Глава 43

– Долго ты, – ворчал папа, пока не вышел из-за угла и не тормознул, глядя на Мэтта. Его глаза расширялись по мере узнавания. – Алиша! – позвал он маму хриплым голосом, потом прочистил горло и повторил громче: – Алиша!

– Ну что там? – раздраженно спросила мама. Я знала, что она сейчас крутилась у кухонного островка, выкладывая закуски на тарелки вместе с моей сестрой Габи.

– Зои приехала.

– Хорошо, пусть заходит!

– Не одна! Она с парнем!

Я знала, что в этот момент Мэтт чувствовал себя крайне неловко. На него смотрели, как на музейный экспонат, да еще и кричали практически в лицо.

– Алиша, и с каким парнем!

– С каким? – послышался голос мамы, и она вышла из-за угла. – О, боже! – воскликнула она, приложив руки к щекам. – Это же Мэтт Картер!

Да, я не рассказывала им о нас. В смысле о том, что у нас были какие-то отношения. Родители знали только о моей работе на Мэтта, но об остальном я умолчала. Почему? Трудно сказать. Наверное, тогда я все еще надеялась на то, что мы можем вернуться в отправную точку и все изменить. Сейчас я не была так уверена. Мне все еще казалось, что наше расставание просто доставило Мэтту дискомфорт, поцарапало его эго. Сначала Джилл, потом я. Полагаю, такой мужчина, как Мэтт Картер считал, что его не могут бросить, слишком уж он неотразим.

– Добрый вечер, – наконец Мэтт пришел в себя и протянул папе руку, которую тот не просто пожал, он тряс ею, пока я не посмотрела на него выразительно.

– Добрый, – ответил папа с мамой в унисон. – Так неожиданно видеть вас в нашем доме. Мы даже не знали…

– Никто не знал, иначе я прихватил бы пиво.

– А, так за углом нашего дома есть магазин. Пойдем, покажу.

Брови Мэтта подскочили вверх, но он все же вышел с папой из дома. Я не собиралась останавливать отца и облегчать жизнь Мэтту. Вчера в сообщении он написал, что хочет всю меня, без остатка. Моя семья – это часть меня. Я не собираюсь испытывать стыд за них или что-либо объяснять Мэтту. Он хотел свидание? Пускай наконец осознает, с какой девушкой связался.

Я вошла в гостиную, где на мне тут же повисли племянники. Достала из сумки небольшие коробочки с конфетами и раздала им.

– Зои, у Джеффри скоро выпадут все зубы от конфет, – пожурила меня Габи.

– Ничего, у него же только молочные, – я подмигнула Джефу.

Поздоровалась с братом Шоном, его женой Гвен, с мужем Габи, Эрлом, и наконец обняла маму.

– Как тебе удалось затащить сюда Мэтта Картера? – спросила мама, возвращаясь на кухню. Я мыла руки и посмотрела на нее через плечо. – Ты приставила ему пистолет к виску?

– Ты купила пистолет? – Шон оторвался от телевизора, а я закатила глаза.

– Он думал, что мы едем в ресторан. Точнее, он вез меня туда, а я сказала, что перед этим заскочим в одно место.

– Ты собралась в ресторан в этих джинсах? – скривилась Габи.

– Я туда вообще не собиралась.

– И… Мэтт Картер? – наконец дошло до моей сестры. – Тот самый Мэтт Картер? – она переводила взгляд огромных глаз с меня на маму, и обратно.

– Единственный и неповторимый, – подтвердила я.

– Теперь понятно, почему ты заманила его сюда обманом. В этот дурдом только так и можно попасть.

– Да, я тоже думал, что везу свою девушку, чтобы провести с ней время наедине… ну, вы поняли, – встрял Эрл, выхватывая с тарелки кусочек огурца и тут же получая за это по рукам от своей жены.

– Ага, я помню твое лицо в тот вечер, – рассмеялась я, укладывая на стол деревянную доску, чтобы помочь маме с сестрой. – Как только вошли, твои лапы оказались на ее заднице, а тут папа.

Мы вместе расхохотались, вспоминая картину, которую застали в прихожей, когда Габи с Эрлом еще только начали встречаться. Бедный парень рассчитывал на горячий первый секс, а ему пришлось весь вечер смотреть футбол и общаться с нашей семьей. Откровенно говоря, мы не верили в то, что он еще вернется. Но на следующий вечер он снова пришел, а потом снова и снова, появляясь каждый раз, когда мы смотрели матчи. Через девять месяцев Габи с Эрлом сыграли свадьбу.

– Значит, ты рассчитываешь таким образом женить на себе квотербека? – спросил Эрл, прислонившись бедром к кухонному островку и снова воруя огурец, пока Габи отвернулась.

– Я ни на что не рассчитываю, но считаю, что он должен знать, с кем связался.

– Посмотрим, продержится ли он хотя бы первую четверть[1], – хмыкнул Эрл и вернулся в гостиную.

Хлопнула входная дверь, и, кажется, все замерли, провожая взглядом папу и Мэтта на кухню. Я втянула губы, чтобы не улыбаться так широко. Он и правда смотрелся странно в доме моих родителей. Как будто с Луны свалился.

Удивительно, но папа с Мэттом оживленно болтали, входя в помещение, где девять пар глаз следили за каждым его движением. Кажется, Шон даже сделал телевизор тише. Он пялился на Мэтта, как на божество, а мне хотелось треснуть брата по голове, чтобы не помогал эго Картера увеличиваться в размерах.

Папа по очереди знакомил Мэтта с каждым из членов семьи, а я смотрела на него и улыбалась. Мне нравилось его растерянное выражение лица, хоть он и пытался выглядеть крутым и сильным. Внутри, я уверена, у него от страха все дрожало. Ну кто, скажите мне, выдержит такой напор любопытства, который выказывала моя семья.

В какой-то момент Мэтт бросил на меня взгляд, полный обещания расправы, а я показала ему язык.

– Может, тебе дать что-нибудь переодеться? – предложил Мэтту Шон, когда немного пришел в себя. – У меня тут сталась пара вещей. Правда, не уверен, что они на тебя налезут…

– Спасибо, я нормально себя чувствую.

Ага, нормально. Я видела, как ему было нормально. Удивительно, что он не попросил Мелису позвонить ему, чтобы выдернуть из этого ада. Я ведь знала, как быстро Мэтт уставал в компании много говорящих людей, а моя семья была чемпионами в этом.

Наконец закуски были расставлены на кофейном столике, Шон настроил спортивный канал, найдя матч, и все мы рассаживались перед телевизором на огромном диване и рядом стоящих креслах. Дети переместились в дальний угол гостиной, чтобы там спокойно пялиться в гаджеты и, как всегда, спорить между собой.

– Зои, садись рядом с Мэттом, – скомандовала мама, когда я уже хотела уместиться между отцом и Шоном, чтобы быть как можно дальше от своего квотербека и оттянуть момент казни.

– Да, Зои, садись рядом, – произнес Мэтт, похлопывая по сидушке двухместного кресла.

С тяжелым вздохом я встала и подошла к нему. Опустилась в кресло, на самый краешек, как будто оставляя себе маневр для побега. Но Мэтт ухватил меня за талию и резким рывком притянул ближе к себе и спинке кресла. Его рука так крепко удерживала меня на месте, что сбежать теперь, казалось, просто невозможно.

– Вот ты и попалась, Бэмби, – прошептал он мне на ухо, а потом поднял голову и с благодарностью принял из рук Эрла бутылку с пивом. – Что же мне с тобой сделать за такую подставу? – спросил он, пока шли первые минуты трансляции, где представляли спонсоров.

– Зарубить себе на носу, что девушке нельзя приказывать, куда пойти на свидание. Нужно сначала поинтересоваться ее планами и спросить, согласна ли она, а уже потом тыкать в нее своим безлимитным сертификатом и просить – просить, слышал? – им воспользоваться, чтобы соответствовать мужчине в этом заведении.

– Так вот где моя ошибка? Получается, ты мне мстишь?

– Я бы назвала это «учу манерам», – хмыкнула я, переведя взгляд на экран.

Начиналась одна из моих любимейших частей матча: выход команд из тоннеля. Не знаю, что такого было в этом моменте, но от него всегда по коже бежали мурашки. А особенно, когда камера выхватывала Мэтта из толпы бегущих. Он всегда казался машиной-убийцей, когда несся по полю в своей футбольной форме. Несгибаемый, суровый и чертовски сексуальный. Я сжала бедра, глядя на Картера на экране, потому что между ними разлилось тепло.

– Что такое, Бэмби? – прошептал Мэтт мне на ухо. – В следующий раз надо трахнуть тебя в таком виде?

– Ш-ш-ш, – ответила я. – Здесь моя семья.

– Ты сама виновата.

Его рука спустилась ниже и ущипнула меня за ягодицу. Мне пришлось прикусить губу, что не пискнуть.

– Мэтт, как тебе вообще этот матч? – спросил папа, подаваясь вперед, чтобы посмотреть на Картера.

Остаток вечера прошел на удивление гладко. Мы бурно обсуждали игру, Шон пару раз бросил в телевизор горстку попкорна. Правда, Мэтт, как всегда, был молчалив, но на вопросы отвечал. Односложно в основном, как он умеет. Его рука не покидала моего бедра, медленно скользила к талии и обратно. А я замирала, чтобы не спугнуть эту ласку. Казалось, что он делал это автоматически, пальцы рассеянно гладили мою кожу через ткань, но я ловила Мэтта на том, что он делал вид, словно слушал того, кто к нему обращался, а сам же смотрел сквозь собеседника. Интересно, о чем он думал?

– Знаешь, Мэтт, – сказала моя мама, когда матч закончился, а дальше Шон переключил на бейсбол и сделал тише, – а ведь Зои твоя фанатка уже лет пять.

– Мам! – воскликнула я, густо покраснев.

– А что? Ты разве ему не говорила?

– Вот, значит, как? – спросил Мэтт, приподняв брови и посмотрев на меня. – Фанатка?

Уголок его губ пополз вверх.

– Да, у нее комната до сих пор обвешана постерами команды и твоими.

– Здесь?

– Да.

– Покажешь? – Мэтт хитро прищурился.

– Ни за что, – прошипела я, сгорая от смущения.

– Ну же, Зои, покажи Мэтту.

– Да, Зои, покажи мне, – произнес он таким голосом, что мы оба понимали, что речь сейчас шла совсем не о плакатах на стенах моей спальни.

– Давай, детка, – подначивал папа, – Мэтт должен понимать уровень твоей зависимости.

Они с Шоном хохотнули и стукнулись горлышками бутылок.

– Пап! Шон!

Возмущение как будто растворилось в воздухе, так и не долетев до адресатов, потому что они с интересом смотрели на то, как Мэтт встает и тянет меня за руку, поднимая со своего места. Это ужас! Кошмар! Провал! Мне нельзя было оставаться с ним наедине. Тем более, в родительском доме! Но Мэтт, уловив мамин жест, которым она указывала на лестницу, уже поднимался по ступенькам наверх и тащил меня за собой.

_________

[1] В американском футболе игра поделена на четыре четверти, по пятнадцать минут каждая с перерывом между второй и третьей четвертью.