46

— Ну как успехи? — спросила Настя уныло, когда они сели на свои места. — Смотрю, Ксюша тобой не впечатлена.

— Угу, — хмыкнул Андрей. — От бати взгляда не отрывает, удивительно. Кто бы мог подумать…

— Слушай… ну и, может, не надо? Оставь ты Ксюшку в покое.

— Да ладно? Ты уже хочешь мачеху?

— Не хочу.

— Тогда в чём проблема?

Настя вздохнула.

— Папа счастлив. Доволен. И мне стыдно.

— Да ну, перестань. Ты же ничего не сделала, подумаешь, позвонила мне. Телефон ещё дала Ксюшкин, но это так, мелочи.

Сестрица не ответила, только поджала губы. Андрей усмехнулся — глупая она пока всё-таки. Заварила кашу — теперь расхлёбывай. А Настя всё на попятную норовит свернуть. Можно подумать, он ей даст!

Спектакль Андрей толком и не смотрел. Сидел, пялился на Ксюшкин затылок и вспоминал.

Удивительно, как много хранит в себе человеческая память, особенно если её неосторожно затронуть. Он ведь нормально жил без этой женщины и вспоминал только иногда, в основном когда кувыркался с какой-нибудь тёлкой в постели.

Сколько девок у него уже было? Самых разных девок. Много. Некоторых Андрей даже вспомнить толком не мог. А вот Ксюшку — мог.

Если бы она только забыла обо всём, простила его. Ох, он бы расстарался. Всё бы для неё сделал. Всё, что бы ни попросила…

Но она ведь не простит. И не попросит.

Кончился первый акт, свет включили — начался антракт. Андрей увидел, что отец встаёт со своего места, улыбаясь, говорит что-то Ксюшке, а потом уходит. В туалет пошёл? Какая удача.

Он тоже встал, но Настя не дала уйти — схватила за руку.

— Не надо!

Андрей обернулся, выдернул ладонь из Настиных пальцев и покачал головой.

— Может, и не надо. Но не могу я иначе. Ты не видишь, что ли, Настёна? Я её люблю.

— Любишь? — выдохнула сестра, хлопая глазами.

— Люблю, — подтвердил Андрей, отвернулся и быстро зашагал вдоль рядов.

Когда он подошёл, Ксюшка дёрнулась, но ничего сделать не успела — Андрей плюхнулся рядом и, широко улыбнувшись, спросил:

— Как тебе спектакль?

— Чей? — огрызнулась она, отодвигаясь как можно дальше от него. — Твой так себе. А тот, что на сцене — отлично.

— Не злись. — Андрей поднял руки. — Я с миром. Хочу пригласить тебя кое-куда.

— Нет.

— Что — нет?

— Всё. Всё, что ты мне предложишь — нет!

Он фыркнул.

— Давно я не общался с такой несговорчивой особой.

— Не надо со мной общаться. Тем более, сейчас Игорь придёт.

— Игорь… Забавно. А тебя действительно совсем не смущает тот факт, что ты ему в дочери годишься?

Ксюшка не ответила, только мрачно сверкнула глазами.

— Или тебя это возбуждает? Не замечал в тебе раньше столь извращённых наклонностей. Молодые члены уже не устраивают, подавай постарше? Может, ещё и побольше? Не один, а два или три.

Андрей и сам осознавал — он несёт бред, да ещё и оскорбительный бред. Но… остановиться не мог, так его бесила вся эта ситуация.

Хотелось, чтобы всё было как раньше. Чтобы Ксюшка смотрела только на него, улыбалась только ему. А она спит с его отцом!!!

— Ещё одно слово, — сказала вдруг Ксюшка тихим, но каким-то очень страшным голосом, — и я достану из сумки баллончик со слезоточивым газом и брызну тебе в лицо.

— Не посмеешь.

— Уверен?

Она запустила руку в сумку, и Андрей нахмурился.

— Ладно тебе. Извини, погорячился. Но и ты меня пойми — мне тоже нелегко видеть тебя у бати в любовницах. Плюс я пытаюсь понять, как заслужить прощение…

— Считаю до трёх, — Ксюшка будто не слышала. — Раз…

— Ну перестань!

— Два…

— Ксюш! — Андрей попытался перехватить её руку, но тут у них над головой раздался обманчиво спокойный голос:

— Что здесь происходит?

Андрей в этот момент посмотрел на Ксюшку — и поразился тому, насколько вдруг посветлело лицо девушки, когда она услышала голос его отца. Секундой ранее Ксюшка хмурилась и выглядела разъярённой, теперь же она была настроена вполне благодушно.

Как батя её приручил?!

— Ничего особенного, — сказала Ксюшка бесстрастно и даже улыбнулась вполне мило. — Андрей пытался скрасить моё одиночество, но у него это плохо получилось.

— Да уж. — Андрей хмыкнул, освобождая место отцу. — Неважнецки получилось. Извини, бать. Пошёл я… к Насте.

— Иди, — кивнул его отец, глядя на сына с мрачным предупреждением. Но длилось это всего пару секунд — потом он отвернулся, и Андрей не поверил своим глазам — его лицо разгладилось, на губах появилась ласковая улыбка. Как и у Ксюшки минуту назад!

Что же это получается? Не только он её приручил, но и она — его?

Или это так… умиление дедушки перед наивной юностью?

Да ну, нет. Во-первых, бате до дедушки пока как до Китая, он во многом и Андрею фору даст, несмотря на свой полтинник. А во-вторых, Ксюшка не наивная юность.

Теперь уже не наивная…

Интересно… Как они ведут себя в постели? Посмотреть бы.

Впрочем, почему бы и нет? Это легко устроить…

* * *

— Он к тебе не приставал? — спросил Игорь, сжав в руке ладонь Ксюши. Гладил и перебирал пальцы, массировал запястье, и девушка чуть не застонала от удовольствия.

Но тем не менее соврала.

— Нет. Всё хорошо. Просто спросил, как мне спектакль.

— И как он тебе? — поинтересовался Игорь, поднося к губам её ладонь. Поцеловал все пальцы по очереди, потом перевернул и прижался губами к запястью.

— Нравится, — выдохнула Ксюша, вздрагивая не только от ощущений на запястье, но и от жаркого взгляда Игоря, который он не отрывал от её лица. Взгляда настолько жаркого, что Ксюша под ним просто плавилась. — Перестань… Мы в театре всё-таки…

Игорь усмехнулся, подаваясь вперёд, и прошептал Ксюше на ухо:

— Ты невероятно чувственна, моя девочка. Я всего лишь поцеловал тебе руку, а ты… уже мокренькая, правда?

Она вспыхнула, но решила играть на равных.

— Да, — ответила с придыханием, легко касаясь губами щеки Игоря, — хочешь проверить?

Ладонь мужчины на её коленке чуть сжалась.

— Подожду до дома, — проговорил он низко, чувственно, и вдруг лизнул мочку уха Ксюши, отчего она вновь вздрогнула, охнула и схватилась за его пиджак, словно боялась упасть. — Нас ожидает интересный вечер, правда, девочка?

— Правда, — она улыбнулась, почти касаясь его губ своими, но отстранилась — внезапно ощутила на себе взгляд Андрея. И взгляд этот был тяжёлым, злым, он будто бы кислотой плеснул Ксюше на кожу. Ей даже показалось, что она начала пузыриться.

Но в этот момент выключили свет, и девушка вздохнула с облегчением. Есть шанс, что Игорь всё-таки не заметил её нервозности и пристального внимания собственного сына, наполненного какой-то шальной ревностью.

Странный. Зачем она ему? Сейчас-то Андрей на неё не спорил. Если только хочет отца обскакать… Увести у него любовницу, а потом с наслаждением вытереть о Ксюшу ноги. Да, скорее всего, так и есть. Это ведь даже забавно — посоревноваться с отцом. Доказать ему, что ты круче.

Но хрен он что докажет!

* * *

— А ты её… правда любишь? — выдохнула Настя, когда Андрей вернулся и сел в соседнее кресло.

— Правда, — он кивнул.

Любовь… Андрей всегда считал, что это очень эфемерное понятие. Любить можно и ковёр на полу, и собственноручно выловленную рыбу, и хороший мобильный телефон.

Любить — значит, хотеть объект этой любви для себя, и не для кого больше.

Ксюшку Андрей хотел. Безумно. Аж в паху болело.

— А когда ты успел? — удивилась Настя. — Ты же её пару дней знаешь…

— Не пару. Я Ксюшку знаю давно. Так получилось, что мы встречались… восемь лет назад.

— Встречались?..

— Угу. Как парень и девушка.

Настя задумчиво закусила губу.

— А почему расстались?

Что бы такое соврать… поубедительнее?..

— Потому что дурак я был. Не понимал, насколько люблю. Обидел её, а она вот… не простила.

— А сейчас, думаешь, простит? — протянула Настя, и Андрей с трудом удержался от смеха.

— Да вряд ли. Но я буду стараться загладить свою вину. В конце концов, восемь лет прошло… Мы повзрослели, изменились.

Сестра молчала, и Андрей, покосившись на неё, осторожно спросил:

— Поможешь мне?

Взгляд Насти уверенным совсем не был, но она тем не менее кивнула.

— Хорошо. Помогу…

* * *

Когда спектакль закончился и Ксения с Настей отлучились в туалет, Игорь обратился к сыну.

— Хочу предупредить тебя, Андрей. — Голос его звучал спокойно, но всё равно немного угрожающе. — Не лезь к моей женщине.

Сын поморщился.

— Да не лезу я, с чего ты взял?

— Я не слепой, — Игорь усмехнулся. — Да и Ксения напрягается, я это чувствую. Не надо, Андрей. Найди себе другую игрушку.

— А в эту будешь играть ты? — огрызнулся сын. Но Игорь даже не разозлился — разве может большой и мудрый пёс сердиться на маленького и глупенького щенка?

— Именно. И я очень надеюсь, что ты не помешаешь мне в неё играть. Не стоит, Андрей. Я не шучу.

— Я понял, — пробурчал сын, отводя глаза. — Не нужна мне твоя Ксения, не волнуйся. У меня своих девок полно.

— Правильный подход, — кивнул Игорь. Впрочем, он не особенно поверил словам Андрея.

Запретный плод, как известно, сладок. И Ксения была очень сладким плодом для его сына. Потрясающе сладким и красивым плодом, ради которого можно и рискнуть. Пусть даже он лишится возможности просить у отца деньги — Ксения того стоит. По крайней мере Игорь так думал. И непременно рискнул бы, будь на месте Андрея.

Вот только Игорь не был на месте сына, поэтому прекрасно понимал — Ксения относится к тем типам женщин, которых невозможно завоевать. Их нужно брать по-другому. И в молодости у него на подобные вещи не хватило бы терпения.

Зато теперь хватило.

— Мы вернулись! — воскликнула выскочившая невесть откуда Настя, прижавшись к боку Игоря. Он обернулся — Ксения стояла сзади, в двух шагах от них с Андреем, и улыбалась. Но только ему одному.

И Игоря вдруг кольнуло, да с такой силой, что он даже зубы сжал.

Моя. Никому не отдам. Ни за что. Даже если захочет уйти. Не позволю.

А Ксения продолжала улыбаться, даже не подозревая о том, что её заклеймили. И это собственническое чувство было настолько острым, диким и первобытным, что Игорь едва удержал себя от желания шагнуть вперёд и поцеловать свою женщину. И не только поцеловать…

— Поедем, — сказал он глухо, улыбнувшись этим мыслям. — Пора домой.