Глава 29

Делая шаг во тьму, я была готова если не ко всему, то к многому, поэтому почти не удивилась, когда впереди вспыхнул ослепительно-белым (словно в свете прожектора) большой алтарный камень.

Чуть помедлив, направилась к нему, хотя ощущала себя при этом весьма неуютно. Идти пришлось все в той же тьме, а каждый мой шаг отдавался гулким, бьющим по ушам эхом: давая понять, что двигаюсь через какой-то огромный зал. В котором, вдобавок, оказалось довольно прохладно, а до слуха то и дело доносился весьма характерный звук, который бывает при сильном сквозняке.

Путь мой к цели оказался долгим, что только подтвердило ранее сделанное предположение о величине помещения. Но вот когда до алтаря оказалось расстояние — руку протяни и коснешься, я остановилась в нерешительности. Что дальше-то делать?

Постояв некоторое время, разглядывая предмет перед собой, обошла его кругом, а потом, мысленно помянув всем известную кошку из поговорки, нерешительно, одним пальчиком, коснулась алтарного камня.

Ничего не произошло. Гром не загремел, молнией меня не шарахнуло, и даже голосов над головой не зазвучало. А вот предмет моего изучения, к немалому удивлению, вызвал еще больший интерес, потому как оказался… теплым.

Это было настолько неожиданным, что я на миг впала в ступор. Но лишь на миг, потому что в следующий момент к камню прижались уже обе мои руки.

"Как хорошо!" — промелькнула в голове довольная мысль. Следом за которой пришла другая, не такая более радостная: "Мне чудится, или температура в загадочном Храме еще больше понизилась?"

И словно ответом на мой мысленный вопрос, лица в нескольких местах коснулось нечто маленькое и очень холодное. Снег? А следом за этим свист сквозняка изменил тональность и стал больше похож на завывание вьюги за окном в зимнюю ночь. Уже от самой этой мысли стало зябко, а по спине пробежал неприятный холодок дурного предчувствия. Или то был просто холод, что пробрался под тонкую рубашку и коснулся обнаженной кожи?

Это обстоятельство вынудило меня сначала приблизиться к алтарному камню вплотную, а потом и вовсе взобраться на него с ногами, потому как холод за его пределами перешел в категорию легкого морозца. И стоило мне только оказаться на теплой, почти горячей поверхности странного камня, как вокруг него разразилась самая настоящая снежная буря. Где-то над головой угрожающе прогрохотал гром, ветер принялся завывать, точно стая голодных волков, а снег повалил стеной. Я это выяснила методом высовывания руки за границы освещенной части своего укрытия. Кончики пальцев мгновенно обожгло холодом, словно я сунула их в прорубь, а когда поспешно дернула руку обратно, весь рукав оказался щедро обсыпан большими, белыми и ажурными хлопьями.

"И, как все это следует понимать?" — озадаченно подумала, слыша, но не видя творящийся вокруг беспредел. — Я сюда вообще-то не затем шла, чтобы посидеть на теплом камушке в луче непонятного света, и послушать концерт из сил природы.

— Эй вы там, может хватит играться? — задрав голову и жмурясь от яркого, слепящего глаза белого света, прокричала я куда-то в район потолка.

Тот, как и все пространство вокруг, терялся в темноте, а разглядеть, откуда на алтарный камень падает свет, оказалось невозможно.

Ответная реакция на мои слова последовала незамедлительно. Тишина вдруг воцарилась такая, что я смогла услышать стук собственного сердца, а дыхание, срывающееся с губ, показалось оглушающе громким.

— Вот, совсем другое дело! — достаточно громко и с нарочитой уверенностью, которую не испытывала, произнесла я. Страха не было, а вот чувство, что на мне разом сосредоточились несколько изучающих взглядов — было.

А мои слова между тем опять не остались без ответа. За спиной словно раздался тоненький, пронзительный смех. Или же то вновь был лишь ветер, а мое взбудораженное необычной ситуацией воображение нарисовало совсем другое?

— Эм. Может познакомимся? — буквально заставив себя открыть рот, обратилась я к тем, кто несомненно присутствовал в этот момент в Храме, но кого я не могла видеть. — Вы меня, понятное дело, знаете, но вот я-то вас нет. Это как-то невежливо, не находите? Опять же, выдернули приличную девушку из родного мира, кинули, как кутенка в водоворот событий, а сами в кусты? Или вам настолько стыдно, что на глаза той, чью жизнь поломали, смелости показаться не хватает?

Снова раздался тоненький смех откуда-то из-за плеча, и на этот раз я была точно уверена, что это не ветер и не мое воображение. Что, впрочем, и подтвердили дальнейшие слова, прозвучавшие шепотом возле уха и, признаться, напугавшие до чертиков.

— Обернись!

Вздрогнув всем телом, я однако осталась сидеть, как была. Но отнюдь не потому, что такая смелая, а по причине сковавшего тело ужаса. Впрочем, страх почти сразу отступил, под напором поднявшегося из глубины души гнева. И на следующий пробирающий до костей шелест, требующий того же, ответила холодно и резко:

— А самому обойти и показаться мне на глаза — совсем никак?

И стоило только договорить, как прямо перед лицом, заставив отшатнуться назад и едва не сверзиться с алтарного камня, вспыхнул сгусток чистого пламени, размером с футбольный мяч.

— Нарываеш-шь-ся с-смер-р-тная! — плюясь искрами во все стороны, точно бенгальский огонь, прошипело это огненное нечто.

— Уймись, брат! — прожурчал другой голос, пробежавшийся вокруг камня, а затем у одного из дальних его углов образовался другой непонятный сгусток, но на этот раз синего цвета.

Попереливавшись немного, словно решая как поступить, тот вдруг струйкой потек вниз: видоизменяясь так, что все больше начал походить на человеческий силуэт. Я и глянуться не успела, на краешке алтаря оказалась сидящей фантастически-тоненькая девушка. По ее прекрасному лицу, фигуре и длинным синим волосам словно беспрестанно стекали водяные дорожки, что не давало возможности как следует рассмотреть незнакомку.

Впрочем, это обстоятельство не помешало понять, кто передо мной. То была первая из стихий, а именно — вода. И это ее явление, словно стало сигналом для остальных. Одна за другой показались еще две фигуры, которыми были Воздух и Земля, а вот огнем оказался обладатель голоса, который требовал, чтобы я обернулась. И если три других имели женские силуэты, то четвертая стихия предстала в виде мужской. Красноволосый, широкоплечий красавец с пламенным взором, надолго приковал мой взгляд к себе, а очнуться заставило дружное хихиканье остальных стихий.

Встряхнувшись, сбрасывая тем самым наваждение, я оглядела продолжающих хихикать Воду, Воздух и Землю (явно довольных тем эффектом, что произвел на меня Огонь), и вежливо поинтересовалась, не обращаясь ни к кому из них конкретно:

— А "пятый элемент", где?

Веселье вдруг резко прекратилось, а мне тут же стало неуютно под пронизывающими взглядами всех четверых. Однако проникнуться как следует воцарившейся атмосферой не успела, потому что над головой вдруг прозвучал громовой голос, в котором послышалась насмешка:

— Здесь я, маленькая Избранная!

— А почему не показываешься? — полюбопытствовала я, пропустив мимо ушей "маленькую".

— Испугаешься. Все смертные боятся. Да и велик я слишком, чтобы рядом с остальными умаститься, — отозвался все тот же Глас свыше.

— Хм. Ну, что же. Тогда оставайся там, где ты есть, Большой Брат, — не стала я настаивать на зримом присутствии того самого "пятого элемента". Хотя, признаюсь, было жутко интересно узнать, как тот выглядит. Более того, я вообще понятия не имела, что он есть такое. Просто знала о его существовании.

Над головой, в ответ на мои слова о Большом Брате, прогрохотало так страшно, что я невольно вжала голову в плечи. И только когда все стихло, а со мной так ничего и не случилось, я поняла, что это был всего лишь смех.

— Для чего ты пришла сюда, Избранная? — нарушило воцарившуюся тишину, во время которой я спешно пыталась сообразить, что сказать, журчание стихии воды.

— Задать несколько вопросов, а еще посоветоваться.

Фигуры Стихий, что располагались по четырем углам алтарного камня, остались недвижимы, но несмотря на это у меня создалось впечатление, что те переглянулись.

— Спрашивай, Избранная! — прошелестела Земля.

Набрав в грудь побольше воздуха, решилась задать самый главный волнующий меня вопрос:

— Почему Избранной стала я?

Пауза, и раздались слова Огня, в которых послышались ирония и легкое пренебрежение:

— А почему бы и нет?

— Это не объяснение! — я изо всех сил старалась говорить спокойно и не дать всколыхнувшейся в душе злости, проявить себя в голосе.

— Каков вопрос — таков ответ, — последовала очередная издевка от стихии огня.

Я сцепила зубы, потом сделала глубокие вдох-выдох, и задала следующий вопрос, потому как на этот мне по всей видимости правдиво отвечать не собирались:

— Могу ли я отказаться от титула Истинной Правительницы этого мира?

— Нет, Избранная, — чуть качнула головой в отрицательном жесте стихия земли, тихий голос которой напоминал шелест листьев на деревьях, когда в них гуляет ветер.

Я сникла, однако окончательно расстроится не успела, потому как последовало продолжение. И на сей раз, заговорила со мной стихия воздуха, мелодично пропев:

— Но мы не станем возражать против твоей идеи с Наместником. Найдешь достойного — пусть правит!

В первый момент, услышав все это, я обрадовалась, а вот во второй озадачилась, потому как ведь никому не рассказывала об этой идее — только размышляла на данную тему. Получается, мои мысли для этих загадочных сущностей, не секрет?

— Не секрет, — смеясь, прожурчала Вода: озвучив последнее, что я только что подумала. — Но мы и не просто разумные живые существа, чтобы тебе требовалось скрывать их от нас. Мы — нечто гораздо большее. И мы тебе не враги.

"Угу, не враги, — мрачно фыркнула я про себя. — С такими повоюешь! Живо на атомы разберут и развеют в эфире.

— Вер-рно мыс-слиш-шь, Избр-ранная, — шипяще ухмыльнулся Огонь, а от него в разные стороны посыпались искры.

— Верно мыслю, ага, вот только как мне выбрать того самого Наместника? — принялась я рассуждать вслух, хотя могла бы делать это и мысленно (все равно была бы услышала). — Была идея провести что-то вроде Отбора, в котором приняли бы участие достойнейшие из элсир этого мира. Боюсь только желающих будет очень много. И как определить, которые те самые достойнейшие? А еще нужно место, где будут проходить испытания.

— Достойнейших ищи среди высших элсир, — прошелестела Земля. — А как их определить, мы поможем.

— Почему только среди них высших? Чем плохи остальные?

— С-слабые, — уничижительно фыркнул Огонь.

Я удивленно вскинула брови, не совсем понимая о чем он, и мне пояснили. Причем сделал это тот, кто прежде в беседу не вмешивался.

— Выбирать кандидатов для участия в Отборе, тебе придется из высших элсиров. И дело тут не в том, что они чем-то лучше остальных жителей Заоблачного, а в магии! — громыхнул голос у меня над головой. — Рядовой элсир, каким бы замечательным ни был, не потянет целый мир. Истинный Правитель — не просто громкий титул. От него и его магии зависит благополучие всего этого мира. Будет ли он процветать, или придет в упадок.

— Я не совсем понимаю, какова конкретная функция Истинного Правителя.

— Истинный Правитель — это тот, в руках кого сосредоточена ВСЯ власть над этим миром. В его праве — судить, карать и миловать. Его решения не обсуждаются и не оспариваются. Любой из жителей Заоблачного, может обратиться к Истинному Правителю дабы тот рассудил спор или какую-то сложную ситуацию. Только ему подвластно ощутить весь этот мир целиком и помочь там, где это необходимо. В этом состоит задача Истинного Правителя.

— Гм, — пробормотала я, потерев пальцами лоб. — Как-то все это абстрактно и обтекаемо звучит. Быть может есть какая-то должностная инструкция, в которой написано по пунктам что нужно делать?

— Нет никаких инструкций! — гаркнул Большой Брат. — Ты сама все постепенно поймешь.

— Ну да, конечно! Сама. Все сама и никак иначе. Эх, ладно! Вернемся к нашим баранам. То есть я хочу сказать — элсирам, которым надлежит стать участниками Отбора. Как мне определить, кто подходит, а кто нет?

— Тут мы сможем помочь, — в очередной раз принялась шелестеть Земля.

— Тебе нужно лишь призвать Сферу силы, — продолжила уже Вода.

— Пусть все желающие участвовать в Отборе на титул Наместника, подходят к ней и касаются, — раздался легкий свист ветра. — Засветится Сфера — значит кандидат подходит, а нет, значит нет.

— Хорошо, — кивнула я, мысленно радуясь тому, что моя затея начала приобретать хоть какую-то определенность. — А как я должна призвать ту самую Сферу силы?

— Мыс-сленно, с-смер-ртная, — Огонь был как всегда краток.

— А дальше уже сама придумывай, как будешь отбирать достойнейшего прогромыхал таинственный "пятый элемент" у меня над головой.

— А у меня уже есть мысли, как поступить. Но я не знаю, каким образом все это воплотить в жизнь. Не поможете?

Минута-другая молчания, а потом голос продолжил:

— Хорошо, Дарья. И, ты можешь не говорить вслух. Просто думай. Мы услышим тебя.

"И правда, чего это я?" — мысленно хлопнула я себя ладошкой по лбу, а потом принялась "думать", как было велено.

Я размышляла о том, как вижу всю эту ситуацию с Отбором, а находящиеся рядом со мной Стихии внимали этим рассуждениям. Упомянула, что хочу, чтобы кандидаты в Наместники прошли ряд испытаний вроде тех, что были у меня. А еще, чтобы все были в равных условиях: то есть магию блокировать практически полностью, оставив лишь тот минимум, который потребуется на экстренное возвращение или на случай серьезного ранения. Были помимо этого еще несколько дополнительных мыслей, но те уже относились в категорию пожеланий и не являлись обязательными к исполнению.

— Жес-стокая-я! — полыхнул сгустками пламени Огонь, но не гневаясь, а явно радуясь этому факту. Остальные же стихии промолчали, явно обдумывая полученную информацию.

— Ну, не все же мне одной мучиться! — философски пожала я плечами в ответ на замечание и принялась ждать решение высших сил, с которыми до этого вела вполне мирную беседу. А те думали. И думали долго. Но в тот момент, когда я уже решилась было осторожно поинтересоваться до чего они таки додумались, прямо передо мной образовалась красивая хрустальная шкатулка, на которую я уставилась с удивлением и недоумением.

— Внутри этого ларца находятся перстни, — заговорил невидимый собеседник у меня над головой. — Каждый будет служить артефактом переноса из этого мира, к месту прохождения испытуемыми своей проверки. Также, надев их, кандидат в Наместники лишится большей части своей магии. Останутся лишь крохи, которыми эти элсиры смогут воспользоваться по своему усмотрению. В случае отказа от прохождения испытания, кандидату следует снять и снова надеть перстень. В этом случае он выйдет из гонки за титул Наместника и вернется домой. Тоже самое произойдет в случае серьезного ранения, что будет угрожать жизни. Этого тебе достаточно, Избранная Дарья?

— Более чем, благодарю! — я уважительно склонила голову и сдержано улыбнулась, гася в себе желание предвкушающе потереть ручки и оскалиться в куда более хищной улыбке. — Но как быть с местом проведения испытаний для кандидатов в наместники?

— С этим, как и с остальными вопросами, ты можешь обратиться к тем, кто ожидает тебя внизу. К тем, кто не решились ступить под своды Храма Всех Стихий. Они будут обязаны помогать тебе во всем, ибо таково их наказание за глупость! — над мой несчастной головой шарахнуло так, что аж уши заложило. Похоже, Стихии изволят гневаться на горе-игроков. И были абсолютно правы. Думать надо, прежде чем что-то делать. И тут я неожиданно вспомнила о том, что мне рассказала младшая ил`Син про обретение духов-спутников наследниками высших элсиров.

— Это тоже одно из наказаний, — ушей коснулся мягкий теплый поток воздуха, из чего я сделала вывод, что на мои мысли ответила стихия воздуха.

— Род ил`Мар ослушался, нарушив многовековые традиции, и самовольно захватил власть, — колокольчиком зазвенел голос Воды. — Остальные высшие элсиры их поддержали, а те, что не поддержали — промолчали. Они отвернулись от нас, решив вершить свою судьбу самостоятельно, и мы приняли их выбор. Но со своей стороны за столь пренебрежительное отношение, покарали наглецов, лишив их духов-спутников. Тех, что уже были обретены, и других — которых только предстояло обрести.

— Так будет до тех пор, пока не восстановится заведенный, с сотворения этого мира, порядок вещей, — прошептала Земля.

— А те-бе, Избр-раннаая-я пора пр-ри-нять свою с-силу полнос-стью, — растягивая слова прогудел Огонь. — Ты-ы готова-а?

— Нет, — со вздохом призналась я. — Но если надо, то приму. Говорите, что делать?

— Тебе — ничего! — рыкнул "пятый элемент" как мне показалось весело, а прежние фигуры исчезли. На их месте образовались виденные мной прежде сгустки энергии: алый, белый, синий и зеленый. К которым совершенно неожиданно добавился еще один — чернильно-черный. А затем все они закружились в подобие хоровода. Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее — так, что у меня голова закружилась.

— Не сопротивляйся, Дарья, и боли не будет, — в какой-то момент коснулся моего слуха едва различимый голос. Кому из Стихий тот принадлежал, понять не смогла. Да и не до того стало. Безумный хоровод вдруг остановился, явив мне разноцветные шары, а затем все они разом устремились ко мне. Я столько и успела, что сделать судорожный вздох, а затем последовал удар, который выбил из меня не только весь кислород, но и дух. Причем в буквальном смысле. Я на несколько секунд увидела свое собственное бесчувственное тело, лежащее с широко распахнутыми в изумлении глазами, после чего меня столь же стремительно швырнуло назад. Это было больно, очень больно. Кажется, я даже кричала, прежде чем пришло спасительное забытье.

***

Замок "Вейрай"

Кабинет бывшего Правителя Заоблачного мира.

Напротив массивного стола, за которым на своем "троне" и со следами смертельной усталости на лице сидел Таврион ил`Мар, в напряжении застыли пятеро. Четверо мужчин были в плащах и с накинутыми на головы капюшонами, а вот пятый, что находился впереди остальных и сверкал гневной синевой глаз, был с непокрытой головой.

— Лэсс ил`Мар, потрудитесь объяснить, куда ваш младший отпрыск унес мою избранницу! — цедя слова сквозь стиснутые зубы потребовал ответа предводитель Следящих.

— Вашу избранницу? — заломил бровь хозяин кабинета, явно издеваясь. Его нисколько не впечатлили слова мужчины, чьи глаза сейчас метали молнии.

— Да. Именно ее!

— Позвольте, но разве избранником и мужем лэссы Дарьи является не Владыка эльфов? Или я что-то путаю?

— Вы испытываете мое терпение, лэсс ил`Мар, — первый из плащеносцев уже почти рычал. — В моей власти не проводить публичного суда с вынесением приговора: который, впрочем, и так ясно каким будет.

— Не нужно угроз, лэсс Следящий, — усмехнулся бывший Правитель Заоблачного мира и с улыбкой посмотрел в окно. — В вашей власти многое — это правда. Но без особы, которая вот только что приняла Силу Истинной Правительницы, вынести приговор и осуществить его, не можете даже вы.

Пятерка мужчин проследила взгляд сидящего за столом высшего элсира и увидела… радугу. Яркую, чистую и, словно, нарисованную. Из окна была видна лишь небольшая часть этой красоты, в то время как остальная уходила далеко-далеко: отчего создавалось впечатление, что она раскинулась над всем этим миром.

Скрипнув зубами так, что каждого из присутствующих в комнате передернуло, синеглазый предводитель Следящих стремительно развернулся на каблуках и, чеканя шаг, покинул кабинет бывшего Правителя этой реальности. А тот смотрел вслед уходящим плащеносцам и улыбался.

***

— Майсар, что будешь делать? — обратился высокий красавец-эльф к своему товарищу, который шагал в одном ему ведомом направлении.

— Собираюсь устроить одной маленькой и своенравной смертной теплый прием! — оскалился в улыбке, далекой от приятной, синеглазый брюнет. — Мы не с того начали, и я хочу это исправить!

— И, как же?

— А вот об этом позволь умолчать, друг мой, Дарлан. Это наше с ней дело.