Глава 28. Трудный выбор

Страха не было. Как и любопытства. Только желание покончить со всем поскорее.

Ощущение от перехода - по темному коридору – мне не понравилось. Без невидимых препятствий не обошлось. И это была даже не трясина, как на пути искателей, а нечто более мерзкое. Нас не тянуло назад. И всё же приходилось прикладывать усилие. А еще казалось, что мы делаем нечто неправильное. Идем туда, где нам не полагается быть. Нарушаем некие законы бытия. Вот только… Без этих нарушений не обойтись. Это я тоже понимала четко.

Наконец коридор закончился, и вот мы стоим в красивом саду в солнечный день. Вокруг цветущие деревья, вроде яблонь или вишен. Распускаются бутоны и на клумбах. А позади, рядом с не закрывшейся дверью, двухэтажный дом. Белый, с голубой крышей. Очень уютный. По крайней мере, снаружи.

Вопрос «где мы?» остался незаданным.

Я посмотрела вверх и обнаружила то, чего не ожидала увидеть.

Небесный храм на висящей в воздухе скале.

- Мы в другом времени мира разрушителей, - пробормотала я и невольно поежилась.

- Или… мира создателей, - отозвался Винсент. – Я не ощущаю… зла вокруг, как в том месте, которое мы покинули.

- Думаешь, это далекое прошлое?

- Кажется, да, - брат огляделся и скомандовал: - Идем. Нужно осмотреться и понять, для чего мы здесь. Твой приятель не сможет удерживать круг алтаря вечно.

- Верно, - шепнула я.

Точно, алтарь. Если дверь закроется, мы, вероятно, застрянем. А это ни к чему. Разрушителям в мире создателей точно нет места.

Стоило сделать несколько шагов, как я качнулась. Почувствовала странную слабость, а дышать стало труднее, будто сам мир был против моего присутствия. Попыталась схватиться за дерево, чтобы не упасть, и… моя рука прошла сквозь ствол.

- Что за черт? – пробормотала, лежа на земле.

Винсент нахмурился, попытался коснуться одного дерева, потом другого. Эффект получился тот же, что и меня.

- Мы бесплотны? – спросила я.

- Похоже на то. Мы не принадлежим этому миру. Здесь мы – призраки.

- Этого только не хватало.

Я поднялась и, не раздумывая, взяла брата за руку. Хотелось проверить, смогу ли ощутить его плоть. Оказалось, могу. Мы оставались единым целым.

- Чувствуешь? – спросил Винсент.

Прикосновение, как и раньше, усилило наши способности. Прибавилось сил. А ещё я вдруг поняла, куда идти. Направо – к самой границе сада. Брат тоже это понял, и мы, не сговариваясь, зашагали туда. Рук не разжимали. Так обоим было легче.

Долго идти не пришлось. Мы увидели то, что хотела показать книга. Точнее, сама Ронда.

Недалеко от кованого забора, отделяющего сад от территории соседей, на корточках сидела девочка дет десяти в белом платье. Темные локоны струились по плечам. Бант немного съехал набок. Впрочем, сама девочка меня мало заинтересовала. Гораздо важнее был кусок земли перед ней. Вокруг трава, а это место будто внезапно высохло. Земля потрескалась без влаги, выглядела мертвой.

- Не понимаю, - прошептала девочка. – Так не должно было случиться.

Я нахмурилась, разглядывая пострадавший кусок. Он казался не просто чужеродным. Напоминал рану на здоровом теле. Или начало некой болезни.

Болезни?

Ого…

- Это ведь не то, что я думаю? – спросила брата.

Но ответил не он.

А женщина, появившаяся за нашими спинами. Темноволосая. Лет сорока. На ней было длинное светлое платье, подпоясанное золотым ремнем.

- Боюсь, именно то, Натали. Это начало конца.

Я посмотрела в ее карие глаза и ощутила трепет.

- Вы – Ронда.

Не спросила. Констатировала.

Похоже, наша дальняя родственница находилась здесь инкогнито, как и мы. Потому что девочка продолжала разглядывать пострадавший участок сада, не замечая никого из нас.

- Рада, что вы двое сумели сюда добраться, - проговорила Ронда. – Это был единственный способ рассказать всё, а главное – показать.

- А написать в книге – не вариант? – усмехнулась я.

- Не вариант, - подтвердила она спокойно. – Ты должна понять нечто важное. Именно здесь. К тому же, я всегда предпочитала личные встречи. Увы, нас разделяет слишком большой временной отрезок. Даже создатели не могут путешествовать во времени дальше положенного. Я не могла до вас добраться. Лишь оставить подсказки, которые бы направили вас сюда.

- Но как? В смысле, как вы узнали, где я буду, и с кем встречусь? Книга, ключи… Я находила их в разных мирах у случайных людей.

- Не было ничего случайного. Ты же шла по пути из моего замка. Получала задания. А вещи… Они тянулись к тебе.

- Так квест – ваших рук дело?

- Я создала этот процесс. А дальше он просто работал. Для всех, кто мог ступить на путь. Но, разумеется, он ждал тебя. Остальные были мишурой. Люди, события – всё постепенно сплеталось в единую нить, чтобы привести тебя к этому моменту. К ней, - Ронда указала на ребенка. – К очень талантливой девочке, которой предстояло стать выдающимся создателем. Но, увы, она перестала пользоваться способностями, когда поняла, что натворила. Так бывает, к несчастью. Дети с великим потенциалом нередко мнят о себе слишком много. Еще до того, как достигают настоящих высот. Последствия их действий бывают дурными. А иногда, как в ее случае, ужасающими.

- Эта девочка – вы? – спросила я прямо. Заметила некое сходство.

- Нет. Это моя мать. И, предвосхищая твой следующий вопрос, да, она по глупости и неопытности стала виновницей будущей гибели всех миров. Мы сейчас в точке отсчета. В миг, когда всё началось.

Я молчала. Смотрела на девочку, пытаясь разглядеть страх или вину. Но видели лишь недовольство. Она что-то прошипела под нос и сложила несколько пассов. Желаемого добилась не сразу. Но магия отозвалась-таки. Сухая земля покрылась густой травой. Будто ничего и не было.

Вот только…

Я нутром чувствовала, что «рана» не исчезла. Девочка ее просто замаскировала, чтобы никто не узнал о случившемся, и ей не влетело.

Да, она не знала, что именно натворила. Но думала лишь о последствиях для себя.

- Именно так, - подтвердила Ронда, прочтя выводы по лицу . – В тот миг всё ещё можно было исправить. Сильные создатели сумели бы вылечить пораженный участок. Но, увы, моя мама никому ничего не сказала. Глупая маленькая девочка, побоявшаяся, что лишат привилегий в школе, а родители не отпустят в долгожданную поездку на каникулах. А потом стало поздно.

- И ей всё равно пришлось ответить, - прошептала я.

- Не пришлось. Никто так и не узнал, где и по чьей вине началась болезнь. «Хворь» поражала мир неравномерно. Мертвые куски появлялись то тут, то там, отравляя наш прекрасный дом. А с ним и его обитателей. Создатели будто сами пропитывались ядом, превращаясь постепенно в тех, кого жители других миров впоследствии назвали разрушителями. А мама призналась только перед смертью. Мне одной. Она ушла довольно молодой. Вина ее сгубила. С того дня я пыталась сделать всё, чтобы исправить то, что натворила она. Я родилась с таким же потенциалом. Только, в отличие от мамы, использовала его весь, без остатка. Но даже я не всемогуща.

- Не можете вылечить? – я указала на пораженный участок, покрытый травой. Девочка продолжала сидеть над ним. Ждала, не исчезнет ли «заплатка».

- Из своего времени не могу, - Ронда кивнула. - Но вам двоим это по силам. Если объедините энергию.

- Так вот, в чем ваш план, - протянула я задумчиво. – Привести нас с Винсентом сюда, чтобы мы исправили «оплошность» вашей матушки, пока болезнь в зачаточном состоянии.

- И спасли всех, - подтвердила родственница. – Все миры.

Мы с братом переглянулись. Но на его лице я не увидела воодушевления. Впрочем, на моем его тоже явно не наблюдалось.

- Хороший план, - проговорила я не без сарказма. – Но вы, правда, принимаете нас за идиотов? Говорите о спасении, хотя это ложь. Исправив содеянное вашей матерью, мы спасем миры, да. Но в буквальном смысле перепишем историю. Не будет болезни, но и разрушителей тоже. Холлиан не украдет Джулиану Брэдли. Впрочем, она, вероятно, и не родится. У вас не будет причины строить замок. Вы не встретите Олдрича, и не появятся дети – в том числе, предок нашей матери. Получается вот какая штука. Мы спасем огромное количество жизней, но уничтожим другие. Сотрем всех тех, кто родился именно потому, что история пошла новым путем. Многие из тех, кто живет в нашем времени, попросту исчезнут. Включая нас с Винсентом. Предлагаете пойти на самоубийство, Ронда?

Ее лицо осталось спокойным. Ни единый мускул не дрогнул. Ни одна черточка ни исказилась.

- Вы двое останетесь, - проговорила она. Тоном, будто речь шла о чем-то обыденном. - Вы сейчас вне времени и пространства. Вас изменения не коснутся. Как и эту мою версию. Обещаю, я найду вам новый дом. Тихую гавань. Но вам придется отказаться от потомства.

- Мы и так не собирались размножаться, - процедила я. – В нашем времени мы – последние разрушители. Всё должно было закончится на нас.

- Нельзя соглашаться, - брат посмотрел на меня проникновенно. – Там осталась мама. И Лея. Твоя подруга Вивьен только вернулась. И вообще… нельзя переписывать историю спустя столько столетий. Кто знает, как всё обернется. По-моему, эта девочка, - он кивнул на ту, с которой началась катастрофа, - и есть кандидат в разрушители. Мы всё исправим, но она ничему не научится. Кто знает, что она наворотит в новом витке истории с великим даром, но без намека на ответственность?

Я посмотрела на юное лицо. На нем продолжало оставаться недовольство. Неудача задела за живое. Как так? Она же – будущий великий создатель. А тут такой промах.

И будто в подтверждение моих мыслей девочка ударила кулаком по траве.

- Гадость! – прошипела яростно. – Как ты посмела не подчиниться?

- Ты прав, - согласилась я с братом. - Она эгоистка. С задатками тирана. Чем-то Сивиллу напоминает. А я… Я не хочу стать массовой убийцей. Или стирателем. Называйте, как хотите. Суть не поменяется.

- Но по-другому сад не спасти! – воскликнула Ронда. - Хотите, чтобы миры сгинули? А с ними и все обитатели? Маги и люди – такие разные и неповторимые?

- Рано или поздно всё заканчивается, - проговорила я. – Всё рождается и умирает. Согласна, лучше продлить жизнь. Но… не могу избавиться от мысли, что создатели всё равно превратятся в разрушителей. С «ядом» или без него. Возможно, ваш вид уже встал на этот путь. Великая мощь и никаких уроков.

- Именно! – поддержал меня Винсент. – Мы всё исправим. Но никто не узнает, что мы предотвратили. Вы всё равно уничтожите и свой мир, и остальные. Так или иначе.

- То есть, умоете руки? – спросила Ронда прямо. – И пусть сад умирает? Это случится не на вашем веку, да. Но, Винсент, ты же не хочешь, чтобы история у Стены повторялась в одном мире за другим? Не хочешь, чтобы другие пережили тот же кошмар? Натали, бездействие тоже станет массовым убийством!

Мы снова посмотрели друг на друга.

Ронда пыталась играть на наших чувствах. Задеть за живое.

Но я знала, что не дрогну. Судя по уверенному взгляду Винсента, он – тоже.

- Должен быть другой способ, - проговорил брат. - Лечение миров в нашем времени.

- Способа нет, - Ронда покачала головой из стороны в сторону.

- Так найдите, - передернула я плечами, будто речь шла о чем-то незначительном, вроде ремонта бытовой техники.

Я не собиралась чувствовать себя виноватой и ответственной за судьбу всех миров. Создатели, видите ли, поиграли в богов, а я теперь должна быть в ответе?

Нет уж. Не будет этого.

Ладно бы еще переписывание истории гарантировало счастливую жизнь. Но мы с братом понимали, что чушь это собачья.

- Если бы я могла найти другое решение, давно бы это сделала, - не унималась Ронда. – Я жизнь положила на поиски лечения. Даже от собственных детей отказалась. Потому что того требовали обстоятельства. Спрятала всех троих сыновей отдельно друг от друга. Так что все мы приносим жертвы во имя сада.

- Во имя сада и будущего создателей? – процедила я, ощущая, как по венам начинает бежать ярость разрушителя. – Не отвечайте. Вопрос риторический. И не надо козырять собственными жертвами. Вы принесли их, исправляя грехи собственной семьи. А мы… Нам тоже досталось. Но дело даже не во мне и не в Винсенте. Не в нашем прошлом. Мы не согласимся исправлять ошибку вашей матери, потому что девочка вырастет и всё равно станет злом. Как и другие создатели. Так что у вас два варианта, Ронда. Либо ищите способ вылечить миры в нашем времени, либо… оставьте нас в покое.

Я хотела сказать «идите к черту», но ограничилась более мягкой формулировкой. И кивнула брату. Нам следовало возвращаться в небесный храм в нашем времени, пока у принца не закончились силы удерживать алтарь в нужном положении.

Винсент был полностью со мной солидарен. Он улыбнулся уголками губ в знак поддержки, и мы вместе зашагали прочь. Я не побоялась повернуться к Ронде спиной. Чуяла нутром, что она не рискнет в нас ударить. Или же попросту не сможет.

- Стойте! – крикнула Ронда.

Мы и не подумали слушаться.

- Дайте мне еще пару минут! Обещаю, я вас не задержу!

Я не хотела останавливаться. Но Винсент что-то почувствовал. Повернулся к нашей дальней родственнице и глянул вопросительно. Выглядел очень строгим. Мол, две минуты и ни секундой больше.

Ронда неожиданно широко улыбнулась и развела руками.

- Простите за спектакль, - произнесла она то, что мы совсем не ждали услышать. – Но я должна быть в вас уверена. Правда в том, что я нынешняя могу вылечить «рану», нанесенную миру моей матерью – здесь и сейчас, - она указала на замаскированный кусок земли, над которым продолжала сидеть хмурая девочка. – Но вы правы. Это ее ничему не научит. В моей юной матери сплошные амбиции и ни намека на ответственность. И так не только с ней. Наш вид достиг огромных высот и начал мнить себя богами. Они всё равно поведут нас всех к концу света. Лечить сад нужно не здесь. А в вашем времени. И только там. Способ существует.

Я зарычала, злясь еще сильнее.

- Так это была проверка? – спросил Винсент, качая головой.

- Конечно! – воскликнула Ронда. – Способ лечения непростой. И не быстрый. Потребует усилий. От вас двоих. Вероятно, придется посвятить всю жизнь. Так что, да. Я была обязана вас проверить. Убедиться, что вы понимаете, с чем имеете дело, и видите картину целиком. Вы видите. И это хорошо. Значит, вам можно доверить будущее сада.

В ее словах была логика. Но я всё равно злилась. Мне не нравилось, что мной пытались манипулировать. И вообще сомневались в моей преданности делу. Я прошла чертовски длинный путь. Раз добралась сюда, значит, готова действовать.

Но нет, Ронде понадобился «спектакль», как она сама выразилась.

Винсент отнесся к ситуации с пониманием.

- Что мы должны сделать? – спросил прямо, чтобы не терять время. Он, как и я, чувствовал, что его в запасе остается всё меньше.

- Ученые вашего времени отчаянно ищут лекарство и латают дыры то тут, то там, - проговорила Ронда с грустью. – Но ничего не выходит. Не потому, что ученые бездарны или технологии не достигли нужного уровня. Никто из ныне живущих не понимает устройства сада. Его сердцевина – мир создателей. И это не пустые слова. От него, как по кровеносной системе, распространяется всё. И процветание, и болезнь. Пока не вылечить сердцевину, толку не будет. Но мир в недосягаемости. Для большинства жителей сада.

- То есть, мы должны восстановить ваш мир? – спросила я озадаченно. – Мы-то имеем туда доступ.

Легко сказать. Это место мертво. Там даже солнца нет. А мы с Винсентом, пусть и одарены, но точно не боги.

Ронда легко догадалась, какие мысли крутятся в моей голове.

- Оживить мир – самое легкое, - она сделала большие глаза. – Поможет алтарь в небесном храме. В нем заложена великая сила создателей. Инструкцию ты увидишь в книге, Натали. Просто следуй ей, используя вашу общую с братом мощь. Будет непросто. Придется выложиться почти подчистую. Но процесс вас не убьет, клянусь. Вы оба восстановитесь. А мир начнет возрождаться. Вернется солнце, появится растительность. Но, как и сказала, это будет – легкая часть.

- Даже не уверен, хочу ли спрашивать, в чем заключается часть сложная, - усмехнулся Винсент.

А я посмотрела на Ронду волком.

Вот ведь зараза. Всё равно взваливает на нас непосильную ношу.

- Если мир возможно вылечить из небесного храма, почему вы не сделали этого раньше? Пока у вас самой был к нему доступ? – спросила, не отрывая колючего взгляда от красивого лица родственницы. – Речь не только о вашем времени. Вы же могли путешествовать дальше. Через путь разрушителей.

- Всему свой черед, Натали, - ответила она с грустью. – Мой вид был отравлен. Создателей, превращающихся в разрушителей, нельзя было вылечить. Миру следовало погибнуть вместе со всеми обитателями. Только на его прахе можно начать возрождение. Через правильных потомков. Только так это работает. По-другому ничего бы не вышло.

- Какая прелесть, - процедила я.

Может, объяснение правдивое. Но такое удобное. Увы, не для нас.

- Я всё-таки спрошу, - усмехнулся Винсент. – Так что нам делать, когда над миром взойдет солнце? В чем заключается сложная часть?

- Вылечить мио мало, - принялась объяснять Ронда торопливо и посмотрела вдаль, где нас ждала открытая пока дверь. – Сердцевина и создатели могут существовать только вместе. Мир необходимо заново заселить. Процесс долгий. Вы его начнете, а другие продолжат.

- Но как? – не поняла я. – Создателей не осталось. А мы – разрушители. Мы с Винсентом не имеем право обзаводиться потомством, чтобы не плодить дурную кровь. Наши помыслы могут быть светлыми. Но за детей и внуков поручиться невозможно. Кровь – есть кровь.

- Верно, - закивала Ронда. – Я рада, что вы это осознаете. Я говорила не о ваших потомках. А о тех наших дальних родственниках, кто очистился. Вы просто… не заметили, что происходит. Сивилла Гарт уничтожала потомков наших с Олдричем сыновей. Стирала из истории и их самих, и детей. Но это случилось не со всеми. Одного нестертого ребенка вы встречали. Просто не обратили внимание на очевидное.

- Не понимаю, - пробормотала я.

Вспомнилась женщина, торговавшая на пешеходной улице Тайной бухты. Эйприл говорила, что купить сумочку намеревалась у мужчины-торговца. Мол, красоту делают его жена и дочки. Только тот исчез, а жена оказалась бездетной старой девой. Стерся и сам торговец и его дети.

- Том! – вдруг вскричал Винсент и хлопнул себя по лбу. – Натали, как мы могли забыть? Ты еще ладно. Видела мальчишку всего раз. А я… Я – дурень!

- Мальчишку? – переспросила я.

И тут меня осенило. Точно! Я же встречала мальчика Тома. Говорили, что он рос без отца. Но Винсент – тогда еще бродяга – сказал, что отец был, просто его все забыли. В автомастерской раньше работал.

- Получается, Том не стерся вместе с отцом, - прошептала я благоговейно.

- Верно, - подтвердила Ронда. – Он очистившийся потомок. От него и нескольких других таких же возродится вид. У Винсента дар. Он сможет найти их всех в мире, где вы выросли. Придется переселить потомков в сердцевину. И некоторых других подходящих людей – в пары очистившимся. Винсент поймет, кто подходит.

- Звучит очень похоже на селективный отбор, - заметила я ворчливо.

- В каком-то смысле так и есть, - подтвердила Ронда. – Но таков путь восстановления сердцевины и всего сада. Таков способ возрождения создателей, способных учиться на ошибках предшественников. Но хватит разговоров. Я дала вам всё, что нужно. Возвращайтесь назад. Ваше время вот-вот истечет. Застрянете здесь, уже не вернетесь.

Мне не очень нравился расклад. Но в одном Ронда была права. Пора убираться. Принц там, наверняка, вот-вот выдохнется.

Но прежде, чем поспешить к выходу, Винсент еще чуть-чуть задержался.

- Ронда, вы не знаете, что за скелеты бегали по коридорам вашего замка? Натали рассказывала, они выскакивали из шкафа и…

- Некогда объяснять! – перебила наша родственница. – Бегите к двери! Она сейчас закроется! Со скелетами сами разберетесь. Это нетрудно. Натали! Главное, когда начнешь обряд восстановления в храме, ни в коем случае не прерывай. Иначе всё напрасно.

Я выругалась. Не понравилось мне новое заявление. Но времени пререкаться с Рондой не осталось.

Мы с братом бросились к двери.

Она была на месте. Однако странно мерцала. Как перегорающая лампочка, которой осталось недолго.

- Ты первая! – скомандовал Винсент.

- Давай вместе! – крикнула я и схватила его руку.

Это было правильное решение. Как только мы прыгнули в проем, коридор, по которому сюда пришли, начал сжиматься. Нас в буквальном смысле выбросило в небесный храм, где на полу лежал, раскинув руки принц обмана. Мой упертый спутник истратил уйму сил и… отключился.

- Как мы вовремя, - проворчал Винсент.

- И не говори, - согласилась я, склоняясь над принцем.

****

- То есть, ты возродишь солнце? А вместе с ним и мир? А потом станешь главой колонии будущих создателей? Посвятишь жизнь становлению вида? Я ничего не упустил, лапуль?

Принц был в своем репертуаре. Хотя в его устах всё это впрямь звучало, как бред.

- Я еще не переварила новости, - усмехнулась я. – А ты всё превращаешь в балаган. Как обычно.

- Неправда, - принц мотнул головой и поморщился. Резкое движение явно не пошло на пользу контуженному разуму и уставшему телу. – Я лишь раскладываю всё по полочкам.

- Ты взрываешь мне мозг.

- Кажется, с этим прекрасно справилась Ронда.

Мы оставались в небесном храме. Правда, не внутри, а снаружи. Сидели все трое, прислонившись спинами к зеленой стене. Яхонт больше не летал над нами, а прогуливался внизу. Сделал перерыв. Тем же самым, по сути, занималась я. В книге уже появились новые записи. Инструкция по работе с алтарем. Гораздо длиннее, чем предыдущая. Придется потратить на соединение символов не один час. Но чего я ожидала? Это же не создание двери в прошлое, а возращение солнца в мертвый мир, чтобы тот восстал из пепла, как мифическая птица.

Потому я медлила. Пыталась набраться сил. Физических, а главное, моральных.

Ронда сказала, что прерывать процесс нельзя. А значит, я должна быть полностью готова.

- Необязательно делать всё сегодня, - заметил принц.

- Обязательно, - отозвался Винсент. – Вы двое не замечаете, но мир всё еще отравлен. И он отравляет и нас. Капля за каплей. Нужно либо действовать, либо убираться отсюда. У меня стойкое ощущение, что ты, принц обмана, нам еще нужен. А тащить тебя повторно через путь разрушителей – плохая идея. Ты рискуешь окочуриться.

- Вот кто умеет раскладывать ситуацию по полочкам, - съязвила я весело, обращаясь в принцу. – А вообще… Черти! И как меня угораздило во всё это ввязаться?

- Судьба… - ответил тот философски. – А что? Я ни о чем не жалею. Мне нравится твоя компания, лапуль. Безумств много, зато скучать не приходится.

Я притворно на него замахнулась, но потом вспомнила слова брата о том, что принц мной интересуется – в том самом смысле! – и отвернулась. Стало вдруг неловко.

- Дайте мне еще полчаса, - проговорила после вздоха. – Я сделаю то, что должна. Только настроюсь…