почувствовать этот горький вкус, позволить напитку созреть замерзшее в лондонской непогоде и сырости нутро.

— Какой вы предпочитаете? — тут же спросила она.

— Неважно, — дернула подбородком, — на ваш вкус.

— Одну минутку, — официантка куда-то пропала.

А я запустила пальцы в длинную шерсть мейн-куна, лениво раскачивающего хвостом прямо напротив меня. И… бессильно рухнула лицом прямо в его бок. Через минуту почувствовала, как сбоку улегся еще один кот и утробно замурчал. Услышала как на свободную часть стойки поставили стакан. И тихий голос девушки:

— Ваш виски. Если я могу еще чем-нибудь помочь, дайте знать.

Отвечать не стала. Вряд ли в бар с таким названием приходят люди, излучающие радость и благодарность, а значит, официантки привыкшие. Лучше оставлю щедрые чаевые.

Сама не заметила, как погрузилась в глубины вселенной. Нет, не заснула. Скорее переступила грань осознанных мыслей, отпустив те в свободное плавание по мирозданию размышлений. Мысли рваными медузами вспыхивали в океане сознания.

Что делать?

Как объясниться с Димой?

Кажется, я его люблю.

Люблю чертовски сильно.

Даже сильнее, чем в детстве.

По-взрослому.

По-настоящему.

Хочу к нему.4f7b7c

Сильно хочу.

Чертовски сильно хочу.

Кажется, надо с ним объясниться.

Что делать?

Тихое мурчание теперь уже четырех котов, облепивших меня своими мохнатыми телами, успокаивало. Они словно говорили: все будет хорошо, ты справишься, мурр.

* * *

Москва встретила солнечным теплом. Стоило выйти на трап, как я тут же заказала такси. Всплыло уведомление: “Водитель заканчивает поездку в вашем районе”. Видимо, отвозит кого-то в аэропорт.

Я не сдавала вещи в багаж, потому почти сразу направилась к выходу из аэропорта. Боевое настроение не покидало. Я знала, что будет хорошо. Я все сделаю, чтобы все сложилось как нельзя лучше.

— Такси?

— Такси-такси?

Тут же облепили меня. Отказалась, увидев вдали подъезжающее авто с интересуемым меня гос-номером. Вот и мой водитель.

Особо не глядя по сторонам направилась к нему, мысленно настраивая себя на то, чтобы включить давно отрубленный смартфон. Надо позвонить Диме.

Я даже достала его из сумки, нажала на необходимые клавиши. И… столкнулась с чьей-то крепкой грудью. Иными словами: беспардонно врезалась.

— Карина? — этот голос. Родной, привычный и приятный. Голос, по которому я так скучала все эти дни.

Плавно, как в замедленной съемке, подняла глаза и поняла, что не могу дышать. Воздух будто бы выбили из легких. Дима.

Такой же ошарашенный, удивленный и улыбающийся. Вышел из того такси, к которому я так стремительно направлялась.

— Дима, я… — начала говорить я, но не смогла продолжить. Завороженно смотрела на мужчину.

— Тсс, — он будто понял, что мне сложно. Бросив сумку, крепко меня обнял. И на самое ухо: — Ты все еще сомневаешься, что я — твоя судьба? И никуда ты от меня не убежишь.

Плечи дрогнули. Я что? Плачу?!

— Я люблю тебя.

— Выходи за меня замуж. Не хочу ждать тридцати пяти, как мы договаривались.

Мы произнесли эти фразы одновременно, одновременно же и засмеялись.