Глава 18 · Петля. Часть вторая

— Тс-с-с, — сказал кто-то.

Ксения, Раиса и Николай переглянулись. Ведьмы едва сдержали смешок, когда посмотрели на букиниста. Лысый старичок в безупречном костюме-тройке стоял на четвереньках, выпучив глаза. Но смеяться было совсем нельзя. В бывшем ювелирном магазине кто-то был, и этот кто-то был не один. Ведь кого-то же призывали к молчанию.

Осторожные шаги проследовали от входа к подсобке. Шаги могли принадлежать только одному человеку. Тот, второй, от кого требовали тишины, семенил на четырех лапах. Когда шаги стихли, раздался странный металлический звук, но это был не удар и не звук работы инструментами. Поскольку Раиса уже знала, что это сломали кран на умывальнике, ведьму объял ужас. Латунную трубу не открутили и не сомали чем-то тяжелым, а просто вырвали одним движением, догадалась старушка. Силы злодею было явно не занимать.

— Что такое? — шепотом спросил женский голос.

— Вода перекрыта. Сейчас откроем, — ответил второй женский голос.

Раиса подняла ладонь и посмотрела на своих товарищей. Оба все поняли и кивнули. Ведьма загнула большой палец. Ксюша подобралась и приготовилась вставать. Николай переставил ноги с коленей на ступни и тоже подобрался, как бегун перед стартом. Пальцы продолжили загибаться по одному, приближая сигнал к атаке. Загнув последний, Раиса махнула кулаком и вскочила с пола.

Злодейка и ее собака стояли у трубы, где загодя был откручен вентиль, оставив воду перекрытой. Замешательство визитеров дало небольшую фору команде из двух ведьм и гнома. Но, увы, вскочили все трое так шумно, что успели увидеть только пёструю юбку и пушистый белый хвост, покидающие помещение через окно. Прыгать со второго этажа следом никто не захотел.

Разбитое окно, через которое вылетели незваные гостьи, выходило в небольшой проулок между магазинами и забором комбината. По дороге, что там шла, ездил только мусоровоз и отродясь не бывало пешеходов. И попасть вниз со второго этажа не было никакой возможности — пожарная лесенка сгнила и отвалилась еще в те времена, когда ювелирный магазин функционировал.

Был проход из лавки пряностей, но не было ни шанса нагнать злодейку и ее фамильяра. К тому моменту, когда ведьмы и гном осознали произошедшее, из разбитого окна уже не было видно и следа убегающих.

— Мда-а, — протянула Раиса, — этого я не ожидала.

— Еще на один круг ты не пойдешь, я надеюсь, — спросил Николай.

— Я еще не сошла с ума, и предпочту умереть чуть иначе и чуть попозже. Нет, я разорвала петлю, пока мы сидели в засаде. У меня только один вопрос. Сири, ты почему не закричала⁈ Опять, на минуточку!

— Так ты не раздала беруши! Что толку вырубать Вас всех?

— Кроме меня!

— И что бы ты одна сделала? Ты и мазь свою не взяла, она дома осталась.

— Да? — Раиса похлопала себя по груди и выругалась, — И правда, оставила. Ну, что ж, хоть никто не пострадал, и лавка осталась в порядке. Надо съездить в лес и напитаться, на случай повторения.

— Может, получится выследить ее? — спросила Ксюша, глядя в разбитое окно.

— Как ты себе это представляешь, милая?

— А вот, смотрите, она нам подарок оставила.

На осколке стекла, так и не выпавшем из рамы, красовался обрывок белого льна. Раиса успела разглядеть только пёструю юбку, и не была уверена, что эта ткань принадлежит злодейке. Но и верха никто не успел заметить, так что лён запросто мог быть от рубашки.

— У меня нет сил. Мне нужно сперва в лес, напитаться магией. Плевать на выручку, пошли к Валерчику.

— А мне что делать? — спросил Николай.

— Ничего, можешь идти к себе. И ключ забери, он больше не нужен. Хотя, знаешь, будет тебе поручение. Позвони Гале и выясни, где публиковался ее рецепт.

— Кхм, дорогая, хрустальный шар мне недоступен.

— На телефон позвони, дурень!

— Так Галя в деревне живет.

— Ох, Николаша… В сельсовет позвони, у меня внизу номер записан. Уж позовут ее, не переломятся.

Ведьмы, не переодеваясь, ушли в гаражный массив, оставив букинисту ключи от лавки и обоих фамильяров. Прикинув, что платить за межгород совсем не хочется, Николай остался в магазине бывшей жены. Номер сельсовета нашелся быстро, а вот трубку взяли только с третьего звонка. Услышав, кого нужно позвать к телефону, на том конце провода недовольно цокнули и попросили перезвонить через полчаса, чтоб не занимать линию.

Почему-то эти тридцать минут тянулись куда медленнее и мучительнее, чем больше часа в засаде за прилавком заброшенного магазина. Сири увела Лео в подсобку, где они что-то искали в шкафу с рукописями. Вообще-то и Николая рыжая курица позвала с собой, как единственного обладателя рук из всей троицы, но букинист боялся слишком увлечься сокровищами бывшей жены. Он вообще боялся тратить время с пользой и пропустить момент, когда нужно снова позвонить в сельсовет. Вместо этого, гном просто сидел за прилавком закрытого магазина и слушал матюки, издаваемые фамильярами в подсобке.

Когда Николай еще раз набрал номер сельсовета, трубку взяли почти мгновенно. Цокнув еще раз и возмутившись, как долго мужчина перезванивал, все та же женщина на том конце провода передала трубку Галине.

— Алло? — голос деревенской ведьмы был обеспокоенным.

— Галочка, это Коля. Здравствуй, дорогая.

— Коля⁈ Почему ты звонишь? С Раей что-то?

— С ней все в порядке. Эта грымза там не подслушивает?

— Можешь не переживать, говори.

— Как я уже сказал, с Раисой все хорошо, они с Ксюшей уехали в место силы. Я не с новостями, в общем-то, а с вопросом.

— Нет уж! Я требую новостей! Рае удался ее план?

— Не совсем. Злодейка сбежала через окно второго этажа, а пожарная лестница там давно сгнила.

— Коля! Ну какая злодейка, какое окно, какая лестница? Рая же мне не рассказала ничего! Только про рецепт спрашивала, — Галина приглушила голос на последнем предложении.

— Вот и я звоню про рецепт узнать. Скажи мне, где он публиковался?

— Нигде. Он слишком хорош, чтоб его раздаривать всем подряд. Я записала его только для Раи и пару раз варила на заказ, ну на праздники, — ведьма наигранно засмеялась, чтоб не вызывать подозрений у людей в сельсовете.

— А мог его кто-то повторить по готовому образцу?

— Очень сомневаюсь. Ты же знаешь, в нашей компании главные кулинары только я и Рая, для остальных это слишком просто и банально.

— А придумать кто-то мог? — не успокаивался Николай.

— Коля, ты с ума сошёл? Ты хоть представляешь, сколько я, кхм, продуктом перепортила, чтоб к этому рецепту прийти? Это годы работы!

— Интересное кино, конечно. Откуда же твое зелье взялось у нашей злодейки?

— Немного не по адресу вопрос. Теоретически рецепт могла знать еще одна, кхм, дама. Анечка. Помнишь Анечку?

— Знаком не был, — занервничал букинист и ослабил галстук-бабочку на своей шее.

— А я вот была, талантливая была девочка. Ну да ладно, не будем о грустном. Скажи мне лучше, ты не помнишь, куда делась библиотека Раисы, когда сгорел их старый дом?

— Помню, сгорела вместе с дубом и домом на нем. Ничего не осталось, одни угли и полуживая Рая.

— То есть, моя тетрадь с рецептами никому не могла в руки попасть?

— Никому.

— Тогда мы в тупике, Коля. Это не мог быть мой рецепт.

— Спасибо, — ответил букинист и собрался прощаться.

— Погоди. Расскажи мне, что произошло. И не говори, что Рая вернется и расскажет. Я хочу знать все сейчас.

— Хорошо. В городе появилась высшая ведьма под ручку с вампиром, и они уже пару месяцев наводят в городе суету и оставляют трупы.

— Это я знаю. Но вы им чем сдались? Вы же не могли им нигде дорогу перейти.

— Мы и не переходили, но почему-то стали целью. По плану той ведьмы, мы должны были потратить все силы на устранение коммунальной аварии в лавке и попасться на горячем перед вооруженными охотниками. Пусть они и не знают, чем убить высшую ведьму, но меня бы убили, а девчонки мои без сил и от обычных пуль надолго свалятся.

— Так, поняла. Утром Рая бегло рассказала мне, что она собирается делать. У вас не вышло?

— Так я и говорю, злодейка в окно выскочила, как только мы из засады вышли, вместе с фамильяром подмышкой. А пока мы репы чесали, как ее догнать, там уж и след простыл. Лестница пожарная сгнила давно, и тем же путем из здания выйти никто не решился.

— А причем тут мой рецепт?

— Понятия не имею! Есть же и другие зелья, чтоб без взлома войти в помещение, это я и сам знаю.

— А что за, кхм, питомец у той дамы?

— Собака, вроде. Я только по юбке смог вообще определить, что это женщина. Была б она в брюках, я бы не был уверен в половой принадлежности.

— Но подожди, Рая еще утром говорила про собаку.

— Да, была собака. Если это та же ведьма, то у нее точно собака. Но я не уверен. Там все сложно, и у меня до сих пор некоторые проблемы с памятью.

— Не нравится мне всё это, — подытожила Галина.

— Мне это нравится еще меньше. Ладно, пойду посмотрю, что у меня там фамильяры в подсобке творят. Сири что-то ищет и уже перешла на пятиэтажный мат.

Попрощавшись с подругой бывшей жены, Николай поспешил на помощь рыжей курице. Они с Лео выпотрошили почти весь шкаф с рукописями, но так и не нашли искомого. Расстройство Сири угадывалось безошибочно по тем ужасам, что летели из ее клюва. Портовым грузчикам и сапожником определенно стоило поучиться некоторым словесным конструкциям, извергаемым пернатым фамильяром.

— Ты можешь нормально сказать, что мы ищем? — обессиленно подвывал рыжий кот.

— Тетрадку, очень старую, самодельную, с галиным почерком. Я ж тебе даже образец показала!

— Тут полно этих тетрадок!

— О какой именно тетрадке речь? — встрял в диалог Николай.

— О той, что Галя подарила Рае на выпуск из ковена. Сама она не вспомнила, а я вспомнила. И точно знаю, что она ее хранила!

— Но все сгорело при пожаре!

— Ага, как же! И вот это сгорело, и вон то! Эти вот рукописи, Николай, — ни что иное, как конспекты, которые Рая вела в ковене. Если все сгорело, то они здесь откуда?

— Рая меня обманула? — удивился гном.

— От части. Большинство книг и артефактов действительно были уничтожены пожаром, но часть удалось сохранить. Анечка погибла в том пожаре, но треть содержимого этого шкафа удалось спасти благодаря её любопытству.

— Какая Анечка? — удивился Лео.

— Ученица Раисы, — ответила курица, — но это сейчас не так важно. Анечка изучала высшие руны на старом сундуке. Просто набивая руку, она поставила на сундук защиту вообще ото всего, что только может произойти с куском дерева. И в нем она хранила то, что изучала, а закончив, перекладывала на место. И я точно видела ту самую тетрадку незадолго до пожара у Анечки в руках!

— Сири, ты понимаешь, что это значит?

— К сожалению, понимаю. Если мы ее найдем, значит злодейка проникала в лавку и шарила по нашим вещам. А если мы ее не найдем, это не исключает вероятности, что злодейка проникала в лавку и украла ту тетрадь.

— Раисе скажем?

— Что вы мне скажете? — в подсобке внезапно возникла лавочница, — И почему здесь такой бардак?

— Рая? Почему ты так быстро вернулась? — хором спросили курица и букинист.

— Потому что мы не в наше обычное место ездили. Не доверху насытилась, зато быстро. Так что там с бардаком и откровениями?

— Начнем с того, — ответил Николай, — что ты меня обманула. Сгорело не все.

— Да, не все, — смутилась старушка.

— Это не вопрос был, а утверждение. Сири сказала, что видела тетрадку Гали у Анечки незадолго до пожара. Вот её-то мы и ищем.

— Не было в том сундуке галиной тетрадки! И я просила не называть при мне имя моей дочери!

Ксюша, безмятежно прибирающаяся в торговом зале выронила банку, которую собиралась отложить и заполнить. Да и сама девушка едва не навернулась с табурета.

— Какой дочери? — вклинился Лео, — речь же шла об ученице.

— А вот давайте сейчас не будем спорить. Хорошо? — завизжала курица.

— Хорошо, — с лица Раисы схлынул гнев, — Давайте так. Все, что уцелело, я перебирала сотню раз. Не было там тетрадки с рецептами. Дочка либо дочитала ее, либо читала именно её, когда начался пожар.

— Точно? — хором переспросили Сири и Николай.

— Абсолютно. Иначе бы меня не удивило, что такая тетрадь у меня вообще когда-то была.

— Одной проблемой меньше, — выдохнул гном, — а то уж мы решили, что злодейка была в лавке и выкрала тетрадь.

— Нет. Скорее, у нее был запас зелья или ингредиентов. Маловероятно для кочевницы, отлученной от ковена, но не невозможно.

— А с чего мы вообще взяли, что она отлучена от ковена?

— Потому что все наши перемещения отслеживаются, а об ещё одной высшей ведьме в городе никто не в курсе. Такой ответ тебя устроит, дорогой?

— Допустим. Я одного не понимаю — когда мы успели ей в кашу нагадить? Мы её даже не ловим, этим парни занимаются.

— Не знаю, ох, не знаю. Но я её, кажется, где-то уже видела.

— Да мы и разглядеть ее толком не успели, лишь по юбке поняли, что это женщина!

— Черт его знает, как объяснить. Ну, знаешь, как бывает, когда с человеком долго знаком, издалека его узнаешь по походке, по жестам. Вот тут что-то такое же, неуловимое, на уровне неосознанного. Где там тот лоскуток? Попробую что-то по нему понять.

Николай извлек из кармана жилета небольшой кусок белой ткани и передал бывшей жене. Спросив разрешения у помощницы, Раиса уединилась в комнате Ксюши и попросила не мешать. Саму девушку, прибежавшую в подсобку для расспросов, букинист осёк и развернул. Ни к чему было отвлекать лавочницу, да и ему самому не хотелось поднимать тему Анечки.

Фамильяры, уже успокоившиеся, разлеглись на прилавке в обнимку друг с другом, оставив гнома убирать беспорядок в подсобке. Ксения вернулась к уборке, но уже потеряла ту безмятежность. Движения юной ведьмы были нервными, внимание переключалось с одного на другое, лишая концентрации.

Раиса, тем временем, была сама концентрация. Силы, взятые в ближайшем пригороде с некоторым трудом, были брошены на сканирование кусочка льна, оставленного злодейкой на разбитом окне. Ведьма буквально ничего не видела и не слышала. Для нее существовали только ее дар и лоскут ткани.

Пустота.

Страх.

Боль.

Голод.

Этот спектр чувств уже был знаком лавочнице по предыдущим попыткам. Но не могли же приложенные усилия пропасть зря! Раиса заглянула глубже.

Боль. Другая боль.

Кровь.

Огонь.

Горит родной дом. Умирает самый близкий человек.

Дикий ужас.

Смерть.

Ведьма отшвырнула лоскут льна, будто держала в руках ядовитую змею. Однако, ткань успела ужалить огнем и обратилась в прах еще в воздухе, так и не долетев до пола. Но самым страшным было не то, что Раиса увидела. Страшно было то, что Раиса это уже видела, пережила, прочувствовала.

Та боль была ее. Кровь принадлежала той, кого называли Хранительницей Леса. Горел ее дом. Умирал ее самый близкий человек. И тот дикий ужас от происходящего и безысходности тоже принадлежал Раисе. Все это случилось с ней самой в той, прошлой жизни.

В свою комнату влетела обеспокоенная Ксения. Девушка на незначительном расстоянии чувствовала эмоции наставницы почти так же ярко, как свои собственные.

— Что с Вами⁈ Раиса Никитична, Вам помощь нужна?

Лавочница подняла на стажерку красные опухшие глаза. Всегда, стоило лишь немного присмотреться, можно было заметить, что глаза у старушки молодые и задорные. В тех глазах, которые увидела Ксения, были тысячи лет боли и скорби. Без слов было понятно, что помощь Раисе еще как нужна.

На шум прибежали и все остальные. Последним в маленькую тайную комнатушку вбежал Николай. Он-то и заметил, что лоскута ткани в руках бывшей жены больше нет.

— Рая, где тот кусок?

— Он сгорел, — бесцветным хриплым голосом ответила старушка.

— Как? Сам, что ли?

— Сам, сам. Защитное заклинание.

Сири многозначительно посмотрела на Лео и присвистнула. Рыжий кот ничего не понял и посмотрел на хозяйку. Та, в свою очередь смотрела только на наставницу и пыталась определить, как именно может помочь.

— А с тобой-то что? — не унимался букинист, рассматривая частички пепла на полу, — Ты же должна была успеть что-то увидеть, иначе бы не сработало заклинание!

— Я и увидела. Но, видимо, это было какое-то особое заклинание, — Раиса сглотнула и прикрыла глаза ладонью.

— Да что же ты увидела⁈ — Николай почти верещал.

— День, когда моя жизнь поделилась на «до» и «после».

Сири снова присвистнула. В отличии от всех остальных, она не просто знала все о том дне, но и участвовала в произошедших событиях. Раиса выжила, в основном, благодаря своему пернатому фамильяру.

— Николаша, — рыжая курица клюнула букиниста в ногу, — давай-ка ты Раю домой проводишь, чаем напоишь, сладеньким угостишь. Нам тут кое-что сделать нужно. Без нее.

Гном нервно почесал аккуратную бородку и кивнул. Лавочница могла идти и сама, ее потрясение несло исключительно моральный характер. Взяв бывшую жену под локоток, Николай вывел ее из лавки пряностей в сторону антикварного магазина.

Ксюша, окончательно потерявшая логику в происходящем, проводила взглядом наставницу, вернулась к себе в комнату и плюхнулась на кровать. Леопольд, понимающий не больше, чем хозяйка, запрыгнул к ней на колени и попытался утешить мурчанием.

— Чего расселись⁈ — Сири взлетела на стол и угрожающе захлопала крыльями.

— А что нам еще делать? — возмутилась в ответ Ксюша.

— Гале звонить, разумеется! Или Юле. Я честно, говоря, затрудняюсь ответить, кто из них лучше осведомлен по части заклинаний.

— Может, тогда сразу Изольде Поликарповне позвонить?

— Во-первых, — курица почесала себе шею когтистой лапой, — Изольда больше по амулетам. Во-вторых, если она узнает, Рае мало не покажется. Рая должна была уведомить ковен о своих планах поимки. Если бы поймала злодейку, за успех операции ей бы простили скрытность. Но теперь, боюсь, мы сильно подставим нашу ведьму, если позвоним Изольде. Я лично врать не умею, все ей сразу выложу. Еще и объяснять придется, почему никто из вас не носит сигнальные амулеты.

— Ну, давай, я Галине позвоню. Её я хоть немного знаю.

Ксения достала хрустальный шар и аккуратно поставила его на стол, не прогоняя Сири. Взмах руки заставил магический коммуникатор светиться молочно-белым. Совсем скоро в хрустале появилось знакомое лицо молодой брюнетки.

— С Раей что-то случилось⁈ — без приветствий спросила Галина.

— Ничего серьезного, но Николай Эдмундович повел ее домой. Здравствуйте!

— Ну хоть так, — брюнетка выдохнула и слегка мотнула головой, отгоняя беспокойство.

— У нас вопрос технический, — вклинилась Сири, — Галь, ты с заклинаниями как?

— Средне. Я больше по зельям.

— Ну ничего, может и Вы знаете, — Ксюша вернула себе внимание собеседницы из шара, — есть ли защитное заклинание на предметы, которое при срабатывании пробуждает самое страшное воспоминание у того, кто защищенный предмет сканирует?

— Хм, — Галина задумалась, — я таких не знаю. Юля должна быть в курсе, она у нас по заклинаниям специалист.

— Хорошо, я ей позвоню, спасибо!

— Стой! Дорогуша, а как ты собираешься свой звонок аргументировать? И что ты ответишь на вопрос, где Рая?

— Я… я не придумала, — замешкалась юная ведьма.

— Зато я придумала. Не отходи от шара, перезвоню.

Картинка пропала. Через хрусталь виднелась лишь стена комнаты. Повисла тягучая и неприятна тишина. Галина перезвонила всего через каких-то семь-восемь минут, но Ксюше и фамильярам показалось, будто прошла вечность.

— Дорогие, искомое заклинание есть. С одним существенным «но».

— Галя, ну не томи! — пискнула рыжая курица.

— Это заклинание запретили после того, как одна не последняя в ковене особа померла от сердечного приступа, решив пошпионить за своей соперницей, с которой они претендовали на внимание одного мужчины. Доступ к нему есть только у семи старейшин Верховного Ковена, и оно такое сложное, что выучить его наизусть невозможно.

— Неувязочка, Галь. Мы с таким столкнулись вот прямо сегодня. Ты бы видела Раю, когда она на него наткнулась!

— Я не пойму, вы там с архимагистром магии воюете, что ли? Крайне сложные зелья, заклинания, к которым почти ни у кого нет доступа, — все это очень дурно пахнет, мои хорошие. И ради чего это все? Раисе насолить?

— Вот и я не представляю, кому, где и когда наша Рая успела так обильно в кашу нагадить! — брякнула Сири.