Глава 21 · Виктор

Домашний телефон зазвонил так внезапно и так не вовремя, что Раиса чуть не выронила корзинку, где сидела Сири, прикрытая вафельным полотенцем. Старушка уже собиралась идти в лавку и даже успела обуться, но любопытство победило.

— Лариса Лаврова? — вопрошал неуловимо знакомый голос в трубке.

— Да, это я, — Раиса представлялась так, когда нужно было уладить дела в молодом облике.

— Хмм… А Вы не родственница Раисы Никитичны, случайно?

— Я её внучка, — ведьма продолжала следовать легенде и уже узнала голос заведующего моргом.

— А, понял. Бабушке привет! Но сегодня мне нужны Вы. Можете приехать на опознание?

— Чьё?

— Вашего кавалера, предположительно. У него нет родственников в городе, а милиция требует в кратчайшие сроки установить личность убитого.

Раиса рухнула на стул и засопела, пытаясь сдержать эмоции.

— Вы простите, что по телефону всё это говорю. Вообще-то по протоколу иначе положено, но Вы правда мне очень нужны в морге как можно скорее. Если б не Ваше родство с Раисой Никитичной, я бы не вывалил всё так открыто. Вы приедете?

— Витю убили? — только и смогла произнести ведьма.

— Убили — сто процентов. Витю ли — вопрос открытый. Судя по его ежедневнику и записной книжке, вы были в близких отношениях. Так?

— Были. В близких. Как он умер?

— Давайте не будем времени терять, Лариса! Приезжайте скорее. Я от Вас ничего скрывать не стану!

Раиса кивнула, даже не осознавая, что по телефону её жест было не видно, и положила трубку. Сири к тому времени уже выбралась из корзинки и попыталась вернуть хозяйку в реальность.

— Дорогая, колечко проверни.

— Что? — на рыжую курицу уставились пустые голубые глаза.

— Ой, ну не говори, что ты успела влюбиться в этого человечишку! Проверни колечко, нам в морг надо съездить. Семёныч же не отстанет, в лавку кого-нибудь пришлёт, а то и домой к нам.

— Я… я… как минимум, успела привыкнуть к нему.

— Еще скажи, что виноватой себя чувствуешь!

— А вот и чувствую! Если бы мы вчера не поехали на новоселье к Береговым, я бы не стала переносить наше свидание, и с вечера до утра он был бы со мной!

— Думаешь, криминал?

— Хуже. Боюсь, что вопрос по нашей части. Иначе Семён Семёнович не стал бы спрашивать про моё со мной же родство.

Раиса с трудом поднялась со стула и провернула на пальце своё кольцо. Помолодев лет на сорок, ведьма критически осмотрела себя и пошла переодеваться. Но что обычно надевают на опознание?

Выбрав платье попроще и потемнее, лавочница прихватила сумку с документами на имя Ларисы и направилась в морг. Сири она с собой брать не стала, лишь позвонила в лавку и предупредила Ксюшу о том, что придет позднее обычного. Помощница восприняла новость негативно и что-то тараторила, но Раиса грубо остановила девушку и бросила трубку.

Семён Семёнович встретил свою гостью еще на подходе к зданию. Видимо, он догадался по скорбному виду, что именно эту женщину он ожидает для опознания привезенного под утро трупа. Заведующий морга без лишних церемоний подошел к ведьме и схватил ее за руку с намерением вести за собой. Раиса лишь отрешенно посмотрела на мужчину и покорно пошла с ним.

В морге пахло смертью, хлоркой и спиртом. Ведьма даже не поморщилась, войдя внутрь. Но она сильно отшатнулась, когда к ее лицу прислонили платок, пропитанный адской смесью эфирного масла мяты, эвкалипта и, почему-то, лаванды, которая никак не вписывалась ни в букет, ни в обстановку. Чужой смерти Раиса не боялась, даже почти привыкла к ней, но от платка несло так, что резало глаза. Зато теперь было ясно, для чего Семён Семёнович скупает у нее именно эти эфирные масла в промышленных масштабах.

Они прошли по коридору, выложенному когда-то белым выщербленным кафелем, в небольшую прозекторскую. Раиса знала, это не основная рабочая комната в морге. Её страх, что убийство было мистическим, подтверждался с каждым шагом. Просто так тело Виктора никто не стал бы прятать от рядовых сотрудников во вспомогательном помещении.

Будто из неоткуда за спиной ведьмы появился человек. Не успела женщина испугаться, как появился и второй. Если первый пугал неожиданностью, то второй пугал своей сутью. За спиной Раисы тактично кашлянул охотник Антон.

— Странно, что Раиса Никитична скрывала от нас такое чудо.

— Ничего странного, — ведьма обернулась и кивнула милиционеру, — меня никто не скрывал. Здравствуй, Андрей. А Вы, видимо, Антон.

— Всё верно. Почему же мы не виделись до этого?

— Потому что я здесь не живу постоянно, лишь навещаю бабушку.

— У Вас тоже лавка, кхм, пряностей?

— Это важно? Или Вы непринужденными разговорами благородно пытаетесь отвлечь меня от смерти моего любовника?

Антон покраснел. Милиционер и Семён Семёнович синхронно кашлянули, отводя глаза. На прозекторском столе всех четверых ожидало тело, накрытое простынёй.

Заведующий моргом разрядил накалившуюся обстановку призывом приступить к осмотру. Раиса набрала в грудь побольше воздуха и сделала шаг к столу. Антон и Андрей держались чуть позади. Оба уже осмотрели труп и явно не желали приближаться еще раз. Через пару секунд ведьма поняла причину.

Семён Семёнович отодвинул белую ткань с лица трупа. Под простыней оказался Виктор. Тот, чьи руки ласкали тёплыми ночами. Тот, чьи губы покрывали её тело поцелуями. Тот, кому она дарила свою ласку в попытках отвлечься от неприятностей. Но главное, это был тот, в чьей смерти Раиса себя винила.

Лицо оказалось нетронутым, но все равно было почти неузнаваемым. Ведьма ахнула, приметив характерные черты лица. Но она удержалась на ногах и даже не заплакала. Тихим, но уверенным голосом Раиса подтвердила личность убитого.

— Андрей, запротоколируй — тело опознано, — произнес Семён Семёнович и махнул рукой, чтоб милиционер и охотник вышли.

— Мне подпись нужна, — ответил служитель порядка.

Раиса повернулась и покачнулась, словно тростинка на ветру. Заведующий моргом и Антон тут же подхватили ее с обеих сторон. Андрей без слов отложил бумаги и вышел из прозекторской. Вскоре он вернулся со стаканом воды. Ведьма пролила на себя почти всё.

— Милая, присядьте. Тут никто не осудит, если Вы поплачете. Не нужно держать в себе, а то вон Вас как подкосило.

— Я не в печали, я в ярости! — ответила Раиса и сверкнула льдисто-голубыми глазами, — Можно я тут всё разнесу?

— Не стоит, пожалуй, — заведующий моргом был удивлен реакции, — лучше немного успокоительного. Ладушки?

— Нет, не ладушки! — ведьма рванулась, оттолкнула от себя обоих мужчин и поставила размашистую подпись на протоколе, — Вы хотели показать мне что-то еще. Показывайте!

— Ларис, и правда, не стоит, — Антон снова попытался взять женщину под руку, но получил хлёсткий шлепок по ладони.

— Вампир, да⁈ — голос Раисы уже обрёл силу.

Ответ не требовался, на шее трупа виднелись минимум два характерных укуса. Но мужчины не спешили с ответом. Ведьма начала догадываться, что не сама причина смерти так ошарашила мужчин. Выпив залпом спирт, который держал наготове Андрей, вовремя вернувшийся из кабинета заведующего, Раиса сдернула простыню и сбросила её на пол. Только собственная ярость удержала ее на ногах, когда взору предстало тело целиком.

Не впервой ей было смотреть на трупы, да и вскрытия производить доводилось. Увидев, что во многих местах вырваны куски плоти, наметанным глазом ведьма сразу отметила кровавые потёки. Значить это могло только одно — откусывали от Виктора еще до того, как убили. Лишь два укуса из дюжины оказались посмертными.

— Что еще я должна знать? — прошипела Раиса, глядя на троих перепуганных ее поведением мужчин.

Все трое переглянулись и хором сглотнули. Никто не желал первым прерывать тишину, нарушаемую только злобным сопением разгневанной женщины. Поэтому и Семён Семёнович, и Андрей, и Антон без слов и почти синхронно приподняли себе верхнюю губу ближе к уголку. Раиса поняла жест и опустилась над лицом того, с кем еще недавно делила постель.

Во рту Виктора ведьму ждало сразу два сюрприза. Первым в глаза бросился клык, пробивающийся из десны. После превращения вырастали новые клыки, выбивая старые, человеческие. Виктор не успел превратиться, но процесс уже был запущен. Как будто его хотели сделать вампиром, но передумали. Если, конечно, причина не была еще страшнее.

Вторым сюрпризом оказался отрезанный язык. Несмотря на дюжину крепких укусов по всему телу, язык был аккуратно отрезан. Посветив в рот трупу, Раиса убедилась — ампутация произошла уже после смерти. Но зачем? О чём может рассказать мертвец, которому так и не дали превратиться?

Потерев лицо тыльной стороной предплечья, Раиса повернулась к мужчинам. Все трое так и стояли, сбившись в кучу у самого выхода, готовые в любой момент бежать. Ведьма увидела табурет в углу прозекторской, и грузно плюхнулась не него, опустив голову.

— Что это значит? — спросила она, ни к кому конкретно не обращаясь и не поднимая глаз.

— Мы не знаем, — хором ответили мужчины.

— С другими было так же?

Три головы одновременно замотались из стороны в сторону. Раиса, встревоженная молчанием, подняла глаза и расхохоталась. По городу бродит убийца, жестокая нежить, вырывающая мясо из живых людей, но эти трое жутко боялись не вампиршу, а ее — миролюбивую ведьму. Истерика после такого не заставила себя ждать, что напугало мужчин еще сильнее.

Пока Раиса хохотала, за добавкой спирта сбегал уже Семён Семёнович. Преподнесенный стакан ведьма осушила в пару глотков, будто в нем была вода. Но это помогло, и истерика сошла на нет с последней выпитой каплей. Потирая уголок глаза кончиком мизинца, женщина повернулась к мужчинам и нервно вздохнула.

— Объясните мне, неразумной, чем конкретно труп моего любовника отличается от остальных. Взамен я тоже поделюсь информацией, которая может стать полезной для следствия. Это больше предположения, но и факты имеются. В случае трупов тоже начнем с фактов.

— Андрей, Антон, начните пока, — сказал Семён Семёнович, поворачиваясь к выходу из прозекторской, — я схожу за отчетами.

— Я начну, — вызвался милиционер.

Раиса согласно кивнула и села поудобней. Растерев начинающее неметь от спирта лицо, ведьма вздохнула и кивком показала, что готова слушать.

— Трупов мы насчитали двадцать два, — сказал Андрей и кашлянул под изменившимся взглядом сидящей напротив женщины, — Ваш, кхм, мужчина двадцать третий. Если брать всех, кроме этого, то общего у них ничего, кроме характера повреждений. Возраст от двадцати до пятидесяти, мужчины и женщины, рост, вес и телосложение, — всё разное. Род деятельности тоже разный. Были и путаны, и граждане с низкой социальной ответственностью, и семейные образованные люди с хорошей работой.

— Допустим, — выдавила из себя Раиса, — и каков же был характер повреждений? Бабушка рассказывала про первые тела, но будет лучше, если вся информация прозвучит здесь и сейчас по порядку.

— О повреждениях уже расскажу я, — Семён Семёнович вернулся в прозекторскую с внушительной стопкой документов, — и фото покажу. Парни, подкатите вон ту пустую каталку сюда. Я папки хочу разложить для наглядности.

Пара минут у мужчин ушла на подготовку визуализации. Раиса встала со своего табурета и с любопытством всмотрелась в фотографии убитых. Сами отчеты о вскрытии даже на первый взгляд были идентичны, кроме шапки, где писались имя, возраст и другие анкетные данные жертв. Заведующий моргом занял вынужденную паузу комментариями.

— Если бы мы жили в большом городе, где наличие сразу нескольких вампиров на одной территории возможно, я бы сказал, что Виктора убил другой вампир. У всех двадцати двух жертв причина смерти одна — остановка сердца в следствии обширной кровопотери. У всех так же присутствуют следы ударов твёрдым тупым предметом по голове, прижизненные. На абсолютно всех трупах присутствуют ссадины и кровоподтеки, не являющиеся следствием борьбы или сопротивления. Если интересно моё мнение, то вампир трапезничал с лютым остервенением, от того и остались такие следы.

— Вампирша, — зачем-то поправила Семёна Семёновича ведьма и тут же прикусила себе язык.

— Что? Не важно. Мы же хотели по фактам пройтись. И это факты.

— Допустим. А укусы?

— Ах, да! Чуть не забыл. На каждой жертве имеется собачий укус. Кожа вырвана вместе с куском мышцы одним сильным рывком прижизненно. Собака небольшая, но точно определить породу сложно. Я одному знакомому собачнику показывал слепки, и он мне написал огромный список пород, не исключая так же их метисов. По моим прикидкам, только в моем доме на сорок пять квартир держат троих подходящих собак. Так что, увы, с этой стороны мы к убийце не подберемся.

— Один укус, верно? — уточнила ведьма.

— Да, на каждом всего по одному укусу, ниже колена, ноги и высота разные, но могу сделать вывод, что высота от роста жертвы зависит. Скорее всего, укусы были нанесены, когда жертва еще стояла. Любопытен только один факт — одежда ни на ком не порвана, а задрана, и явно не собакой.

— Хорошо. Теперь перейдем к Виктору. Почему Вы сказали, что его будто убил другой вампир?

— С чего бы начать… Нет ни удара по голове, ни характерных ссадин. Будто первый укус был нанесен добровольно, но потом уже и мужчина ослабел, и превращение началось, так что сопротивляться он уже не мог. Будто вампир и не голодный особо был. Зато собака отыгралась по полной. Сначала ноги изъела, потом руки, дальше и до торса дело дошло. Укусы тоже не были такими точными и одинарным. Я сперва даже решил, что это другая собака, пока слепки не сверил. Судя по запекшейся крови, жертва сидела на полу. Убивать его нее собирались, по крайней мере, три часа.

— А потом? — Раиса нервно сглотнула, сдерживая всхлип.

— Причина смерти — точный одинарный удар чем-то острым в спинной мозг между пятым и шестым шейными позвонками. Разрыв спинного мозга, паралич, остановка дыхания, если быть совсем точным. Язык отрезали уже посмертно.

— Перестраховка, — вклинился Антон, — если бы на пару часов позже ему спинной мозг повредили, он бы выжил. Вампирам же не надо дышать.

— Выжил бы и смог говорить, — добавил Семён Семёнович, похлопывая охотника по плечу в знак уважения.

— Это слишком похоже на пытки. Сам пошел, не выпили досуха сразу, а просто обездвижили и травили собакой. Я обязана рассказать кое-что. И, док, можете выкинуть тот список с породами. Ваш зверь — карело-финская лайка редчайшей белой масти. Или метис, очень похожий на эту лайку.

На Раису уставились три пары ошарашенных глаз. Такие познания подразумевали существенную помощь следствию, но, к сожалению, кроме идентификации собаки, ведьме почти нечего было рассказать.

— Я видела собаку. Четкое описание хозяйки не дам, но собаку я успела разглядеть. Уже некоторое время тварь следит за мной.

— За Вами? Вы в больнице работаете, что ли?

— Почему в больнице? В… — Раиса осеклась, вспомнив, что сейчас ее видят, как молодую девушку, а не старушку, — аптеке, я работаю в обычной аптеке.

— Что вампиру может быть нужно в аптеке? Проще убить провизора, чем выслеживать, — задумался Антон.

— Думаю, ей нужна моя бабушка. Слежку и ту самую собаку видела не только я. Ксюша и бабушка тоже ее видели, и ещё Николай Эдмундович. И недавно она пыталась проникнуть в лавку пряностей.

На ведьму снова устремились сразу три ошарашенных взгляда. Пришлось врать прямо на ходу. Особенно стоило скрыть от милиции и охотников, что нападение было утром, когда уже светло.

— В лавке же ночью только Ксюша, и то не факт, что злодейка это знала. А там что-то случилась: то ли кран сорвало, то ли трубу прорвало. Бабушка спутанно рассказывала, но я поняла, что в ту ночь они собрались там в лавке все: и сама бабушка, и Ксюша, и дядя Коля. Вампирша в окно влезла, испугалась и сбежала тем же путём.

— О как! — подытожил Андрей, — А что же Раиса Никитична или Ксюша не позвонили ни мне, ни охотникам?

— А смысл какой? По отпечаткам пальцев бы её искать стали? Или по следам обуви на асфальте? Да и не хотела бабушка суеты.

— Однако, — подал голос Антон, — вряд ли вампирша стала бы следить за всеми вами и влезать в лавку пряностей просто покушать. Там есть что-то, что-то нужное ей, но недоступное другими способами. Амулеты какие-нибудь, например, книги, ингредиенты. Вампиры же пользуются магическими предметами и зельями?

— Конечно, — подтвердил Семён Семёнович, — у многих и способности к магии есть. Им же иногда приходится призраков усмирять, с гончими управляться.

Раиса с удивлением посмотрела на заведующего моргом. Она знала, что мужчина давно работает с ковеном и хорошо осведомлен о мире нечисти, но не предполагала глубину познаний. Вряд ли другие ведьмы неосмотрительно рассказали и о себе тоже, но причины для опасений все равно оставались. Поймав на себе удивленный взгляд, Семён Семёнович поспешил с объяснениями.

— Мне приходится разбираться в сортах мертвецов. Пусть и не с высокой точностью, но я умею предугадывать, кто из трупов после смерти может восстать. На некоторых кладбищах могильщиками работают знающие. По моим указаниям они делают пометки для своих вампиров.

— Интересно, — Антон с уважением посмотрел на заведующего моргом, — нам стоит пообщаться в свободное время. Думаю, мне будут полезны Ваши знания и советы.

— Без проблем, нам стоит держаться вместе, — Семён Семёнович пожал охотнику руку.

— Уважаемые, — напомнила о себе ведьма, — всё это, конечно, замечательно, но мы здесь собрались не дружбу водить.

Милиционер задумчиво посмотрел на Раису, затем на остальных мужчин, кинул беглый взгляд на труп и бумаги, разложенные на каталке, и снова вернулся к женщине. Он подошел ближе, почти вплотную, и кокетливо улыбнулся.

— Лариса, я думаю, мы закончили. Строить версии и вырабатывать стратегию мы будем уже с охотниками. Ваше участие лишние. Более того, я считаю, что Вы можете быть правы насчёт пыток. Боюсь, вампирша попытается проникнуть в лавку еще раз, но, из-за прошлой неудачи, перед этим может напасть. Я сегодня же распоряжусь, чтоб лавку Вашей бабушки взяли под охрану. И позвольте проводить Вас.

— Не стоит, я сегодня же передам всё бабушке и покину город.

— Вы выпили два стакана спирта, всё же. А у спирта такое свойство неприятное есть — может позже накрыть. Не хочу, чтоб Вы упали на улице.

— Тогда позволяю меня проводить.

Вообще-то, Раиса собиралась отправиться прямо в лавку, но внезапные охрана и кавалер нарушили её планы. Пришлось экстренно подстроиться под обстоятельства и возвратиться домой. Хотя, конечно, ведьма с удовольствием поработала бы день без Сири. Неделя, когда рыжая курица добровольно использовала зелье безмолвия, была тяжелой, но отсутствие болтовни под руку оказалось приятным.

У дома Раисы Андрей откланялся и уехал отдавать распоряжения. Ведьма же бросилась наверх, к телефону. Открыв свою квартиру, она споткнулась о своего фамильяра и рухнула на пол. Милиционер был прав по поводу спирта, и опьянение начало потихоньку проявляться.

— Рая, ну ты чего разлеглась? Рассказывай давай, что там в морге произошло. Я же извелась вся! И вообще, я боялась, что из морга ты поедешь сразу в лавку.

— Сири, не кудахтай, пожалуйста, — ведьма тяжело поднялась, — нам надо позвонить. И кофе.

— Тут я тебе не помощник, у меня крылышки. Хотя, теоретически позвонить смогу и за тебя, просто не пробовала раньше. Но кому и что сказать?

— Набери мне номер лавки, надо Ксюше кое-что сказать. Я на кухню.

Рыжая курица взгромоздилась на тумбочку, скинула лапой телефонную трубку и клювом повернула диск. Пятая цифра далась тяжелее остальных, ведь это была девятка, но, к радости Сири, из трубки пошли ровные гудки дозвона.

— Лавка пряностей, слушаю Вас! — ответил чуть трескучий голос Ксении.

— Ксюша! Это Сири! С тобой Рая поговорить хочет!

— Тогда перезвони мне через минутку, у меня покупатели.

— Не могу. Ты хоть представляешь, как сложно набирать номер клювом⁈

— Придётся подождать. Я откладываю телефон. Отпущу покупателей и вернусь.

Сири тяжело вздохнула, спрыгнула на пол и пошлёпала на кухню. Всё еще молодая Раиса стояла над газовой плитой, чуть покачиваясь. Перед женщиной стояла турка с кофе на медленном огне, источая чудесный аромат.

— Лимончик не забудь, так быстрее взбодришься, — сказала курица, забираясь на табурет.

— Точно, лимончик, — ведьма полезла в холодильник, — Что там Ксюша?

— Покупатели у нее. А у тебя кофе закипает.

Налив себе чашку ароматного кофе, Раиса добавила сахар и лимон и по стеночке пошла в прихожую, отхлёбывая на ходу. Из трубки уже звучали обеспокоенные возгласы помощницы.

— Ксюша? Это я. У тебя там все нормально? Гостей особых не было?

— Не было. А что?

— Подробности позже. Закрывай лавку и найди мне все заклинания иллюзии на предметы, которые можно приготовить до вечера. К нам едет ревизор.