Глава 7
- Да иду я, иду! – громко произнесла я, чтобы меня услышал этот нудный человек, звонивший уже вторую минуту подряд.
- Что так долго открываешь? – спросил недовольный Булат, стоило мне открыть входную дверь.
- Так тебя вроде не ждала, чего шумишь? Забыл, что сегодня выходной, и я не еду на учебу?
- А ты все Грека дождаться не можешь? Я отправил его на постельный режим!
- Ты что с ним сделал? Ты дурак, Булат?
- Выражения подбирай, девочка! Я тебе не твои одногруппники сопляки. Все нормально с твоим Греком! – зло прошипел этот наглец, сверля меня своим взглядом.
- Чего надо?
- Меня на работу срочно вызвали.
- Скатертью дорожка, - произнесла я, всеми силами стараясь закрыть дверь, только так, чтобы сосед остался за ней.
- Катя, мне нужна помощь! Не закрывай! – от услышанного я обомлела, и машинально отпустила дверь, чувствуя себя оскорбленной от того, что он назвал меня чужим именем.
- Катя наверняка живет в другой квартире. Вы ошиблись, - вяло ответила и собралась повернуться, чтобы уйти в свою комнату, но крепкая рука резко перехватила меня за локоть, заставляя посмотреть в зеленые омуты, затягивающие мое сознание в свои глубины.
- Я прошу прощения, Лика, я не хотел тебя обидеть. Сотрудница Катя облажалась и мне теперь нужно ехать на работу, а я вчера вечером маму на дачу отвез, ибо собирался выходные провести с Мирославом.
- И чего ты хочешь от меня? – так быстро прощать его не собиралась, а потому спросила, опустив глазки в пол.
- Побудь с сыном? Прошу. Я не могу взять его с собой. Лика, все что хочешь проси, исполню, только не интим.
- Чего? Да ты сам будешь за мной бегать! Понял?
- Понял! Так что, поможешь?
- С тебя креветки, чуть-чуть пива, ибо мама много не разрешает, а на десерт заварных пирожных возьми. И да, Мирошке вкусняшек не забудь, а то в квартиру не пустим.
- У меня ключи есть, - довольно похвастался Богословский, но я тут же его обломала:
- Я в замок спичек насую, посмотрим, как тебе тогда помогут ключи.
- Злюка. Креветки королевские?
- Азовские! И запомни, Булат, я делаю это только ради Мироши, а лакомства в счет извинений.
- Я понял.
- Сколько у меня времени?
- У тебя его нет, - я ошарашено уставилась на его наглое лицо, и тут же сложила руки на груди, когда поняла, что мужчина меня осматривает.
- Когда я в одном белье была, ты не особо пялился.
- Классная пижамка!
- Без тебя знаю, - шлепнула его по руке, когда он хотел коснуться кружева на вырезе маечки.
- Бери вещи в которые переоденешься, и бегом ко мне.
- Может я здесь…
- Некогда, Лика!
- Да хватит бухтеть, иду я, иду.
Быстро сгоняв в комнату, я прихватила нижнее белье, спортивный костюм и носки, закинула все в пакет, лежащий неподалеку от кровати, швырнула в него заколку с расческой и зубную щетку, и сразу же рванула на выход. Булат уже ушел, потому что в квартире малыш был все это время без присмотра, а потому я, скинув тапочки, надела шлепки, и схватив ключи через несколько секунд закрыла дверь своей маленькой берлоги. Фух, пожалуй, так быстро я никогда не собиралась.
- А за то, что не дал мне выспаться в выходной день, с тебя билет на спектакль «Пустой бокал», - предъявила я, как только оказалась в просторной светлой квартире соседа.
- Вымогательница.
- Лапоська! – услышала радостный детский голос, и мое настроение сразу же поднялось до отметки сто. Я отставила свой пакет, и разувшись, пошла на встречу к темноволосому кучерявому мальчику, улыбающемуся во весь рот.
- Привет, мой хороший, - подхватила его на руки, и тут же закружила, а Мирошка, довольный своеобразному «самолетику», громко захохотал, вызывая на моем лице улыбку.
- Мирослав, слушать Лапочку, иначе не привезу ничего вкусного.
- Кети мне, шикалат! – все также улыбаясь, попросил сын, и сразу же получил поцелуй от отца.
- Будут тебе кети, а тебе креветки, - произнес он, и чмокнул меня в щеку. А вот это новости. – Не скучайте! Скоро буду.
- Помаши папе ручкой, Мирошка.
Малыш поднял обе ручки и сжимая, и разжимая пальчики, забавно помахал отцу, а потом неожиданно обернулся и резко положил головку мне на плечо.
- Ублю тебя, Лапоська.
- Убьешь? – наигранно удивленно спросила я ребенка, проходя с ним в гостиную. – Меня убивать не надо, - пошутила я, и мы вместе заливисто рассмеялись.
Мне было радостно, что я нравлюсь ребенку, а детки – это маленькие ангелочки, которые чувствуют взрослых всем сердцем. И если бы я не нравилась Мирошке, он бы давно меня послал, ну, конечно на своем языке, а еще устроил бы отцу истерику, что не хочет оставаться со мной дома. А этот малыш еще и обнял на радостях, признаваясь мне в любви. Ну разве он не чудесный?
- Так, и что мы будем делать? Что обычно вы с папой делаете по утрам?
- Убы чистим.
- Зубы чистите? А что, прекрасная идея, потому что я тоже их не чистила еще. Погнали.
Удобно перехватив маленькое тельце, мы пошли на поиски ванной комнаты, но благо малыш вовремя указал ручкой в нужном направлении, на красивую белоснежную дверь. Здесь все белое? О нет, не все. Войдя в просторную комнату, я восхищенно выдохнула, потому что здесь явно поработала рука настоящего мастера. Все было в изумрудно-серых оттенках, а поверхности и стенки душевой кабинки, расположенной справа от входа, выполненные из стекла. Дальше расположены две раковины, соединенные одной тумбочкой, а между ними на столешнице лежали полотенца для рук, стояли несколько черных блестящих бутылочек с кремами и мылом. Над раковинами висело длинное зеркало, в котором Мирошка уже во всю разглядывал свое отражение. Напротив, в стене встроенные стеклянные полки, на верхней лежали большие банные полотенца, ниже – для лица, а на самой нижней полотенца для ног. На второй полке стоял контейнер с бумажными полотенцами, а рядом в коробке сложены различного вида одноразовые шампуни. А вот это было уже интересно. Зачем они ему? Для одноразовых баб что ли? Ну а чего? Одноразовая шампунь для одноразовой девки. Тфу! Решив подумать об этом позже, я прошла к серому шкафу, и открыв одну дверцу поняла, что там находятся банные халаты и тапочки. А вот напротив входа на небольшом подъеме стояла белая ванная, справа за ней возвышался живой комнатный цветок в виде пальмы, за которой открывался вид из окна на красивый утренний город. Левее от окна на стене красовался рисунок с различного цвета перьями. Почему именно перья, а не допустим, рыбки, я не знала, но скорее всего этот уголок был оформлен для ребенка, чтобы при купании он на чем-то сфокусировал свое внимание. Параллельно цветку, стена была выложена изумрудным кафелем, а каждый квадрат подсвечивался приятным салатовым оттенком. Представляю, если опустить штору и погрузить комнату в полумрак, то здесь будет настоящий романтический рай, освещаемый одной стеной, а точнее ее подсветкой. В общем ванная комната меня поразила, и я наконец-то выплыла из раздумий, потому что ребенок не очень приятно дернул меня за волосы.
- Убы чистить, - напомнил мне Мирошка, и я, подойдя к раковине, отыскала под ней высокий стульчик, на который поставила малыша.
Мальчуган сам достал свою щетку, которая стояла в интересном контейнере рядом с мылом. Прикольненько, надо и себе такой купить. Там же оказалась и зубная паста, и достав ее, он подал уже мне.
- Кубичная.
- Что? – не поняла, о чем он говорит, принимая тюбик и снимая с него крышку.
- Кубичная! – снова повторил он, а когда я нанесла на его щетку розовой пасты, поняла, что она клубничная, и вкусно пахнет.
- Эх, тетя не всегда тебя понимает, Мироха. Ты уж не серчай на меня. Но да, ты прав, она клубничная. Так, ты минуточку постой смирно, держись за раковину ручками, а я сейчас приду. Держись, ага.
Я пулей слетала в прихожую к своим пожиткам, схватила щетку и тут же вернулась обратно, переживая, чтобы ребенок не упал со стульчика. Расположилась за маленькой спинкой, и заглянула в контейнер, в котором второго тюбика не обнаружила, и решила, что Булат тоже чистит зубы этой пастой, потому и нанесла ее на свою щетку. Мы вместе быстро проделали процедуру, малыш часто улыбался, и сладко причмокивал, наслаждаясь по всей видимости любимым вкусом, и я сразу же вспомнила, как Булат говорил, что я клубничная девочка. Это у них что, семейное? Но признаться честно, мне тоже нравилась клубника и в этом мы были схожи.
Умывшись, я помогла Мирославу вытереться, причесала темные непослушные волосики, и мы вместе отправились в кухню, искать, что же соседский сын будет кушать на завтрак. Да и мне не помешает, только сначала мужчину покормлю, а потом подумаю о своей трапезе, а уже позже воплощу в жизнь мгновенно вспыхнувший в голове план.
- Наверное, мы сейчас позвоним твоему папе, потому что… - меня перебил рингтон моего мобильно, который я машинально забросила в пакет, когда впопыхах собиралась «в гости». Усадив ребенка в детское кресло, я рванула в прихожую, отрыла мобильник, и улыбнулась, когда увидела кто звонит: - На ловца и зверь бежит.
- Наверняка крыла меня последними словами, которые знаешь в своем возрасте.
- Конечно! А как ты догадался?
- Чуйка, - будничным тоном ответил Булат, и мне захотелось, чтобы он всегда общался со мной без напряга. Как мужчина с любимой женщиной.
- Ладно, послушай, чем мне кормить Мирошку? Я как-то совсем юная, как ты утверждаешь, а еще не имею опыта с детьми, и поэтому не знаю, что он есть.
- Свари ему манную кашу, а когда немного остынет, добавь в нее банановое пюре. Фрукты на столе, манка в верхнем шкафу над посудомоечной машинкой. Сама ешь что захочешь, еды полно в холодильнике, там же найдешь молоко. Ты же умеешь варить манную кашу? Потому что остальное у тебя получается очень вкусно.
- Спасибо, - тихо произнесла я, смущенная его похвалой. – Булат, а зачем тебе столько шампуней одноразовых?
- Много будешь знать, скоро состаришься.
- Булочка!!!
- По жопе получишь, еще раз так меня назовешь. Вы зубки почистили?
- Конечно! А ты тоже «кубичной» чистишь?
- Да, мы с сыном любим клубнику.
- Понятно. Все, не отвлекай, нам кушать пора, - и не дожидаясь ответа, я сбросила вызов, и отложила телефон на полочку, довольная, что Булат побеспокоился и сам нам позвонил. - Мирошка, будешь манную кашку с бананом? - вернувшись в кухню, спросила у голодного ребенка.
- Да, и кетю, - ответил он, и взял со стола машинку, которые были разбросаны по всей квартире. Сразу понятно, что здесь все было для удобства малыша. Нет безупречного порядка, но в тоже время очень уютно и комфортно. Из Булата получается хороший отец, и думаю, вышел бы прекрасный муж. На счет последнего я потружусь.
- А потом и кетю, милый, а как же!
Пока я готовила завтрак, малыш успел поиграться машинками, пару раз сползти на пол в поисках кубика, и даже погонять по плитке игрушечный мотоцикл. Когда каша была готова, я перемешала ее с банановым пюре, положила в синюю тарелочку, сделанную под машинку, нашла ложечку, на конце которой был приделан руль и поставила перед Мирошкой, который сразу же принялся за еду. Не скажу, что с большим энтузиазмом, потому как стоило ему второй раз положить в рот кашу, как он тут же воспротивился, отложил ложку и забавно надул губки.
- Что не так? Не вкусно? – удивилась я, не понимая в чем дело, ведь только что пробовала сама, и все было нормально.
- Меня папа колмит, - сказал Мирослав, и я поняла, что он просто капризничает, ведь ложку держал вполне себе уверено.
- Ладно, проказник, давай я помогу, - от услышанных слов, у малыша тут же загорелись глазенки, и он, слегка склонив голову, нежно мне улыбнулся. Капец, улыбка точно папаши. Р-р-р!
Пока ребенок с удовольствием поглощал любимую кашу, я успела перекусить несколькими бутербродами и запить их чаем. Потом нашла в холодильнике творожную запеканку, и решила, что маленький кусочек мне не помешает, отрезала еще и ее. Мирослав тоже попросил десерта, только вот мне пришлось обойтись без сгущенки, ибо переживала, чтобы малыша не высыпало от обилия сладкого.
Когда мы вдвоем были сытые и довольные, я быстро перемыла посуду, и мы вместе отправились в детскую комнату, чтобы найти на ближайшее время какое-нибудь развлечение. Попросив Мирослава подождать меня несколько минут, и поиграть самому, я пошла в прихожую за пакетом, собираясь наконец-то переодеться в костюм. Разгуливать в пижаме было не совсем удобно, особенно в коротких шортах и майке, где при любом наклоне можно было узреть мою грудь. Богословский младший и так уже положил на них глаз, обозвав замысловатым словом «ти-ти». Ох, как вспомню, это же произошло в тот день, когда мы с Булатом впервые поцеловались… Мда, к сожалению, это был первый и последний поцелуй, но ничего, однажды он сам поймет, каким был дураком, что отказывался от своей клубничной девочки. Угу!
Забрав пакет, я намылилась в ванную, как меня отвлек звук дверного звонка, удивившись, что сосед так скоро вернулся, я щелкнула замок, а открыв дверь, увидела перед собой незнакомое лицо.
- Доброе утро. А вам кого?
- Мне кого? – ошарашенно спросила темноволосая женщина, и долго не думая, продолжила: - Я вообще-то к своему внуку приехала! А ты кто?
- Я…
- Да я догадываюсь, очередная потаскуха Булата. Да, когда же он угомонится и перестанет таскать в дом всяких проституток!
- Да как вы смеете? – возмутилась я, и ахнула от боли, когда женщина, вырвав из моей руки пакет, буквально выпихнула меня из квартиры, перед носом громко захлопнув дверь.
- Пошла вон, дрянь!
- Вы что творите? Откройте двери, женщина? Вы что себе позволяете? Откройте! – закричала я, стуча кулаками в двери, да только мне никто открывать не собирался, и я в шоке застыла, пытаясь сообразить, что же мне делать.
Я с раннего утра, в одной пижаме стою на лестничной площадке, и у меня нет ключей даже от собственной квартиры. Что черт возьми здесь происходит? Кто эта женщина? Она сказала, что приехала к внуку, а это значит, что она является мамой Булата? Вот это у меня будущая свекровь – врагу не пожелаешь.
- Господи, я надеюсь, что она любит Мирошку, и никак ему не навредит. Что же мне делать? Что?
Я быстро рванула босиком по ступенькам вниз, совершенно позабыв о лифте, переживая сейчас только о том, чтобы эта чокнутая бабка никак не навредила ребенку. Я себе этого точно не прощу. Оказавшись на первом этаже, подбежала к консьержу, который какого-то хрена спал на рабочем месте, да еще и с самого утра. Громко постучав в стекло, увидела, как он вздрогнул, и едва шевелясь, наконец-то открыл окошко.
- Тебе чего, девка? – грубо спросил он, осмотрев меня брезгливым взглядом.
- Ничего! Дверь открывайте.
- А ну пошла вон отсюда, иначе…
- Что? Вы что, новенький? Я из семнадцатой квартиры, живо сказала открывайте!
Видимо вспомнив, кто живет в семнадцатой квартире, он тут же подобрался, и открыл дверь, а я, отодвигая его в сторону, принялась дрожащими руками рыскать в поисках телефонов жильцов нашего подъезда.
- Что вам надо?
- Дайте мне номер мобильного телефона хозяина восемнадцатой квартиры. Быстро!
- Зачем вам.
- Я сказала быстро!
Мужик тут же полез в какой-то журнал, а уже через несколько секунд пальцем ткнул на номер Богословского.
- Дайте свой телефон. Да пожалуйста, дайте же! – находясь на взводе, говорила грубее, чем следовало, но я очень переживала за ребенка. Сердце буквально вылетало из груди.
Консьерж все же поделился своим мобильником, который я тут же выхватила из его рук, и набрав номер вышла в парадную. Булат взял трубку только со второго раза, и мне показалось, что прошла уже целая вечность, прежде, чем он успел ответить на звонок:
- Слушаю!
- Булат, что за нахрен? Пришла какая-то женщина, утверждающая, что она бабушка Мирошки, вышвырнула меня практически голую и босую из квартиры, а сама закрылась с сыном! Что происходит? – закричала, понимая, что я на грани истерики, а по щекам вовсю хлещут слезы.
- Какая бабушка? Мама на даче! – взволнованно ответил он, и тут же добавил: - Ты где? Как позвонила?
- Я у консьержа. Приезжай быстрее, прошу, я очень волнуюсь за Мирошку.
- Я сейчас буду! Жди меня! – и он отключился, а я, молча отдав телефон мужику, снова рванула по лестнице на свой этаж, в надежде все же достучаться до ненормальной женщины и попасть в квартиру к ребенку.
- Господи, умоляю…
***
Нихрена не соображая, я как ненормальный сорвался из офиса, попутно набирая номер мамы, которая должна сейчас находиться на даче. Да я был уверен, что она там, потому что моя мама никогда бы не позволила вести себя так, и не выгнала бы Лику из квартиры. Конечно же она знала, что я периодически встречаюсь с женщинами, но она никогда не оскорбляла их, только просила меня всегда быть аккуратным. А Лика тем более была совершенно юной девочкой, не вызывающей неприязни или уже тем более грязи, чтобы ее хотелось выгнать из дома. Кого же там принесло, черт возьми!
- Слушаю, сынок, - послышался на том конце добрый голос моей мамы.
- Мам, привет. Ты где?
- Как где? На даче, ты же сам вчера меня отвез сюда. А что случилось?
- Ничего, все хорошо, не переживай, - ответил я, услышав в ее голосе нотки волнения. – Позже перезвоню.
- Булат Ильнарович, вы куда? – поспешно спросила Катерина, из-за которой я был вынужден показаться в офисе.
- Не отвлекай меня! И езжай домой!
Запрыгнув в свою машину, я тут же рванул с места, радуясь, что офис находится недалеко от дома. Специально просил друга подобрать мне квартиру в центре, чтобы я мог свободно добираться до работы. Но сейчас обратил внимание, что все словно с цепи сорвались, видимо уловили, что скоро наступят холода и решили последние теплые деньки провести за городом. И поэтому по центральной дороге добраться было невозможно, потому что стояла жуткая пробка.
- Черт! Ладно, - решив ехать по проулкам, резко свернул влево, и отвлекшись на телефон, въехал в поворачивающий автомобиль. – Да что такое!
Не глуша двигатель, выскочил на улицу, направляясь к капоту, куда уже шла длинноногая шатенка, хозяйка пострадавшего авто.
- Извините, виноват, задумался и не обратил внимание, что въехал вам в зад. Возьмите мою визитку, наберите вечером, мы договоримся с вами и уладим это, - быстро произнес я, протягивая визитку и обращая внимание, как он берет ее своими тонкими пальцами с длинными ногтями. На ее губах отчего-то появилась улыбка, но мне не до мыслей этой девочки, потому что дома мой сын заперт с неизвестной женщиной, которая могла ему навредить.
- Я больше люблю обычный секс, а не в «зад». Подумай об этом, милый, - томно ответила она, коверкая мои слова, и посмотрев на картонку, убрала ее в карман джинсов. – Я наберу.
В ответ я только кивнул ей, и вернувшись в машину, выехал на дорогу, наконец-то выдохнув, что здесь пусто и уже через несколько минут буду дома. Я никак не мог понять, кто мог заявить, что является бабушкой Мирослава? Кто знает, где я живу в Киеве, и кто позволил себе так нагло себя вести, что из моей квартиры выгнал человека, которому я доверил ребенка!
Резко затормозив у ворот частного объекта, бросил авто на дороге, и отдав охраннику ключи, попросил припарковать возле второго подъезда. Быстро побежал к своей парадной, и не обращая внимания на удивленного консьержа, который работает здесь последний день, влетел в только что начавшийся закрываться лифт. Ей Богу, лучше бы по ступенькам поднялся, потому что казалось лифт ехал целую вечность прежде, чем остановился на нужном мне этаже.
- Булат! – ко мне тут же кинулась Ангелика, вся взмыленная, заплаканная и покрасневшая.
Ее состояние мне не понравилось, и я мысленно пообещал себе это исправить, как только разберусь с нарисовавшейся «бабушкой».
- Ну что там, тихо?
- Тихо! Булат, я не знаю, кто она. Да я даже понять ничего не успела, как она меня вышвырнула. Там же Мирошка один, а если, вдруг он…
- Не вздумай реветь, девочка. Сейчас все узнаем.
Сам безумно волнуясь за сына, я достал из кармана ключ и открыв замок, буквально забежал в квартиру. Сразу же ринулся в кухню, которая оказалась пуста, и тут же развернулся в сторону комнаты, куда уже шла Ангелика.
- Папа, - закричал Мирошка, лицо которого было в слезах, и сразу же рванул ко мне, шлепая босыми ножками по паркету.
- Сына! – подхватил его и обнял, окутывая своими объятиями маленькое тельце. - Какого черта здесь происходит?! – зашипел на женщину, которая когда-то мне казалась неплохим человеком.
- Привет, Булат. А чего ты кричишь…
- Тихо-тихо, сыночек, - перебил Викторию Анатольевну, переживая, что сын до сих пор плакал, - успокойся, малыш, я рядом, теперь рядом. И так, я слушаю внимательно!
- Что ты слушаешь? Я приехала к внуку.
- Кто вам сказал адрес?
- Это неважно. Дай мне Олежку.
- Олежку нужно родить, а мой сын Мирослав, и вам до свидания. Как я понял, вы уже знаете, где здесь выход, - я указал рукой в сторону прихожей, а сын потянулся ручками к Ангелике, и я не стал им мешать, отдавая ребенка девушке.
- Это дурацкое имя ему дал ты, даже не спросив у нас.
- А вы кто такие, чтобы у вас что-то спрашивать?
- Я его бабушка! – зло прошипела женщина, сложив руки на груди в защитном жесте, словно я собирался на нее нападать.
- А я отец, а ваша бестолковая дочь была не против такого имени! Собственно, чего бы ей быть против, ей же ребенок не нужен был.
- Нужно было у меня спросить!
- С чего вдруг? Не вижу такой необходимости. До свидания!
- Я к внуку приехала, а не к тебе! Малыш, иди ко мне, - снова заговорила с ребенком, еще и потянулась к нему своими руками.
- Вам ясно дали понять, что вам здесь не рады. Не нужно себя утруждать, а тем более пугать ребенка. Как я понимаю, он вас даже не знает, а вы заставили его плакать. Не слишком ли много вы сделали для внука? – зло проговорила Лика, еще ближе прижимая к себе Мирошку. Ничего себе, это что с ней? Материнский инстинкт? Не рановато ли для нее? Но мне безусловно нравится, как она защищает моего сына.
- А ты кто такая, девка? Я вообще тебя прогнала!
- А кто вам дал право прогонять моих друзей из моего же дома?
- Ты совсем уже рехнулся, проституткам позволяешь нянчиться с твоим сыном? Да она научит его непонятно чему! Ты только посмотри на нее – она же шлюха дешевая!
- Убирайтесь нахрен из моего дома!
Взбешенный тем, что несостоявшаяся теща посмела оскорблять Лику, да еще и в моем присутствии, я грубо схватил ее за локоть и потащил к двери, не собираясь больше слушать гадости из ее рта. Открыв не запертую на замок дверь, я вытолкнул Викторию в подъезд, и так же, как и она раннее, захлопнул железную преграду перед ее носом.
- Тварь такая, - негромко произнес я, отряхивая руки, словно они были в пыли, и теперь разувшись, пошел обратно в комнату, где находились Лика и Мирослав.
- Булат, все нормально? – тут же спохватилась девушка, поднимаясь с дивана, с успокоившимся малышом на руках.
- Вы как? – проигнорировал ее вопрос, беспокоясь за их состояние.
- Мирошка успокоился, слава Богу.
- Папа, Лапоська меня убит.
Я бросил взгляд с сына на Лику и обратно, понимая, как гармонично смотрится эта парочка. На секунду возникло ощущение, что Лапа приходится мамой мальчугану, который уже вовсю улыбался, словно и не плакал несколькими минутами раннее. Что же, а они бы вышли отличным тандемом, крутили бы мной, как хотели. Но это всего лишь мысли, а на самом деле, это два ребенка - один маленький, а второй постарше.
- Умничка! А ты так тем более отлипнуть от нее не можешь, - подметил, подмигнув сыну и сбрасывая с себя пиджак.
- Просто я не обращаюсь с ним, как та злая тетка, поэтому Мирошка ко мне и тянется.
- Согласен. А ты чего до сих пор на взводе?
- С чего ты взял? Все нормально.
- Ты нервничаешь, я же вижу.
- Просто испугалась за Мирослава, ведь из-за меня он мог пострадать.
- Никто не пострадал, все хорошо, успокаивайся. Из-за тебя ребенку бы точно ничего не было.
- Ты мне доверил самое ценное в своей жизни, а я облажалась.
- Ты сейчас облажаешься, если я тебе по заднице дам. Ангелика, ты еще скажи, что тебе надо было плечом дверь выбить, чтобы прогнать Викторию. Ничего подобного, поняла меня? Это такая наглая баба, что ты никак бы ее не отвадила отсюда. Другое дело, если бы вы были знакомы.
- Да если бы мы были с ней знакомы, я бы ей в грубой форме такого наговорила, что…
- Лучше не надо, девочка. Я сам с этим разберусь. Давай Мирошку, мы пойдем в кухню, я заварю тебе чай, а ты пока переодевайся.
Я забрал сына из рук Лики, и стараясь не смотреть на то, как красиво и волнительно вздымается ее грудь, ушел в кухню, носом уткнувшись в детскую головку.
- Как жить с этими женщинами, - пробубнил себе под нос, и поцеловав Мирошку в щечку, усадил его на диван, положив рядом с ним его игрушки.
Мне предстояло разобраться откуда у матери Таты мой адрес, хотя я уже догадывался где она его взяла. И теперь мне стоило поговорить с Катериной, на которую пали все шишки со взломом базы данных, ведь именно она уходила из отдела последней, а когда сотрудники были на работе, ничего подозрительного не заметили. Неужели Виктория смогла нажать на девушку, что та выдала мой адрес, ведь именно в базе данных была вся информация, где можно меня найти. А совершила взлом, чтобы никто не подумал на нее, ведь система все отслеживает. Но зачем этой мегере понадобилось увидится с внуком, которого она никогда не признавала? Чего хочет добиться своим поступком, и чего ждет от меня? Уверен, она все спланировала, и знала, что меня не будет дома, да только не учла, что мой офис совсем рядом, и она со мной пересечется. Неужели ее больная доченька послала сюда, но для чего?
- Ой, ты уже и чай заварил? – вывела меня из мыслей Лика, пройдя к столу, продемонстрировав на своем шикарном теле спортивный костюм. Да, я не шмотками любовался, а ее фигурой.
- Заварил. Я так понимаю, что вы уже позавтракали, поэтому ничего тебе не достал сладкого, но если хочешь…
- Нет-нет, спасибо, Булат, мне сейчас ничего в горло не полезет.
- Ладно, - присел напротив девушки, пододвигая к ней чашку с фруктовым чаем, - не переживай, с Мирошей уже все нормально, он увлекся своими игрушками, поэтому пока можно расслабиться.
- Да уж, расслабишься здесь после такого. Если бы я была внимательнее, то ничего подобного не произошло.
- Это случилось бы в любом случае, была бы с ребенком ты, или моя мама.
- Но почему эта женщина так себя ведет? Она что не понимает, что пугает Мирошку? И почему называет его Олегом?
- Сволочной характер, мужа в гроб свела, и мне решила насолить. Я как-то удосужился закрутить роман с ее дочерью, а когда Наташка забеременела, я узнал, что она балуется наркотиками, и моя жизнь превратилась в ад.
- Она не хотела отказываться от наркотиков?
- Я думал с ума сойду, пока она родит, но здесь надо рассказывать по порядку.
- Поделишься?
- Пожалуй, сначала кофе себе сварю.