Глава 17

Отправившись в неосознанку, я пропустила весьма интересный разговор, который состоялся между двумя плащеносцами.

— Дарлан, как она? — несколько раздраженно спросил предводитель отряда Следящих, кивнув на лежащую на плаще товарища молодую женщину.

— Сейчас уже неплохо. Все травмы смертной я залечил, но ей определенно нужен хороший отдых. Организм сильно истощен.

— Отлично. Значит она уже сегодня сможет продолжить путь.

— Отлично? — хмуро переспросил светловолосый мужчина, поднявшись на ноги. — Майсар, ты вообще слышал, о чем я только что сказал? В физическом плане, смертная здорова — это действительно так, но ей все равно нужен отдых. В противном случае за психическое здоровье Избранной я не поручусь!

— В следующем мире передохнет, — последовал холодный ответ. — Приведи ее в чувство!

— Майсар, да что с тобой? Прояви милосердие, и дай бедняжке хотя бы несколько спокойных часов на отдых! Чем она тебе так не угодила?

— Чем? — хмуро переспросил мужчина, вновь бросив взгляд на ту, обморок которой уже успел перейти в весьма крепкий сон. — Быть может как раз тем, что Избранной стала слабая женщина. Или тем, что эта женщина просто есть. Вот смотрю на нее и не понимаю, почему она? Почему стихии избрали ее? Какая от простой человечки может быть польза, кроме вреда?

— А я не понимаю, какая тебе разница, кого на этот раз избрали стихии? Мужчина или женщина — не все и равно? Наша задача состоит не в том, чтобы оценивать сделанный высшими силами выбор, а следить, чтобы Избранный честно прошел все отведенные на его долю испытания. И вообще, чем возмущаться имеющейся кандидатурой, лучше скажи, что удалось выяснить из памяти аристократа, превращенного тобой в марионетку?

— Дарлан, а тебе не кажется, что ты забываешься? — вкрадчиво поинтересовался первый из семерки Следящих.

— Это не я забылся, Майсар — это ты ведешь себя странно, неужели сам этого не видишь? Вместо того, чтобы делать работу, которая на нас возложена, ты стоишь и рассуждаешь об Избранной. И, знаешь, что я думаю?

— Ну просвети меня, раз ты такой догадливый! — раздалось язвительное в ответ.

— Думаю, что все дело отнюдь не в поле нынешнего избранника стихий, а том, кто она для тебя. Прежде, я не замечал за тобой каких-то особо сильных чувств по отношению к женскому полу. Обычно, ты их просто используешь в угоду себе, не отвлекаясь на эмоции, а тут вдруг такое. Это тебе ничто не напоминает, нет?

— Нет! — ледяным тоном отрезал Майсар, — и хватит уже о смертной.

— Как скажешь, — пожал плечами светловолосый Дарлан. — Так, что там, с человеком?

— Его нанял Кайрис ил`Мар, из Заоблачного мира, чтобы убрать Избранную.

— Заоблачный мир? Род ил`Мар? Что же они никак не успокоятся-то? Уж сколько веков минуло с момента Суда над этими высшими элсирами! Или те думают, что если один раз им повезло, и за совершенные деяния весь род ил`Мар не вырубили под корень, то так будет и на этот раз?

— Не знаю, о чем они там думают, сидя в своих воздушных замках, но видимо придется напомнить кое-кому, чем чревато нарушение Правил, что были установлены задолго до того, как их мир стал одним из открытых. Что на одну силу, всегда найдется другая, куда большая.

— Согласен. Смертного же, как я понимаю, придется пустить в расход? — вопросительно приподнял одну из светлых бровей эльф.

— Как и всякого, кто попытается тем или иным образом изменить ход испытаний, проходимых Избранным, — равнодушно пожал плечами ведущий семерки Следящих и отвернулся чтобы уйти. Однако прежде, чем сделать это, добавил: "И вообще, хватит разговоров! Приводи смертную в чувство. Ей, как и нам, пора продолжить свой путь".

Неодобрительно покачав головой, глядя в спину уходящему товарищу, Дарлан опустился на корточки перед спящей женщиной и, коснувшись ее плеча, чуть сжал его.

***

Проснулась я от легкого прикосновения и далеко не сразу поняла, где нахожусь. А когда поняла, медленно села, настороженно глядя на нелюдя, что сейчас находился рядом и при этом внимательно смотрел на меня.

— Что? — спросила, нахмурившись, и старательно давя желание поежиться под его взглядом.

— Сожалею, госпожа Избранная, но я был вынужден вас разбудить, — мягко произнес тот и, поднявшись на ноги, протянул руку, предлагая мне свою помощь дабы подняться.

Отказываться не стала, но отнюдь не по причине того, что мне захотелось подержаться за руки с красавцем-блондином, а потому, что была не уверена в собственных возможностях. Я не знала, смогу ли без посторонней помощи подняться после пережитых "приключений".

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовался у меня мужчина, глядя как я переминаюсь с ноги на ногу, дабы оценить положение своего тела в пространстве.

— Нормально, благодарю, — коротко кивнула, не став говорить о той чудовищной усталости, что сейчас ощущала. Но это было мелочью по сравнению с тем, что после лечения эльфа у меня ничего не болело и исчезли даже мельчайшие ранки. Даже и следов не осталось от того кошмара, через что мне пришлось пройти.

Вспомнив о пережитом, о маркизе и его людях в частности, начала обводить взглядом лагерь, который прежде им принадлежал, но никого кроме плащеносцев в нем не оказалось. Те же замерли по периметру молчаливыми тенями и словно бы чего-то ждали.

— А где… — начала говорить я, намереваясь выяснить что стало с нападавшими, когда увидела то, от чего желудок буквально прыгнул к горлу, заставив поспешно зажать ладонью рот. Те, о ком я собиралась спросить, нашлись. Повешенными. Все трое.

— Боже мой! — сглотнув, ставшей вязкой слюну, выдавила я и поспешно отвернулась, потому как зрелище это было определенно не для слабонервных. Я себя к таким не относила, но и смотреть спокойно на раскачивающиеся на деревьях трупы, тоже не могла.

— Весьма неразумный поступок, госпожа Избранная, пытаться давить на жалость нам! — раздался вдруг из-за спины язвительный, с нотками пренебрежения мужской голос, от которого мое сердце на миг замерло, а потом радостно пустилось вскачь, что было совершенно нелогично, учитывая то, как именно эти слова были произнесены.

— Все здесь присутствующие прекрасно осведомлены, что вы сами двоих из этих людей практически отправили на встречу с предками, а теперь отворачиваетесь и пытаетесь показать, что вид повешенных шокировал вас?

"Глупой мышце слова не давали!" — мысленно цыкнула я на собственное сердце, которое продолжало вести себя ненормально, и неторопливо обернулась.

Лучше бы я этого не делала, потому что стоило мне увидеть обладателя голоса, который произвел на меня такое сильное впечатление, как я тут же забыла и о том, что он мне только что сказал, и о интонации, с которой были произнесены эти слова, и то, что незнакомец продолжает что-то говорить. В голове билась только одна мысль:

— Где таких мужиков делают?

Какие эльфы, какие альдоры, с их длинными гривами и смазливыми лицами! Всего в каких-то паре метров от меня стоял оживший идеал "моего" мужчины. Достаточно высокий, но все же не настолько, чтобы я рядом с ним чувствовала себя гномом; с гибкой, но не такой тонкокостной фигурой, как у того же эльфа, что меня лечил. Лицо незнакомца так же не разочаровало. Оно не поражало своей красотой или совершенством, а наоборот имело некоторую асимметричность черт, что, впрочем, ничуть не умоляло его привлекательности. Но тем самым, что потрясло меня до самой глубины души, были глаза мужчины. Выразительные, синие, несоизмеримо-глубокие и… нечеловеческие. У людей зрачок не может вытягиваться, как у кошки. У него же тот периодически менял свою форму, то становясь круглым и вполне человеческим, то сужаясь практически до едва различимой вертикальной черты. Кем же был этот потрясающий тип? Оборотнем, драконом, или представителем иной, неизвестной мне расы? Я, если честно, терялась в догадках, а еще изо всех сил старалась держать себя в руках и не позволить лишнего. Мне до зуда в кончиках пальцев хотелось подойти к своей ожившей мечте и прикоснуться. Проверить, что тот, кто стоит передо мной — реален, а не плод воображения и не глюк, являющийся результатом пережитого стресса.

— Госпожа избранная! — неожиданно хлестнуло ледяным по ушам и тем самым вернуло в реальность. — Быть может вы перестанете смотреть на меня, как налакомство, и ответите хотя бы на один из моих вопросов! Или то, о чем я спрашивал все это время, слишком сложно для вашего понимания?

Слова, сказанные моей ожившей мечтой, заставили вновь екнуть мое сердце, но на этот раз не от радости, а от боли, в носу защипало, а в душе буйным цветом расцвела обида. За что этот мужчина так со мной? Откуда столько уничижения к совершенно незнакомой ему женщине?

Однако, несмотря на собственный организм, который, казалось, совершенно сошел с ума, я собрала волю в кулак и заставила себя начать мыслить трезво. По своей реакции на этого индивида я поняла, кем тот является для меня (спасибо иссу Лейду, который успел просветить), однако тот факт, что я так неожиданно для себя встретила того, о ком тайком грезила и кого мечтала встретить, еще не повод становиться слезливой истеричкой. Никогда раньше не была ею и не буду, независимо от того моя пара этот красавец или не моя. Так что сердцу — молчок, эмоции под замок, а сходящие с ума гормоны придется брать под неусыпный контроль.

— Отчего же не посмотреть, если есть на что, — криво усмехнулась я, найдясь с ответом. А затем скрестила руки на груди, тем самым словно пытаясь защитить свое сердце от тех стрел Амура, что неосознанно продолжал посылать в него этот хамоватый тип.

— Что же до ваших вопросов, так с чего вы решили, что я должна на них отвечать?

— Не должны, однако я надеялся на вашу сознательность. Видимо, зря. Данное качество, по всей видимости, кое-кому вообще не свойственно.

— Ну да, ну да, а кое-кто, похоже, слишком скор на выводы, — сладко улыбнулась я, начиная уже по-настоящему злиться. — Вы во всем такой же быстрый?

— На что это вы намекаете, госпожа Избранная? — опасно сузив глаза, с вытянувшимся в тонкую линию зрачком, едва ли не прошипел стоящий напротив меня мужчина.

— О, совершенно не на то, о чем вы подумали, но, как известно, у кого что болит, тот о том и… — на этом месте я предпочла заткнуться, потому что его лицо стало как-то неуловимо меняться. Видимо, удалось мне довести до "ручки" этого нелюдя, и вот теперь, распахнув пошире глаза, я ждала, когда же тот покажет свое истинное лицо и даст понять, к какой расе принадлежит моя гипотетическая пара.

Однако тот вовсе не спешил делиться со мной этими ценными знаниями. Более того, вдруг совершенно успокоился, а потом, глядя с подозрением во взгляде, спросил:

— Что это вы так на меня смотрите, госпожа Избранная?

— Так, жду.

— Чего? — еще больше напрягся мой собеседник.

— Мне интересно, что с вами будет дальше: огнем начнете плеваться, или шерстью обрастете?

По тому, как сильно потемнели сапфировые глаза моего идеала мужчины, став цвета штормового моря, я поняла, что меня сейчас будут убивать. Однако этого так и не произошло, потому что драматичность момента нарушил искренний и громкий смех эльфа, о котором мы, начав свою перепалку, как-то успели позабыть.

— Дарлан! — рыкнул сквозь зубы мой визави, и стало ясно, что буря миновала. Если и на кого сейчас обрушатся громы с молниями, то уж точно не на меня.

— Ну прости, я не смог сдержаться. Ты… она… может вы уже поцелуетесь и мы продолжим путь? Ведь эту увлекательную пикировку можно и по дороге продолжать?

"Все! — мысленно подумала я, заметив, что синеглазый красавец потемнел не только глазами, но и лицом, а на небе как-то подозрительно быстро стали сбираться темные тучи, которые взялись буквально из ниоткуда — кранты эльфу". Может стоит поискать укрытие, а то как бы меня ненароком не зацепило, если эти двое перейдут от слов к делу.

Вот только подумать-то подумала, но предпринять ничего не успела, потому что над головой вдруг бабахнуло так, что у меня в голове зазвенело, а мелькнувшие следом ослепительно-белые молнии едва не лишили зрения.

— Майсар, ты совсем спятил что ли, отзови стихию! — покосившись на уже практически совершенно черные небеса, потребовал блондин, которого, как я запомнила, звали Дарлан.

Напуганным или хоть сколько-нибудь встревоженным он не выглядел, а вот остальные плащеносцы, которые в отличие от уже знакомых мне мужчин так и не сяли своих капюшонов, определенно стали проявлять признаки беспокойства.

Как ни странно, синеглазый метатель громов и молний послушался своего товарища, и темнота стала рассеиваться, однако взгляд, как и слова на незнакомом мне языке, который тот бросил остроухому (прежде, чем развернуться и уйти), подсказали, что, возможно, еще ничего не закончилось. Вполне возможно, эти двое позднее все же решат выяснить отношения иным способом, кроме словесного.

Проводив взглядом свою гипотетическую пару, лаконичные движения которой довольно красноречиво свидетельствовали о том, насколько мужчина был не в духе, повернулась к эльфу и задала вопрос, который уже давненько крутился у меня в голове:

— А кто вы, собственно, такие, господа?

— Мы — Следящие, — посмотрев на меня неожиданно серьезно, сообщил тот, а потом добавил, не дав мне и рта раскрыть:

— Подробностей, вам знать не полагается, госпожа Избранная. Уж извините!

— А что мне полагается? — вновь начала заводиться я, услышав такой ответ. — Для чего меня выдернули из привычного мира и отправили в странствия по мирам? Кто-нибудь спросил, надо ли мне вообще все это? Я домой хочу, ясно?

— Тише! — неожиданно мягко произнес Дарлан, делая несколько шагов навстречу и кладя ладони на мои плечи. — Я отвечу на ваши вопросы, госпожа Избранная. Во всяком случае на те, которые можно.

Очередным усилием воли я призвала себя к спокойствию, а потом тихо произнесла, мысленно сама удивляясь тому, что решила поделиться наболевшим с совершенно незнакомым мне мужчиной:

— Я так устала, вы даже представить себе не можете насколько. Вроде и прошло не так много времени, с тех про как я вынужденно покинула свой мир, но столько всего плохого успело случиться, что в пору за голову хвататься. Меня душили, пытались поджарить молниями и заморозить. Сердце одного из миров, опять же, пожелало со мной пообщаться и вывалило на мою бедную голову кучу вероятностей развития моего будущего. И вдобавок, как будто этого было мало, местный правитель приперся делать мне предложение стать его второй женой, а сделал он его весьма странным образом и в странном виде. Но апофеозом всему стало посещение этого мира, где меня едва не убили и не сотворили вещей еще более страшных, только потому, что местным понадобилась информация о представителе расы, о которой я вообще слыхом не слыхивала! Ну, за что мне все это, а? Вы можете ответить? Я ведь, вроде, и не так много грешила в своей жизни, чтобы теперь так расплачиваться за свершоное.

— Я постараюсь вам ответить и объяснить то, что можно, — вздохнув, произнес эльф, практически повторив мне то, что говорил раньше, — а вам нужно попытаться успокоиться.

Согласно кивнув, прикрыла глаза и сунула руки в карманы, дабы тот не видел моих сжатых в кулаки пальцев, и одна из рук тут же уперлась во что-то. Удивившись, разжала пальцы и принялась ощупывать предмет, который лежал в кармане. А тот оказался… штурком. Да, да, тем самым, с шестью камушками, что подарил перед расставанием исс Лейд.

На моих губах сама собой появилась слабая улыбка, а пальцы вновь жались в кулак, пряча вещицу внутри. То состояние дикого напряжения, что ощущалось во всем теле все это время, начало потихоньку отпускать и, думается мне, не просто так. Подарок альдора каким-то образом способствовал этому.

— А у вас неплохо получается! — услышала я слегка удивленный голос у себя над головой.

— Вы о чем сейчас говорите? — спросила, непонимающе посмотрев в ясные глаза эльфа.

— О том, что вам, госпожа Избранная, довольно быстро удалось взять себя в руки.

Я только плечами пожала, не став признаваться, что именно помогло мне сделать это.

— Значит, не скажете, в чем ваш секрет? — правильно понял мою пантомиму Дарлан. — Что ж, не стану допытываться. Но тогда, быть может, вы согласитесь ответить на другой мой вопрос?

— На какой?

— Вы сказали, что правитель одного мира пришел делать вам предложение странным образом и в странном виде. Не расскажете подробнее?

— Да, что там рассказывать, — закусила я губу дабы не начать хихикать, вспомнив, как все было. — Пришел ночью, хотя его никто не звал; произнес совершенно непонятные для меня слова про хранительницу его сердца, духа и разума; а после, просто взял и скинул всю одежду, следом за чем попытался ничего не понимающей мне вручить ритуальный кинжал. Для какой цели — не ведаю. Я не стала спрашивать, а он объяснять, потому как ситуация была, мягко говоря, нестандартная.

— О, как? — весело сверкнул глазами мой собеседник. — И, чем все закончилось?

— Чем, чем — ноги пришлось уносить! Так и перенеслась в этот мир, бултыхнувшись в реку.

— Мда, весело вам пришлось.

— Не то слово, — не смогла я удержаться от тяжкого вздоха. — Так весело, что иногда плакать хочется.

— Не нужно плакать, госпожа Избранная, давайте лучше поговорим, но по дороге. А то, боюсь, одними громами и молниями мы с вами не отделаемся.

Верно поняв намек мужчины, который говоря все это смотрел куда-то мне за спину, обернулась. В нескольких метрах от нас стоял синеглазый Майсар, рядом с которым находились остальные члены его отряда. И, судя по тому, каким взглядом прожигал меня и эльфа, дальнейшее промедление действительно было чреватым.

— Дарлан, — тихо обратилась я к остроухому, руки которого по-прежнему лежали на моих плечах, — вы уж извините, что я к вам так просто по имени обращаюсь, но можно тоже задам вопрос? Всего один.

— Задавайте, госпожа Избранная, — чуть улыбнулся тот, — и это ничего, что вы обратились ко мне просто по имени. Это мне извиняться надо, раз уж повел себя так невежливо и не представился раньше.

— Тогда уж и вы зовите меня по имени — Дарья.

— Быть может вы уже прекратите свой обмен любезностями! — неожиданно вклинился в наш диалог не менее тихий, но чертовски злой голос Майсара, и я поняла, что озвучивать свой вопрос придется не только в присутствии одного блондина, но и его командира.

— Зачем мне идти с вами? — спросила, обращаясь именно к нему.

— Затем, что до следующего перехода вы вряд ли доберетесь не найдя на свою дурную голову еще каких-нибудь проблем! — отрезал мужчина, полоснув по мне неприязненным взглядом. — Так что лучше поблагодарили бы, за оказанную любезность, а не задавали глупых вопросов.

— Дурную голову?! — зло прошипела я, чувствуя, что еще немного и словно дикая кошка кинусь с когтями на этого… этого…

— Дарья, не надо! — остановил меня совершенно спокойный голос эльфа. Слишком спокойный, чтобы это могло показаться нормальным, а потому я отвернулась от синеглазого гада, который вызывал во мне такую бурю эмоций, и взглянула на Дарлана.

А тот стоял и просто смотрел на Майсара. Но как смотрел: меня аж мороз по коже продрал.

В общем, в путь мы все-таки двинулись. И даже в полном составе, вот только обстановка внутри отряда была гнетущей. Я шла, стараясь держаться поближе к светловолосому остроухому, который стал островком спокойствия среди окружающих меня незнакомцев и мужчины, близость которого заставляла сильно нервничать. И во что я снова влялась?..

***

Путешествие с семеркой Следящих вышло непродолжительным, но дало много новых сведений и впечатлений.

Дарлан, как обещал, поведал мне об Избранных, начав свой рассказ с заявления, что миров великое множество. Это, впрочем, не стало откровением, потому как подобная теория выдвигалась в каждой пятой фентезийной книге, кои пачками печаталась в моем родном мире.

Не особо удивило меня и заявление мужчины о том, что каждый Избранный выбирается для конкретного мира и с совершенно определенной целью. Но вот то, что отбором кандидатов в те самые Избранные, ведают некие Стихии, заставило заинтересоваться. Кто или что они такие, эльф рассказывать мне не стал, аккуратно намекнув, что не моего ума это дело. Не стал он и говорить о том, для какого конкретно мира предназначалась лично я, хотя было совершенно точно, что этими сведениями остроухий владел. Зато мне довольно охотно поведали, что я сумела (и весьма успешно) пройти экзамен на некоторые личностные качества характера, которые необходимы тому, кем мне только предстояло стать. На мой же закономерный вопрос, к чему меня готовят, раз так долго мурыжат своими испытаниями, Дарлан лишь загадочно улыбнулся и промолчал. Он вообще умолчал о многом, но я была благодарна эльфу уже и за те крохи, которые он мне дал.

Закончив разговор, принялась обдумывать полученные сведения, и та картина, которая начала постепенно вырисовываться, была довольно безрадостной. Получалось, что меня выдернули из родного мира и наградили неким Предназначением, которое предстояло исполнить в одном из миров. Моего мнения по этому вопросу, никто не спрашивал. Я была только лишь марионеткой, которую вели через испытания, дабы удостовериться, что выбранная кандидатка подходит на нужную роль.

Все это, конечно же, не могло не беспокоить, и вдобавок неимоверно злило. А кто бы спокойно отнесся к сообщению, что он только кукла, которой взялись поиграть высшие силы. Что жизнь и здоровье той самой куклы, ничего не значат: сломается одна, так всегда можно найти другую. Вот и я не смогла. В душе царил такой раздрай, что даже росток ифхи, который с недавних пор стал частью меня, не смог помочь. А ведь именно он спас меня от того из людей маркиза, что пытался задушить. Если бы не помощь симбионта, быть бы мне трупиком. До сих пор не знаю, что полуразумное растение сделало с тем мужчиной, но, видимо, потратило оно на этого гада немало сил, из-за чего сейчас и не справлялось с теми эмоциями, что рвались наружу.

Но, видимо, тому, кто наблюдал за мной сверху, этого показалось мало, потому что в тлеющий костер моего гнева, регулярно подливал масла синеглазый предводитель плащеносцев. Его взгляды, как и колкие комментарии, весьма ощутимо били по моему самолюбию, а я из последних сил делала вид, что мне все равно (хотя это, конечно же, было совсем не так).

Единственным, что хоть как-то помогало удерживать себя в рамках, даря чувство пусть краткого, но столь необходимого спокойствия, был тот самый шнурок с шестью камушками, который подарил мне исс Лейд. Я периодически касалась его, получая очередную порцию "успокоительного", и продолжала идти вперед. Но в конечном итоге мне надоело постоянно засовывать руку в карман за нужной вещью, и потому я просто взяла и закрепила подарок альдора на запястье, на манер браслета. А сделав это, сразу ощутила себя намного лучше. Гнев поутих, как и желание бросаться на окружающих дабы покусать. И почему я не подумала надеть шнурок на себя или вплести его в волосы раньше? Меня бы тогда совершенно не касался тот негатив, что выливал на мою бедную голову синеглазый тип, по чьей-то злой иронии оказавшийся моей парой.

Вот только надевая на руку так понравившуюся мне вещицу, которая к тому же оказалась и весьма полезной, я совершенно не представляла, к чему все это приведет. Знала бы, завязала свой подарок к примеру на лодыжке, где тот остался бы никем не замеченным.

Буря грянула во время одной из кратких остановок, что были необходимы эльфу Ясару, который, как я выяснила, являлся в этой семерке Направляющим. Его задачей являлось проектирование максимально удобного маршрута из точки А в точку Б. Мужчина ставил своеобразные магические маяки, после чего за дело брался уже Дарлан, который делал, на мой взгляд, нечто совсем уж невероятное, а именно открывал в одном из слоев подпространства Путь, ориентируясь на те самые поставленные товарищем маяки. Таким образом дорога к цели занимала в разы меньше времени. Вот только расстояние, на которое Ясар мог установить так называемую разметку, было не особо велико, поэтому в каждой точке выхода группы приходилось делать все заново.

И эти двое нелюдей являлись не единственными в семерке, кто обладал столь необычными способностями. Каждый из плащеносцев имел свой дар, который те использовали в нужный момент, действуя при этом на удивление слаженно, словно являлись единым организмом. Мужчинам совершенно не мешало то, что они все были разными и принадлежали, надо полагать, к разным мирам.

К примеру, тот же самый Ясар был, как и Дарлан, представителем расы Перворожденных, но выглядел почему-то иначе. Его фигура была такой изящной, что казалась эфемерной, длинные волосы почти белыми, а взгляд светло-зеленых глаз каким-то потусторонним. Глядя на этого остроухого, хотелось не восхищаться его совершенной красотой, а зябко ежиться. Ясар стал третьим, кто снял передо мной свой капюшон, а его бледные губы искривила чуть насмешливая улыбка, когда он увидел мою реакцию на свою внешность. Видимо не я первая так веду себя.

Четвертым и последним, чье лицо из семерки плащеносцев получилось увидеть (потому что оставшиеся трое так и продолжали держаться особняком), стал весьма симпатичный черноволосый оборотень с красивыми янтарными глазами, по повадкам которого можно было предположить, что его зверь кто-то из кошачьего племени. Да у него даже имя было соответствующим — Миртил. Когда знакомился со мной, мужчина не то прорычал его, не то промурлыкал, растянув при этом звук "р", чем невольно вызвал у меня улыбку. С этим легким в общении нелюдем, я нашла общий язык даже быстрее, чем с Дарланом.

Так вот о буре, которая разразилась нежданно-негаданно для всех, в одной из точек выхода. Ясар только успел прикрыть глаза, дабы расставить очередные маяки, а я, подойдя к оборотню, завела беседу ни о чем (при этом непроизвольно касаясь рукой подарка альдора), как неожиданно воздух вокруг нас резко упал на несколько градусов, а затем мой с Миртилом разговор прервал ледяной голос предводителя плащеносцев:

— Откуда у вас это, госпожа Избранная?

— Вы о чем сейчас говорите? — обернулась я, недоумевая, к чему еще решила придраться эта синеглазая зараза.

— Это! — указал Майсар на мое запястье, на котором находился подарок исса Лейда. — Откуда у вас данная вещь?

— Подарили, — ответила я, продолжая недоумевать.

— Дайте сюда! — приказным тоном потребовали у меня, протянув руку, в то время как температура воздуха все продолжала опускаться.

— Вот еще! Это мой подарок!

— Дайте Его Сюда! — отчеканил мужчина, сделав пару шагов в мою сторону, но дальше ему двинуться не позволил Дарлан, заступив дорогу.

— Псих! — испуганно пискнула я, на всякий случай прячась за спину оборотня, а то вдруг эльфу не удастся задержать непонятно от чего озверевшего товарища. Так хоть будет на пути еще одна преграда, которая, быть может, и устоит (не дав меня тем самым в обиду).

— Майсар, успокойся! Что на тебя вообще нашло? — тихо произнес Дарлан, по-прежнему не двигаясь с места и не давая предводителю отряда пройти дальше.

А тот, в общем-то, уже никуда и не рвался, а продолжал беситься оставаясь на месте, потому что до меня донеслось его злое шипение:

— Что на меня нашло? Да ты только посмотри, что у нее на руке надето!

"А что у меня на руке такого надето? — удивленно подумала я, опуская взгляд на собственное запястье. — Все лишь подарок, без которого, кстати, я бы уже озверела, наверное".

Отведя глаза от кожаного шнурка с шестью камушками, посмотрела на мужчин и заметила, что они не отрываясь смотрят на мою руку, и выражение лиц при этом у всех разное. Да, что не так то?

Полюбовавшись на мое запястье, затем на удивленное выражение лица, Дарлан вновь обернулся к товарищу и чуть насмешливо поинтересовался:

— Я не понимаю, почему тебя так задевает то, что носит Избранная, если ты, судя по тому, как себя ведешь, отказался от дара Стихий. Ведь, отказался же?

— Я еще ничего не решил! — последовал донельзя раздраженный и абсолютно непонятный для меня ответ. О чем они вообще говорят?

— Если не решил, то меняй свое отношение, иначе останешься в проигрыше.

— А мне никто не хочет объяснить, что происходит? — немного выступив из-за спины помалкивающего оборотня, обратилась я к спорившим мужчинам.

— Нет! — процедил Майсар, сверкнув на меня своими невероятными глазами. — И снимите уже с себя эту вещь!

— С чего бы это? — фыркнула я, скрещивая руки на груди. — Она моя. Хочу ношу, хочу нет.

— А вы вообще понимаете, что именно носите? Что это не просто украшение? — продолжил доставать меня этот невозможный тип.

— Понимаю. Но не понимаю, каким боком это касается вас?

Майсар тихо зарычал, и тогда в нашу начавшую принимать явно нежеланный оборот перепалку, вмешался эльф, очень мягко обратившись ко мне:

— Дарья, пожалуйста, снимите тот предмет, что находится сейчас на вашей руке. Вы же видите, что происходит. Прошу вас, сделайте, как я говорю. Потом, когда мы все с вами расстанемся, вы сможете надеть эту вещь обратно, если захотите.

Предводитель семерки Следящих зарычал громче и вновь дернулся в мою сторону, но его удержал Дарлан, тоже повысив голос:

— Уймись уже! Сам виноват в том, что происходит, так чего теперь беснуешься?

Пока эти двое препирались, я нехотя сняла подарок альдора и вновь сунула его в карман. Нет, я конечно могла бы упереться и стоять на своем, так как действительно только мне решать, как поступать со своими вещами, но не стала этого делать. Проблемы бы это не устранило, а спор затянулся на неизвестно сколько времени. Эх, скорей бы уже следующий переход произошел, а то эти странные личности, с их не менее странными тайнами, уже порядком достали. И потом, был шанс, что расставшись с Майсаром, я рассталась бы и с той болезненной тягой к нему, которую испытывала, несмотря на все его отвратительное поведение. Ведь не зря же говорят: "С глаз долой, из сердца вон!"

— Я закончил! — ворвался в мои размышления голос Ясара, который невольно разрядил то напряжение, что повисло в воздухе.

— Идемте! — мрачно произнес предводитель отряда, продолжая буравить меня тяжелым взглядом, а Дарлан только кивнул. Теперь была его очередь действовать, так что вскоре все вновь куда-то шли.

Когда вдруг последи леса возникла поляна, на которой словно бы из земли в круг росли причудливой формы камни, я удивленно захлопала глазами. Менгиры? Здесь?

— Дарья, вам туда! — привлек мое внимание Дарлан, отрывая от созерцания чуда, которое я вовсе не ожидала увидеть в другом мире.

— Туда? — переспросила я, посмотрев на мужчину, который указывал на камни.

— Да. Как только вы встанете в центр, откроется переход в следующий мир.

— Понятно. В таком случае, прощайте, господа, — кивнула не став озвучивать тот десяток вопросов, что сейчас крутился у меня на языке, но не удержалась от небольшой шпильки и насмешливо добавила: "Рада была познакомиться, хоть и не со всеми!"

Полюбовавшись эффектом, который произвели мои слова, я уже развернулась чтобы уйти, как меня остановил ироничный голос ведущего семерки Следящих.

— Напрасно прощаетесь, госпожа Избранная! Вы с нами еще обязательно встретитесь. Хоть и не со всеми.

— Вот как? — полуобернулась я, чтобы взглянуть на того, от одного голоса которого мое сердце всякий раз замирало. — Тогда я искренне надеюсь, что среди этих "не всех", с кем я встречусь, не будет вас, Майсар. Это было бы прискорбно.

Лицо синеглазого мужчины при этих моих словах забавно вытянулось, а в глазах появилось просто непередаваемое выражение, но я не стала задерживаться дабы потешить свое самолюбие тем, что мне удалось напоследок уколоть этого невыносимого типа. Вместо этого вновь повернулась лицом к менгирам и в несколько шагов преодолела разделяющее нас расстояние.

Дарлан что-то говорил про центр? Что мое перемещение случится, когда я его достигну? Он ошибся, потому что стоило мне пересечь границу круга камней, как все и случилось. Вот только я ожидала привычного полета в темноту, а получилось так, что вошла в одном месте, а вышла совсем в другом. Вышла, и застыла, потому что там, в другом мире, меня уже ждали.