Глава 18

Только бы успеть, успеть. Это же нужно было так проспать. Следующая электричка только через четыре часа. Родители меня сожрут. Мне везет, на кассе всего один мужчина. Покупка билета занимает минуту. А моя электричка прибывает на платформу через две. Приходится быстро протиснуться между двух крупных женщин, попутно извиняясь, и бежать что есть мочи, не видя ничего под ногами. Только вперед, и не упасть бы, электричка уже на пути к платформе, а я еще огромную переходную лестницу на нужный мне путь не преодолела. Ура, я успеваю влететь в последний вагон, отдышавшись, решаю пройти по вагону, выискивая свободное место у окна. Мне совсем не безразлично, где сидеть. Это мой маленький пунктик. Мне непременно нужно сесть у окошка и обязательно по направлению движения поезда. Иначе никак. Приходится пройти четыре вагона, прежде чем нахожу подходящее место. Я заядлый пользователь общественного транспорта. И электричка занимает первое месте в моем списке. Конечно, такую мою любовь мало кто разделяет, наоборот, Вика вечно закатывает глаза, когда слышит, что я предпочту общественный транспорт, нежели вызову такси, например. Со временем, живя самостоятельной жизнью в огромном мегаполисе, я стала более прагматичной. Стала трезво смотреть на вещи и оценивать свои возможности. Самостоятельная жизнь без финансовой поддержки родителей многому научила меня. Стараюсь извлечь все лучшее из того, что имею на данный момент. Я могу понять тех, кто сознательно избегает общественного транспорта, считая это не своим уровнем. Считаю абсолютно нормальным хотеть только лучшее для себя, но также понимаю, что дорогие вещи не делают меня лучше. Машины, деньги, элитная недвижимость – это всего лишь инструменты для поддержания и содержания жизни, то, что мы имеем, не определяет и не меняет качество нашей жизни. Концентрируясь только на достатке, порой забываем, что есть что-то поважнее этого. Мы сами творцы своего счастья, и зависит оно только от нас и нашего душевного настроя. Признаю, что являюсь голопопой, и ничуть этого не стыжусь. Все, что у меня есть, я заработала честно, своими силами. Мне не приходилось прогибаться или под кого-то подстраиваться, переступая через свои принципы ради более вкусной жизни. Вика до сих пор крутит у виска, считая, что я сделала огромную ошибку, уйдя в самостоятельную жизнь, добровольно отказавшись от родительских денег. Наше мнение в этом вопросе разделилось. Сестра терпеть не может общественный транспорт, дешевые вещи. Считает, что это ниже ее достоинства, не ее уровень жизни. Она лучше будет торчать в пробке по три часа, но на электричку не сядет. И тут нужно понимать, что это всего лишь выбор каждого. Не знаю, как все, а я наслаждаюсь временем, когда можно просто сидеть и смотреть, как меняются пейзажи за окном, покачиваясь под стук колес. Это же такая романтика, которая сейчас все больше и больше утрачивает свою актуальность. Да и, вероятнее всего, ты быстрее сможешь добраться до нужной точки, и не придется торчать в пробках. За время, проведенное в пути на электричке, я успеваю столько всего обдумать, помечтать, ну и, конечно, послушать аудиокнигу, в общем поделать все то, что в повседневной энергичной жизни совершенно не успеваю. Правда, сейчас все мои мысли занимает только один конкретный человек. Сегодня вечером наше первое свидание, на которое я все-таки решилась. Ну сколько я еще буду бегать от себя? Мой телефон вибрирует от полученного сообщения. Систр. «Юль, не могу дозвониться до папы. Скажи ему, что я забыла кошелек. И пусть приготовит деньги за мое такси». «Я буду минут через пятнадцать только» – отвечаю сестре. А то решит, что я специально родителей не предупредила. Я сама еще не приехала. «Я буду где-то через час. У нас тут пробка». «Хорошо, я передам». К дому я приезжаю только через полчаса, в этот раз автобус приходится ждать десять минут. В доме суета, мама бегает от гостиной к кухне, накрывая на стол. Видимо, гости и правда важные, раз она так расстаралась, сейчас это очевидно, особенно зная их нелюбовь к гостям. Раздевшись в прихожей, выхожу к гостям. – Здравствуйте, – обвожу взглядом всех присутствующих. Мое внимание привлекает парень приблизительно моего возраста, его просто невозможно не заметить. И дело даже не в харизме, или энергетике, этим тут даже и не пахнет. Выглядит он довольно странно. Лысый, весь забит татухами, в рваных джинсах, футболке и очках. И все бы ничего, но сейчас конец ноября. В руках крутит кошелек модного бренда. Пижон. – Привет, – кивает мне мама. – Юля, познакомься наши дорогие друзья. – Интересно, мама специально сделала акцент на «дорогих»? – Галина Васильевна, – указывает на блондинку в возрасте, одетую во все кричаще розовое. А как сверкают ее стразы! О таких женщинах обычно говорят «сзади пионерка, спереди пенсионерка». Вот смотришь на нее и понимаешь смысл этого выражения. – Виктор Петрович. – Ну это прямо копия своего сыночка. Только одет презентабельней в брендовый костюм. – А этот красивый молодой человек – их сын, Петр. – Перевожу взгляд на этого индивида. Вот смотришь и смеяться хочется, то ли он такой с изюминкой, то ли лето с осенью перепутал. И зачем ему солнцезащитные очки? – Рада знакомству, – киваю. – Мам, а папа где? – Он в магазин пошел. Нужно кое-что докупить, – улыбается мне. Прищуриваюсь. Почему она так неестественно ведет себя? Она явно перебарщивает в услужливости, это не в ее характере. Значит, от этих «дорогих» гостей ей что-то нужно. – Вика мне писала, она кошелек дома забыла, нужно будет заплатить за ее такси. – Мама кивает. – Я тогда пойду переоденусь, – стараюсь быть милой. Здесь у меня тоже есть комната, правда, я спала в ней от силы раз пять. Пока строился дом, приезжала сюда каждые выходные, родители были не против. Мы с нашей дружной компанией, Ланой и Сашкой, часто здесь проводили выходные, жарили шашлыки, чуть позже к нам присоединилась Ира. Но все хорошее имеет свойство заканчиваться, как только дом был достроен, папа строго-настрого запретил приезжать сюда с кем-то. «Нехер мне тут срать где попало. Это вам не вокзал. Хочешь приехать – приезжай одна». Одной мне в большом доме находиться не хотелось. Так что мои визиты свелись к минимуму. «Свою комнату» мне обустроила мама по своему исключительному вкусу. У меня не было права голоса в этом вопросе. Дом родительский, и не мне решать, какие будут обои и мебель, даже в моей комнате. Должна быть благодарна, что это вообще есть. И если я предпочитаю современный минимализм, мама любит старый добрый классический стиль. И чем дороже и богаче, тем лучше. Быстро переодевшись в более удобный домашний костюм, решаю поставить телефон на зарядку. – Привет, красивая. Ну что, будем знакомиться поближе? – без стука ко мне в комнату вваливается Петя. Нормально, а если бы я тут голая была? – Здоровались уже, тебя, кстати, стучаться не учили? – смотрю в упор, сложив руки на груди. – Зачем? Заметил, как ты смотришь на меня, – подмигивает. – Ты, наверное, уже мечтаешь, какой мы будем парой? – заваливается на мою постель. Что у него в голове? Сахарная вата? – За шкафом. Делать мне больше нечего, как думать о такой ерунде. Поубавь свой пыл. И выйди из комнаты, – указываю на входную дверь. – А ты че такая дерзкая? Я вот смотрю на тебя и понимаю, что правильные твой отец мне советы давал, – насмешливо вздергивает бровь. Кажется, происходящее его веселит, а меня раздражает. – Это какие же советы, позволь спросить. – Почаще шлифовать тебя, а то ты больно самостоятельная и дерзкая. И брать тебя, пока кто-то другой не оприходовал. – Он говорит это с таким сарказмом, пренебрежением. Противно становится, словно дерьмом облили. – Ты со мной должна быть ласковей, нежнее, – подмигивает мне. – И кому же я так задолжала, позволь спросить? – У самой под ложечкой засосало. Какое-то нехорошее предчувствие. – Ну, пусть будет мне. Ты же большая девочка, понимаешь, что это знакомство не просто так… – многозначительно играет бровями. – Не понимаю, – качаю головой. – Но раз тебе так хочется сидеть в моей комнате… милости прошу. И советую полечить голову, – забираю телефон и выхожу из комнаты.