Глава 12. Кориандр

Лия растерянно посмотрела на Бальтазара. Напряжение повисло в воздухе. Кристофер сжал кулаки до такой степени, что костяшки побелели, но молчал.

— Думаешь, они вернулись? — прошептал фамильяр.

— Сейчас узнаю, — Лия на цыпочках прошла в спальню и чуть отодвинула занавеску, стараясь оставаться при этом за шторой, чтобы её не заметили.

К счастью человек, стоящий на крыльце, был ей хорошо знаком. Ведьма выдохнула и пошла к лестнице.

— Порядок, это свои, — бросила она на ходу.

Аргус, в отличии от большинства недавних посетителей, не пытался выломать дверь и стучал довольно сдержанно, даже перерывы делал. Вот что значит воспитание. Или просто понимает, что ведьму злить не стоит. Лия открыла дверь и улыбнулась, стараясь делать вид, что жизнь прекрасна.

— У тебя всё в порядке? — Аргус выглядел обеспокоенным.

— Лучше не бывает, — она улыбнулась ещё лучезарнее.

— Зачем стражники приходили?

— Да так, думали, что у меня в морозилке расчленённый труп пропавшего инквизитора. Ну и разнести лавку, чтобы не зазнавалась, — отмахнулась ведьма.

— А труп нашли?! — кажется, шуток сосед не понимал.

— Ты что?! — показательно изумилась Лия. — Я не храню трупы врагов в морозилке. Для этого у меня есть подвал.

— Я серьёзно, — Аргус устало вздохнул. — Стража к тебе зачастила. Я волнуюсь.

— А что поделать, если глава стражи — тот ещё обсос. Мечтает выгнать меня из города. Прям так и сказал: «Я выжил из Оверижда целый ковен ведьм и с ещё одной справлюсь», — пробурчала Лия, подражая интонации полковника. — Мерзкий ведьмоненовистник! Шовинист и мужлан, вот он кто.

— Надеюсь, ты не сделала никакую глупость? — насторожился мужчина.

Лия задумалась. Она подобрала умирающего инквизитора и прячет его от главы стражи, которому наврала о том, что понятия не имеет, кто проклял убитого наркомана. Можно ли считать это глупостью?

— Нет, конечно. Но и без боя я, в случае чего, не сдамся. Подумаешь, целый ковен он из города прогнал. Не на ту напал.

— Лия, — Аргус шагнул ближе и перешел на шепот. — Послушай меня. Аспис не тот человек, который спустит с рук твои шалости. Я какое-то время служил в его отряде. Он способен на страшные вещи. Будешь играть с ним — тебя могут просто однажды не найти.

— Ты мне угрожаешь? — холодно спросила ведьма.

— Я прошу тебя не делать глупостей. Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

— Я — ведьма. И я могу за себя постоять.

— А я хочу, чтобы ты была в безопасности, — Аргус едва ощутимо коснулся её руки.

— Тебе не о чем переживать, — Лия смущенно отвела взгляд, отступая на шаг.

— Зайдёшь на ужин? — внезапно сменил тему Аргус.

— Я не… У меня дел много. Там опять всё раскидали… — мямлила Лия.

— Ну, тогда я оставлю на подмену кого из ребят и помогу. Можем потом вместе что-нибудь приготовить. Я прихвачу продукты и…

— Нет, — ведьма отступила вглубь лавки. — Это… Я…

Она лихорадочно искала благовидный предлог для отказа. Потому что правда была ещё хуже. Нет, они не могут провести вечер вместе, потому что у неё на кухне сейчас сидит другой мужик. Тот самый, «труп» которого все ищут. Ах, да, они ещё и спят вместе — просто вишенка на торте. Хотелось схватиться за голову и завыть так, чтобы потом любой оборотень за свою принял. Как её вообще угораздило попасть в такую нелепую ситуацию?

— Долго объяснять, но сегодня не получится. Хорошего вечера, — Лия захлопнула дверь и быстро задвинула засов, пока Аргус не успел опомниться.

Ноги подкосились и она осела на пол, прикусив костяшку большого пальца, чтобы не заорать от ощущения собственной тупости. Всё ведь было хорошо. Ей даже нравились их совместные завтраки, а потом один неосторожный пинок, и всё пошло кувырком. Казалось, что Темнейший лично её невзлюбил. Ситуацию нужно было решать как можно скорее.

Лия хлопнула себя ладонями по щекам, собираясь с мыслями. Чтобы что-то предпринимать, ей нужно больше информации, и как раз на кухне у неё был тот, кто хоть что-то понимает в происходящем. Сжав кулаки, она пошла наверх разбираться.

— Расстегайчик не принёс? — тут же завертелся под ногами фамильяр.

— Нет, — отмахнулась от кота Лия. — А теперь выкладывай всё, что знаешь.

Она разлила чай по чашкам и села напротив мужчины.

— Кто заходил? — проигнорировал её вопрос Кристофер.

— Сосед. Тебе не о чем беспокоиться.

— Это тот, который приходил во время обыска? Он знаком с полковником Асписом, так что я бы не стал ему доверять.

— Он как раз таки просил держаться от полковника подальше.

— Вот и следуй совету. Я уже жалею, что втянул тебя в это. Аспис не тот, с кем можно разойтись вничью. Про него разные слухи ходят.

— Не всегда стоит верить слухам. Слышал, поговаривают, что твой хладный труп у меня в морозилке.

— Я не шучу. Аспис сильный маг, но несмотря на это, его сослали сюда, на границу. Подальше от столицы.

— В жизни всякое случается, — Лия отпила чай. Тепло скатилось в живот, а потом принялось расползаться по телу, успокаивая. Жизнь уже не казалась такой поганой. Она вот тоже сильная ведьма, и её в какой-то мере тоже сослали в этот гадкий городишко. Ни за что, если быть честной. — А за что его сослали? Подморозил кого не следовало?

— Эдвард Аспис — бастард, — чуть скривившись, произнёс Кристофер.

— Ну, так это не преступление.

— Слушай, — Кристофер почесал отросшую щетину, — я сам не то чтобы во всё это вникал, но кое-что слышал. Нынешний глава рода долго не мог заделать себе наследника. У него родились два сына, но оба без магии. Таким род не передать, сама понимаешь. Слухи ходили, что он ритуалы проводил какие-то с ведьмовством, чтобы зачать ребёнка с даром, хотя тут может и привирают. Но подношения в храме делал очень щедрые. Супруга его забеременела в третий раз, но родилась девочка. Тоже не наследник. Шанс на магию был маленьким, но и там Пресветлая не была к нему милостива. В высшем обществе уже начали шептаться, что лорд не может породить ничего кроме пустоцветов, и род угаснет, но тут лорд Аспис привёл в дом мальчишку с даром. Жрецы подтвердили, что кровь его, и бастарда официально приняли в семью, сделав наследником рода.

— А что с его матерью? — задалась вопросом Лия. — Как она отнеслась к тому, что у неё забрали ребёнка.

— Вот тут я не знаю. Где-то кто-то шептался, что его мать — проститутка… Но речь не об этом. Лорды, скрипя зубами, приняли такой поворот и вроде успокоились. Леди Аспис покинула высший свет. Теперь она была в опале и практически не покидала особняк, занимаясь своими детьми. Пусть и не маги, но лорды всегда находят хорошее место на императорской службе для своих пустоцветов, так что образование у таких детей всегда хорошее.

— Так говоришь, будто люди без магии второго сорта, — недовольно пробормотала Лия.

— Таков закон империи. Ребёнок без дара наследником быть не может, — Кристофер пожал плечами так, будто для него подобное положение вещей не было чем-то из ряда вон. Лие было любопытно, как бы он отнесся к подобному, если бы сам родился без магии, но спрашивать не стала. — А вот сейчас будет самое интересное. Спустя пару лет после негласного изгнания у леди Аспис снова родила ребёнка. Этот факт не особо освещался в новостях и прошел почти незамеченным, пока у мальчика не пробудился дар. Вот тогда поднялась шумиха.

— Да, я, кажется, что-то такое слышала, но я тогда ещё в пансионате училась, и меня подобное не особо волновало, — ведьма кивнула, хотя и понимала, что собеседник не видит. История становилась всё интереснее.

— И что, как ты думаешь, сделал лорд?

— Признал наследником законного сына вместо бастарда? — предположила самое очевидное Лия.

— В точку. Зачем вести в Совет ребёнка от проститутки, когда можно представить законного наследника, которого выносила и родила супруга. Другие лорды поддержали это решение и, казалось бы, жизнь лорда Асписа наладилась, но потом с мальчиком произошел несчастный случай. То, что случилось, держится в строжайшей тайне, и в новости не попало. Знает об этом только несколько членов Совета и лекарь лорда Асписа. Я как-то подслушал разговор отца, хотя подробности там не обсуждали. Наследник чудом выжил, и какое-то время был на попечении лекарей. И, недели с происшествия не прошло, лорд Аспис отослал на север своего бастарда. Совпадение — не думаю.

— Хочешь сказать, что Эдвард попытался убить единокровного брата, чтобы самому остаться наследником?

— Наверняка не знаю, но очень похоже. Даже если лорд Аспис хотел сослать из столицы, ставшего неугодным, бастарда, то есть много других, более комфортных мест. Маг, даже сомнительного происхождения, всегда найдёт хорошую должность, особенно такой сильный, как полковник. А Эдварда отправили на север, где в то время шла война с орками. Оверидж, конечно, держался, хотя порой переходил в осадное положение, а вот в деревнях было совсем туго. Многие поселения до сих пор разорены войной.

— Как бы то ни было, это всё домыслы, — вздохнула Лия. — Теперь объясни мне, что сын Верховного инквизитора делает в этой глуши?

— Узнали всё-таки, — Кристофер выглядел раздосадованным.

— Я тут подумала, если бы ты не скрывал, кто твой отец, то мало бы кто рискнул проклинать тебя и бросать в мусорку.

— Последнее особенно неприятно. Ладно убить, но так глумиться над умирающим! — встрял в разговор Бальтазар.

— Мохнатым слова не давали, — пресекла возмущения Лия.

— А что?! Ты его, конечно, протёрла, но он всё равно воняет.

— Меня оскорбляет кот… Скатился ниже некуда.

— Есть куда, — поспешила утешить страдальца ведьма. — У меня ещё первый этаж и подвал есть.

— Помыться у тебя можно?

— Сперва расскажешь, во что ты меня втянул. Что это за история с наркотиком, как его там?

— «Пепел ангела», так его назвали в столице. Понятное дело, к посланникам Пресветлой никакого отношения не имеет. Много не расскажу, так как давал клятву о неразглашении, но в общих чертах дела обстоят… — Кристофер задумался, стараясь подобрать слова. — Дерьмово дела обстоят, по-другому не скажешь. Эта дрянь уже добралась до столицы. Физическое привыкание после пары доз, эмоциональное — да практически сразу. Человек под действием этой дряни словно на качелях, он то пускает счастливые слюни в эйфории, то бьётся в агонии. Чем дольше принимать его, тем короче становятся счастливые периоды, но бросить уже не получается. Столичные мастера алхимики и лекари бьются над этим, но, насколько я знаю, пока безуспешно. С какого-то момента развивается светобоязнь, и пристрастившиеся перестают выходить на улицу днём.

— Зато их полно по ночам, — Лия покачала головой, начиная понимать, что творится на улицах Овериджа. — Не удивительно, что ни один фонарь в городе не работает. Такое ощущение, что кому-то выгодны эти ночные прогулки наркоманов.

— Вполне возможно. То, что творится здесь, уже скоро будет и в других городах, — подтвердил её худшие опасения инквизитор. — Дрянь эта стоит недешево, так что даже весьма обеспеченные граждане очень быстро скатываются на дно, распродав всё, что могут. Ты, может, и не замечала, но груженые труповозки по утрам в Оверидже — уже привычное явление.

— Не обращала внимания, — Лия пожала плечами, — а вот по ночам высовываться — такое себе удовольствие. Один раз на меня уже напал наркоман, пытался одновременно задушить и ограбить.

— Да, это ещё одна проблема. Пристрастившиеся готовы на многое, чтобы купить очередную дозу этой гадости. Женщины начинают торговать собой. Мужчины чаще всего пытаются промышлять разбоем или воровством, если находят дома без магической и колдовской защиты. Это к тебе никто ночью залезть не пытается — дом защищён, а представь, каково простым людям на отшибе? Впрочем, раз ты сидишь тут, то можно предположить, что всё обошлось. Всё же ведьмы не беспомощны.

— Тот наркоман умер, — задумчиво проговорила Лия. — Сегодня меня вызывали опознать его тело.

— Как умер? — удивился кошак. — Мать, ты же не виновата? Скажи мне, что мы ни при чём.

— Ты его прокляла?! — изумился Кристофер.

— Просто одарила прыщами — ничего смертельного, — отмахнулась от обоих ведьма. — Судя по всему, тот несчастный подрался с кем-то на ножах и проиграл.

— Тебе стоит быть осмотрительнее. Разбрасываться проклятиями — плохая идея, — покачал головой Кристофер. — Но сейчас не об этом. Чем дольше принимать эту дрянь, тем меньше остаётся от человека. Люди становятся агрессивными, всё больше напоминая бешеное животное, а потом и вовсе забиваются в какое-то укромное тёмное место, где медленно умирают от голода и жажды, ни на что не реагируя. Маги и ведьмы, если пристрастятся, держатся довольно долго. Сперва выгорает дар, а потом и разум. Простые люди скатываются за месяц, а то и меньше.

— А вот это странно, — задумалась Лия.

— Что именно?

— Смотри, тот, кто всё это затеял, делает это не просто так. Скорей всего, ради денег. Это очевидно.

— Допустим, — легко согласился инквизитор.

— Стало быть, быстрая смерть покупателя просто невыгодна. Не успеешь заработать, да и другие поостерегутся, видя, как быстро сгорают те, кто уже подсел.

— Меня пугает то, как ты размышляешь, но логика в этом есть, — Кристофер задумчиво покивал головой. — Алхимики смогли вычленить большую часть веществ из порошка. Почти все ингредиенты общедоступны, кроме нескольких. То, что известно, я видел в продаже у тебя. Даже если всё смешать, то эффект будет не таким убойным, как у той дряни, что удалось конфисковать при аресте торговцев.

— Потому что свойства раскрываются после колдовства, — сориентировалась Лия. — Ты поэтому пристал ко мне как банный лист?

— А сама посуди: среди ночи, в пропащем городе мне попалась ведьма, бредущая куда-то с мешком. Подозрительно ведь!

— А мне каково было?! В том же самом пропащем городе посреди ночи за мной увязался какой-то жуткий мужик!

— Я не жуткий!

— Мне не до рассматривания было. Поняла, что ты меня преследуешь, и попыталась удрать. Это самое разумное, когда за тобой гонится маг.

— А в итоге я застал тебя с какими-то отбросами, — скептически заметил Кристофер. И повезло, что успел вмешаться. Мало ли что с тобой могли сделать…

— Я не беспомощная девочка! — взъярилась Лия.

— Это ты виноват, что нам пришлось свернуть во дворы, — встал на её сторону Бальтазар. — По проспекту идти почти безопасно.

— Что вы вообще делали ночью на улице, если знаете, что там небезопасно?!

— Собирали травы, у тебя с памятью плохо?! Ты мне весь мешок на пол вывернул!

— А другого времени нет? Менее опасного. Почему нельзя собирать травы днём?! — всплеснул руками мужчина.

— Потому что нельзя! — огрызнулась ведьма. — У травников спроси, они тебе расскажут.

— Ты понимаешь, что рисковала, выходя на улицу? — повысил голос Кристофер.

— Я перед тобой отчитываться должна?! — перешла на крик Лия.

— Не ругайтесь, — встрял Бальтазар.

— Извини, — присмирел инквизитор. — И всё равно я не понимаю, зачем тебе понадобилось так рисковать.

— Потому что мне деньги нужны, — устало вздохнула Лия, признавая вслух своё безрадостное положение. — Всё, что у меня было, я вложила в эту лавку. Со дня на день должны привезти заказанные пряности. Я за них заплачу, и останемся мы с Бальтазаром на мели, потому что лицензию ты отозвал.

— А твоя семья?

— На мать можно не надеяться, а кроме неё, у меня никого нет. Я тут тоже в ссылке в каком-то смысле. Так что мы с Бальтазаром сами по себе.

— Мне жаль, — Кристофер опустил взгляд мутных глаз на так и не тронутый чай. — Я не думал, что всё так сложится. Аспис поддержал мою идею, что к тебе и твоей лавке надо присмотреться. Он даже ускорил подписание разрешения на обыск, перекинувшись парой слов с губернатором. Говорил про какие-то слухи, что у тебя с заднего крыльца можно купить запрещённые травы. Я отправил запрос в столицу, и никто толком не смог сказать мне, кто такая Лия Тайлер. Ты появилась из ниоткуда. Ни один ковен про тебя не слышал, в какой академии обучалась — тоже нет информации. К тому же ты — ведьма, и можешь усиливать свойства растений да и в травах разбираешься, раз держишь лавку. В общем, ты была первой подозреваемой…

— И выгляжу как самый настоящий подпольный миллионер, озолотившийся на торговле запрещёнкой, — ухмыльнулась Лия, не зная, злиться ей на подобное или, наоборот, начинать собой гордиться. В какой-то степени она понимала, чем привлекла внимание инквизитора, но всё равно было неприятно. Вроде ничего такого не делала, просто обстоятельства так сложились, а подозреваемой стала. Память услужливо напомнила про банку с мотыльком, которого она планировала продать, не заплатив при этом империи причитающуюся долю, но ведьма отмахнулась от этой мысли, и совесть покорно пошла на уступки.

— Мне нужно было с чего-то начинать, — пожал плечами Кристофер. — Верховный инквизитор ждёт от меня результат.

— Тот Верховный инквизитор, который твой отец, я правильно понимаю?

— Я здесь инкогнито, — скривился мужчина.

— Почему же? — Лия поставила локти на стол и оперлась подбородком о ладони. — Одно имя Верховного инквизитора открывает любые двери.

— Вот именно поэтому. Хочу всего добиться сам, а не прозябать в тени отца.

В руках инквизиции была сосредоточена судебная власть в империи. Всё, от проведения расследования до вынесения и исполнения приговоров, было подконтрольно инквизиторам. Верховный инквизитор — Аристель Элингтон — занимал пост вот уже два десятилетия и был известен как человек властный, бескомпромиссный, придерживающийся принципов морали и справедливости. Тем, кого не в чем обвинить, бояться его не было нужды, но те, кто преступил закон, видели этого человека в кошмарных снах. Среди пьянчуг даже шутка ходила о том, кто страшнее: Темнейший или Верховный инквизитор? Сама Лия не знала ответа на этот вопрос. Темнейший, конечно, сама квинтэссенция зла и пороков, но в их мире лично не появлялся никогда, а Аристель Элингтон вполне реален и более чем уполномочен создать проблемы кому угодно.

— Если бы те, кто на тебя напал, знали, кто твой отец, всего этого сейчас не было бы, — подметила очевидное Лия. — Одно дело — проклясть какого-то заблудшего инквизитора, а совсем другое — наследника рода Элингтон. Кстати, а ты почему один? Тебе разве не выдали сопровождение?

— Выдали, — мужчина виновато улыбнулся. — Я от них отделался ещё в Вэльске. Отправил собирать информацию по несуществующей зацепке, а тех, кто остался, усыпил.

— То есть, я правильно понимаю, ты рассчитывал разобраться с сетью наркоторговцев в одиночку?! — изумилась Лия.

— Видишь, он дураком был ещё до того, как я его сковородой огрел! — Бальтазар счастливо хлопнул лапкой по столу.

— Не думал, что меня попытаются убить. Всё шло неплохо, а потом день с самого утра не задался, — Кристофер потёр затылок.

— Не задался… — они с фамильяром понимающе переглянулись.

— Да. Вообще ерунда какая-то творилась с самого утра. Сперва проспал на службу, а такого со мной лет пять не было. Потом уже в кабинете секретарь принесла мне кофе с молоком. Я хороший такой глоток сделать успел, прежде чем понял. Потом она принесла нормальный, но перевернула чашку и всё на рубашку и брюки. Хорошо, что идти до гостиницы было недалеко.

— Да вроде не так всё и страшно… Мелочи такие, — отмахнулась ведьма. Радовало, что мужчина не может её видеть.

— Это только утро, вечер ещё впереди. Пришел я в гостиницу, а ключ где-то потерялся. Лежал в кармане и как будто испарился. Пришлось брать у портье запасной и платить за потерянный. И так весь день какая-то ерунда творилась. Шел обратно и наступил в собачью кучу. Откуда она взялась посреди улицы? То нужные мне бумаги со стола пропадут, то перо потечёт и зальёт чернилами свеженаписанный рапорт. На складе вещдоков коробка на голову упала. А ведь я её даже не трогал! Потом у стула ножка сломалась, стоило мне на него сесть. Как проклял кто!

— Может, не с той ноги встал? — предложила менее очевидный вариант ведьма. Бальтазар тем временем беззвучно ухохатывался под столом. Его совесть не мучала совершенно.

— А с какой надо?

— Я не знаю.

— Вот и я тоже. Самое гадкое началось, когда вышел в патруль. Аспис мне в команду дал пару своих человек. Сказал, что на улице ночью одному небезопасно.

— Ну, в какой-то мере он не солгал…

— Я так-то маг. Могу за себя постоять. Думал за твоим домом понаблюдать, а пока шел, заметил какую-то подозрительную парочку и решил понаблюдать за ними. Дошел до реки и потерял их возле складов, тех, что севернее речного порта. В одном из складов горел свет. Я попытался пробраться внутрь, и кто-то ударил по голове сзади. Дальше ничего толком не помню, всё как в тумане. Причём красном таком. А когда проснулся — снова получил по голове.

— Прости, я занервничал, — повинился кошак.

— А как ты сковородку удержал? У тебя же лапки.

— Он же не обычный кот. Может, когда хочет, — сдала фамильяра Лия.

— Значит, тебя кто-то вырубил, избил и бросил возле моего дома, чтобы подставить меня. С этим всё понятно. Теперь бы понять, что делать дальше.

— Выпускать Кристофера нельзя. Его явно кто-то из сопровождения укокошить пытался, — нашел самый очевидный вариант Бальтазар.

— Я тоже так думаю, — согласился инквизитор. — Но если кто-то из людей Асписа связан с распространением «пепла ангела», то полковник должен узнать об этом.

— Если только он сам с этим не связан. Тогда тебя живым из города не выпустят. И нас с тобой за компанию.

— Думаешь?

— Я когда травы собирала, заметила что-то странное, — Лия склонилась над столом и говорила намного тише. — Кто-то посреди ночи торговал с орками в подлеске у дороги. Явно какими-то растениями — ветром принесло такой странный сладкий запах. Не знаю, что там было. Может, несколько разных видов, и ароматы смешались. А когда Аспис вызвал меня на опознание тела наркомана, от его рубашки пахло так же, как и то, что контрабандой получили от орков.

— Ты же понимаешь, что это не доказательство?

— Конечно, понимаю! За кого ты меня держишь? Но это ниточка, за которую стоит потянуть.

— Ты ни за какие ниточки тянуть не будешь! — всполошился инквизитор. — Нам категорически запрещено вмешивать гражданских.

— Расслабься, я уже влезла в это по самое не балуй, — отмахнулась ведьма.

— Через пару-тройку дней я окончательно восстановлюсь, магия вернётся, и я как можно незаметнее покину твой дом. Я магическую клятву дам, так что даже если со мной что-то случится, о твоём вмешательстве не узнают. Ты будешь в безопасности, если не продолжишь гулять по ночам.

— Кстати о восстановлении, руки давай, — вспомнила о важном Лия.

Кристофер покорно положил руки на стол. Лия взяла его ладони в свои, направляя в тело мужчины энергию. Её колдовство текло под кожей, распространялось вместе с током крови, вычищая из магических каналов частицы проклятой энергии. Собственно, это было всё, чем она могла помочь, но большего и не требовалось. Магия сама восстанавливала своего хозяина. У чародеев регенерация была не в пример выше, чем у ведьм и простых людей. Следы побоев уже почти прошли, хотя сломанным рёбрам потребуется какое-то время, но и кости срастутся намного быстрее, чем у человека без магии.

Было как-то грустно. Вроде совсем недавно она злилась на то, что он решил задержаться, а сейчас грустит, потому что скоро уйдёт. До чего же непостоянна женская натура. Или она просто привыкла уже? Ей подруга по академии как-то сказала, что достаточно три дня кормить бездомную собаку, чтобы привязаться к ней. Лия толком не знала, сколько дней надо кормить инквизитора, но, кажется, уже хватило. Нет, она не воспылала к нему страстью, как писали в женских романах, но в груди поселилось волнение. Она боялась, что он уйдёт и погибнет… Куда ему одному, только вставшему на ноги, воевать с целой бандой?

Кристофер поморщился, когда Лия разомкнула руки, вытягивая тёмную энергию через кожу, — самая неприятная часть процедуры. Комок тьмы немного покружил в воздухе между её ладоней, а потом распался пеплом — энергия не могла долго существовать вне живого организма.

— Думаю, ещё пять, может, семь процедур - и от проклятия не останется и следа. Ладно, гений магического сыска, пойдем, тебе действительно пора помыться, а то от тебя попахивает. И как тебя в той куче по запаху не нашли?!

— Видимо, после полосы невезений ко мне наконец-то повернулась лицом госпожа Удача, — Кристофер улыбнулся. — Всё же я рад, что ты меня подобрала.

Лия боялась признаться, что череда невезения — её рук дело. Ведьма не знала наверняка, насколько способствовало тому, что Кристофера едва не убили, но нельзя исключать того, что сама Пресветлая сделала так, чтобы она нашла мужчину и исправила то, что натворила. Лия глубоко вдохнула, собираясь с решимостью.

— Я прошу прощения, — промямлила она.

— За что? — Кристофер остановился и протянул руку, касаясь её плеча.

— Это я тебя прокляла… Не насмерть… Невезение. Я подсунула тебе проклятую вещь, чтобы отогнать удачу.

— Я так и знал, что это всё неспроста было, — он неожиданно улыбнулся. — Вот для чего была та сцена на улице! Ну и страшна же ты в гневе. На всю жизнь запомню, что красивых ведьм лучше не злить.

— Ты не обижаешься?! — растерялась Лия.

— Месть у тебя, конечно, страшная, но нет, не злюсь и не обижаюсь. Я сам вёл себя как последний козёл.

— Не последний, — отмахнулась Лия. — Последний — Эдвард Аспис. А ты — предпоследний.

— Ну спасибо, — лицо Кристофера приобрело наигранно-осуждающее выражение. — Мир?

— Мир, — согласилась Лия.

— А теперь примирительные объятия! — возликовал Бальтазар.

— Да ну тебя! — попыталась возмутиться Лия, но Кристофер сгрёб её в охапку, прижимая к себе, утыкаясь лицом ей в шею. По коже прокатилась волна жара от его дыхания. Сердце споткнулось в груди, а воздух комом застрял в горле.

— Спасибо, что не бросила, — прошептал мужчина ей на ухо, а по коже пронесся табун мурашек.

Прежде, чем Лия успела что-то сделать или ответить, Кристофер отстранился.

— Раз с этим решили, то я всё же помоюсь.

Лия не нашла в себе сил спорить и старательно делала вид, что произошедшее её не смутило.

В ванне она заткнула пробкой слив, настроила воду и высыпала в неё пригоршню кориандра. Семена кинзы ценились у кулинаров за душистый аромат и сочетаемость с большинством продуктов, будь то хлеб, мясо, птица, овощи и даже некоторые виды рыбы. Кориандр подходил ко всему. Благодаря ему блюда приобретали аппетитный аромат и богатый вкус. Ведьмы ценили кориандр за общеукрепляющие свойства. Раны после ванны с кориандром заживали быстрее, да и прилив сил был гарантирован.

— Ты туда ещё морковку и лучок покроши, — предложил Бальтазар. — Будет супчик из инквизитора.

— А ну цыц! — огрызнулась ведьма. — Будешь следить за ним, чтобы не утонул на радость врагам и не устроил потоп.

— Это твой мужик! — зашипел кошак. — Сама за ним следи.

— Я не буду сидеть в ванной с голым мужиком!

— А ты к нему не залазь, — предложил фамильяр. — Просто рядом постой. Зачем сразу в ванну лезть.

— А вас не смущает, что я как бы тоже здесь? — аккуратно поинтересовался Кристофер.

— Нет, — отмахнулась ведьма.

— Конечно, что она там не видела, — промурчал Бальтазар и ловко увернулся от полотенца.

— Ты посмотри на него! — полыхала праведным гневом ведьма. — Совсем от рук отбился!

— А ты его воспитываешь? — удивился мужчина.

— Да тут уже поздно, — показательно вздохнула Лия. — Разберёшься, что к чему? Бальтазар поможет, если понадобится.

— Думаю, справлюсь. Не волнуйся.

Лия кивнула и прикрыла за собой дверь. Тайник под кроватью, где лежала одежда Кристофера, никто не заметил ни во время первого обыска, ни во второй раз. Именно в нём прежде хранились дневники бабки — кладезь знаний о свойствах трав и всякой запрещёнке. Лия его нашла лишь потому, что тот отозвался на её колдовство, и потом полдня пыталась понять, как открыть тайник так, чтобы не пришлось тратиться на ремонт пола.

Сейчас она понимала, что мысль припрятать мужские вещи была вложена в её голову не иначе, как Пресветлой. Если бы во время обыска кто-то нашел барахло инквизитора, то у них были бы проблемы… Лия прихватила вещи и пошла в ванную.

— Белья на тебя у меня нет, — она распахнула дверь. — Но вещи твои…

Слова застряли в горле. Как-то она не ожидала, что мужчина успеет так быстро раздеться… Он резко обернулся, заметно смутившись. Тут же понял, что это была плохая идея, и отвернулся, вновь демонстрируя ей вид сзади. Впрочем, тоже неплохой.

— Может, всё же вместе помоетесь? — ехидно предложил Бальтазар. Вот уж кто наслаждался ситуацией.

— Да иди ты знаешь куда! — рявкнула Лия, бросив в кота ворох мужской одежды и хлопнула дверью.

Рассвирепевшая ведьма метнулась в лавку, меряя её шагами, как мантикора клетку. Это ж надо было так вляпаться! И не докажешь ведь, что это вышло случайно. Ещё и Бальтазар с его пошлыми шуточками. Управы на него нет. Жаль, что фамильяра нельзя кастрировать, как обычного кота.

Жить под одной крышей с Кристофером становилось сложно. Ещё и красивый, гадёныш! С лица малость спал из-за проклятия, но всё остальное при нём. И плечи, и кубики пресса, и подтянутые ягодицы… Лия оторопело замерла, поймав себя на развратной мысли. К щекам тут же прилила кровь. Да что же это с ней творится?! Успокоительный чай совсем не помогал.