Глава 17. Тимьян

Проклятий существовало великое множество. Не все из них были чем-то ужасным, хотя мало кто обрадуется внезапному облысению, поносу или прыщам на ягодицах. Наложение таких проклятия относили к хулиганству. Чаще всего подобным баловались юные ведьмочки.

Были вещи и пострашнее: например, проклятие, в классификации именуемое «Крадник» уводило финансовый поток от проклятого к проклявшему. У него было несколько форм. Если немного модифицировать печать, то украсть можно было не только деньги, но ещё красоту или здоровье. Проклятиями можно было лишить возможности иметь детей или отвернуть удачу. За такие вещи инквизиция по головке не погладит.

Был отдельный раздел со смертельными проклятиями. Их проходили только на углубленном курсе те, кто собирался сделать проклятия своей специальностью. Многие корнями уходили в шаманские практики. За любое из них можно было отправиться если не на виселицу, то на каторгу точно.

Проклятий Лия знала много. Запрещённые — лишь в теории. Что-то мелкое, но пакостное порой использовала в годы обучения в академии. Раньше она мечтала о том, что свяжет с этим разделом ведьмовства жизнь. Будет мастерить обереги, снимать проклятия и жить припеваючи. Мечты, мечты…

Одно необдуманное решение, порыв отчаяния, она прокляла не того человека, и куда её это привело? Лия сидела на холодном полу и чертила осколком на руке печать проклятия. «Кукловод» — пусть и не было смертельным, но тоже относилось к запрещённым. Прошло не так много времени с тех пор, как она чертила эту печать на полу в лавке. Особой необходимости в подобном не было, но уж очень хотелось проверить свои навыки и способности. Да и за подчинение крыс её в худшем случае просто оштрафовали бы. Да, «Кукловод» не убивал напрямую, но подчинял волю жертвы. Проклятого можно было заставить выполнить всё, что угодно. Переписать имущество, убить кого-то или убиться самому. Можно было подчинить животное и натравить его на кого-либо. Той ночью Лия приказала крысам, тараканам, паукам и прочим гадам, которые завелись в пустующем доме, уйти в канализацию и не показываться людям на глаза. Сейчас она восстановила энергетические связи и дала простой приказ.

— Ко мне!

Какое-то время ничего не происходило. Даже крыса притихла. Можно было подумать, что не сработало, но ведьма чувствовала, как печать тянет из неё остатки сил. В какой-то миг показалось, что это было плохой идеей, и она сейчас останется совсем пустой. А потом в воздуховоде зашуршало, заскрипело и запищало. Лия искренне радовалась, что ничего не видно. Смотреть, как вываливаются в тесную камеру крысы, мыши и Темнейший знает, кто ещё, она была не готова.

— Перегрызите верёвки, — скомандовала ведьма.

Ощущение, как по тебе карабкаются десятки крыс, было отвратительным. Вроде сами по себе грызуны не такие уж и страшные. В качестве домашних питомцев они даже милые. Только одно дело чистенькая мышка, которая живёт в клетке и привычная к людям, и совсем другое — крыса из канализации, которая может занести в свежие раны такой букет болячек, что целители только удивленно присвистнут.

Увы, других помощников у Лии не было и не предвиделось. Бальтазар не сможет найти её достаточно быстро, а кроме как на фамильяра ей и понадеяться не на кого. Кристофер едва встал на ноги и не вернул себе магию, он не станет лезть на рожон ради малознакомой ведьмы. С Аргусом они расстались не лучшим образом, а больше никого в Оверидже она и не знает толком. Покупатели точно не побегут её спасать.

Крысы цеплялись за рукава, пищали и грызли верёвку. Коготки корябали кожу. Она чувствовала тепло маленьких тел и не знала, что испытывает по этому поводу. Это был какой-то ненормальный коктейль из брезгливости, облегчения и страха.

Верёвка поддалась на удивление быстро. Ведьма, придерживаясь за стену, поднялась на ноги. Голова кружилась. Колени словно кто-то ватой набил, и они подгибались при каждом шаге. Она истратила прорву энергии на борьбу с проклятием и призыв маленькой армии вредителей. Доковылять до двери стоило немалых усилий. Приходилось волочить ноги по полу, чтобы не раздавить никого из подчиненных.

Увы, дверь была заперта. Кому вообще пришло в голову запирать того, кто должен быть мёртв?! Она ощупывала шершавые доски, пытаясь понять, как закрывается дверь. К её огромной радости, это был замок, причём довольно простой.

— Кто из вас маленький, откройте замок, — приказала ведьма.

По руке скользнуло что-то мелкое. То ли паук, то ли таракан какой. Лия с трудом сдержала порыв вскрикнуть. Пока в замке шуршало и щёлкало, она проверяла содержимое карманов. Калеб оказался столь недальновиден, что не удосужился проверить, что у неё припрятано в юбке. При мысли о том, что не так давно обретённое богатство у неё отобрали, в груди всколыхнулась волна злобы. Никто не смеет так с ней обращаться! Ведьма аккуратно поправила рваное платье, чтобы ткань не смазала кровавую печать на груди. Уж она отыграется, только выберется для начала. Кое-кому следовало учиться, а не просто ходить в академию. Оставить ведьме столько крови…

Замок щёлкнул, и дверь бесшумно приоткрылась. Лия аккуратно выглянула. Снаружи была такая же темнота, как и в темнице. Радовало, что её никто не охраняет. Ведьма задумалась. Увы, среди подконтрольной живности не было ни одного светлячка или кого-то подобного. Сложные команды вроде «выведи безопасным путём» звери и насекомые не поймут. Для них безопасный путь — это норы.

Лия закрыла глаза, стараясь сосредоточиться на связи с фамильяром. Бальтазар был над ней — радовало, что он пытается прийти на помощь, но это не отвечало на вопрос, куда ей идти дальше. Стоять на месте смысла не было.

Справа появилось светлое пятно.

— Обратно в камеру, — скомандовала Лия и отступила, прикрыв за собой дверь, оставив маленькую щелку для наблюдения.

По ту сторону двери послышался шум шагов и приглушенные голоса. Пятно света становилось ярче, а потом начало удаляться.

— Гадство, — приглушенно выругалась Лия и открыла дверь, стараясь поспеть за незнакомыми мужчинами, идущими по какому-то коридору.

Ведьма, с трудом переставляя непослушные ноги и придерживаясь за стену, добрела до развилки и выглянула в коридор. Мужчины ушли не то чтобы далеко. Судя по оставленному шлейфу запахов, они были пьяны. Лия их не знала и точно не видела среди покупателей лавки. Возможно, это были посетители чёрного рынка или кто-то из торгашей. Главное, что они были обычными людьми.

— Эй! — окликнула мужчин ведьма, выходя из-за угла.

Те медленно обернулись. Она практически чувствовала кожей, как по ней скользят оценивающим взглядом.

— Ты потерялась, милочка? — один из мужчин двинулся к ней навстречу.

— Мне нужен твой фонарь. Одолжи, пожалуйста. Я верну.

Увы, денег, чтобы купить, у неё не осталось. Злоба в груди раскручивалась всё сильнее. Даже то, что её попытались убить, не вызывало столько негодование, сколько бессовестный грабёж. Ох и задаст она Калебу, как только выберется и восстановится. Краем сознания Лия перебирала в уме известные ей проклятия в поисках подходящей кары для бывшего.

— Ты что, малышка?! Разве я похож на жреца Пресветлой? Я за просто так ценностями не разбрасываюсь.

Лия скривилась. Как будто покрытый копотью масляный фонарь такая уж большая ценность. Да на любом базаре такой можно купить за гроши. Ещё и масла в довесок дадут.

— Я же вежливо попросила, — она устало облокотилась на стену. Ноги едва держали. Не хватало ещё потерять сознание. Вряд ли эти двое будут бережно обращаться с её бессознательным телом. — Зря не согласился. Ату!

Из-за угла хлынуло её маленькое войско. Лишь в тусклом свете фонаря до ведьмы дошло, какая прорва тварей у неё под контролем. Подчиненные буквально облепили несчастного. Крик эхом прокатился по коридору. Мужчина орал так, будто его режут, махал руками, пытался стряхнуть с себя грызунов и насекомых. Фонарь упал на пол и разбился. Масло растеклось огненным пятном, и в трепещущих отсветах огня картина стала только страшнее. Второй мужчина потрясенно замер, с ужасом смотря на происходящее.

— Ко мне, — скомандовала ведьма.

Крысы, мыши, многоножки, тараканы, пауки, даже моль — пусть её войско не было большим, но трепет и ужас могло внушить любому.

Искусанный, взлохмаченный мужчина отползал к стене, тихонько скуля. Одежду ему попортили изрядно. Царапины и следы укусов подлечат целители, а вот кошмары ему явно были обеспечены. Лия перевела взгляд на второго. Страх в его глазах перерос в ужас.

— Подари мне свой фонарь, пожалуйста.

Это было похоже на какой-то бред. Существо, которое обычно выглядело как кот, то металось по двору, воя от горя, то бросалось рыть землю, вышвыривая из ямы огромные валуны, словно они ничего не весили. Аргус отчаянно искал решение. Стоять на месте было невыносимо.

Очевидно, что Лия не послушала его совета и влезла в какие-то неприятности. Хуже того, она нашла путь в катакомбы под городом. Аргус жил в Оверидже с рождения и слышал про то, что под городом есть ещё один город. Вот только подземная сеть переходов и туннелей служила убежищем далеко не самым законопослушным гражданам. Что могло понадобиться там ведьме? Во что она влезла?!

Аргус бросил недовольный взгляд на мага. Тот расхаживал из стороны в сторону. От полуобнаженного тела поднимался пар — пиромант. Жаль, что огонь, а не земля. Не было бы проблем прокопать туннель вниз. Куда он вообще смотрел и как проморгал девушку? Ладони сжались в кулаки до боли.

Он внимательно осматривал погруженный во мрак двор. Ничего не напоминало спуск в подземелья. Хотя каким нужно быть идиотом, чтобы повесить над входом в катакомбы табличку?! А те, кто промышлял на тёмной стороне, идиотами как правило не были.

— Почему она в катакомбах? — Аргус шагнул навстречу магу. Его хотелось удавить, но сейчас нельзя было пренебрегать помощью. Он ведь шел мириться, а не сражаться — меч остался дома. Прихваченный с собой букетик цветов увядает на крыльце…

— Мне почём знать?! Она сказала «по делам», — огрызнулся в ответ пиромант. — Есть какой-то спуск вниз?

— Должен быть и не один. Но я не сотрудничаю с теневой стороной.

— Фамильяр чувствует, что она под нами, но как-то же она туда попала? Глубоко эти катакомбы?

— Я не знаю, но колодец там уже метров пять, — Аргус покачал головой.

— И удостоверение я, как назло, оставил в спальне…

Желание раскроить магу череп только крепло.

— Лия! — фамильяр выскочил из ямы и, уткнувшись в землю носом, словно охотничий пёс, побрёл куда-то.

— Она жива и движется, — оживился пиромант.

— Или её переносят, — Аргус двинулся следом за Бальтазаром.

Разум с холодным расчётом прикидывал, кто может быть врагом или, что более вероятно, врагами. Контрабандисты? Торговцы наркотиками? И тех и других в Оверидже хватало. Как Лию вообще угораздило связаться с преступниками? И почему ей не сидится на месте?! Осталась бы дома, перебирала травы, пила чай и делала то, что делают нормальные ведьмы. Аргус не особо разбирался в премудростях колдовства. Во время войны с орками ему доводилось сталкиваться с колдунами и ведьмами, и опыт этот повторять не хотелось.

Фамильяр покинул двор и упёрся мордой в забор. Какое-то время он стоял, озираясь по сторонам, а затем забрёл в соседний двор. Сквозь шум ветра пробивались крики и характерные для попойки звуки. Аргус нахмурился и двинулся к кособокому сараю, в котором кто-то активно отдыхал. Пусть и крошечный, но это был шанс. Он размеренно постучал. На несколько мгновений голоса затихли, а потом, не удосужившись спросить «кто там», дверь распахнули.

Перед ним стоял мужчина с характерной для преступников внешностью: здоровый, раза в полтора крупнее самого Аргуса. Многократно ломаный нос, тяжелая челюсть, левый глаз пересекала полоска шрама. Такого ночью на безлюдной улице встретишь — и можно прощаться со всем ценным, а, вполне может быть, и с жизнью. И куда смотрит стража? Как таких вообще в город пускают?!

— Тебе чего? — рыкнул бандит.

— Мне вниз надо. Где вход? — Аргус попытался как можно незаметнее оценить обстановку за спиной громилы.

— А по морде? — дружелюбием собеседник не отличался.

Удар кулаком в челюсть был резким, как вспышка молнии. Зубы клацнули друг о друга. Здоровяк охнул и, покачнувшись, рухнул на пол.

— По морде у меня всегда с собой, — ровно ответил Аргус, осматривая нехитрую обстановку и трёх оставшихся бандитов. Судя по всему, он нагрянул в разгар карточного поединка. — Повторю вопрос: как мне попасть в нижний город?

Темнейший наделял своих последователей разными качествами, храбрости среди которых не было. Громила-привратник был самым рослым и сильным среди них. Оставшаяся троица не выглядела опасной. Эти, скорее всего, промышляли воровством и карманничеством. Слабые и трусливые, вызывающие скорее чувство брезгливости, нежели страха. Самый щуплый из бандитов засуетился, отодвигая в сторону протёртый, видавший лучшие дни коврик. На первый взгляд, пол был самый обычный, но ловкие пальцы что-то надавили, и доски с тихим скрипом отодвинулись, открывая спуск вниз.

— Ну и дела, — донеслось в спину. — А говорил, что не знаешь. Бальтазар, хватит копать, идём за Лией!

Аргус обернулся. Маг, ничуть не смутившись, прошел мимо него и первым полез вниз. В помещение вошел, будто втянулся, фамильяр. Огромное, полупрозрачное фиолетовое тело искривлялось, позволяя чудищу протиснуться через дверной проём. Кто-то из бандитов испуганно икнул. Кот тем временем стал нормальным и, не глядя, прыгнул в дыру.

— Когда вернёмся, откроешь. И никому про увиденное не рассказывать. Всё ясно? — сурово спросил Аргус. Троица интенсивно закивала.

Верить им на слово было бы большой глупостью, но не убивать же их. Аргус не хотел отнимать жизнь. Больше никогда…

— Ты же нашего атамана завалил… — донеслось вслед.

— Живой он. Скоро прочухается.

— А будешь нашим атаманом?

Аргус сурово посмотрел в ответ. Предложение нелепей представить было сложно.

Он ожидал, что будет сыро и грязно, но, на удивление, было сухо. Больше ничего разобрать не получалось из-за темноты.

— Ты хоть огонь зажги, — внёс он разумное предложение.

— Я пытаюсь, — прохрипел маг. — Магия не восстановилась толком.

— Я тебя с собой взял, потому что думал, что от тебя будет хоть какая-то польза.

— Что?! — возмутился магический бездарь. — Это я тебя с собой взял! — с его пальцев слетали искры, но на большее рассчитывать, увы, не приходилось.

— Молчать, — рыкнул фамильяр, снова становясь огромным. — Это я вас взял. Скорее, Лие нужна помощь.

В тусклом лиловом свете проступили очертания каменных стен и коридора. Бальтазар, не сомневаясь, побежал в левое ответвление туннеля. Они двинулись следом, стараясь не отставать, чтобы не затеряться в темноте.

Лия нашлась быстро. Она брела куда-то в окружении стаи крыс, мышей и какой-то ползучей гадости. Бальтазар уменьшился, бросаясь ей на грудь комом чёрной шерсти. Чудом не разбился масляный фонарь, который она держала в руке.

— Как ты? — Аргус бросился на подмогу прямиком в мешанину из мерзких тварей, практически отрывая от неё рыдающего кота.

— А? — девушка бессмысленно смотрела на него. Выглядела Лия ужасно. Лохматая, влажные волосы слиплись и висели сосульками, губа рассечена, на скуле наливался кровью синяк. Платье разорвано на груди и вымазано кровью. Страшно было подумать, что с ней могли сотворить. Аргус аккуратно разжал тонкие пальцы, забирая у неё фонарь. К его неудовольствию, на запястьях и ладонях тоже были раны, пусть и не опасные для жизни.

— Держи. Будешь освещать дорогу, а я понесу её.

Маг, на удивление, спорить не стал. Пробежка явно отняла у него немало сил. Лия хоть и не была дородной, но всё же идти с ней на руках долгое время будет непросто.

— Лия, — пиромант замер возле них, аккуратно прикасаясь к руке девушки. — Лия, отпусти их, слышишь меня? Отпусти марионеток. Ты в безопасности. Они тебе не нужны больше. Не трать зря силы. Отпусти марионеток, ну же.

— Свободны, — прошептала ведьма.

Грызуны и насекомые замерли на мгновение, а потом принялись разбегаться кто куда.

— Ты этого не видел, — маг серьёзно на него посмотрел. — Это запрещенное колдовство.

— Понял, — объяснять что-то ещё ему было не нужно. До чего же проблемная женщина поселилась по соседству…

Они даже не успели дойти до лестницы, а Лия уже спала. Бальтазар сказал, что с ней всё в относительном порядке — истратила много сил на колдовство и нужно время на отдых. Подниматься с бессознательной девушкой на плече было неудобно, но что поделать.

Непогода разгулялась не на шутку, хотя это был им только на руку — никаких незапланированных встреч не случилось. Они почти бегом добрались до дома. Аргус с некоторым внутренним недовольством передал Лию пироманту, чтобы открыть дверь.

— Уверен? — маг смотрел на него с нескрываемым подозрением.

— Я не знаю, во что вы оба влезли, но ей безопаснее будет у меня. Те, кто ей навредил, могут вломиться к ней в дом, а ты, как выяснилось, бесполезен.

Пиромант зло смотрел в ответ, плотно сжав челюсти, но смолчал. Не дурак. Знает, когда не следует провоцировать драку.

— Ты тоже проходи, не бросать же тебя полуголого ночью на улице, — Аргус махнул рукой, пропуская мужчину с драгоценной ношей внутрь. Фамильяр скользнул следом, — На второй этаж сразу поднимайтесь.

Он быстро растопил ещё не остывшую печь и поставил кипятиться воду. На подоконнике в кадке рос тимьян. Его же частенько называли чабрецом. Ароматный кустик был любимцем Аргуса. Листочки прекрасно дополняли чайный купаж, а ещё он любил положить веточку сверху на рыбу при запекании. Но не только за вкус и аромат пекарь любил тимьян. Были годы, когда руки его были покрыты не мукой, а кровью. Врагов, друзей, его собственной… Настоем тимьяна он и его товарищи промывали раны, чтобы те не воспалились. Аромат этой травы плотно укоренился в его сознании, ассоциируясь не только с чашкой чая и уютными вечерами у камина, но и с войной.

Это только кажется, что перед ним возникла неподъемная проблема. Аргус сталкивался и не с таким. Пока руки готовили перевязочные материалы и настой, разум разбивал проблему на небольшие задачи. Первостепенно обработать раны Лии, потом разобраться в причинах случившегося. Дальше по обстоятельствам. Либо разобраться с причинами, либо вывезти Лию из города. Оба варианта Аргусу одинаково не нравились, но неугомонную ведьму нельзя было оставлять без присмотра. Мысли метнулись наверх, в спальню, где в шкафу лежал клинок. Он не хотел, чтобы до этого дошло.

Аргус размеренно поднимался, держа в руках поднос с медикаментами. Наверху было тихо. Где-то на улице громыхала разгулявшаяся гроза, но в доме было спокойно. Маг возился около камина, пытаясь разжечь огонь. Явно не привык пользоваться спичками. В груди шевельнулось ощущение неясного злорадства, и Аргус отвернулся, старательно игнорируя потуги гостя. Лия лежала на диване. В обрамлении чёрных кудрей кожа её лица выглядела пугающе бледной. На груди ведьмы разлёгся котяра.

— Слезь, — скомандовал Аргус.

— Она так быстрее восстановится, — подал голос маг.

— Она так быстрее задохнётся, — парировал Аргус. — Толстый, если так надо лежать — лежи рядом.

— Я не толстый! — возмутился фамильяр, но всё же перебрался девушке под бок. — Я пушистый.

Он сел рядом с диваном, аккуратно вытирая кровь. Запястьям и ладоням досталось изрядно, а вот какую-то колдовскую печать Лия явно нацарапала сама, чудом не порезав вены. Под бледной кожей сеточка синих линий проступала особенно чётко. Синяк на лице вызывал у Аргуса желание найти того, кто это сделал, и вырвать ему руки. Остальная кровь на лбу и груди стёрлась легко, оставив после себя гладкую бледную кожу.

— Я, как мог, проверил её состояние, - пиромант остановился. - Сил пока не много, да и я не целитель, чтобы провести нормальный осмотр…

— Думаю, к лекарям обращаться нежелательно. Это вызовет лишние вопросы.

— К тому же они обязаны будут сообщить в городскую стражу, — маг кивнул.

— С Лией всё будет хорошо, — сонно пробормотал кот. — Она потратила много сил, но быстро придет в норму.

— Ты знаешь, кто с ней это сделал? — спросил Аргус, скрывая под повязками истерзанную кожу запястий. У неё такие нежные, изящные руки, как можно было сотворить нечто настолько жестокое?!

— Нет, — зелёные глаза фамильяра едва заметно мерцали. — Я знаю только то, что её прокляли. Смертельным проклятием.

— Да наш проклятийник пошел в разнос, — присвистнул за спиной пиромант. — Надеюсь, Лия успела его рассмотреть. Очень интересно, кто же эта наглая ведьма, которая разбрасывается запрещёнными проклятиями. Два покушения на убийство, а там и ещё что-то всплывёт, я уверен. Каторгой она не отделается.

— Лию нужно увезти в безопасное место, — сказал, как отрезал, Аргус. — В Оверидже ей оставаться нельзя. У меня есть пара приятелей со службы, которые согласятся спрятать её у себя.

— Наивный, — маг покачал головой. — Ты, похоже, её совсем не знаешь.

— Лия не согласится, — поддержал фамильяр пироманта.

Грохот на улице стал громче, и было в этом звуке что-то странное, не похожее на природу. Маг тоже замер, вслушиваясь, а потом сделал шаг к окну.

— Нет, — остановил его Аргус. — Не отсюда. Идём.

Они спустились на первый этаж. В пекарне было темно и тихо — помощников он уже давно отпустил по домам.

— Иди чётко за мной. Не переверни ничего, — скомандовал Аргус. Маг послушно шагал позади и даже не спорил.

В лавке было темно и особенно сильно пахло свежим хлебом. Вот вроде пекут в соседней комнате, а запах сильнее здесь. В окна стучал дождь. Через стекло и витую решетку улица просматривалась великолепно, а они при этом оставались в тени.

Во мраке ночи экипаж городской стражи выглядел как пятно черноты. Грохот, который привлёк их внимание, оказался звуками очередного обыска лавки пряностей. Во что бы не влезла Лия, она успела нажить себе влиятельных врагов…