Глава 36

Мэтт

Когда Джилл запрыгнула на меня и впилась своими губами в мои, я на автомате ответил на поцелуй. Я бы даже сказал, на адреналине, который выплескивался из меня тоннами. Но человек разумный не даром так зовется, и просто действовать на инстинктах – это примитивизм.

Я отклеил Джилл от своих губ, в которые она впилась, словно пиявка. Едва наши взгляды встретились, она тут же затараторила:

– Не отталкивай меня. Сейчас на нас направлены камеры и глаза миллионов зрителей. Ты ведь не поставишь меня в такое положение? Мэтт, прошу тебя…

Я повернул голову, чтобы посмотреть вокруг, и внезапной поймал взгляд Бэмби. Нахмурился, думая, что это обман зрения. Она ведь не должна была быть на первой игре. Такое ощущение, что, если бы она увидела этот поцелуй по телевизору, ей было бы легче, Картер. Я придурок, который, кажется, упускал единственную сто́ящую девушку в своей жизни. Отчаяние узлом скрутило внутренности, когда я рассмотрел, как перекосилось ее лицо от боли. Зои как открытая книга, все ее эмоции можно было прочитать по лицу. Я был уверен, что она сейчас плачет.

Попытался сбросить с себя Джилл, но она еще крепче вцепилась в меня.

– Мэтт, донеси хотя бы до тоннеля.

– Не подходи ко мне больше, – цедил я сквозь зубы, преодолевая расстояние до спасительного входа в здание стадиона. – Не прикасайся и не разговаривай.

– Мэтт, но ты же хотел…

– От тебя я ничего не хочу. Я несу тебя только ради спасения твоей репутации. Но провернешь такую хрень еще раз – и будь готова опозориться прямо посередине поля.

Поставил ее на ноги у входа в тоннель.

– Мэтт… – позвала она, но я уже несся на трибуны в поисках Зои.

Ее, как назло, нигде не было. Мое сердце так не грохотало во время игры, как сейчас бахало, пробивая ребра. Еще пару часов назад мне было бы наплевать на все. Да что там говорить, перед игрой я практически принял решение расстаться с Бэмби. А теперь сама мысль об этом убивала. Как будто в живот вонзили нож и ковыряют им внутренности. Я не представлял себе, как буду без ее улыбок, дурацких мемов по утрам, крышесносного секса с совершенно раскрепощенной Зои, для которой эксперименты в постели были практически вызовом. И, самое главное, без ее чистой энергии, которая питала меня самого.

Люди на трибунах приветствовали меня, задерживали, чтобы сфотографироваться и пожать руку. Я вежливо отказывал в фотосессии, но пожимал руки и позволял хлопнуть себя по плечу, пока пробирался через толпу в поисках Бэмби. Ее нигде не было. Как сквозь землю провалилась.

Я сделал шаг в сторону выхода со стадиона, но вовремя понял, что искать ее сейчас на парковке дело бессмысленное. Вся толпа со стадиона должна была ринуться туда, так что там найти ее шансов было еще меньше. Так что мне ничего не оставалось, кроме как пойти в раздевалки, чтобы поздравить коллег, принять душ и переодеться.

Все время, пока я провел в раздевалке, мысленно я был очень далеко. Где-то там, рядом со своей Бэмби. Если бы я только знал, что она приедет…

И что бы это изменило? Ты же не затягивал на себя Джилл, она сама прыгнула. Не ответил бы на поцелуй? Так ты вообще не должен был этого делать.

От отчаяния я запустил руку в волосы и потянул за них, чтобы почувствовать хоть что-нибудь, кроме тупой боли и внутренней истерики.

Я был идиотом, который упустил единственную девушку, делавшую меня счастливым.

Пока шел на стоянку, обрывал телефон Зои, но она раз за разом сбрасывала мои звонки. Я чертыхался, боролся с желанием разбить телефон об асфальт, но с завидным упорством снова и снова набирал ее номер. Парковка уже практически опустела, так что я шел с опущенной головой и потупившись в экран. А, когда поднял ее и посмотрел на свою машину, даже остановился. Но потом ускорил шаг.

У машины, прислонившись бедрами к капоту, стояла Зои. Она тоже смотрела в экран, а второй рукой стирала со щек слезы. У меня внутри снова завязался тугой узел. Каким же придурком я был, если даже на секунду допустил мысль, что могу отпустить ее!

– Бэмби, – позвал я.

– Привет, – она резко подняла голову и засунула телефон в задний карман джинсов.

– Привет, – выдохнул я, подходя ближе и бросая свою сумку рядом с ее рюкзаком на асфальт. – Зои, то, что произошло…

– Было неожиданно. Но, в принципе я понимаю. Наконец кто-то прыгнул в твои руки, да? – она улыбнулась и вытерла слезы со щек. Я сделал шаг к ней, но Зои качнула головой.

– Бэмби…

– Я видела вас вместе. Она… красивая. Это о ней ты говорил, правда? Джилл Сандерс, твоя любимая. Ты не говорил мне ее девичьей фамилии, но я сама узнала. Еще тогда, когда видела, как между вами искрит, я решила пробить, кто она такая. Оказывается, вы встречались в университете. Но это я уже узнала от ее ассистентки. Очень болтливая оказалась. – Она всхлипнула и сделала судорожный вдох. – Что ж, я рада, что она вернулась в твою жизнь, – рот Зои, как всегда, выдавал по сто слов в минуту, и у меня даже не было возможности вклиниться в этот поток сознания. – Знаешь, вы отлично смотритесь. Да, – кивнула она своим мыслям и стерла тонкую дорожку слез со щеки. – Я надеюсь, ты наконец сможешь обрести свое счастье, Мэтт, и она сделает то, что мне не удалось.

– Зои, я люблю тебя, – выпалил я, успев уловить мгновение, когда она делала вдох. Сам не ожидал, что еще когда-нибудь произнесу эти слова, но ощущение было такое, что они рвались из самой души, и должны были быть произнесены. Сделал еще один шаг к ней.

– Что ж, очень печально, что ты осознал это только сейчас. – Она потянулась к моим губам и на пару секунд прижалась к ним в самом горьком поцелуе, который только мог случиться. – Потому что я тоже тебя люблю.

Я схватил ее за талию, прижимая к себе, уже в тот момент физически ощущая потерю. Знал, что она уйдет и всячески этому сопротивлялся. Но как можно удержать в своей жизни человека, который не хочет в ней оставаться?

Зои медленно отстранилась и очень деликатно давила на мою грудь, пытаясь оттолкнуть.

– Нет, Бэмби, – шептал я и снова тянулся к ее губам. – Не надо.

– Ш-ш-ш, – прошептала она, проведя пальцами по моей скуле. – Все будет хорошо, вот посмотришь. Тебе только кажется, что ты меня любишь. Просто я заставила тебя улыбнуться. Она тоже заставит. Я не знаю, почему вы расстались, но теперь у вас есть все шансы воссоединиться и быть счастливыми. Я желаю тебе счастья, Мэтт. – Она снова всхлипывает, разрывая мне сердце. – Поэтому… ты прости, но я взяла на себя смелость заказать тебе подарок в честь победы. Вероятнее всего, он будет ждать тебя дома, когда ты приедешь. Если вдруг тебе не понравится… скажи Каю, он заберет назад.

Бэмби выпуталась из моих объятий и легким толчком в грудь заставила меня отступить. Я заторможенно наблюдал за тем, как она наклонилась, подхватила рюкзак и закинула лямку себе на плечо.

– Зои…

– Поздравляю, Мэтт, – грустно улыбнулась она. – Ты сегодня был великолепен.

– Бэмби… – снова отупело позвал я онемевшими губами, но она уже не слышала, быстро удаляясь в сторону выхода с парковки стадиона.

Наверное, найдутся те, кто сказал бы мне: «Эй, чувак, ты облажался. Мог бы побежать за ней, дамочки любят такие поступки». Только вот чтобы догнать ее и что-то дать этой девушке, нужно было сначала стать тем, кто не сомневается в своем решении. А я в тот момент еще сомневался. Да, Бэмби, уходя, вырвала из груди мое сердце и на тонкой ниточке понесла прочь от меня, как носят воздушный шар, накачанный гелием. И все же я, наверное, не был настолько в ладах с собой, чтобы дать ей полноценные отношения. Мне нужно было подумать. А потом я собирался вернуть свою Бэмби.

Когда я приехал домой, на моем крыльце сидел Кай – тот самый нерасторопный парень, который был «Бэмбизаменителем» в лагере. Он подскочил, едва колеса моей машины прошуршали по гравию подъездной дорожки.

– Как тебе удалось войти? – спросил я, выходя из машины.

– Меня впустила ваша экономка.

– Кто-то сегодня будет уволен, – пробубнил я себе под нос, вытаскивая из багажника сумку.

– Тут Зои оставила для вас подарок. Курьеру не доверилась, потому что он бы просто бросил за воротами и скрылся. А этот подарок он… требует деликатного отношения.

Я опустил взгляд на сверток, который он держал в руках.

– Заноси в дом.

Прошел, открыл дверь и впустил Кая. Он остановился у порога и протянул мне сверток, замотанный в ткань.

– Что это?

– Подарок, – ответил он так, словно говорил с идиотом. Хотя был недалек от правды. – Берите аккуратно.

Он передал мне сверток, и я чуть не отбросил его, когда тот зашевелился. Приподнял край тряпицы и замер. На меня глазами-бусинками смотрел щенок. Если я что-то понимал в породах, это был золотистый ретривер. В горле встал едкий ком, который все никак не удавалось проглотить.

– Спасибо, иди, – сипло произнес я, не поднимая взгляд от собаки.

Кай прощался, что-то там еще говорил, но из-за шума крови в ушах я его почти не слышал. Перед глазами мелькало лицо Бэмби, когда она завела со мной один из своих, на первый взгляд, бессмысленных диалогов.

– У тебя когда-нибудь была собака?

– Нет.

– Почему? Не хотел?

– Я сносил всех бездомных собак округи к нам домой. Как думаешь, я хотел собаку?

– А почему же ни одна из них не прижилась?

– Тогда отец говорил мне, что они сбегали, каждая из них. Много позже мы с друзьями обнаружили кладбище застреленных собак неподалеку от нашего трейлерного парка. Оказывается, каждое животное, которое я приносил домой, было застрелено моим отцом и вынесено на эту животную свалку.

– Что ты сделал?

– Хотел пристрелить отца.

– Вы поругались?

– Нет. Я не умел тогда ругаться. Вместо выяснения отношений я замыкался в себе.

– Ты и сейчас так делаешь, – констатировала Зои, а я пожал плечами. Какой смысл выяснять, если все равно вместе с тобой никто твои чувства не проживет? – А почему не купил собаку во взрослом возрасте?

– Не знаю. Наверное, потому что перед глазами все еще стоит картинка этого кладбища домашних животных.

– А если бы завел? Ты бы возил ее с собой на сборы, на выездные матчи?

– Я бы с ней не расставался…

Я не заметил, как погрузившись в воспоминания, зарылся носом в мягкую светлую шерсть и крепко зажмурился. Сильнее разорвать мне сердце, чем сейчас, Бэмби уже не могла.