21. День весеннего равноденствия

Нынче среда Масленицы совпала с днём весеннего равноденствия, с Днём Междулетия на Сурейне. Решено было отметить это событие большим трёхдневным праздником. Устроить, своего рода, прощание с Землёй, так как оставалось совсем немного. Дата отправки держалась в строгом секрете, и знали её только самые доверенные лица, тоесть малый круг нашей семьи: Елисей, Родион, Олег, я и Артур с Варварой. Валерий с Симой в курсе не были, для их же безопасности.

Определить точную дату и время помогли два брата Черристон, известные уфологи из Америки, оказавшиеся родными дядьями Артура и Валерия. В настоящее время поселившиеся в Приюте. Обещали высчитать и надёжное место для открытия портала.

Место для праздника выбрали глухое, вдали от населённых пунктов. Самая ближняя деревня в пятидесяти километрах. Готовились с осени. Определив по карте место, Елисей с Родионом вылетели на маленьком, четырёхместном вертолёте для ознакомления с местностью. И вот тут-то они обнаружили нечто странное. Деревня в три десятка домов. Точнее, домишек. Стоит в таёжной проплешине на небольшом возвышении на берегу ручья. На карте данной деревушки нет. Дорог ни к деревне, ни мимо не наблюдается. Но Елисею была нужна не деревня, а, заросшая мелким кустарником, обширная поляна гектара на три. Деревья на ней, почему-то, не росли. Так, торчали кое-где чахленькие низкорослые кривые берёзки и ёлки. Находилась эта поляна в четырёх километрах на запад от деревни.

Вот на этой поляне и решено было провести в марте праздник. Подъездных путей к ней нет. Посчитали это плюсом. Не будет посторонних лиц. По осени, когда стало подстывать, Елисей, Родион и Олег слетали на всё том же вертолёте и выжгли весь кустарник, оставив низкие пеньки. По почве сильнее огнём проходить не решились, так как осторожничали, что может близко залегать торф. Доставили так же на транспортном вертолёте корчеватель и выкорчевали пеньки с корнями. На уборку корней были направлены начинающие десантники из оборотных. Кучи корней тоже сожгли.

Через неделю после случая с Олегом, Елисей собрался слетать и осмотреть поляну, не сильно ли она вытаяла. Хотя ночью резко упала температура, и на восходе солнца завернул морозец в пятнадцать градусов.

На ревизию поляны мы отправились после завтрака всей семьёй, нарушив правила перевоза пассажиров в четырёхместном вертолёте. Сделали круг над заброшенной деревней, которая нас изрядно удивила. Из труб нескольких домов поднимались струйки дыма.

— Надо же, — удивился Елисей, — кто-то живёт.

— Может, охотники? — предположила я.

— Могли на вертолётах сюда забраться, — согласился Родион.

— Потом проверим, — решил Елисей. — А пока на поляну.

Поляна покрыта ровным слоем снега, оказавшимся глубиной мне по колено. Но это я определила, когда выпрыгнула из вертолёта. Крепкая корочка наста выдерживала меня, если не прыгать. А вот мужчинам пришлось на каждый шаг применять небольшое усилие. Я прошлась по насту, отходя подальше от вертолёта. Тихо, безветренно, солнышко ярко светит, белый снег слепит глаза. Прикрываясь от слепящего снега ладошкой, обратила свой взор на макушки деревьев. Прищурилась. И тут я увидела их.

— Елис, это кто там летает?

— Где летает?

— Вон, над нами, чуть выше макушек деревьев.

— Ни кого не вижу.

— А ты задействуй магическое зрение.

— Ух, ты! Откуда они здесь взялись? Олег, Родион, вы их видите?

— Что это они разлетались? — посмотрев вверх, удивился Родион. — Но их же здесь вообще не должно быть!

— Вас тоже не должно быть, — заметила я.

— Они не скачут по мирам. И они не поддаются Зову, — сказал Елисей.

— Какому зову? Кто это?

— Это долохи. Они занимают нишу между человеком и демоном, и могут производить потомство, как с людьми, так и с демонами. Но их нельзя вызвать, как демона. У них иммунитет против Зова и, какого либо, ментального воздействия. В древних Хрониках написано, что их случайно создали, как и оборотней, чёрные волхвы, экспериментируя с кровью разных рас.

Существа, покружив над нами, сняли щиты невидимости, спустились на землю. Обычные молодые парни среднего роста, только с кожистыми крыльями, которые убираются совсем. В тёплых меховых куртках с клапанами на спине, в малахаях*.

Поприветствовав нас, один из них обратился к Елисею, с вопросом, что мы здесь собираемся делать. Елисей объяснил и спросил, как они оказались на Земле, так далеко от своего мира. Оказывается, их мир соприкасается с Землёй ещё реже, чем Сурейн.

— Пять лет назад, в один чёрный, для нас, день, мы, недавно выпустившие крылья, тренировались в групповых полётах. Наш Наставник, находился на земле и наблюдал, как мы группируемся в разные фигуры и передвигаемся в этих фигурах. Вдруг открылся отражённый портал и нас всех в него затянуло.

— Что значит, отражённый портал? — спросил Олег.

— У нашего мира есть такая особенность. Когда открывают большой портал в наш мир или из мира, то происходит его отражение. В это отражение затягивает всё, что оказывается в зоне его действия. Это могут быть как живые существа, так и предметы. И не известно, куда этот портал открывается. Туда же, куда основной, или в иной мир. Нас забросило сюда, на эту поляну. Наше счастье, что рядом оказалась заброшенная деревня. Тут мы и живём все пять лет. Пищи здесь много, не голодаем: мясо, ягоды, грибы, орехи, полезные травы. Шкурки животных вымениваем на товары первой необходимости, одежду. В соседнем селе есть магазин, где можно сдать шкурки и приобрести нужные вещи. Даже заказ принимают. Вот так выживаем. Но домой очень хочется. Это не наш мир. Хорошо ещё, что недалёко есть магический источник. Правда, не очень сильный, затухающий. Но мы регулярно подпитываемся, а то летать тяжело становится и полог невидимости плохо держится. Особенно над деревней.

— А где этот источник? Может его подчистить можно? — спросил Родион.

— Источник-то тут, недалеко. За ручьём. Полетите, так увидите. Место мёртвое. Местные называют его Чёрная или Чёртова елань**.

— На карте эта елань отмечена. А вот деревни почему-то нет, — заметил Елисей.

— Деревня уже не один десяток лет как заброшена. Жителей переселили. Похоже на мою родную деревню, но только от той должны остаться уже руины, а эта стоит, словно законсервированная. — Пояснила я.

— Может, из-за того, что рядом магический источник, хотя и затухающий, — предположил Елисей.

— Надо у тётки Степаниды из Осиновки спросить, была ли рядом с нашей деревней Чёрная или Чёртова елань. Она ещё должна помнить. Память у неё хорошая, не смотря на свои сто пятнадцать лет, из того времени до сих пор разные случаи рассказывает. Сегодня позвоню внучке её Галине, спрошу.

— Деревню мы пологом невидимости закрываем, но, видать, слабоват полог, — сообщил долох. — Надо над еланью полетать, подзарядиться и полог уплотнить. А вы сами, из какого мира будете? Женщина-то местная, а вы нет.

— Мы с Сурейна. Нынче уйдём.

— Уйдёте. Вот с этой поляны и уйдёте. Вас много будет. Может, нас возьмёте с собой? Нам с Сурейна легче уйти. Отсюда магии не хватает.

— А ты откуда знаешь, что отсюда уходить будем. Мы ещё с местом не определились.

— У нас ясновидящий есть. Когда вы поле чистили, ему видение было, что на этом поле в День годового отсчёта битва произойдёт.

— Не битва. У нас здесь праздник будет и состязания всякие, — пояснила я.

— Да нет. Точно будет битва двух драконов. Один настоящий дракон, а другой человек-дракон. А исход битвы в пользу человека-дракона решит Радужный дракон.

— Откуда вы о драконах знаете? О настоящих или о человеке-драконе и о Радужных драконах? — спросил Олег.

— Я не знаю, откуда тут эти все драконы возьмутся. Люди-драконы есть только на Сурейне и ещё в трёх мирах. Настоящие драконы во многих мирах. Но не во всех мирах они в людей обращаются. А Радужные драконы в нашем мире есть и ещё в нескольких. А вот чьей волей они здесь сойдутся, не понятно.

Мы вчетвером переглянулись. Информация к размышлению.

— А о портале ясновидящий, когда и что видел? — поинтересовался Елисей.

— Вчера и видел. В день солнечного зенита уходить будете, самое надёжное время.

— Понятно. Выходит, в день летнего солнцестояния. Значит, дату мы правильно наметили, а вот с местом определиться не могли. Спасибо за подсказку.

— Так нас берёте с собой? — спросил, волнуясь, долох.

— А разве ясновидящий не видел, ушли вы с нами или нет?

— Ясновидящие себя не видят. Он сказал, что будет много людей уходить. Три большие группы. И очень нечёткое видение было. Большой портал и большая толпа.

— Возьмём обязательно. Не оставлять же вас здесь на погибель.

Долохи обрадовались, поблагодарили нас, попрощались и улетели.

— Я что-то не спросил, сколько их, — спохватился Елисей.

— Когда они над нами кружили, я пятнадцать насчитала. Но не все же они тут были?

— С нами тут их было десять, — сообщил Олег. — А если учесть, что они с наставником занимались, могло быть и больше пятнадцати.

— Что гадать, встретимся на празднике, расспросим.

— Вот ещё, оказывается, какие существа бывают, — подал голос пилот, тоже из оборотных, молча наблюдавший наше общение с долохами.

— С нами пообщаешься, ещё не такое увидишь, — посмеиваясь, пообещал Олег.

Возвратясь домой, обсудили встречу с долохами. Особенно привлекло внимание сообщение о битве драконов.

— Неужели, кто-то из нас схлестнётся с настоящим драконом? Откуда он тут возьмётся? Какова причина конфликта? — рассуждал Елисей. — Эх, знать бы, так может, можно избежать битвы.

— Интересно, дракон с Сурейна или из другого мира? — задался вопросом Родион.

— А вот Радужный, точно землянин, — уверенно заявил Олег. — И это наша матушка.

— Должна быть веская причина, чтобы я ввязалась в драку. Если будет смертельная угроза кому-то из вас. Только как я буду драться, если размером меньше вас, и пламени нет? Одними когтями? Так они тоже не очень велики.

— Ну, пламени-то у тебя достаточно, — сказал Елисей. — Тебе и оборачиваться не надо. Глаза дракону выжжешь, и он не боец.

Посмеялись и на этом обсуждения завершили. Мужчины пошли дрова докалывать да в поленницу складывать, а я обед готовить.

— малахай* — шапка на меху с широкими наушниками и плотно прилегающей задней частью;

— елань** — лесная, таёжная поляна

* * *

Вечером я позвонила в Осиновку Галине. Спросила о здоровье Степаниды.

— У-у-у, она ещё нас переживёт. У неё даже зубы целые и зрение хорошее. Стала на ноги жаловаться да сердце, говорит, устало. Вот, она с тобой поговорить хочет. Передаю трубку.

— Баба Стеша, здравствуй! — громко заговорила я.

— Нюра, ты что ль? Здравствуй, красавица, попрыгушка-поскакушка непоседливая.

— О, как она тебя! — удивился Елисей.

— Баба Стеша, — продолжила я, не снижая громкости, — ты не помнишь, около нашей деревни была Чёртова елань?

— Ты пошто орёшь? Оглушила. Я, чай, не глухая, слышу. Елань говоришь? А куда ж ей деваться-то? Там, посередь елани Ведьмин колодезь был. Твоя прабабка Анастасея частенько хаживала за целебной водицей. Только елань не Чёртовой, а Чёрной прозывалась, потому что вокруг неё ёлки густо росли. А трава на ней сочная да тёмно-зелёная была. Меня в молодости малость росомаха поцапала. Со мной чуть смертушка не приключилась. Анастасеюшка-то меня и выходила. Всё етой водицей отпаивала да раны промывала. Когда я ходить начала, то меня к етому-то колодезю сводила да водицей той прям из ведра окатила. Сказала, что я теперь всех своих детей переживу. Вот так оно и вышло. Только я их не из-за своего долголетия пережила. Четыре сына на войне сгинули. А пятого, кажись, сорок годов, как лесиной придавило, когда дрова готовили.

— Баба Стеша, а возле колодца валун лежал?

— Был. Куда ему деваться было, каменюке-то тому? И журавель был. А, вот, когда Анастасеюшка из жизни ушла, колодезь-то и обрушился. Мужики пытались к нему пройти, чтоб почистить, так лешак не пустил. Закружил по тайге да к дому вывел. Да, Нюра, намедни мне Анастасея являлась, велела обязательно передать, чтобы ты колодезем озаботилась. Сказала, что ты знаешь. А ещё велела, чтобы её подарочек из земли вынула да в водице из колодезя помыла. Сказала, что он тебе в другой жизни ещё не раз пригодится. Это в какой, другой-то? На том свете, что ль?

— Нет, баба Стеша, не на том. Уезжаю я скоро далеко, за границу.

— Слышала, слышала. Замуж, говорят, ты вышла, и что мужик-то твой колдун, ведьмак. Сам молодеет и тебя молодит. Не боишься, что душу в преисподнюю заберут?

— Сказки это всё, баба Стеша. Муж мой не ведьмак, и с душой моей всё в порядке будет, иначе прабабка уже за меня бы забеспокоилась. Баба Стеша, здоровья тебе и ещё пожить и праправнуков понянчить.

— Да нет уж, Нюра. Ведьмушка сказала, что пора мне, потому и приходила. Ты уж там, в другой-то жизни, себя побереги. На похороны обязательно приезжай. Скоро уж.

Вот такой разговор состоялся у меня с бывшей односельчанкой Степанидой. Выходит, присматривает за мной троюродная прабабка. С чего бы это? Невелика родня, дальняя. Может, души наши меж собой роднее, чем мы думаем?

— Та-ак, значит мужик твой колдун, ведьмак и душу твою в преисподнюю затягивает? — обнимая меня со спины и целуя в висок, проговорил Елисей.

Олег с Родионом засмеялись.

— Конечно. Околдовал меня и в сетях своих ведьмацких запутал, что не вырваться.

— Ты сама почти ведьма, — парировал Елисей. — В роду-то у тебя всё колдуны да ведьмы.

— А кому ж в такой глухомани водиться, не магам же. Те всё по городам жили. А таёжным жителям только и оставалось, что услугами ведьм да колдунов пользоваться. Мне повезло, что не передала прабабка свою Силу мне, не захотела по доброте своей жизнь ребёнку портить.

— А ты почему о валуне у колодца Степаниду спрашивала?

— Потому что вспомнила тот колодец. Не раз меня Анастасия с собой брала. Я на том валуне сиживала, пока она травку щипала да в мешочек складывала. Присматривала она за мной, когда матери с бабушкой недосуг было.

Елисей ещё в обед позвонил Юргену о затухающем магическом источнике. Тот собрался приехать, посмотреть. Может, удастся почистить.

Утром приехали Юрген с Владиславой. Пока завтракали, я рассказала о беседе с бабушкой Степанидой.

— Прекрасно! Это упрощает дело, — заявил Юрген, — до обеда отдохнём и отправимся. Мой вертолёт должен прибыть к этому времени.

Гости легли отдыхать после дальней дороги, а мы занялись своими домашними делами.

На очистку Источника мы с Владиславой не полетели. Пришли Артур, который тоже отправился на очистку, и Варвара. Втроём мы озадачились приготовлением ужина. Решили проявить всю свою фантазию, на что были способны.

Вечером прилетели наши мужчины. Весело переговариваясь, вошли в дом.

— О! у вас глаза как-то странно блестят, — заметила Владислава.

— Светятся, что ли? — спросил Олег.

— Нет. Блестят, — подтвердила я.

— Это мы магии нахлебались, — объяснил Юрген. — В колодец валун упал и перекрыл источник.

— А когда сдёрнули его с места, он сам выскочил, — продолжил Елисей. — Его водой вытолкнуло. Такой мощный выброс воды был, выше деревьев поднялась. Валун мы в сторону толкнули.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Откуда здесь валуну взяться? — поинтересовалась Варвара. — Кругом торфяники да болотина.

— Не скажи, — возразил Елисей. — На карте здесь залежи железной руды отмечены. Деревня на бугре стоит, а в речушке дно галечником покрыто. Да и валун оказался железняком.

— Вспомнила! — радостно воскликнула я. — Мы в речке камушки цветные собирали. А под бугром родник бил. В нём, иногда, появлялись золотые крупинки. Не песок, а именно крупинки. И в ручье, что в речку впадал, тоже попадались золотые крупинки. Мужики за лето, между дел, с напёрсток этих крупинок намывали. А кому повезёт, так спичечный коробок. Золото в скупку сдавали в обмен на товары. Отец тоже мыл. Мне уже шесть лет исполнилось, когда он уехал в соседнюю область. Там дом купил и за нами приехал. Мне уж время подходило идти в школу. В интернат отдавать не хотел. Да и сам он по специальности устроился. Поваром в железнодорожном ресторане. Мы и жили, не бедствовали. А деревню вскоре закрыли, жителей переселили. Пытались там золото мыть, да уж слишком бедненькая жилка оказалась. Искали по этой же речке, ни чего не нашли.

— Из этого колодца магией так и прёт, — вернул к теме разговора Родион.

— Да. Этот источник сильнее, чем у меня, — согласился Юрген.

— Надо подсказать Севастьянову, чтобы огородили всю территорию и взяли под охрану, когда уйдём. И поляну, и деревню и елань. Может связь удастся наладить через двенадцать лет. На три дня через братьев Черристонов портал можно будет открывать, — высказал задумку на будущее Елисей.

***

На огромной поляне толчея. Сегодня второй день праздника. Вчера рано утром транспортным вертолётом доставили двадцать верховых лошадей, десять снегоходов. После обеда прошли соревнования среди молодёжи. Главы кланов тоже присутствовали на празднике. Братья Севастьяновы главенствовали. Игнат отвечал за доставку через военное ведомство, а Роман за организацию, финансовое спонсирование через Совет Глав кланов.

Дед Артура несколько раз приезжал к нему в гости. Познакомился с младшим внуком, с невесткой. Варвара пришлась ему по душе. А когда узнал, что невестка получила оборот Белого Волка, сделал ей очень дорогой подарок — серебряную парюру с чистейшими крупными бриллиантами. И очень он переживал, что внуки уходят на Сурейну, хотя прекрасно их понимал. Насчёт серебра Черристону-старшему, Главе клана посоветовал Елисей. И Елисей Варе велел не отказываться от подарка. На Сурейне из парюры можно будет сделать мощный семейный артефакт-оберег.

Валерий принял участие в соревнованиях, как в гонках на снегоходах, так и в конных скачках, умело управляясь и с конём и со снегоходом. На снегоходе Валерий занял первое место, получив в качестве приза этот же снегоход. В скачках ему повезло меньше — второе место, а на третьем месте оказался наш Артём. Не зря он, всё-таки, год занимался верховой ездой. В качестве приза он получил набор туриста: одноместная палатка, спальный мешок, рюкзак, топорик с лопаткой и треногу с котелком. У Валерия приз несколько богаче — палатка четырёхместная и плюс, ко всему прочему, надувная лодка.

Сегодня с утра доставили несколько газовых плит, на которых в палатках женщины пекли блины, жарили пирожки. Для старшего поколения, принимавшего участие в подготовке и проведении праздника, были установлены столики. Молодёжь жевала на ходу — некогда. Ночевали все в деревне у долохов, гостеприимно пригласившие и заранее протопившие пустующие дома. Я, Татьяна, Владислава и Варвара, вспомнив раннюю юность, напекли в русских печах хлебов на скороспелых дрожжах. Маша, Олеся и Валя, жительницы сугубо городские, нам помогали.

Время подходило к обеду. Молодёжь, мужская её часть, решили сыграть в футбол в обороте. Установили хоккейные ворота, разметили периметр футбольного поля и началось. Чтобы различать команды, были надеты синие и красные ошейники. Смотреть на то, как волки гоняют мяч, было не то, что интересно. Это было нечто! Весело, азартно. Взрослые подзадоривали свистом, улюлюканьем. Матч закончился ничьей. Победила дружба.

Из безоборотных на празднике присутствовали только наши друзья, уходящие на Сурейну. Дежурили полицейские, среди которых я заметила членов Комиссии по контролю жизнедеятельности иномирных существ и сущностей. Ага! Блюдут! И кого-то они выслеживают.

После матча мы с Варей пошли разыскивать своих мужчин, потому что рядом с собой их не обнаружили. Зато обнаружили нечто другое. На краю поля, в стороне от праздника бились два дракона. Все ринулись туда. Один был дракон, а другой — ладон. Кто-то из моих. Определить невозможно, потому что ладон в боевом окрасе чёрного цвета. Но не Олег. Сын пока ещё мелковат против отца и дяди. Видно было, что они бьются продолжительное время. И бьются они не на жизнь, а насмерть. И, по всей видимости, это всё-таки Елисей, на ком рваными лохмотьями болтались останки одежды. Выходит, пришлось оборачиваться не раздеваясь. А где же Олег с Родионом?

Тут я увидела мужчину в чёрной одежде с карабином в руках. Он стал целиться в ладона. У меня сердце чуть не оборвалось. Но быстро успокоилась, заметив, что выстрелить ему не дадут.

— Аня, там в ладона из ружья мужик какой-то целится, — отвлекла меня, дёрнув за рукав, Варя.

— Вон тот? — указала я на мужчину с карабином, к которому уже подходили, окружая, наши ребята с двумя полицейскими.

— Нет, с той стороны. Артур с Валерой за ним наблюдают.

— Значит, тоже уберут, как и этого.

Мужчину с карабином увели полицейские, надев ему наручники.

Ладон, уступающий дракону в весовой категории, начал сдавать. Они почему-то не взлетали, бились на земле, обжигая друг друга пламенем, когда расходились. Когда сближались, рвали когтями передних лап перепонки крыльев, вгрызались в шеи, стегали друг друга мощными хвостами. Но на конце хвоста дракона были шипы, наносящие противнику серьёзные раны, у ладона такого оружия нет. Когда ладон начал заваливаться набок, я не выдержала. Быстро скинув одежду, не обращая внимание на присутствие людей, обернулась и кинулась к дерущимся. Меня окружило огненное марево.

Елисей

Я футбол смотреть не стал. Мы, тоесть, я, Родион, Олег и Юрген, встретившись с Агафоном из Комиссии, стояли на противоположном от игровой площадки краю поля и обсуждали праздник. Были довольны, что удачно выбрано место, что обходится без каких-либо эксцессов. И сглазили.

Когда открылся портал, не заметили. Он был открыт так высоко, что мы не почувствовали магического всплеска. Только обратили внимание, что к стоящим на краю поляны вертолётам приземлился ещё один небольшой транспортник, но почему-то синего цвета. Не наш, военный. Из него вышли десять человек в чёрных комбинезонах с эмблемами и принтами техников обслуживания и направились к толпе зрителей. Видимо, прилетели посмотреть праздник.

Родион с Олегом тоже пошли посмотреть игру. Но до зрителей не дошли. Их окружили техники. И вот уже Олега и Родиона с накинутыми сетками двое ведут к вертолёту. Я кинулся к ним, но дорогу мне преградил дракон. Не наш, сурейновский, крупнее. Пришлось прямо в одежде спешно оборачиваться и принимать вызов на поединок.

Я сдавал. Чувствовал, что мне не справиться с этой боевой машиной. Ладоны не созданы для таких поединков. В небе я ещё мог бы потягаться с драконом, но на земле, увы. А нас держала Земля, поэтому мы взлететь не могли. Когда я уже стал терять силы, вдруг к нам кинулся огненный смерч.

— Елисей, отойди, тебе с ним не справиться! Отойди, — прохрипело моё чудо, сбрасывая огненное марево.

Это Анна?! Это у неё что? По хребту из-под продолговатых чешуй выдвинулись острые узкие пластины, словно клинки. Из кончика хвоста выдвинулся ещё один «клинок», напоминающий обоюдоострый меч. Радужные чешуйки встопорщились. На передних лапах когти увеличились в два раза, превратившись в острые крюки.

— «Ну, дракоша, держись!» — услышал я её мысленный посыл.

Радужный дракон ринулся в бой. Да! Это уже была не моя Анюта, тоесть не совсем она. Это был Радужный дракон в боевой ипостаси. Вот это подарок преподнёс ей Провал!

Дракон от неожиданности оторопело посмотрел на возникшего перед ним взъерошенного, невеликих размеров, дракона. Но очень быстро пришёл в себя и принял бой. Создавалось впечатление, что наглый, хотя несколько крупноватый, ёрш набросился на щуку средних размеров. Радужный действовал чётко, расчётливо и… умело. Легко увёртывался от удара хвостом и языков пламени.

— «Как же она будет без пламени?» — мелькнула мысль.

И тут я увидел пламя. Не такое, как у нас и известных мне драконов. Синяя, словно выпущенная из газовой горелки, мощная струя пламени спалила дракону крыло. Он взревел и обрушил шипастый конец хвоста на Радужного. Но тот, увернувшись, едва уловимым взмахом хвоста отсёк дракону его боевую «булаву». На этом бой закончился. К дракону спешили, одетые под полицейских, члены Комиссии по контролю жизнедеятельности иномирных существ и сущностей. Радужный, нет, Радужная бросилась ко мне, спрятав своё боевое оперение. К нам уже подтягивались наши друзья.

— Где Олег? Где Родион? — проскрипела Анна.

Я не знал. Повёл отрицательно головой.

— Я знаю! — воскликнул запыхавшийся Артём. — Их мужики в чёрных комбинезонах повели вон в тот, синий вертолёт. На них ещё мешки из железной сетки надели.

Указанный вертолёт уже начал подниматься. Анна кинулась за ним и тоже взлетела. Что-о-о?! Она взлетела?! А почему мы не могли взлететь? Может потому, что мы иномирные, и нас держит Земля, а она местная? Вертолёт поднимался выше, продвигаясь к центру поля. Неужели откроется портал?

Радужная облетела вертолёт, залетела со стороны хвоста, где находился створ грузового отсека, и выпустила сильную ровную, тонкую струю синего огня, едва заметного на фоне неба. Видимо образовалось отверстие, потому что Радужная заскочила внутрь. Внезапно прямо из воздуха появились долохи, залетев вслед за Радужной.

Вертолёт продолжал набирать высоту, а из створа вылетели долохи, неся по трое две сетки с пленниками. Остальные кружили рядом, подстраховывая. Радужная, выпрыгнув из вертолёта, снова пристроилась ему в хвост. Выпустив в створ мощную струю синего огня, чуть заметного по дрожанию воздуха, развернулась и полетела к нам. Долохи уже доставили живой груз, опустив металлические сетки с Олегом и Родионом рядом со мной.

Сетки оказались железными, антимагическми, не позволившими Олегу и Родиону войти в оборот. Долохи, опустив груз, улетели в сторону Чёрной елани, для подпитки магией. Сетки легко вскрыли слесарными кусачками.

А тем временем в небе над центром поля открылся портал, в который затянуло горящий вертолёт. Вот будет кому-то подарочек, даже если в портале взорвётся.

Радужная кинулась к Олегу. Прижав плотно сложенные крылья, поднявшись на задние лапы, она суетилась возле сына. Ни он, ни Родион встать на ноги не могли. Кто-то принёс походные стульчики. Их усадили, чтобы не сидели на мёрзлой земле.

Анна

— Елис, что делать? На них магические путы.

— «Сначала выйди из оборота», — посоветовал мысленно муж.

Я огляделась, увидела сестру, стоящую с моими вещами. Она подошла ко мне.

— Аня, тебе надо где-то укрыться, чтобы выйти из оборота.

— Давай одежду, а укрытие я нашла.

Взяв одежду, полезла под крыло к Елисею. И тут меня накрыла слабость. Выходила из оборота лёжа. Для Радужной прикрытие слишком мало, а для меня, вышедшей из оборота, весьма просторно. Одевалась медленно, с трудом. Отдыхать некогда, да и земля стылая. Оделась, вышла из-под крыла ладона, чмокнула его в щёку. Надо найти членов Комиссии. Кто-нибудь из них да умеет снимать магические путы. И где же Юрген с Владиславой?

Действительно, через десять минут Олег и Родион были освобождены. Теперь мы ждали от них рассказа, что же всё-таки произошло.

Но тут появились Юрген с Владиславой в обороте, взъерошенные, слегка потрёпанные, с обрывками одежды. Показавшись, что с ними всё в порядке, они побежали к палатке на краю поля, где лежала запасная камуфляжная одежда на всякий случай.

Вернулись в новеньком «камуфляже», с бубном и… свирелью? Попросили зрителей отойти не менее, чем на пятьдесят метров. Началось камлание над Елисеем. Вряд ли он сегодня выйдет из оборота, но раны слегка затянутся, на крыле начнёт нарастать тонкая плёночка, соединяющая отдельные разрывы перепонок.

Камлание было не похожим на все виденные ранее. Участвовали бубен, голос и свирель. Это не камлание, а восхитительный музыкальный номер. «Участники» то перекликались между собой, то объединялись в пару: бубен — голос, бубен — свирель. Их можно было слушать бесконечно.

И, вдруг, появились долохи. Они сначала просто кружили над шаманами и ладоном в вышине, потом, спускаясь ниже, стали создавать геометрические фигуры, двигаясь в этих фигурах, порой зависая метрах пятнадцати над источником звуков, и опять поднимаясь вверх. Долохи танцевали в воздухе, завораживая своим необычным танцем зрителей.

Среди зрителей я заметила Илью, разговаривавшего с членом Комиссии, землянином Агафоном. Подошла, поздоровалась.

— Анна, когда ты успела обзавестись таким украшением? — спросил Агафон. — Мы подумали, что это, какой-то залётный дракон, иномирный. Уже ловушку приготовили. Ан нет, смотрим, суетишься возле ладонов. Ваши подсказали, что это ты. Как такое возможно? Ты же безоборотная.

— При желании всё возможно, — засмеявшись, ответила. — О чешуйках Радужных драконов не сказка. И желание должно быть не абы какое, а судьбоносное. Вот я и пожелала уйти на Сурейну с оборотом ладона. Но, похоже, надо мной подшутили, и на Сурейне появится одна Радужная драконица.

— Дай вам Триединый детей и побольше, — пожелал подошедший очень смуглый мужчина высокого роста, кого-то смутно напоминающий. — Да всё девочек.

— Почему, именно, девочек? — удивлённо спросил Илья.

— Давно пора ладонам сделать вливание свежей крови. У оборотных на Сурейне девочки получают оборот матери, а мальчики — отца. А тут такая красавица!

— Ну, я не племенная кобыла, чтобы получать от меня большой приплод. И, вряд ли он ещё будет. А ты, случаем, не с Сурейны? Хазрат? — высказала я предположение, внимательно взглянув ему в глаза.

— А ты как узнала?

— Уж очень ты похож на вашего Бога Гората Змееборца.

— Это брат моего деда Брагата.

— А сейчас правит твой отец?

— Нет, дядя, сын Гората. У моего деда было три дочери и сын, мой отец. Отец отказался от власти, объяснив тем, что у него нет на это желания и способностей управлять государством. А вот министр финансов получился отличный. А из дяди получился очень мудрый правитель.

— А как тебя зовут?

— Баграт, — с гордостью произнёс своё имя. — В переводе — богатырь. Это мой прадед. Говорят, он, действительно, был богатырём.

— Хорошее имя.

В это время камлание завершилось. Долохи опустились на землю и разбрелись, смешавшись с толпой.

— Мне к мужу нужно идти. До встречи. Может, ещё увидимся.

— Обязательно увидимся, — пообещал Агафон. — Ещё разбирательство будет. Кто-то сильно не хочет возвращения на Сурейну твоего мужа с братом и сыном. Я тут Звездомира видел. Что-то он ещё задумал, но мы помешаем, отловим. Ну, пока. Елисею привет.

Попрощавшись с Агафоном и Ильёй, пошла к мужу. Ладон спал. Рядом сидели Родион с Олегом и Юрген с Владиславой. Подошли Черристоны вчетвером и Татьяна с Артёмом.

— Баба Аня! — восторженно, но вполголоса заговорил Артём. — Здорово вы его!

— Его Елисей уже сильно вымотал. У него внимание было рассеянным, а реакция — заторможенной. Моей тут заслуги мало.

— Зато всем показала, кто Роксоланью править будет. Кто против меня пойдёт, того поджарю и голову отрублю, — прозвучал рядом хриплый бас.

Все повернулись на голос. Перед нами стоял Звездомир.

— Ну, Роксоланью править я не собираюсь, и воевать с каждым несогласным тоже. Но своих в обиду не дам! А ты, что тут стоишь? Тебя, вон, Комиссия дожидается. Шёл бы к ним добровольно, поймают — будет хуже. Сетки — твоих рук дело?

— Нет, я тут не причём. Тут кто-то другой действует. Наши драконы здесь. Я четырёх видел. А насчёт комиссии ты права. Мне с Земли уйти всё одно не дадут. С поля уйти можно, в тайге укрыться. Только толку-то что? До конца жизни в тайге скрываться не будешь. И на Сурейну меня не выпустят. Так что, отцу скажите, чтобы не ждал.

Звездомир начал раздеваться, не обращая внимания на людей. Стоявшие в стороне трое «полицейских» насторожились.

— Звездомир, так ты один остался? — спросила я, поняв, на что он решился.

— Один, — прозвучал ответ.

И вот уже мощный, чёрный, как смоль, зверь крупными прыжками бросился к «полицейским». Четвёртый прыжок стал последним. Звездомир, не успев приземлиться, растаял в воздухе. Один из «полицейских» держал в руке «распылитель». Полицейский показался знакомым. Уж очень был похож на Черристонов, только ростом меньше.

— А, ведь, он подошёл к нам попрощаться с Сурейной, — поделился догадкой Родион.

Мы промолчали, каждый по-своему переживая увиденное. У меня на душе остался тяжёлый осадок. Звездомир нашёл выход из, созданного им самим, безвыходного положения — смерть.

А праздник продолжался. Праздник, устроенный Землёй для своих посланцев в параллельный мир Сурейн. Возможно, не все останутся там навсегда. Кто-то вернётся через двенадцать лет, может быть даже на эту поляну, не сумев удовлетворить своих амбиций, не добившись тех высот, каких себе намечтал.

Артём с Валерием ушли к друзьям. Парни, под руководством своих наставников, устроили рукопашное сражение, разбившись на две команды «красных» и «синих», используя всё те же ошейники. Туда подтянулись зрители, а мы своей семьёй остались рядом с Елисеем. Да-а-а, крепко ему досталось. Но раны затягивались буквально на глазах. Илья с интересом наблюдал за процессом регенерации.

* * *

Вдруг Юрген приказал всем закрыться от ментального воздействия.

— Кто не может, займите свои мозги мыслительным процессом. Решайте сложные задачи с каверзными уравнениями, химическими формулами или прокручивайте мысленно дурацкие песенки. Думайте о чём угодно, но не допускайте чуждых вам мыслей.

— Молодёжь! — вскинулся Артур. — Они же поубивают друг друга! Я к ним.

— Телохранитель, ты где? — позвала я мысленно.

— Я уже здесь, — ответил мне один из долохов.

— Ты сменил имидж? Можешь организовать долохов для защиты?

— Не стоит. Они не смогут накрыть такую массу людей. Да и тот, кто пытается вами манипулировать, где-то в толпе. Но эти ребята могут вычленить его и укутать из мыслей людей в антиментальный кокон. Ладно, я сейчас. Вон уже среди молодых вспыхивают ссоры.

Телохранитель исчез, а из динамика раздался голос Юргена, призывающий к вниманию.

— Друзья, вами пытаются манипулировать, воздействуя ментально. Закройтесь, кто может, а остальные займите свои мозги мыслительным процессом. Крутите в голове какую-нибудь абракадабру из формул, теорем, скороговорок, дразнилок и прочей ерунды.

Люди остановились, прислушались, и над полем повисла тишина, а в небе закружили долохи. Они стали снижаться, сужая круг, и, наконец, закружили чёрным смерчем. Люди разошлись в разные стороны, а в центре смерча стоял человек в комбинезоне, прикрывая лицо рукавом. К нему поспешили полицейские в специальных антиментальных шлемах. Долохи отлетели и приземлились в хоровод. Их было более пятнадцати раза в два.

Полицейские вошли в круг, надели на менталиста шлем с зеркальной внутренней поверхностью, и антимагические наручники.

— Это же волхв из Главного Храма! — удивлённо воскликнул Олег.

— Вот и главный червь обнаружился, — определил Родион. — Вернёмся домой, остальных выявим. Червоточину вычистим, чтобы регенерация быстрее шла. Работы будет много, — сделал вывод.

— Теперь мы знаем, кому нежелательно наше возвращение, — уловила я мысль Елисея.

Подошли Валерий с Симой и Артём.

— Это что было? — спросил Артём. — У меня так заболела голова, что даже сознание потерял. Валера с Симой удержали.

— Это было ментальное воздействие. Всех людей пытались заставить убивать друг друга. А у тебя организм ещё юн, неокрепший, потому ты потерял сознание, — объяснил Юрген.

И снова зазвучал динамик. Теперь уже говорил ведущий праздника.

— Внимание! Всем участникам, просьба, не волноваться. С врагами и недоброжелателями на сегодня и завтра покончено. Сегодня всем отдыхать от полученного стресса. Расслабляйтесь! К вашим услугам палатки с различными напитками, шашлыками, вкуснейшей выпечкой, сладостями. Завтра молодёжь ждут ценные подарки, в которых самое необходимое для вашей дальнейшей жизни и работы. Для всех будет организовано катание на тройках. А сегодня вечером — грандиозный фейерверк!

Я обратила внимание на переговаривающихся Симу и Валерия и поглядывающих на трёх полицейских, стоящих поодаль. Именно к этим полицейским кинулся Звездомир. Сима была чем-то взволнованна.

После ужина мы узнали, что же произошло с Юргеном и Владиславой. На них тоже техники пытались накинуть сетки. Четверо. Но замешкались и здорово поплатились. Юрген с Владиславой обернулись. Тем ни чего не оставалось, как тоже обернуться, оказавшись волками. Но что могут четыре волка против двух боркесов, которые по комплекции крупнее пантер? Волкам крепко досталось. Могли бы отхватить больше, да вмешались полицейские.

Я поинтересовалась у Артура, не является ли ему родственником один из троих полицейских весь день дежуривших рядом с нашей стоянкой. Артур засмеялся.

— Это Климентий, мой самый младший дядюшка. Нас вчера дед познакомил. Он в Канаде живёт, занимается уфологией.

— А здесь он как оказался?

— Он член Комиссии.

Ночевала я под здоровым крылом у ладона. Олег с Родионом принесли лапника. Я сама устроила себе постель. Артём дал мне свой спальник, полученный в качестве приза. Елисей повозился, устраиваясь удобней, и я, пригнувшись, зашла в импровизированную спаленку. Сбросив с себя лишнюю одежду и обувь, улеглась в спальнике на лапник. Елисей слегка прижал к себе крыло.

— Не поддувает? — заботливо спросил мысленно.

Подсунул голову под крыло и слегка дохнул тёплым воздухом. Красота! Отопление подключили! Елисей хмыкнул.

Из оборота Елисей смог выйти только к вечеру следующего дня.

Утром, когда мы собрались всей семьёй рядом с Елисеем, он меня мысленно спросил:

— А теперь, моя драгоценная, объясни, что вчера произошло? Ведь ты не тренировалась в боевом искусстве драконов. Откуда это?.

В этот момент подошли Роман и Игнат Севастьяновы с молодым человеком, крупного телосложения. Поздоровались. Я для всех повторила вопрос Елисея. Услышав вопрос, представлять парня братья воздержались.

— Чтобы не вводить вас в заблуждение проявлением моего искусства ведения боя, заявляю: это была не я.

Прозвучали возгласы удивления и вопросы: «Как это так?» и «Почему не ты?».

— Когда я увидела, что Елисею уже не то, что не справиться, но и не выжить, у меня, помимо моей воли, появилось не контролируемое желание выручить бедолагу. Да, да, в моей голове прозвучало: «Придётся выручать бедолагу. Давай, оборачивайся и не мешай». Я обернулась и почувствовала, что моим телом управляет кто-то сильный, умелый. Я не ощущала чужеродности присутствующего. Наоборот, воспринимала, как покровительственную родственность. И я не мешала. Так что заслуги моей в результате вчерашнего сражения нет. Я просто уступила своё тело, не выходя из него, настоящему Радужному дракону, бойцу. Вы уж простите меня, но вчера было не до откровений.

— Вот так рождаются и развенчиваются мифы, — констатировала сестрица. — Но вовремя произнесённое признание, смягчает строгость наказания. То меня беспокоило какое-то несоответствие в происходящем. Ведь Анна не драчунья, даже в детстве. Я — да, могла дать сдачи. А тут так это у неё всё ловко получалось.

Все засмеялись. Вперёд выступил Роман Севастьянов, придерживая за плечи парня.

— Друзья, разрешите представить вам Игоря Придорожного, сына моего друга Мирона Придорожного. Так-как здесь все свои, называющие себя семьёй, приоткрою тайну этой семьи. Придорожные — Медведи, родом с Сурейны. Как они тут оказались, они расскажут сами. Помнишь, Елисей, когда мы облетали эту территорию, выбирая место для праздника, наткнулись на искажение видимости, ты ещё сказал, что похоже на купол невидимости. Это усадьба родителей Игоря. Остальное узнаете при близком знакомстве. Если ты сегодня выйдешь из оборота, то завтра я их к вам привезу. А вы, молодые люди, — обратился он к Валерию, Симе и Артёму, — знакомьтесь и принимайте в свою дружную компанию нового собрата.

— Да мы уже знакомы, — заявил Валерий. — Это же он у нас с Тёмкой первое место на скачках вырвал.

— Но Придорожные не одни с Сурейны, — продолжил Роман. — Есть ещё один человек, тоже наш друг. Это Степан Завойский. Они с супругой тоже уходят на Сурейну. С ними вы познакомитесь потом сами.