Глава 19

Этот взгляд, когда он разглядел лица пассажиров… Если бы не сайт и всплывшая информация, Джонсон бы сейчас тихо молилась, ожидая неминуемого возмездия и мысленно составляя список извинений, начинающийся от заурядного: “извини, извини, извини” и доходящий до возможного ползанья на коленках (но это в крайнем случае). Только вот на данный момент она была не менее взбешена, чем Кайл. Так что пускай попробует открыть рот.

— Уезжай, — сказала она Брэндону. — Не стоит накалять обстановку. Я сама ему все объясню.

— Предлагаешь сбежать? О, это так благородно, — блондин выключил зажигание. — Нет, мне такой вариант не нравится.

— Смотри сам, — пожала плечами Джонсон, вылезая следом за ним. Если честно, параллельно. Предупреждение было дано? Было. Но они же оба упертые, никого не слушают. В таком случае пускай разукрашивают себе лица. По барабану.

Кайл уже к тому времени тоже вышел из машины с таким треском захлопывая дверцу, что удивительно, как та вообще осталась на петлях. Направился к ним.

— Ну, привет, звезда, — поприветствовал его Брэндон, расставляя руки, словно хотел обнять. — Попробуем мирно поговорить или…

Холден зарядил ему со всей дури по лицу.

— Видимо, нет, — вытирая кровь из носа, покачал головой блондин.

— Я предупреждал, — а Кайл уже сгреб его в охапку и повалил на капот седана, отозвавшегося приглушенным грохотом. — Увижу рядом с ней…

— Да, да. В курсе. И набьешь мне морду, — отозвался вполне миролюбиво тот, даже не пытаясь сопротивляться. — Только вот зачем? Есть ли смысл? Ты и так победил.

Занесенный кулак замер напротив лица Брэндона.

— Не понял.

— Мне тактично дали отставку. Даже предложили всю эту тему с “остаться друзьями”. Так что, расслабься. Тебя она выбрала, тебя, горячий ты наш. По крайней мере, на данный момент.

Кайл слегка растерянно поднял глаза на Хлою, стоявшую неподалеку и скрестившую руки на груди. Стоявшую с видом уставшей мамаши, наблюдающей, как дети уже в пятый раз дерутся в песочнице, не поделив лопатку. Причем вторая точно такая же валялась рядом, никому ненужная. Что вызывало еще больше недоумения.

Снова посмотрел на Брэндона. Опустил кулак, ослабил хватку.

— На данный момент? Это еще как понимать?

Блондин преспокойно поднялся на ноги, одернул футболку, удрученно поковырял пальцем красное пятно на ней, шмыгнул носом, запрокидывая голову, и подтер текущую по подбородку кровь.

— Она все сама расскажет. Знаешь, что забавно? У тебя сейчас есть все шансы ее потерять и при этом я буду не виноват. Ладно, оставлю вас. Разбирайтесь, ребятки, — он уже почти было сел в машину, но обернулся напоследок к Хлое. — Мой номер знаешь. Если что, звони.

Седан неторопливо сдал задним ходом и, вывернув, скрылся за поворотом. Все это время на улице царило гробовое молчание. Кайл вопросительно смотрел на Джонсон. Та же целенаправленно отводила взгляд, рассматривая маленькие трещины на асфальте. Не из-за стеснения или страха — собирала по закоулкам сознания всю сдержанность, чтобы поговорить нормально. Без повышенных тонов.

— Может, объяснишь? — не выдержал парень.

— Без проблем, — кивнула Хлоя, наконец, встретившись с ним взглядом. — А ты тогда расскажи мне о контракте.

Лицо Кайла помрачнело.

— Откуда знаешь?

— Не от тебя. В этом и проблема.

— Я ждал подходящего момента.

— И когда бы он наступил?

— Хлоя, это ничего не меняет.

— Нет. Это меняет абсолютно все.

— Но не мои намерения, касаемые тебя.

— А что, получится совмещать? Не знала, что ты умеешь телепортироваться, — стоять истуканом посреди дороги надоело. Джонсон приглашающе указала на дом, но внутрь не зашла, оставшись на веранде. Присела на ступеньки, удручено потирая лицо. — Два года значит. Два года в Сиднее.

Холден присел рядом.

— Сидней не другой континент. И я не всегда буду занят.

— Будем кататься друг к другу на выходные? Да, весело. Авиакомпании будут в восторге. А со школой что собираешься делать?

— Попробуем договориться закончить дистанционно. Не получится, придется искать другую, которая согласится. И нет, не только на выходные.

— Да нет, исключительно на них. А то и реже, — покачала головой Хлоя. — Будь реалистом. Взять хоть турне. Сколько оно займет времени? Неделя, две?

— Четыре, — тихо отозвался тот, потирая покрасневшие после встречи с носом Брэндона костяшки.

— Еще лучше. Четыре, — с горечью кивнула та. — Когда уезжаете?

— Через пару недель.

— Замечательно. А теперь подумай: я здесь, ты — там. Отношения на расстоянии? Серьезно? Ты в них веришь? И в обычном варианте это непросто, а в нашем случае…

— И чем же так плох наш случай?

Скептично вскинутая бровь.

— Догадайся. Вокруг тебя будет виться столько девиц, что… у меня просто не хватит нервов, а у тебя выдержки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— То есть ничего не изменилось? Доверия у тебя не прибавилось?

— Доверие, — хмыкнула Хлоя. — Доверие, да? Интересно, почему тогда о контракте я узнала не от тебя?

— Потому что я старался до последнего избежать этого разговора. Зная, к чему он приведет.

О, Кайл прав. Решение напрашивалось одно единственное. Правильное или неправильное, кто знает, но… а как иначе? Что он предлагает? Терпеливо сидеть ей тут, в Брисбене? Ждать? Мотаться туда-сюда, довольствуясь рваными свиданиями? Ерунда все это. Надолго их хватит? Глупо отрицать: “Вестники” действительно хороши. Их ждет успех, известность и все что сопутствует этому… А ей останется сходить с ума от ревности, листать тот чертов сайт, напоминающий кишащий клубок завистливых змей, и…? И что?

— А у тебя есть другие варианты? — спросила Джонсон. — Расскажи, не стесняйся.

— Ну… — Холден бессильно потер переносицу. — Руби, закончив школу, переедет к Тео в Сидней. Они уже решили.

Прекрасно, значит подружка тоже в курсе! Кто бы сомневался.

— Руби здесь ничего не держит. А у меня семья.

— У меня тут тоже семья. Не забывай.

— Уже взрослые сестры и родители, у которых есть поддержка и помощь в лице друг друга. А мне предлагаешь оставить отца и Софи одних?

— Нет. И не думал предлагать.

Хлоя уронила голову на колени, закрывшись руками. В глазах начинало пощипывать. Подбиралась истерика, не сулящая ничего хорошего. Если она сейчас разревется, разойтись тихо уже не получится. Да, у них еще оставалось две недели, но есть ли смысл тянуть? Кому от этого станет лучше? Будет ведь только больнее. Хотя куда уж еще?

Происходящее уже разрывало изнутри. Невидимый мясник с маньячными наклонностями словно кромсал внутренности, от чего становилось трудно дышать. Хотелось броситься Кайлу на шею и сказать, что все хорошо — они справятся и одновременно… покончить со всем как можно скорее, убежать в дом и крушить мебель. Кричать, реветь и разбить кулаки об стену от обиды. Ну почему, почему? Только она убедила себя, что все у них может получиться и…

— Знаешь, — услышала она негромкий голос Холдена. — Я раньше и не замечал всю красоту Квинсленда. Пока не встретил тебя. С тобой это место преобразилось.

Издевательство. Нет, ну зачем он это говорит?

— Не надо, — тихонько проскулила Джонсон.

— Что? — с нескрываемой насмешкой поинтересовался Кайл. — Не хватает храбрости меня бросить?

Хлоя злобно вскинула голову.

— Серьезно? Смешно тебе?

— Нет, не смешно. Грустно. Что ты так легко сдаешься.

— Уж извини, — вспылив, подскочила с места та. — Извини, что не хочу довольствоваться звонками и короткими встречами. Вот такая я: мне нужно, чтобы небезразличный мне человек был рядом, а не… — Джонсон нервно запустила руки в волосы, до боли стиснув их у корней. Глубокий вдох и голосу снова придали спокойный тон. — Не знаю. Другого варианта я пока не вижу.

Молчание.

— А я вижу, — сказал вдруг Кайл, вскинув голову и задумчиво разглядывая ее. — Есть один.

— Я не могу уехать, мы вроде как…

— Нет. Не уедешь. И я могу не уезжать.

— Не понимаю, — Джонсон недоуменно нахмурилась. Смотрела, смотрела на парня… пока до нее не дошло. Он спятил? Головой где-то приложился? — Только попробуй!

— Почему нет? — поднявшись со ступенек, пожал плечами тот. Разговаривать снизу-вверх было не очень удобно. — Ребята справятся и без меня, буду писать им песни, найдем другого солиста и…

— Заткнись! — не выдержала Хлоя, затыкая ему рот ладонью. — Даже не заикайся об этом! Ты хоть понимаешь, что несешь? “Вестники” твоя мечта, а ты хочешь послать ее к черту?

Кайл ласково перехватил ее ладонь и поцеловал.

— Как славно, что с недавних пор у меня две мечты. И если их нельзя совместить, придется выбирать ту, что стоит в приоритете.

Нет, нет и нет. Это невозможно слушать. Он что, ничего не понимает?

— Не говори ерунды, — покачала головой Джонсон. — Сделаешь это и очень скоро пожалеешь. Ты не знаешь, получится ли у нас. Да и кто может знать? Нам всего восемнадцать. Вероятно, даже скорее всего, ничего не выйдет, и потом ты до конца жизни будешь ненавидеть себя, — “и меня”, хотела добавить она, но не смогла. Это в голове-то звучало омерзительно и убивающе, а вслух… — Ты отличный музыкант. И тебе подарили шанс, который выпадает не каждому — не губи его из-за необдуманного решения, принятого на эмоциях.

— Не нужен мне этот шанс, если рядом не будет тебя.

— Хватит, — Хлоя решилась. Если он не может мыслить здраво, значит придется ей. Главное, чтобы хватило смелости. — Справлялся раньше без меня, справишься и теперь, — она достала из кармана ключи с блеснувшей на солнце кошечкой и вложила Кайлу в руку. — Будь уверен, месяц-другой и я останусь приятным воспоминанием…

— Хлоя, не надо…

Заставить голос не дрожать стоило неимоверных усилий. Нижняя челюсть и так ходила ходуном, а глаза застилась черная пелена.

— Поклонницы помогут тебе…

— Хлоя, пожалуйста…

Последний рывок. Джонсон, не сломайся. Ты должна. Так будет правильно.

— А если все-таки суждено, мы еще встретимся…

— Не надо.

— Но сейчас я не позволю тебе разрушить свое будущее. Прости… но это все. Конец.

— Хлоя! — крикнул ей вслед белый как мел Кайл, но девушка уже рванула к входной двери, чтобы он не увидел брызнувших слез, и с грохотом захлопнув ее, сползла по стене, зажимая рот руками и пытаясь удержать вырвавшуюся на свободу истерику.

Деревянная дверь сотряслась от удара — это кулак Холдена впечатался в нее с той стороны. Не уходит. Почему он не уходит?

— Джонсон, открой дверь! Мы не закончили.

Хлоя стиснула голову руками, глотая слезы и сдерживаясь из последних сил, чтобы оставаться на месте и не броситься к нему. Нельзя. Так правильно. Он не должен отказываться от своей мечты ради нее. Музыка — его жизнь, группа — его будущее, не она… Не сейчас, во всяком случае.

— Открой или я ее выломаю к чертовой матери!

“Выломай. Выломай, отругай меня, обними и скажи, что все будет хорошо”, умолял внутренний голос, а здравый смысл как мог пытался заткнуть его, нашептывая одни и те же слова как мантру: так правильно, так правильно. Полминуты тишины, минута, две… Нет, Кайл не ушел. Сидя спиной к стене, через собственный гул выстукивающего в конвульсивной агонии сердца и едва сдерживаемые всхлипы, она слышала шорохи на улице.

— Это не конец, Хлоя. Еще не конец, — наконец, донесся до нее тихий голос.

Удаляющиеся шаги, хлопок, включенное зажигание. Все. Теперь точно уехал, но облегчения, хотя бы толики, это не принесло. Стало только хуже. Уже не сдерживаясь, девушка завались на бок, подобрав под себя ноги, словно это могло как-то утешить, и заревела в полный голос.

***

Часа три спустя Хлоя сидела на постели в своей комнате и смотрела невидящим взглядом на висевшую афишу. Слезы больше не шли. Открытие дня — оказывается можно выплакать их буквально до тошноты, вместе с недавно выпитым кофе.

Внутри царило полное опустошение. Да и снаружи немногим было лучше. Словно ее пропустили через мясорубку, наскоро слепили человекообразное подобие и, услужливо махнув ручкой, отправили сотворенное детище в свободный полет. Иди, мол, давай, живи и радуйся жизни.

Дважды Джонсон подрывалась с места и дважды замирала возле двери, не решаясь разорвать на миллионы крохотных кусочков проклятый плакат, с которого на нее смотрели несмешливые ярко-синие глаза. Но ведь клочок бумаги ни в чем не виноват. Наоборот, на него было так приятно, пускай и больно, но все же так приятно смотреть. Нет, она не будет его уничтожать. Не может и не будет. Пусть останется воспоминанием.

Телефон с отсоединенной батареей и задней панелью валялся на постели. На вопрос, зачем было его разбирать, Хлоя ответить не могла, но включив его с час назад обнаружила около дюжины непринятых вызовов. Несколько из них совпадали со временем, когда она еще была в кофейне, а остальные… Кайл звонил ей. Уже после. Не унимается, не хочет понять…

Чтобы не терзать себя еще больше, было решено отключить его от греха подальше, но ведь так не может продолжаться вечно? Если не перестанет названивать, им придется снова говорить. А к этому Джонсон пока не готова. Да о чем речь — объявись он сейчас, вот прямо сейчас, она ведь пошлет всю свою решимость куда подальше и будь, что будет. Но он не объявлялся. Что ж, так даже лучше… Скорее бы Холден уже уехал. Так будет проще.

Вернувшийся домой мистер Джонсон застал дочь сидящей посреди комнаты, сгорбленной, спрятавшей лицо в ладонях и закрывшейся от всего и всех вуалью волос, а когда та подняла голову…

— О, нет, — интуитивно догадываясь, что к чему, вздохнул он.

— О, да… — отозвалась Хлоя, к которой уже неслась с объятиями счастливая Софи. Малышку нисколько не пугало не опухшее от слез лицо сестры, ни красные глаза, ни потухший взгляд.

Мужчина замер на пороге, не совсем понимая, что конкретно ему сейчас стоит делать или говорить. Одно дело — если дочь влюбилась, там только и нужно что сидеть, да ободряюще похлопывать по плечу. И кормить мороженным. Здесь же одним мороженным точно не отделаешься…

— Что случилось?

— Мы расстались, — ласково заправляя Софи растрепавшиеся пряди, отозвалась та.

— Потому что…

— Это правильно.

Эти слова, кажется, станут ее пожизненным девизом, но ничего умнее просто не приходило в голову.

— А кто…

— Я, — слушая вполовину уха щебетание малышки и рассказ о том, чем она занималась в саду, ответила Хлоя. Вежливо прервала ее, чмокнула в нос и поднялась на ноги. — Я его бросила… Извини, я ничего не приготовила. Сейчас что-нибудь придумаю.

— Не надо, — мистер Джонсон перехватил дочь за руку. — Я сам. Детка, лучше посиди… отдохни.

— И так целый день отдыхала. Нужно отвлечься.

Плохая затея. Очень-очень плохая затея. Тяжело готовить, когда из рук все вываливается, да и сама ты не очень уверено стоишь на ногах. Зато какой-никакой способ отвлечь мозг от посторонних мыслей. Так, что нужно? Достать сковородку. Мясо из холодильника, пусть сегодня будет ягненок. Овощи… пожарить овощи. Где масло? Протянутая к верхнему шкафчику рука дрогнула. Стеклянный кувшин вылетел из рук, разлетаясь на осколки и заливая все вокруг оливковым маслом.

На шум в кухню примчался отец.

— Я уберу, — в ужасе закрывая руками лицо, с трудом выговорила Хлоя. Опять? Да ладно? Она же уже все выплакала, там же больше нечему! — У-уберу.

— Хлоя, хватит, — отец требовательно притянул ее к себе. — Успокойся, я сам. Не переживай. Давно пора ее выкинуть. Она мне не очень нравилась. И вообще, может ну его, этот ужин? Давай закажем пиццу?

— Л-л-ладно, — утыкаясь в него, с всхлипываниями пробормотала та.

— Скажи, чем помочь? — поглаживая ту по плечам, растерянно спросил папа. — Вот во всем этом я точно не силен… Не знаю… хочешь новые туфли? Две пары? Или платье? Или все вместе? Давай устроим завтра день шопинга? Говорят, вам это помогает.

Туфли взамен парня? Мистер Джонсон, ох мистер Джонсон. Каким бы вы не были замечательным, но некоторые вещи лицам сильного пола просто не дано понять. Увы, на женской психологии со времен Адама и Евы уже не один мужчина пообломал себе все зубы. И вы не исключение.

— Хочу уехать… куда-нибудь, — ответила Хлоя. — Ненадолго. На пару дней. Сменить обстановку. В горы…

И вот тут отец, наконец, понял, насколько сильно попал. Если его дочь, ярая ненавистница походов и отсутствия банальных бытовых удобств, категорически отказывающаяся от подобного отдыха с момента как начала более-менее складывать слова в предложения, вдруг сама заговорила про горы, значит все не просто плохо… Все катастрофично.

— Знаешь, — подумав, ответил мужчина. — Давай я возьму парочку выходных, — он чуть отстранил от себя дочь и с улыбкой подтер с ее щек слезы. — Устроим себе маленькие каникулы, а? — благодарная улыбка в ответ, вернее ее с трудом угадывающееся подобие, стало ответом. — Вот и чудесно. Собирай вещи. Софи как раз еще не видела Большой Водораздельный хребет. Уверен, ей понравится больше, чем тебе.