Глава 18

Мимо Кайла, только-только возвращавшегося от кабриолета, в багажник которого был сразу убран футляр со скрипкой (еще забудет, Хлоя же его потом покусает), пронесся Ленс, на ходу роняя с тарелки тарталетки и овощную нарезку. Притормозил, обернулся на друга.

— Чего стоишь? — удивился он. — Там драка намечается. Самое интересное пропустишь.

— Какая еще драка?

— Женская. Угадай, кто зачинщик?

Гадать не пришлось, интуиция практически не сомневалась. Холден ускорился, и хоть внешне нигде толпы не собиралось, как и не слышалось криков, направление угадывалось безошибочно. Вон в стороне уже видел знакомые лица.

К счастью, конкретной потасовки еще не случилось, и хоть Эшли успокаивала подругу как могла, оттягивая ее за плечо, судя по багровому лицу Хлои и ее стиснутым кулакам, особой пользы это не приносило. Хорошо, что все происходило слишком стремительно, и гости только-только начинали понимать, что что-то не ладно. Вернее слышать. Повышенные тона.

Руби заметила Кайла и с облегчением вздохнула. А когда он бережно, но твердо притянул к себе Джонсон, успокаивающе кладя руку той на лоб, послышалось огорченное скуление подоспевшего Ленса, переглянувшегося с пойманным по пути Эмметом. Ну вот, не дали насладиться зрелищем. Нет, не надо было звать Холдена, это они что-то погорячились.

Темпераментность девушки их друга уже никого не смущала. Наоборот, слегка забавляла. К тому же, втайне от парочки они сегодня сделали ставки: сколько дней те продержатся, не поцапавшись. Сколько там с субботы прошло? Два дня? Басист поставил на четыре, ударник, веря в лучшее, на пять. Это счастье, что Руби и Тео тогда ехали на другой машине и ничего не знали, а то схлопотали бы. От двоих разом.

— Что за шум? — миролюбиво поинтересовался Кайл. — Киса, я отошел на пять минут. Не больше. Спокойно стоять вообще не умеешь?

— А я тут причем? — раздражено смахивая с себя его руку, ответила Джонсон. — Я сразу предупредила: у меня есть справка, что я невменяема. Но некоторых это не останавливает.

— А что, правда есть? — удивился Холден.

— Правда. Мозгоправ что-то подписывал. Не знаю, не видела.

— Ух ты, хочу взглянуть… — Кайл поспешно тряхнул головой. Куда-то не туда тема уходит. — Стоп, ладно. Об этом после. Что происходит-то?

— Спроси у этой дамочки из высшего общества. Которой почему-то наше присутствие не дает покоя.

Быстрый взгляд на русоволосую девушку, стоящую все это время с непроницаемым лицом, но мило улыбнувшейся подоспевшему Кайлу. Еще и умиротворенно помахавшей ему пальчиками в знак приветствия.

— Все ясно, — покачал головой тот. — Киса, пошли. Поговорим, — он огляделся. Людей немного, но лишние уши им не к чему. — Наедине.

— А чего наедине? — фыркнула Хлоя. — Вы же вроде не чужие люди, да и мы так душевно пообщались. Может, сядем, выпьем за знакомство, а?

— Хлоя…

— Чего Хлоя? — попытавшись вырваться, пробурчала та. — Восемнадцать лет уже Хлоя. Все, я хочу домой. Отпусти.

— Нет, домой ты пока не поедешь, — утащить сопротивляющуюся Джонсон оказалось непросто. Кайлу ничего не оставалось делать, кроме как… развернуть ее и привычно закинуть на плечо, одновременно следя, чтобы юбка закрывала предназначающиеся исключительно для него одного важные места.

Свесившаяся дохлым червяком Хлоя больше не сопротивлялась. Уже проходили, так что заранее бессмысленно. И по сторонам не смотрела. Только переглянулась с удивленным отцом, когда они проходили мимо основной части гостей, и устало махнула рукой, как бы говоря: все в норме, не заморачивайся.

Миновав зеленую изгородь, так понравившуюся ей по приезду, Кайл вышел в облагороженный и утопающий от запахов парк. Подстриженные кипарисы, увитая цветущими розами арка, рассыпавшиеся по земле клумбы с яркими цветами, кованые лавочки и огромный по размерам пруд, выложенный по берегу каменными валунами. Невероятно красивое и уединенное место, сокрытое от всех зеленью. Только второй этаж дома и выглядывал через верхушки.

Хлоя была бережно усажена на одну из лавочек возле пруда. Перед ней на корточки присел Холден.

— Ну и что тебе рассказала Энни?

— О, так вот как ее зовут? А то она не представилась. У тебя очень милая бывшая. А вежливая какая! Так хотелось врезать, но как бить человека, который стоит и улыбается?

— За что бить?

— За вежливость, чтоб ее. Меня так красиво еще не поливали грязью.

— Что она говорила?

— Да ничего такого, чего я не знала. Это и бесит. А то я сама не вижу, что не вписываюсь в эту вашу… компанию. Ну да, мы попроще будем, без всей этой… наигранной жеманности… но чего лишний раз напоминать?

— Не вписываешься? А по мне, тебя очень даже приняли. И Говарда тоже.

— Да брось. Не видишь сам? К нам присматриваются, как к зверюшке в зоопарке.

— И мои родители тоже?

Хлоя замялась.

— Не знаю… Надеюсь, нет.

— Зато я знаю, — Кайл обнял ее лицо и сместился так, чтобы они смотрели друг другу в глаза. — Отец был влюблен в тебя заочно, мама последние пару недель не уставала капать мне на мозги и выспрашивать как у нас дела, Изи и Кара от тебя без ума, ты это сама знаешь. Даже Ви, а она самый строгий критик, приняла тебя еще тогда, после клуба. Люси пока толком с тобой не познакомилась, но как видишь, утащила Софи в дом и не объявляется который час. Мама ходила, проверяла, говорит: играют душа в душу. Неудивительно, Люси уже давно требует еще одну сестру. Не хочет быть младшей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ого, — шестой ребенок? Да это уже диагноз. — И что вы ей на это отвечаете?

— Мама категорически против. Говорит, теперь наша с Ви очередь. С нее хватит. А Ви сваливает все на меня, аргументируя тем, что до тридцати вообще не собирается заводить семью. Так что ты для нас автоматически становишься еще ценнее. Придется нам отдуваться, — Хлоя не сдержала смеха, а Кайл не сдержавшись, поцеловал ее. — Еще какие-то сомнения? Мы нормальные, честно. Не превращай нас в зазноб.

— Да я не… — не найдя слов, покачала головой девушка. — Лучше расскажи мне об этой Энни. Она часто бывает на таких “семейных” вечеринках?

— Ну… — Холден заметно смутился. — Ее отец хороший друг моего, так что да. Но это ерунда, она не должна тебя беспокоить. Но если совсем достанет, можешь слегка подправить ей прическу. Главное лицо не трогай, она им очень дорожит. Начинающая модель и все такое.

— Начинающая модель… А у тебя губа не дура.

— Не ревнуй. Не с чего.

— Но вы встречались?

— Встречались. Первая любовь, первые ошибки. Никто не застрахован.

— И долго?

— Ммм… больше года.

— Затянувшаяся ошибка.

— Согласен.

— И кто кого бросил?

Кайл смутился еще больше. Вернее, настолько сильно, что перестал быть похож на себя. Просто таким его Хлоя еще никогда не видела.

— Она, вообще-то.

Вау.

— Великого Кайла Холдена бросила модель? — не удержалась она. — Я не сплю? Ущипните меня… Ай, это же шутка! Больно ведь.

— Смейся, смейся, — хмуро отозвался тот.

— Прости, — в знак примирения Джонсон закинула ему на плечи руки и миролюбиво чмокнула в нос. — А если серьезно? Ты ее настолько достал, что она не выдержала? Просто только в это я и могу поверить, доставать ты умее… Прости, все молчу, — еще один примирительный чмок.

— Если честно, причины я толком не понял. Просто однажды мне было сказано, что нам не по пути. Типа ей не нравилось, что я ничего не хотел и планов на будущее не строил… Правда спустя какое-то время она снова объявилась, предлагала попробовать еще раз, но тогда уже мне это было не нужно. Как раз начала завязываться группа и всю эту романтическую дурь выбило из головы.

Сомневающийся взгляд.

— А выбило ли?

Кайл ласково погладил ее по щеке. До того было приятно, что Хлоя прикрыла глаза.

— Был в этом уверен, а потом в город приехала ты.

— И ничего? Никаких отголосков, привязанности?

— Ничего, — теплое дыхание совсем рядом — это Кайл приблизился, покрывая беглыми, но такими ласковыми поцелуями ее лицо. Последними на очереди стали ее губы. Едва слышный шепот. — Мои мысли занимает только один человек, — поцелуй. — Ужасно несносная особа, по которой я схожу с ума последний месяц, — еще один. — Знаешь такую?

— Кажется, да, — откликнулась Хлоя, недовольная тем, что он отстранился. Глаз она не открывала, но чувствовала его совсем рядом. — Она мне о тебе говорила…

— И что же?

— Что ты безбожно самоуверенный балбес… умеющий, однако, быть невероятно милым, — не дождавшись, Джонсон открыла глаза и встретилась с ярко-синими затягивающими омутами. Затягивающими буквально и фигурально. И эта ямочка на подбородке… Черт, ну нельзя же быть таким красивым. Хлоя решилась. — В которого она, кажется, безнадежно влюбилась.

Широченная улыбка Кайла проскользнула всего на мгновение — почти сразу ее перекрыл глубокий, желанный и обезоруживающий до дрожи поцелуй. Не мешал, а даже, наоборот, только добавлял ощущений и заживающий шероховатый рубец, оставшийся после стычки в парке. Интересно, а его поцелуи всегда будут такими или со временем превратятся во что-то привычное и само собой разумеющееся? Хотя какая разница, что там будет потом? Главное — сейчас.

Хлоя потеряла под собой скамейку, зато ощутила подхватившие ее руки. Кайл умудрился поднять ее, не прекращая при этом целовать. Что, уже и ребра больше не болят? А, неважно… Пальцы девушки с восторгом зарылись в мягких волосах парня, а его ладони без стеснений заползли ей под юбку. Забавно, но это посягательство на личное пространство уже как несколько дней назад стало несущественным и теперь воспринималось как должное.

Джонсон так приятно и привычно пахла земляникой, от чего голову сносило еще больше. Этот запах выделялся особенно ярко, перебивая даже здешний аромат роз. Отныне любимый для Кайла, разгадка которого обнаружилась в волшебные выходные в Сиднее. И носил гордое звание маленького розового флакончика детских духов, подаренного Софи старшей сестре на Новый год.

— Не знаю, Говард, может… ой…

От раздавшегося со стороны прохода голоса Хлоя сделала то единственное, что делать было категорически нельзя — дернулась, ослабляя хватку. А с учетом того, чтобы они находились практически у берега… У Холдена было два варианта — отпустить ее в свободное плаванье или отправиться следом. Как результат: оба с плеском повалились в воду.

Хорошо пруд оказался неглубокий, только это нисколько не помешало им намокнуть с ног до головы. Хлоя с воплем вынырнула, отплевывая застоявшуюся воду и пытаясь поймать уплывающую по поверхности юбку. Кайл поспешил на помощь, а с берега тем временем… на них виновато глядело двое мужчин.

— Простите, мы решили проведать как вы тут… — мистер Холден смущенно взлохматил волосы.

— И постучаться — не постучишься, — согласно завивал мистер Джонсон, подавая дочери руку и помогая выбраться на сушу. Какое же счастье, что ее платье было пошито из достаточно прочной ткани, не превратившей его в прозрачную ночнушку. Хотя облепило оно ее везде, где только было можно, но и тут, в целом, удачно повезло со временем суток. — Мы не специально, правда, — мужчина уже помогал выбраться следом и Кайлу, хотя по логике вещей, наверное, после увиденного должен был, наоборот, с особым рвением начать его топить. Наверное.

Хлоя удрученно оглядела мокрого Кайла, которому в отличие от нее очень даже шла прилипшая к телу черная футболка, отлепила с ног юбку, сняла с волос нить то ли водоросли, то ли грязи, подняла глаза на отцов и… засмеялась. Практически заржала. Легкое недоумение и вот уже они смеялись все вчетвером. Боже, ну нелепость же? И нарочно не придумаешь… Вот и познакомили родителей.

— Вам бы обсохнуть. Идите в дом, — стирая выступающие слезы, сказал мистер Холдан. — И на всякий случай, если что, закрывайте двери.

О, господи! Хлое только и оставалось закрыть лицо руками. И стыдно, и смешно, и… А тут еще новая проблема: в дом пройти можно было исключительно через расположившихся на улице гостей. Ага, в таком-то виде. И, разумеется, едва их увидев, всем было ужасно интересно, что же произошло.

Зато за их недолгое отсутствие много чего поменялось. Например, небольшая группа людей скучковалась вокруг бряцающего… ну ладно, очень даже круто играющего на гитаре Ленса, которому подпевала… Руби. Да, да. Стоявшая с Тео, руки которого мирно покоились у нее на талии. И неплохо пела, надо заметить.

— Кайл, я нашел нам вокалистку, — заметив друга и даже не обратив внимания на его внешний вид и торчащие в разные стороны волосы, крикнул Эммет.

Тот в ответ согласно кивнул, показав большой палец, нетерпеливо дожидаясь подзадержавшееся у пруда семейство Джонсон. Едва те объявились на горизонте он вежливо забрал у Гордона дочь, с которой тот шел в обнимку, и настойчиво увлек девушку к распахнутым задним дверям.

Причем весьма поспешно. Ему совсем не понравились обращенные на Хлою любознательные моськи некоторых типов, приравнивающихся к “заклятым приятелям”, общение с которыми ограничивалось родительским неугомонством и необходимостью поддерживать нужные контакты с их папашами. Не выдержав, Холден демонстративно притянул ее к себе, а потом и вовсе подхватил на руки.

— Глаза завяжи. Смотреть можно только мне, — проходя, бросил он негромко коренастому парню, с которым когда-то в свое время, помнится, они даже не поделили девчонку. Правда, стоит отметить, особенно после истории с Энни, досталась она тогда все же Кайлу, хоть у них ничего и не вышло в последующем.

Просторный светлый холл, огромная люстра, арочные проходы направо и налево, витая лестница. Все, как и предполагалось — несло роскошью, правда в умеренной дозе. Да, убранство смотрелось красиво, но не до такой степени, когда боишься дышать на вазу, которая по виду принадлежала первому китайскому императору. Нет, нормальная такая ваза. Дорогая, но вроде как и не жалко кокнуть.

Джонсон попыталась заметить, что подняться по лестнице она может и пешочком на своих двоих, но результата это не принесло. На второй этаж ее поднимали в лучших традициях романтического кино. Только вот в романтических кино парочки не тормозят возле детской, шкодливо переглядываясь. Хлоя, наконец, была поставлена на пол, и они осторожно приоткрыли дверь, заглядывая внутрь.

Комната представляла собой магазин игрушек и приравнивалась по размерам к… гостиной дома Джонсон. Одна стена была полностью оккупирована полками, от пола до потолка нагроможденными книгами, куклами и мягкими игрушками. На просторной кровати со светло-сиреневым балдахином, для удобства подобрав под спину подушки, лежала миссис Холден, наблюдая как десятилетняя Люси, темноволосая красавица с прямой челкой как у пони и милым курносым носиком, играла с Софи возле кукольного домика.

Только Амелия и услышала скрип двери и, улыбнувшись высунувшимся лицам, лениво отмахнулась, как бы прогоняя их. Весь ее вид говорил: не мешайте, я отдыхаю, но внизу скажите, что занята. Недопитый бокал рядом с ночником в виде балерины, выделывающий пируэт, только подтверждал это. Видимо миссис Холден не так уж и любила шумные вечеринки, вызывая у Хлои еще больший прилив симпатии.

Убедившись, что все в порядке и контролировать никого не нужно, следующей станцией назначения стала ванная. О, какая это была ванная! Огромная, светлая, с большим окном и выполненная в мягких древесных оттенках. Даже тут на полках открытых шкафов нашлось место горшочным цветам. Хозяева явно их любили, потому что один только коридор, по которому они только что шли, был практически уставлен зеленой растительностью.

Кайл откопал в ящиках чистое полотенце.

— Может, примем ванную? — хитро спросил он, вытирая Хлое волосы. — Вместе?

— Обойдешься.

— Почему?

— Мы в доме твоих родителей.

— Ну и что? Просто ванная. Я потру тебе спинку, пару раз поцелую… Ну хорошо, может быть не пару…

— Нет, — строго перебила его Хлоя, с трудом скрывая улыбку. — Должно же у меня остаться хоть что-то интимное и личное, куда ты еще не влез. Вот пусть это и будет ванная.

— Нечестно, — обиженно насупился тот. — По живому режешь. А я уже столько всего придумал!

— Сочувствую, но кто сказал, что будет просто?

— Вот значит, как? Ладно. Раз ты играешь не по правилам, то и я буду, — из кармана мокрых джинс были вытащены ключи и… вложены ей в декольте.

Джонсон удивленно опустила голову, разглядывая выглядывающий брелок в форме черной кошечки.

— Это что?

— Ключи.

— Правда? Вот неожиданность.

— Да сам в шоке.

Хлоя достала связку и повертела в руке.

— Нет, я серьезно. Что это?

— Ну я же уже сказал. Ключи. От моей квартиры.

— И?

Кайл обреченно вздохнул.

— Киса, ну чего тормозишь? Они теперь твои. Приходи когда хочешь. И когда не хочешь тоже приходи. Лучше вообще переезжай, но я знаю, ты не согласишься, так что пока так. Начнем с малого.

Хлоя ошарашено уставилась на Холдена. Ну и ну. По ощущениям — словно ей только что сделали предложение. Хотя по значимости ситуация почти приравнивалась к этому. Это ведь серьезный шаг. И особый уровень доверия.

— Я… а…, — не найдя что сказать, она благодарно прижалась к Кайлу, уткнувшись носом ему в шею.

Какой-то удивительный нереальный момент… Только вот настроение было немного подпорчено чувством вины. Там, у пруда, они ведь задержались с отцом не для того, чтобы побеседовать о случившемся. А потому что папа передал ей телефон, врученный ему еще в начале вечера на сохранность за неимением карманов, со словами: “тебе звонили, трижды”. И по сочувствующему тону было понятно кто именно.

Брэндон. Ее незавершенное дело. Перезванивать не хотелось, и Хлоя быстро набрала сообщение. Ничего особенного. Просто “привет” и “что хотел?”. И пока мистер Джонсон подбадривал дочь, успел прийти и ответ:

“Ты хотела встретиться. Я свободен в пятницу”

“Хорошо. В пятницу. В кофейне, в три”

“Договорились”

Мистер Джонсон убрал врученный ему обратно телефон в задний карман и вопросительно посмотрел на Хлою.

— Кайлу будешь говорить?

— Так и не решила, — понуро поджала губы та. — Но заранее вижу, как его это взбесит. Брэндон для нас запретное слово.

— Решать тебе, конечно, но так будет правильно.

Да, папа прав. Так было бы правильно. Но обнимая Кайла в ванной, она понимала — если и поднять эту тему, то точно не сейчас. Не нужно портить такой момент. До пятницы еще есть время…

День тридцать девятый (пятница)

— Друзьями говоришь, — сомнительно улыбнулся Брэндон, поигрывая стаканчиком кофе.

— Думаешь, не получится? — Хлоя сидела напротив, нервно постукивая связкой ключей по столешнице. Той самой, с кошечкой на брелке. Последние несколько дней она их практически не выпускала из рук, хотя явиться без приглашения в гости пока так и не рискнула.

— Дело не в том, получится или нет, — рассудительно заметил блондин. — А в том нужно ли это нам? И что-то мне подсказывает, ответ отрицательный.

— Прости, — все, что могла сказать Джонсон.

— За что? Ты не виновата. Не сложилось, ну ничего. Значит, не судьба. Ты, конечно, симпатичная и всякое такое, но убиваться не буду. Уж извини.

Впервые за все то время, что они сидели в кофейне Хлоя искренне рассмеялась.

— Ты даже не представляешь, как я рада это слышать.

Телефон на столе опять завибрировал. Второй раз за последние пять минут. Кайл звонит. Джонсон чувствовала себя последней скотиной. Она ведь так ему и не сказала об этой встрече. Не смогла. Можно сказать, побоялась, зная, что за этим последует.

В лучшем случае, они бы поругались, в худшем — Холден захотел бы ее сопроводить и присутствовать на разговоре. А уж это точно было бы лишним. Так что попытаться обыграть все по-тихому показалось самым оптимальным вариантом. На тот момент. Сейчас как-то уже не очень.

— Что, парень звонит? — вопросительно кивнул на дисплей, на котором отображался лишь номер без имени. Хлоя так и не записала его по-человечески.

— Вроде того.

— Дай угадаю, тот музыкант?

— А если да, то что?

— Да ничего. Почему-то я даже не удивляюсь. Девушки всегда западают на таких вот плохих мальчиков с наплевательским отношением ко всем. Не знаешь, почему? Может, мечтают их перевоспитать?

— Кайл не такой, — холодно заметила Джонсон.

— Ну разумеется. Те два раза, что мы встречались, у него просто было плохое настроение. Не повезло, наверное.

— Ты его не знаешь, поэтому давай лучше опустим эту тему.

— Как скажешь, — согласно кивнул Брэндон. — Можно только задать вопрос: какое будущее ты с ним видишь?

— В смысле какое? — не поняла та. — Обычное такое. Не понимаю вопроса.

— Ну, ты согласна разъезжать с ним по городам с гастролями, терпеть фанаток, бросающихся нижним бельем? Или будешь сидеть дома и как верная жена наглаживать ему футболочки?

— А ты хорошего мнения об их группе, смотрю. Пророчишь им такой успех.

— Ты не ответила.

— Потому что вопрос лишен смысла. Откуда я знаю? Поживем, увидим.

— Так недолго осталось ведь, решай быстрее. Запишут альбом и укатят в тур. Не думаю, что это займет много времени.

Хлоя уже ничего не поняла. Что он несет?

— Ты, вообще, о чем?

— О контракте, который заключил твой типа парень на днях.

— Какой контракт?

— Обычный. На их сайте висит объявление, — видя растерянное и мало что понимающее лицо девушки, блондин потянулся за своим телефоном. С минуту в нем копался и протянул ей, открытый на интернетовской вкладке. — Неужели не видела?

По-честному, Хлоя вообще впервые видела сайт группы. Она, помнится, слышала от Кайла, что он есть, но добраться до него и посмотреть, что там и как, у нее так и не хватило времени. А если точнее, она просто напросто про него забыла. И, видимо, зря. Там, как оказывается, было столько всего интересного.

Песни, куча отдельных бесед, созданных поклонниками (среди которых одна особо привлекала внимание: кто из красавчиков вам больше всего нравится?), альбомы с фотографиями, видео. Много видео, даже записи выступлений с фестиваля были. Новостные посты, выставленные все теми же поклонниками. Судя по всему, местными, Брисбенскими, так как последние представляли собой набор плачущих смайликов и восклицающие заглавия под тип: “Уезжают из Квинсленда”, “Так нечестно, все лучшее отбирают”, “Ничего святого у людей не осталось” и тому подобное.

Сама причина несчастий обнаружилась почти сразу. Уведомление лично от группы, датированное днями ранее: мол, так и так, поздравьте, одобрена запись первого альбома, которая будет проходить в Сиднее в известной в узких кругах звукозаписывающей компании, название которой и следующий текст уже смазывался от поступающих на глазах Хлои слез. Яркими пятнами мерцали только “на два года” и “турне в рамках продвижения”.

— Ты не знала? — удивился Брэндон.

Что за дебильный вопрос? Конечно, не знала. По ней же видно. А ведь в среду ребята улетали в Сидней на встречу. Теперь понятно, насколько успешно она прошла. И ведь… Кайл не сказал ей ничего. Ни слова, уж она бы такое запомнила. Несколько тысяч человек, судя по цифрам на сайте, значит, об этом знали, а она нет? Очень мило.

Хлоя почти с ненавистью смотрела на главную шапку сайта, где был изображен квартет. Раздраженно дернула пальцем, лента прокрутилась вниз… остановившись на ее собственной фотографии (не самой удачной, кстати) с подписью: “Новая девушка солиста? Делаем ставки. Сколько продержится?”.

Просто блеск. Тут и она есть. И судя по комментариям… О, нет. Лучше не читать. Тут и человек с непрошибаемой броней не устоит перед таким обилием сочащегося яда. И это с учетом того, что половина сообщений, особо негативных, судя по припискам ниже, была удалена. Уже не расстроенная, а взбешенная Хлоя чуть ли не швырнула телефон обратно Брэндону.

— Весьма познавательно. Спасибо за информацию, — сухо процедила она.

— Я в замешательстве, если честно, — покачал головой блондин. — Если вы с ним встречаетесь, как вышло, что ты не в курсе?

— Очень хороший вопрос. Именно это я и спрошу у него, как только увижу.

Молчание, а затем… Брэндон вдруг расхохотался.

— Извини. Просто твое лицо… Сочувствую бедняге.

Лежащий на столе телефон снова завибрировал, отображая входящий вызов. Ох, Кайл. Вот сейчас точно не вовремя. Лучше спрячься где-нибудь и пережди бурю. Хлоя раздраженно отключила звонок. А заодно и выключила телефон.

— Хочу домой, — заявила она, ставя финальную точку в сегодняшнем недолгом недосвидании.

— Понимаю.

Они вышли на залитую солнцем оживленную улицу. Стеклянные небоскребы ловили лучи и, преломляя их, слепили глаза. Яркая зелень гармонично контрастировала с постройками и неестественно синим небом без единой тучки. Дороги полупустые. Пробок в центре никогда не было, а вот велосипедистов хватало. Для них тут создавались все условия. Да, потрясающий теплый день. Вполне в духе Квинсленда. Но сегодня, конкретно сейчас, прямо-таки раздражающе потрясающий.

— Я сегодня на машине. Тебя подвезти? — спросил Брэндон, тормозя у пешеходного перехода.

— Да, — отстранено отозвалась Хлоя.

Подземный паркинг — единственное место, где было разрешено ставить машины в Брисбене. Через несколько минут их встретил прохладный полумрак и полупустые ряды автомобилей. Блондин направился к одной из них: то ли серый, то ли серебристо-синей, толком и не поймешь, седан. Не новый, но в хорошем состоянии.

Брэндон галантно открыл Хлое дверцу, приглашая внутрь. А когда та подошла, собираясь сесть, приблизился и поцеловал. Слегка неуверенно, словно спрашивал разрешения. И получил отказ. Джонсон вежливо отстранилась.

— Прости, — улыбнулся парень. Все же его улыбка действительно была особенной. Удивительно доброй, располагающей против воли. Такую встретишь нечасто. — Решил рискнуть. Уж больно момент удачный.

— Понимаю, — кивнула та. Она правда понимала. И не злилась. — Но не стоит.

— А жаль, — вздохнул блондин, и едва Джонсон оказалась в салоне, удрученно захлопнул за ней дверцу.

Может, они еще и плохо знали друг друга, но, глупо отрицать, Хлоя была ему симпатична. С другой стороны, как там еще у нее сложится с этой зазнавшейся звездой-однодневкой неясно, так что возможно у него еще и был шанс. Маленький, конечно, но ведь был?

***

Все-таки серый, как оказалось, седан съехал с основной дороги, свернул по указателю направо и затормозил на подъездной дорожке около невысокого кирпичного дома, обрамленного увитой зеленью калитки.

— Ого, что-то намечается, — присвистнул Брэндон.

Хлоя, просидевшая всю дорогу со скрещенными руками и уставившаяся в боковое окно, непонимающе повернула голову. Ого, а он прав. Сейчас что-то будет. Напротив них стоял черный кабриолет, на водительском сидении которого, нетерпеливо постукивая по металлическому корпусу и не выпуская телефона из рук, сидел Кайл. Холден поднял голову и…