Глава 11

На столе перед Лаис лежит совершенно пустая записка, девушка смотрит на неё так и сяк, но ничего не видит. Вроде бы и есть маленькое, тоненькое заклятие, но что оно делает? Скрывает надпись? Или наоборот – содержит? Альд может только разрушить заклинание, но что если заклинание – как раз и есть сообщение?..

Ирислав сидит напротив и тоже смотрит на записку. И на Лаис. И на записку, признаться честно, куда реже, чем на Лаис.

И от этого взгляда переворачивается всё внутри. Надо доложить, что она облажалась. По-другому и не скажешь. Одно дело – заигрывать с огнём, и совершенно другое – сунуть туда голову. Немного флирта с князем, сохраняя дистанцию и трезвый рассудок – вполне на пользу делу, влюбиться по уши – всё разрушить.

– Попробуйте полить кровью? – предлагает она, поднимая взгляд. И зачем-то упрямо добавляет. – Ваша Светлость.

От «Светлости» Ирислав морщится, но Аделаис кажется, что это необходимо. Сокращать дистанцию ещё больше она не будет. Хватит и того, где они сейчас. Надо быть осторожнее. С мыслями, словами и взглядами. Кто ж знал, что князь не отступит?.. Кто ж знал, что он настолько… беспечен? Заинтересован? Или настолько хорошо её изучил, что не сомневался – откажет…

– Жалеешь, – скорее говорит, нежели спрашивает Ирислав.

Лаис знает, что она должна жалеть. Нет уважения тому, кто руководствуется лишь своими сиюминутными желаниями, отринув достоинство и долг…

– Мне очень понравилось, – говорит она чистую, хоть и сильно приуменьшенную правду. С князем было настолько хорошо, вероятно, из-за его стихийной природы, что даже гроза как-то померкла. И девушка немного опасается, что любая гроза до конца жизни будет служить напоминанием о князе… И всё же, несмотря ни на что, пожалеть никак не получается.

Ирислав молча уходит вниз за вином, а Лаис, оглядевшись и убедившись, что на втором этаже таверны кроме неё никого, сжимает руку, активируя руну вызова. Ненадёжность, пристрастность и необъективность – совершенно не то, что позволительно скрывать от своего короля хоть сколько-нибудь времени. Руна пульсирует, наливаясь пронзительно-синим цветом, а девушка всё не может решить, что отправить дальше. Ей и слова-то трудно подобрать, а руны ограничены, с ними ещё труднее. Предательство? Нет, до предательства не дошло и Лаис клянётся, что не дойдёт. Требуется помощь? Нет, точно не требуется. Призыв? Дом? Сердце?

– Что ты делаешь? – спрашивает слишком рано вернувшийся князь, ставя перед ней кубок с горячим вином.

Аделаис поднимает глаза. Отвечает честно.

– Докладываю моему королю.

Взгляд Светлости темнеет и становится подозрительно-колючим.

– О чём? – спрашивает он. – Не говори, что все альды немедленно докладывают королю, с кем они переспали!

Лаис сдержанно улыбается, представив, как это выглядело бы. И ничего не говорит.

– Аделаис?

– Вы – не каждый, – вздыхает она.

– И?

Аделаис молча рассматривает руну на своей руке. Признаваться, что дело не в близости как таковой, а в нежданно захлестнувшей влюблённости, она не собирается. Не тот момент, да и князь – не тот человек, ему каждая после близости признаётся…

– Мы можем сделать вид, что последних нескольких часов не было, – холодно роняет Ирислав, – если проблема в них.

Аделаис на секунду опускает глаза. Как бы там ни было, это совсем не те слова, которые хотела бы услышать женщина после недавней близости… что бы она сама ни наговорила.

– Это прекрасная мысль, Ваша Светлость, – ровно отзывается она, посылая Ириславу ослепительную, ничего не выражающую улыбку. – То, что нужно.

Руна на руке ноет, требуя внимания. Лаис медлит и посылает всего лишь «сомнение». Если князь готов отступить, то и она вполне справится.

– Значит, не было, – подытоживает мужчина.

Лаис закрывает связь, кивает и переводит взгляд на записку на столе. Но сказать ничего не успевает.

– Выходи за меня, – говорит князь.

И всё с таким трудом достигнутое спокойствие Лаис летит в тартарары. Она качает головой, но в груди почему-то разливается тепло.

Девушка выразительно показывает глазами на предполагаемую записку, и Ирислав, наконец, следует её совету – прокалывает палец, поливает кровью. И печать свою княжескую сверху прикладывает.

Это работает – на записке появляются какие-то буквы, и Лаис с трудом удерживается от того, чтобы протянуть руку и подтянуть клочок бумаги к себе. Впрочем, Его Светлость, бросив мимолётный взгляд на открывшиеся слова, сам двигает секретное послание к ней:

– Адрес в Шестом княжестве. Едем?

– Как прикажете, Ваша Светлость, – Аделаис выскальзывает из-за стола, потягивается… тело отвечает сладкой истомой и жаркими воспоминаниями, но тон Лаис невозмутим и спокоен. – Ловить нанимателя не будем?

– Не будем, – Ирислав тоже поднимается. – Этим специально обученные люди займутся. А нам надо ещё вовремя влиться в кортеж…

Девушка согласно кивает и идёт к выходу. Чем скорее они «вольются» в кортеж, тем лучше. И уж конечно ей следует оставить при себе своё совершенно неуместное любопытство, и не выяснять ни один из крутящихся на языке вопросов: откуда у князя такое занимательное кольцо, как он выжил, как научился управлять своей силой, почему выбрал княжну Третьего княжества в невесты, и ещё десятки других таких же непозволительно лишних.

Утром следующего дня становится людно. Вернее, альдно. Разумеется, послание, тем более такое странное, не могло остаться без ответа. Но Лаис не ожидала, что реакция будет настолько быстрой… и многочисленной. Хватило бы одного альда, честно.

Она делала зарядку на берегу реки, пока князь купался по другую сторону холма в озере – они не сговариваясь разошлись в разные стороны, и Лаис кажется, что она почти примирилась с должным, остаётся надеяться, что и Ирислав тоже, надеться и совсем чуточку сожалеть… Девушка прыжком встала на ноги после стойки на руках, и тут же ощутила, что у неё за спиной кто-то стоит.

– Ищешь драки? – спрашивает она, не спеша оборачиваться. Кто бы это ни был, если бы хотел напасть со спины, уже напал бы. А никто случайный к ней так не подобрался бы, не смог…

– Сестру ищу. Уже нашёл, – отзывается самый красивый на свете альд. – Но и от хорошей драки не отказался бы.

– С ним не дерись, – требует Лаис, оборачиваясь. Невозможно перестать быть старшей сестрой, даже если брат уже давно выше и сильнее тебя. С Йара станется прикопаться к её спутнику, не вникая в тонкости политики и дипломатии.

– Кто он? – сверкает изумрудными глазами Йар. Кажется, указание сестры лишь подстегнуло.

– Князь, – немного злорадно улыбается Аделаис. Не найдя во взгляде брата должного смирения уточняет. – Верховный князь Шести княжеств, Ирислав.

– Ладно, – соглашается Йар и затейливо свистит на грани слышимости. – Как ты?

– Йар?.. – поднимает бровь девушка. Он что же, не один? – Сколько вас?

– Пятеро, – белозубо улыбается альд.

– А чего не все десять? – ворчит Лаис, усаживаясь к костру и раздувая его.

– Остальные следуют за кортежем, – скалится ничуть не смущённый Йар.

– Вам нечем заняться, – вздыхает девушка. Впрочем, она бы и сама на их месте рвалась посмотреть на закрытое ранее для альдов княжество. Тем более что тут и повод, и дозволение.

К костру возвращается Ирислав. За ним следуют альды, и Лаис закусывает губу. Вот и первый этический конфликт. На князе нет кольца, и, значит, он прекрасно видит альдов, хоть и мастерски не подаёт виду. А ребята, уверенные в безотказности отвода глаз, не стесняются обсуждать всё подряд. И князя тоже. В принципе, ничего плохого они не говорят, но учитывая, что они не знают, что это князь… Самообладание Ирислава и в самом деле невероятно, даже Лаис почти сомневается, хоть и точно знает, что он видит.

– Ваша Светлость, – Лаис встаёт, обращается официально, задавая тон для всех, – это мой брат Рианйар.

Ирислав кивает, Йар обозначает поклон, остальные же, похоже, так и не собираются показываться. Вот ведь… Лаис пихает упрямого брата в бок, но без толку. В общем-то, всё логично. Зачем показывать князю лишних альдов… не крикнешь же, что князь и так всех видит. Остаётся только заставить Йара их отослать.

– Сколько у вас братьев, Лаис? – спрашивает князь. Вежливо, серьёзно, и только на дне тёмных глаз угадывается лёгкая насмешка.

«Умных или упрямых?» – хочется спросить Лаис. Умных, оказывается, ни одного, а упрямства и в одном на троих хватит.

– Один, Ваша Светлость, – невозмутимо отвечает она. – Я схожу к озеру, с вашего разрешения.

– Я с тобой, – тут же говорит Грид, тоже вроде бы не самый глупый альд, но излишняя уверенность в своих силах, видимо, делает идиотами всех.

Девушка делает вид, что не слышит, мелькает мысль – хорошо бы, и князь этого не слышал, но чуть вздувшиеся желваки на скулах Его Светлости говорят – чуда не произошло. Впрочем, ей как раз и надо, чтобы они пошли за ней. А Йар пусть развлекает князя и не мешается.

Дождавшись кивка, Лаис спускается с холма, усаживается на камень. Вопреки высказываниям никто за ней не последовал, так что девушка свистит, вызывая.

Появляется Грид и ещё один альд, девушка видела раньше его, но не помнит имени. Всего двое.

– Зови остальных, – требует она у Грида.

Ещё двое появляются мгновенно и теперь все вчетвером восхищённо на неё таращатся.

– Вы уходите, – говорит Аделаис. – Прямо сейчас. Трое из вас возвращаются домой, Грид, ты можешь прогуляться с Йаром до Шестого княжества. Присмотритесь к княгине и что там вообще происходит.

– Лаис… – осторожно начинает явно несогласный Грид.

Аделаис молча выгибает бровь. Ну? Посмеешь ослушаться официально назначенного посла на территории Шести княжеств?

Альд замолкает, обозначая поклон. Что не мешает ему всё также обжигать девушку горячим взглядом. Альды вообще такие. Темпераментные.

– Мы разве мешаем, Аделаис? – спрашивает другой альд.

– Мешаете, – соглашается Лаис. – И вообще мешаете, и вот прямо сейчас. Я собираюсь купаться. Брысь!

Альды обозначают поклоны с рукой у сердца – позёры! – и испаряются. А девушка скидывает одежду и с удовольствием ныряет в холодную воду. Идти наверх не хочется. Она не знает, что сказать Йару. Нужен ли другой посол? Или она справится? Не хочется, очень не хочется уходить, уж до прояснения загадки с альдовыми амулетами так точно, это вообще вопрос чести… но может ли она остаться? Невозможно представлять одну сторону, когда твоё сердце рвётся на другую.

Натянув одежду прямо на мокрое тело и стянув мокрые волосы в хвост, Лаис идёт наверх. Мужчины сидят, беседуют… поднимаются при виде неё.

– Пять минут, – просит Лаис у Ирислава и тянет Йара к реке, на другую сторону холма. Могла бы вызвать свистом, но это неуважение к князю, которое она не имеет права, да и не хочет проявлять.

– Что не так? – спрашивает Йар. Серьёзно спрашивает. – Хочешь уйти?

– Всё так, – отзывается Лаис. – Хочу остаться.

– Он влюблён, – говорит альд. – Ты знаешь?

Девушка пожимает плечами. Сегодня влюблён, завтра – нет. Ошибка думать, что чувства статичны. Они появляются, пропадают, меняются… А вот долг и совесть – это навсегда.

– Ты ведь не делаешь ничего, что бы не хотела? – щурит зелёные глаза брат.

– Делаю, – признаётся Аделаис. – Ещё как делаю. Изо всех сил держу дистанцию, хотя хочется мне совсем другого!

Йар смеётся, кажется, с облегчением.

– Мы не нужны?

– Троих я уже отослала, – Лаис невольно улыбается. – А вы с Гридом прогуляйтесь, пожалуйста, в Шестое княжество. Посмотрите на княгиню и её окружение. Потом расскажешь. Те, кто сопровождает кортеж… пусть дойдут до Шестого, а затем уходят.

Альд обозначает такой же поклон, как и остальные, и растворяется в лесу.

Лаис, улыбаясь, идёт наверх. Хорошо было повидаться с Йаром, вроде и перемолвились буквально парой слов, но как-то легче и проще стало.

Ирислав стоит на холме и взгляд его ничего не выражает.

– Простите, – говорит девушка. Не знает, что сказать ещё.

Князь чуть заметно качает головой. То ли не простит, то ли не за что извиняться.

– В путь?