Глава 42

– Иду! – рявкнула я, в пятый раз поднимаясь с дивана и волочась к двери. Прежде, чем открыть, поправила тонкий плед на плечах и распахнула дверь, с яростью глядя на курьера.

– Зои Маршалл?

– Угу, – насупившись, я смотрела на очередной букет в руках очередного курьера. Пятого за сегодня, если быть точной.

Первому букету я радовалась. Получив второй, недоумевала. Третий снова порадовал, а вот от четвертого я начала раздражаться. У меня был единственный выходной на это неделе, и я хотела подремать под ток-шоу, а не бегать к двери каждый раз, как мистер Картер вспоминал обо мне.

– Это вам, – курьер расплылся в улыбке и подал мне букет.

Перехватив его, я натянула свою самую дьявольскую улыбку.

– Передайте заказчику, что я ушла из дома, чтобы больше не отправлял.

– Но…

Он не успел возразить, потому что я захлопнула перед его носом дверь. Знаю, это было невежливо, ведь парень был ни в чем не виноват, он просто выполнял свою работу. Но Мэтт выбесил меня, и я должна была на ком-то сорваться. Отключив дверной звонок и телефон, я с шумным вздохом буквально обрушилась на диван и включила звук на телевизоре.

Конечно, я задремала. И так мне сладко спалось ровно до того момента, пока я не услышала грохот в дверь. По ней колотили, похоже, кулаком. Я села на диване и протерла руками лицо, пытаясь проснуться, а потом побрела к двери. Если бы за ней стоял Мэтт, я бы его придушила собственными руками. Но на пороге стоял очередной курьер. Только в руках у него ничего не было.

– Зои Маршалл? – спросил он. Я кивнула. – Вам музыкальная телеграмма.

– Что? – только и успела произнести я, как мужчина, приосанившись, начал петь.

И нет, чтобы делать это негромко, только для меня. Не-е-ет, он так затянул свою песню о любви, что слышал его, наверное, целый район.

– Ш-ш-ш, тише вы! – шикала я на него, призывая вести себя не так громко, но, кажется, делала еще хуже.

Он что-то пел про Бэмби, про любовь и поход на свидание. Про то, что каждая победа будет посвящена мне. Там было и про еще один шанс, про поцелуй и мой запах. Господи, мне хотелось спрятаться в самом темном углу и не выходить оттуда примерно полгода. Соседи начали выглядывать из своих квартир, с любопытством оглядывая представшую перед ними сцену. Соседка из квартиры справа возмущалась, что ей мешают отдыхать. Мимо прошла соседская девушка со своим парнем, с улыбкой подмигнув мне.

На последнем куплете я просто закрыла лицо ладонями и дослушивала до конца, потому что, судя по всему, заткнуть этого мужика было невозможно. Когда я попыталась на середине песни захлопнуть перед ним дверь, он начал петь громче, поэтому мне пришлось стоически выдержать это представление.

– Хорошего дня, мэм, – наконец произнес он и, слегка поклонившись, пошел на выход.

Соседи, столпившиеся в коридоре, хлопали ему, а я с лицом, красным, как раскаленная печь, спряталась в своей квартире. Теперь я навсегда стану для соседей той «девчонкой, которой заказали серенаду». Паршивую, но уж какая есть. Хотя надо отдать должное певцу, свое дело он знал, и голос у него был прекрасный.

Я села на диван и застонала, снова спрятав лицо в ладонях.

– Господи, за что?

Этот дурдом нужно было прекращать. Я включила телефон, и на него посыпались сообщения. Только одно было от папы о том, что я обещала ему пересмотреть последнюю игру во вторник вечером. Он напоминал мне, что в этот раз пицца была за мной.

И еще с десяток от Мэтта. Я не стала перечитывать их, удалила одним махом и написала только одно:

«Ты испортил мой выходной»

Ответ пришел еще до того, как я успела заблокировать экран:

«Тогда позволь мне сделать его лучше. Открой дверь»

Да ла-а-адно! Еще один курьер?! Я этого не вынесу.

Но все равно почему-то пошла открывать.

На пороге стояла девушка. Симпатичная, улыбчивая блондинка. Старше меня лет на десять, но выглядящая намного моложе своих лет.

– Зои Маршалл? – спросила она. Этот вопрос я слышала уже седьмой раз за день.

– Да, это я, – выдохнула устало.

– Это вам, – она протянула мне конверт и, еще раз улыбнувшись, ушла.

Захлопнув дверь, я вернулась к дивану и с грустью посмотрела на свое «гнездо», которое соорудила ради выходного. Подушки грустно свернули уголки.

Я распечатала конверт и уставилась на подарочный сертификат в один из самых модных магазинов города. На неограниченную сумму. К сертификату была приложена записка.

«Бэмби, во вторник в семь вечера мы идем в ресторан. Воспользуйся этим сертификатом и купи себе все, что тебе необходимо. Люблю. Мэтт»

Я фыркнула, еще раз взглянув на сертификат. Я обещала папе посмотреть игру в этот вечер, и не собиралась менять планы только потому, что один заносчивый квотербек считал, что я могу отменить все свои планы ради того, чтобы поужинать с его высокомерной задницей. В мое голове созрел коварный план, и я широко улыбнулась. Быстро напечатала сообщение Мэтту:

«Заедь за мной в шесть во вторник»

«Конечно» – ответ пришел незамедлительно.

– Тебе конец, Мэтт Картер.

В глубине души мне, конечно, льстили его знаки внимания. Нравилось то, что он не сдавался. Что, несмотря на мое сопротивление, Мэтт все равно старался добиваться своего.

Он штурмовал мой дом уже почти неделю. Начинал с букета цветов раз в день. Потом были билеты в кинотеатр, приглашения прогуляться по пляжу, покататься на гоночной машине и даже прыгнуть с банджи. Еще я получила сертификат на посещение чайной церемонии на двоих, парное посещение СПА и тайский массаж. Цветы были каждый день, но не так массово, как сегодня. Понятное дело, в моей небольшой квартирке не было места для такого количества ваз, так что я просто свалила все букеты в ванну и набрала в нее воду. Решила, что буду разбираться с ними, когда придет время мытья.

Меня подкупала настойчивость Мэтта, и я решила, что вместо ресторана повезу его туда, где он увидит настоящую меня и мой мир. И, если его это не испугает, я, пожалуй, могла бы дать ему шанс. Не знаю, что сподвигло его тогда выбирать или сомневаться, но я уже простила его. Каждому из нас иногда приходится бороться с неуверенностью, и даже самый успешный игрок в американский футбол, кажется, не смог этого избежать.

Весь день вторника я была как на иголках. Во-первых, вечером я должна была увидеть Мэтта, а это уже само по себе волнующее событие. Во-вторых, я собиралась его проучить за то, что не спрашивал о моих планах, а решил идти нахрапом. В-третьих, переживала, как он воспримет мою идею. Наверное, мне стоило спросить у него, не против ли он, но я жаждала поставить его на свое место. Хотела, чтобы он понял, что у меня могут быть другие планы, кроме его заносчивой персоны. А еще… я жутко волновалась, что настоящая Зои ему может не понравиться. Он ведь привык видеть услужливую, понятную Зои, готовую выполнить любой каприз знаменитого игрока, а не строптивую, смешливую Зои, какой я была в обычной жизни.

Мэтт немного узнал меня, пока мы встречались, но это все равно была не совсем я. С ним мне приходилось держать лицо, чтобы соответствовать. Тогда мне казалось это чертовски важным. Сейчас же я хочу наконец показать ему себя, чтобы не тратил зря силы и средства, если был не готов выстраивать отношения со мной настоящей.

Когда в шесть вечера прозвучал звонок в дверь, я вздрогнула. Поправила лямку майки, подтянула высокий хвост и пошла открывать с безумно колотящимся сердцем. Распахнув дверь, я тяжело сглотнула. Мэтт стоял на пороге с очередным букетом цветов в белой рубашке с закатанными до локтей рукавами и черных классических брюках. Красивый до невозможности. Аромат его туалетной воды заполнял собой пространство, заставляя мою кожу покрыться мурашками.

– Добрый вечер, Бэмби, – поздоровался он и вручил мне букет.

– Добрый. Спасибо, но мне уже их некуда ставить.

– В следующий раз буду дарить с вазами.

– Если будет следующий раз, – пробубнила я и понесла очередной букет в ванную.

Кстати, я так и не нашла места многочисленным цветам, а потому они так и остались киснуть в ванной. Я вынимала их, чтобы помыться, а потом возвращала назад.

Вернувшись, обнаружила Мэтта внимательно осматривающим мое жилище. Он кивнул на коробки в углу.

– Недавно переехала?

– Ну как недавно? Месяца два назад. Все никак не найду время распаковать вещи. Так что, мы едем?

– Ты готова? – спросил он, окидывая взглядом мои рваные джинсы, майку и «конверсы».

Мне хотелось коварно улыбнуться, но от этого был бы разрушен весь план.

– Да. Только нам надо кое-куда заскочить.

– Хорошо, – он бросил взгляд на наручные часы. – У нас бронирование столика на пол восьмого, успеем.

Мы сели в машину Мэтта, и я назвала адрес. Он пытался разговорить меня, но я полностью углубилась в свой телефон, выбирая пиццу. Я знала, что, если закажу ее по дороге, она как раз успеет приехать к нашему появлению.

– Зои, чем ты там занята? – не выдержал Мэтт.

– Да так. – Сделав наконец заказ, я заблокировала экран и убрала телефон в небольшой рюкзачок, который взяла с собой.

– Ты не воспользовалась сертификатом.

– О, кстати. – Я достала его из сумочки и положила на переднюю панель. – Спасибо, не понадобился.

– Я заметил. Бэмби, если мужчина хочет заботиться о тебе, просто позволь ему это.

– Ага. Тут налево.

Мэтт осматривался по сторонам, когда мы заезжали в район, и, судя по всему, не мог понять, что мы здесь делаем. Особенно чужеродно он смотрелся здесь в своей шикарной одежде. Но это ничего, Мэтту Картеру было полезно поерзать своей накачанной задницей.

Мы остановились напротив дома.

– Давай на подъездную дорожку, – кивнула я.

– Чей это дом?

– Сейчас все узнаешь.

– Бэмби, я не люблю сюрпризы.

– Зато любишь их делать, – бросила я и выскочила из машины, как только она полностью остановилась. – Давай, идем, – кивнула я.

За нашими спинами остановилась еще одна машина. Я подошла и забрала у доставщика пиццу. Мэтт молча наблюдал за мной, никак не комментируя, но между бровями уже залегла морщинка. Мне нравилось его дразнить и до последнего держать в неведении.

– Пойдем, – кивнула следовать за мной.

– Это благотворительность какая-то? – спросил он.

– Ага, – кивнула я, открывая входную дверь и входя внутрь. В доме, как всегда в такие вечера, было шумно, потому что вся семья собралась пересмотреть игру. Мэтт топтался на пороге. – Заходи давай, – позвала его и повернулась лицом в сторону входа в гостиную. – Мам! Пап! Я приехала!

– Мам? Пап? – севшим голосом спросил Мэтт, а я послала ему самую коварную улыбку и подмигнула.