Глава 34: Грегор
Последним воспоминанием Грегора Шора перед полным погружением в блаженное небытие было то, как он с трудом шепчет кому-то из команды “Пламени”, кем являются прибывшие с ним женщины.
Затем мужчину резко накрыло слабостью из-за недавнего вынужденного выброса силы тира.
А дальше тирианец просто бесконечно долго болтался в энергетически заряженной темноте, лишь иногда начиная чувствовать свое тело и благодаря просыпающемуся симбиоту видеть разрозненные картинки прошлого и настоящего или слышать какие-то разговоры, которые велись прямо сейчас в непосредственной близости от регенера, в который экипаж "Пламени" его погрузил.
Сознание медленно и лениво возвращалось к тирианцу, заставляя размышлять обо всем, что его тревожило.
К его огромному удивлению и облегчению, Грегор в своем плавающем в полубреду сознании почти не думал о своей пока еще супруге Урле.
Даже ее образ потускнел в его памяти, уходя куда-то на дальний план.
Если еще до плена ситуация с женой беспокоила тирианца, злила его, причиняла боль и страдания, которые его характер и выдержка просто не позволяли хоть как-то демонстрировать посторонним, то сейчас вопрос с Урлой должен был закончиться, по его мнению, единственным возможным решением: “Прибуду в Тирию, отправлюсь в Тирос и разорву эту гребаную связь!”.
Все теплые чувства нигана Шора, не вытравленные даже предательством супруги, все надежды на то, что их брак еще имеет хоть крошечный шанс на реабилитацию, исчезли окончательно, оставив после себя острую горечь и едкий, сводящий с ума стыд.
Как мог он быть настолько слеп в желании обрести семью с первой подходящей ему женщиной, невзирая на то, какими разными разумными он и Урла были на самом деле?
Как глупо игнорировал интуицию, идя на поводу у энергетической совместимости?
Как смог отдать в руки такой женщины, как нея Тамри (или Сорен?), власть над обеими половинами своей сущности?
Где был его разум в тот момент?
Где-где... в том самом месте, где мозга точно поблизости не было!
Вместо образа жены, пока он методично перелистывал все крошечные детали его недавних, пропитанных болью и иными неприятными моментами воспоминаний, в сознании Грегора снова и снова возникало совершенно иное изображение.
Образ женщины, на которую он реагировал очень странно и нетипично.
Той, которую его мужская половина посчитала привлекательной, если отбросить неопровержимый факт ее принадлежности к леям, женщинам, не предназначенным для мужчин его системы.
При физическом соприкосновении с которой его энергетическая половина, вялая и неповоротливая, прошибала нигана Шора током, активируя его тирлинии, в противовес любой логике и прочим разумным объяснениям этого явления.
Грегора беспокоили подобные реакции.
Его волновала природа загадочного поведения своего симбиота.
В какой-то момент, пока тело тирианца еще пребывало в восстанавливающем сне, его тир окончательно пришел в себя и несколько отделился от носителя, проецируя в разум Грегора картинки окружающей обстановки.
Впоследствии оказалось, что симбиот потянулся за чем-то знакомым и интересным для него, ведь Грегор уловил тот самый голос, который услышал еще в плену, когда был отравлен моргианскими препаратами.
Голос, который, как он теперь подозревал, как путеводная звезда вывел его из морока и беспамятства.
Как наяву Грегор видел, как лея из галактики Млечного пути стоит у капсулы с его бессознательным телом.
Она смотрит точно на него, а ее взгляд полон сожаления и тоски. ТАК на нигана Шора за все его почти пятьдесят циклов жизни никто никогда, наверное, не смотрел.
Тирианец видел, как стоя́щий тут же док Леви (Грегор узнал пожилого мужчину, бывшего военного медика, с которым как-то сталкивался по долгу службы) что-то выговаривает лее Лайле, а та украдкой гладит кончиками пальцев прозрачный пластик регенерационной капсулы.
Она мотает головой, вздыхает, обеспокоенная чем-то, ве́домым только ей.
“Этис” уловил слух Грегора (точнее, восприятие его симбиота) знакомое имя.
А этот тут при чем, если она смотрит при этом только на Грегора?
Мужчина мысленно поморщился, хотя его физическое тело наверняка осталось без движения.
Этис Нор...
Да, после взрыва корабля пиратов, когда их челнок поймал сигнал о присутствии тирианского судна поблизости, ниган Шор действительно был рад наличию рядом любого своего однопланетника, пришедшего на выручку.
Однако в отличие от своего отца, сам Грегор не был уверен в невиновности бывшего нигана Нора.
Он просто не мог представить, что кто-то специально будет оговаривать Этиса, а затем бездоказательно наказывать за случившееся во время торговой миссии в Икелан преступление одним из самых жестоких способов, который, по мнению тирианца, был еще хуже казни, хоть и сохранял некое подобие жизни.
Пусть к текущему моменту бывший ниган уже закончил свою ссылку на резервную планету, раз смог присоединиться к этой спасательной миссии явно по просьбе Нивера Шора, под началом которого когда-то служил.
Но Грегора очень беспокоило то, что этот преступник, обвиненный в принуждении икеланской женщины не-неи к близости присутствует в закрытом пространстве с двумя беззащитными женщинами, которых сам Грегор сюда же и притащил!
Нет, только не лея Лайла!
Не та, благодаря которой в том числе ниган Шор все еще жив и даже свободен!
Противоречивые чувства и ощущения разрывали Грегора на части.
Силы его симбиота, невероятным скачком восстановленные до нормы за поразительно короткий срок, грозили в любой момент бесконтрольно прорваться в окружающее пространство.
Грегор анализировал свое поведение во время плена.
Оценивал свое отношение к женщине из другой галактики, к которой по всем канонам должен был быть равнодушен энергетически, что бы там он-мужчина не испытывал и не желал.
В то же время его задевало, что именно благодаря Лайле они выбрались с корабля пиратов, а он смог выбраться из-под воздействия моргианской отравы и обеспечить их дальнейший беспрепятственный побег.
Она не должна была видеть его таким... слабым, никчемным, страдающим, лишенным своих способностей и с трудом соображающим.
Данное обстоятельство расстраивало и злило, и ниган Шор зачем-то концентрировался именно на всех возможных негативных чувствах касающихся этого, чтобы прекратить странную, все возрастающую и крепнувшую тягу по отношению к лее, которая ни ему, ни этой женщине ничего хорошего не принесет.
Уже не принесла.
И опять же, зачем-то сразу после пробуждения, приведения себя в порядок и общения с доком Леви, Грегор потребовал пригласить к себе Этиса Нора.
И вместо положенных формальных благодарностей приказывал Нору держаться от леи Лайлы подальше, если тот хочет получить причитающееся ему вознаграждение.
— Почему? — удивленно приподнял тогда брови светловолосый тирианец, услышав рык Грегора и наверняка видя метания его мужской половины.
— Она не для тебя! — выдал ниган Шор.
— А для кого тогда? — заинтересовался Этис. "Ну не для тебя же!" — будто красноречиво говорил его взгляд, а капитан флагера вслух продолжал:
— Она лея. А я... Вы знаете мою ситуацию, ниган Шор. Что ждет госпожу Лайлу в Тирии, раз уж так сложилось, и она попала на флагер вместе с вами и другой служащей, оказавшейся в отличие от нее, по счастью, неей? Думаю, старший ниган Шор, как и обещал, поможет мне устроиться на Воксе, где Лайла тоже сможет найти свой дом. Вам сто́ит беспокоиться о вашей супруге и постараться вернуть себе внутренний контроль, которого, как я вижу, вы лишились из-за проблем с симбиотом.
Этот разговор капитана Нора даже, кажется, несколько забавлял.
Что вызывало у Грегора иррациональное бешенство.
Как и упоминание ненавистной теперь Урлы.
Как и правдивость услышанных слов.
Он не узнавал и не понимал себя совершенно.
Гребанный рассинхрон с тиром! Гребаные энергии! Гребаный Этис, который выглядит гораздо лучше и жизнерадостнее, чем полноценный тирианец Грегор Шор.
Нашел чему радоваться!
Нашел, да, действительно нашел.
Ведь не имея полноценного тира сможет быть с леей не временно, а гораздо дольше. Всегда. Касаться ее, видеть, брать за руку, обнимать...
Нет, только не он! А кто тогда? Кто?
"...другой служащей, оказавшейся, по счастью, неей..."
Ах да. Грегор уже и позабыл про вторую пленницу по имени Энрика.
Тирианца с самого начала искренне заинтересовал тот факт, что “женщиной Тирии” стала представительница иной расы. Расстраивало и беспокоило то, что коллега Лайлы, в отличие от нее самой, его боится.
Но тир нигана Шора оставался к светловолосой и хрупкой землянке равнодушен, поэтому Грегор, как положено и правильно, защищал нею и относился к ней в соответствии с ее статусом.
Но затем, передав в руки своих однопланетников, совершенно перестал беспокоиться о ее судьбе.
Забыл! Он вообще начисто о ней забыл!
Но не о лее Лайле.
Но сейчас опомнился и пообещал себе попросить своих отцов и мать пристроить землянку Энрику в надежные руки. Она нея и в любом случае найдет свое место в Тирии.
— И какое вам дело до Лайлы? Вы должны быть благодарны ей за спасение, и не более того, не так ли? — продолжил задавать неприятные вопросы Этис Нор.
Нигана Шора еще сильнее накрыло.
Само понимание того, что именно слабая женщина иной расы вытащила и выходила его, сильного воина и бесстрашного мужчину, а не наоборот, подтачивало его эго и подрывало его уверенность в своей непобедимости.
Женщина не должна была через это проходить...
Она не должна была быть... такой... такой...
— Ты прав, мне нет до нее никакого дела! — вспышка симбиота чуть не скрутила Грегора пополам, вышибая из него дух.
“Лжешь. Ты лжешь! Ты видел, видел, КАК она на тебя смотрела. Я показывал тебе!” — рычал тир внутри него.
“Чего ты хочешь от меня? Что я могу?”
“Ты знаешь! Ты поймешь! Открой глаза! Включи голову! Сосредоточься, бесчувственный глупец!”.
— Но я буду следить за тобой. Причинишь ей вред — умрешь, — сжимая зубы продолжил Грегор.
— Этого не будет, ниган Шор. А сомневаетесь, спросите у леи Лайлы, как проходит ее полет. Женщину разместили в моей каюте Р-22. На случай если захотите ее проведать... — сквозь шум в ушах пробивался спокойный голос Этиса Нора.
— Может быть, и захочу, — тирианец вложил в ответ всю свою волю.
"Но не буду! Не буду! Зачем? Поблагодарить, ах да, нужно... Но..." — продолжил он мысленно.
Капитан “Пламени” ушел, а Грегор на некоторое время застыл у иллюминатора, пытаясь вернуть себе хладнокровие и понять, что за игры затеял его сошедший с ума и говорящий загадками тир.
Симбиоты оперируют энергиями, навевают чувства и эмоции. Их структура сложна, поведение, особенно при рассинхроне, непредсказуемо, а частица разума порой просто неспособна донести свои желания до носителей в правильном и понятном ключе.
Это выводило из себя и путало.
И запутало еще сильнее, когда симбиот выкинул очередной финт.
Спал тирианец плохо, а проснулся насквозь мокрым от пота, с болезненным колом в белье и бешено колотящимся сердцем.
Он приложил пальцы ко рту, который в его фантазиях только что жадно касался женских губ и груди. И эти же пальцы ласкали влажную девичью плоть, горячую и чувствительную к любому его движению.
На языке, как наяву, чувствовалась сладость и мягкость чужой кожи, ладони чесались от желания снова прикоснуться к податливому и послушному его рукам гибкому телу.
Изучить его. Довести до изнеможения, слушая стоны и приходя к собственной долгожданной кульминации.
“Что ты творишь со мной, гад?” — стонал Грегор, обращаясь к тиру и с остервенением хлопая непослушными пальцами по вискам.
“Я не нея... Не нея... Не твоя нея!” — эхом звучало в ушах.
Тирлинии по всему телу мужчины мучительно пульсировали, вызывая жар и лихорадку.
Неужели Урла опять пробовала разорвать с Тиросе их связь и передумала?
Нет, это нечто иное, потому что связь с женой с момента пробуждения на "Пламени" ощущается чем-то неживым и лишним.
Ненужным.
Мешающим Грегору понять что-то жизненно важное для него, что пытается донести психованный и нестабильный симбиот.
Да, это связано с тем, что происходит здесь и сейчас.
В его голове. Из-за его собственной энергии и желаний его мужского нутра.
Из-за...
Нет, так не бывает!
Тир спятил!
От просто играет со своим носителем, за что-то его наказывая!
Грегор вызвал дока Леви.
Тот прошелся по нему сканером и выявил энергетический всплеск, вызванный резким скачком сил симбиота.
— Я не опасен? — спрашивал тирианец, с жадностью глотая восстановитель, который медик ему выдал.
— Я верю приборам, но сам не чувствую совершенно ничего. Предупрежу команду на всякий случай. И наших гостий в том числе... — пожал плечами пожилой тирианец.
О, вселенная! За что Грегору это? Все теперь будут знать, что у нигана Грегора Шора энергетические проблемы. И гребаный Этис Нор тоже! И... она...
— Что вам снилось? — задал медик следующий вопрос, посматривая на нигана с подозрением.
— Всякая чушь, — отмахнулся тирианец.
Нереальная бессмыслица. Беспочвенная и надуманная.
Продукт больной фантазии свихнувшейся энергетической сущности, усиленный слишком долгим воздержанием.
“Лжец. Ты помнишь! Вот что ты должен чувствовать, когда нашел ее!”
“Не понимаю. Что ты делаешь? Зачем? Успокойся, энергетический засранец!”
“Нет!”
Виски снова опалило болью.
Симбиот обиделся и ушел в себя, оставив Грегора мучиться неизвестностью в полном одиночестве.
***
На следующие нескольких суток полета в Тирию Грегор заперся в каюте, которая с самого начала миссии по его спасению, как оказалось, пустовала в ожидании его вызволения из плена.
Хотя шансы на это возвращение действительно были очень малы, если бы экипаж "Пламени" действовал по своему изначальному плану, пытаясь прорваться к нигану Шору на выручку в лоб с боем или тайно и хитростью.
Тирианец понимал — все не сложилось бы так удачно, если можно вообще говорить об удаче при подобных обстоятельствах, без целого ряда совпадений, каждое из которых сыграло беглецам на руку.
Лайла, которая помогла Грегору прийти в себя, а потом сломала сковывающие его дуги.
Нея Энрика, страдающая от смертельно опасной для моргианцев болезни.
Традиция пиратов делить один питьевой контейнер на всех, что способствовало стремительному заражению и их в итоге и погубило.
Тот факт, что пленники решились на побег до взрыва, даже не зная об угрозе самоуничтожения моргианского фрегата, и успели покинуть судно вовремя.
Проснувшейся тир Грегора, сил которого хватило как раз на то, чтобы обезопасить челнок от взрывной волны.
Как после этого не начать верить в то, что все случайности неслучайны?
Об этом в том числе размышлял Грегор Шор, избавляя себя подобным образом от иных, более тревожных мыслей.
Мужчина дал себе время, чтобы вернуть обеим своим сущностям контроль, последние крохи которого он потратил на разговор с Лайлой в кают-компании.
Но к этому мы вернемся чуть позже.
А пока...
В боксах каюты нашлись даже вещи, наверняка отправленные на судно его родителями, предоставившими команде Этиса этот принадлежавший его семье флагер.
“Верили до последнего. Не теряли надежду!” — думал он с облегчением, примеряя на руку новый, найденный тут же коммуникатор.
Может, и хорошо, что старый аппарат оказался украден моргианцами и уничтожен.
Хранящиеся там данные все равно были зашифрованы и непригодны для использования во вред Тирии, а остальное...
Возможно, это к лучшему. Меньше привязок к старым воспоминаниям.
Плен заставил нигана Шора многое переосмыслить, в том числе свое желание служить родной системе в статусе нигана в дальнейшем, после того как Дайнагиат просто бросил его на погибель в угоду интригам Димира Тамри и закрыл глаза на преданную службу Грегора, пошатнув веру мужчины в непогрешимость тирианских властей.
“Уйду в отставку и осяду на Воксе. Куплю домик где-нибудь подальше от сектора Сорен. Буду заниматься выращиванием поши,” — подумал тирианец, с удивлением осознавая, что, раз такие несвойственные ему ранее мысли посещают голову, то он действительно очень, просто смертельно устал, готов оставить службу и начать более спокойную жизнь.
Риск уже не будоражил кровь и не вызывал эйфорию.
Честолюбивые амбиции не подогревали желание подняться по иерархической лестнице военного ведомства еще выше.
Боевые задания не казались настолько привлекательными, чтобы ради них бесконечно кочевать между планетами системы и ждать, что каждая следующая миссия может стать последней.
Когда первая буря его разрозненных эмоций улеглась и мозги немного прочистились, Грегор даже задумался о том, мог ли Этис Нор в действительности незаслуженно получить свое наказание, перейдя дорогу кому-то из “высших”, как это случилось с самим ниганом Шором по указке дайнагонов Тамри?
Грегора ведь по желанию семейства жены отправили на окраину системы, а потом не стали спасать официальными путями.
Что мешало тогда кому-то семь циклов назад оговорить нигана Нора, который мог видеть или слышать в Икелане что-то лишнее?
Да, в связи с интересом к Лайле Этис Нор страшно бесил тирианца и вызывал беспокойство своей испорченной репутацией, пока не будет доказано обратное, но если откинуть пристрастное отношение Грегора к нему, вопросов по истории бывшего нигана действительно возникало слишком много.
Нужно бы поговорить об этом с отцом. Тот верил в невиновность Этиса с самого начала.
***
Грегор по наитию залез в настройки новенького коммуникатора. Единственной цифровой записью в облаке памяти висело гало-видео, записанное через несколько суток после его попадания в лапы пиратов.
Мужчина чуть подрагивающими пальцами активировал воспроизведение. Перед его глазами появились проекции матери, отцов и младшего брата.
Внутренности болезненно сжались, а затем заполнились согревающим теплом.
Он любил свою семью, хотя никогда не признавался им в этом прямо, потому что не был склонен к подобным проявлениям чувств и не умел правильно и красиво о них говорить.
Сейчас ниган Шор очень жалел, что после встречи с Урлой и заключения с ней брачного союза проводил мало времени в доме отцов и матери и практически не интересовался жизнью брата. Не помнил даже, окончил ли тот свое обучение или нет, представляете?
Ведь они оказались единственными, кто безоговорочно верил в то, что нигана Шора еще можно спасти.
Не власти, которым он преданно служил...
Не супруга, которой Грегор до последнего оставался предан и верен, несмотря ни на что...
Только родные, принимающие его любым и не требующие ничего взамен.
“Грегор, сынок. Я всем сердцем верю, что ты обязательно увидишь эту запись,” — голос матери дрожал, а между ее бровей появилась глубокая скорбная морщинка. — “Знай, что несмотря на действия властей, мы с твоими отцами сделали все, чтобы вытащить тебя из этой беды. Папа Нивер от твоего имени подал прошение в семейный комитет Дайнагиата на расследование действий твоей супруги. Знаю, ты можешь обидеться за нас на эту вольность, но мы не можем больше молча наблюдать за тем, как этот брак тебя уничтожает. Возможно, не будь ты ослаблен из-за попыток разрыва связи, не попался бы в ту ловушку...”.
“Ждем тебя дома, сын. Да помогут тебе энергии Тирии,” — это уже отцы постарались быть сдержанными, но папа Хариг, более мягкий, чем биологический отец Грегора, Нивер Шор, все равно утер глаза кончиками пальцев.
“Возвращайся, брат!” — улыбнулся Тони, младший братишка Грегора, выбравший стезю терра-геолога, а не нигана.
“Я вернулся. Мы скоро встретимся,” — прошептал ниган Шор, приложив ладони к груди и пытаясь успокоить не на шутку разгулявшееся сердце.
Все события последнего времени что-то надломили и перевернули в Грегоре. Заставили его проживать любое свое чувство, как плохое, так и хорошее, острее и ярче. Сделали похожим на живого разумного, а не военную машину с бесстрастной маской на лице.
Даже тир нарушил молчание и добавил свое “Родные... Любят... Ждут...”, к этому и так подорвавшему хваленую выдержку тирианца моменту.
Хотя о какой выдержке может идти речь, если все это время Грегор пребывает в раздрае и буквально балансирует на грани, судорожно пытаясь хотя бы со стороны казаться вменяемым.
Гася гало-запись, мужчина обхватив запястье с коммуникатором ладонью другой руки, прикрыл глаза и устало опустил плечи.
Как же сложно было держать себя в руках, заталкивая подальше любые ненужные мысли и эмоции в сторону леи Лайлы, и сделать так, чтобы она больше не посмотрела на него тем полным тоски и скрытой надежды взглядом, как смотрела тогда, у его капсулы.
Как велико было искушение сделать все по-другому. Взять ее за руку и проверить, действительно ли тир так необычно и странно на нее реагирует теперь, когда фукционирует в полную силу, пусть и пребывая с Грегором в рассинхроне.
Но так было правильно. Это единственный возможный выход из замкнутого круга, возникшего и по вине неожиданной реакции нигана Шора на Лайлу, и из-за его подозрений касательно ее симпатии к нему.
Он должен ее отпустить, как бы тяжело не далось подобное решение.
Должен... просто должен...
Семья Грегора поможет ей и Этису Нору где-нибудь осесть, и их пути в Тирии навсегда разойдутся.
Симбиот снова болезненно кольнул его виски.
“Не можешь нормально донести свои желания, просто заглохни!” — рыкнул на него Грегор, приняв решение, которое посчитал самым безопасным, пусть и жестоким и для него, и для женщины, чувственные сны с участием которой мучили мужчину с момента его пробуждения на флагере каждую долбаную ночь без перерыва.
***
Воспоминания накрыли снова, вызывая острый приступ какой-то звериной тоски и новую волну боли от психованного тира.
Во время разговора в кают-компании, куда Грегор даже не собирался, но все же, словно чувствуя что-то, пришел и столкнулся с леей Лайлой, мужчина направил все силы на то, чтобы казаться отстраненным и спокойным.
Холодным и вежливым.
Лишенным эмоций, сосредоточенным и уверенным в себе, каким, в общем-то, и был до недавних пор в своей прошлой жизни. До того, как потерял власть над своим симбиотом. До того, как в который раз за последнее время потерял контроль над своей жизнью.
Не сожалеть. Не говорить того, что на самом деле очень хотелось сказать. Не приближаться. Не смотреть лишний раз.
Как андроид. Как оживший мертвец. Как искаженная проекция себя нового. Настоящего.
Того, кем он становится, когда начинает... чувствовать.
Будто со стороны ниган Шор наблюдал, как, чеканя слова, сухо благодарит лею, говорит что-то про долг, про отца, намекает на то, что информацию по выбросу его силы, который лее довелось наблюдать, ей лучше оставить при себе.
Хорошо, что док вживил ему языковой передатчик, и теперь он мог общаться с Лайлой без проблем, не боясь того, что она неправильно его поймет или не так интерпретирует сказанное.
Гнев на свою слабость и беспомощность у пиратов в какой-то момент прорвался на поверхность, вынуждая Грегора быть еще строже, еще вежливее и холоднее. А предельной концентрации этот внутренний гнев достиг, когда вспомнился разговор с Этисом Нором, заставив мужчину сорваться и выплюнуть вопросы, которых он и задавать не планировал, понимая, что не хочет услышать ответы.
- Капитан Нор не показал мне разницы, да и вообще увидел во мне обычную женщину, в отличие от вас, "нормальных" тирианцев.
Ты права, девочка. Ты во всем права! Теперь Грегор это понимал и сожалел о том, что неправильно вел себя с ней там, на корабле пиратов. Уделял внимание нее Энрике, считая это правильным и соответствующим принятым в Тирии нормам, не осознавая, что в глазах леи Лайлы он опускает ее на ступень ниже другой женщины, хотя для нее этой разницы в их статусах просто не существует. Это знание пришло к нему неожиданно и резко. От этого внутри стало еще... паршивее, чем можно было даже себе представить.
Каких усилий стоило Грегору держать себя в руках после этих ночей, догадываясь, КОГО показывал ему тир.
Зачем симбиот творит это со своим компаньоном? Для чего? Какую цель его сущность преследует? Или это гребаный рассинхрон, смешавший желания его-мужчины и энергию его симбиота, трансформируя выбросы силы в... вот такое безобразие.
Вопросы...вопросы... И никаких разумных ответов найти никак не получается.
Ниган Шор знал, видел теперь ясно и четко, что лея Лайла относится к нему так же, как и тирианец относился бы к ней, будь она подходящей его силе женщиной.
Он это осознавал. Чуял. Улавливал.
"Почему я, милая? Как так? Я ничего не могу предложить тебе или дать взамен? Только свою физическую оболочку и то ненадолго.
Для таких, как ты, женщин-лей, никогда до этого не встречавших мужчин Тирии, эти наши особенности кажутся дикими, непонятными, неправильными и странными.
Ты не одна из нас и не знаешь, что нам невозможно выбрать партнера потому, что только мужская половина нашей сущности этого хочет.
А энергетическая... Та вообще просто сошла с ума и заигралась, подталкивая своего носителя к заранее обреченному на страдания финалу. К непоправимой ошибке.
Я могу дать тебе короткую связь, но нужна ли она тебе?
Такой, как ты, нет, не нужна.
И я тебе не нужен.
Будь ты неей, я бы не задумываясь..."
— В таком случае не препятствую искать защиты у того, за кого ты с такой страстью вступаешься, лея Лайла, — льются изо рта Грегора насквозь лживые слова.
Полный раздрай.
Он не доверяет Этису Нору, но сам подталкивает землянку к нему.
Потому что понимает, что тот хотя бы способен дать лее Лайле защиту и остаться с ней на долгий срок.
Иначе Грегор его просто уничтожит.
Мужчина, чеканя шаг, покидает кают-компанию, дожидается, когда створки за его спиной плавно сомкнутся, вздыхает и прислоняется затылком к холодному пластику стены.
— Да и катись к верданскому ящеру! — улавливает Грегор своим тонким слухом раздраженный голос оставшейся в отсеке, наверняка шокированной его поведением женщины, которую только что обидел, а может быть, в какой-то степени оскорбил.
“Видимо, верданский ящер — это какое-то очень неприятное создание,” - невесело хмыкает мужчина, тяжело отрываясь от стены и почти на автомате уходя обратно в свою каюту.
Пускай. Теперь лея точно поймет, что им не по пути.
И Грегор должен с этим смириться.
А его тир... его тир когда-нибудь очнется, вернется в норму и прекратит свои фокусы, потому что просто не может реагировать на женщину, у которой энергоисточника для связи с мужчиной Тирии нет и не будет.
***
— Отец! Как я рад тебя видеть! — Грегор жадно вглядывался в проекцию родителя, который, наплевав на свойственную ему обычно сдержанность, тепло улыбался старшему сыну в ответ, не пытаясь спрятать свои простые и искренние чувства.
Здесь было все: и радость встречи, и облегчение, и гордость, и волнение.
Нивер Шор всегда считал излишнее проявление эмоций признаком слабости, которую ниган ни в коем случае демонстрировать не должен. Правда, уйдя на заслуженный покой, отец несколько смягчился и все реже примерял на себя облик "правильного воина Тирии".
"Старею," — так объяснял ниган Шор-старший подобные перемены.
— Грегор! Сын! Жив! Дай посмотреть на тебя!
— Не на что там смотреть! Знаю, что все еще выгляжу довольно паршиво, — мрачно усмехнулся тирианец. Да, пусть его тело почти вернулось в былую форму, но зеркало в санитарном отсеке по-прежнему показывало унылую бледную рожу и лихорадочно горящие глаза.
— Ничего, прибудешь домой, мы быстро приведем тебя в порядок. Особенно если как можно скорее слетаем в Тирос и покончим с... — продолжил отец запальчиво, а потом остановился, следя за реакцией Грегора, и облегченно вздохнул, видя отсутствие любых возражений о разрыве его брачной связи с Урлой Тамри-Сорен.
— Как мама? Отец Хариг? Тони?
— Теперь все хорошо. Мы не теряли надежду и верили в то, что Этис с командой тебя вытащат.
Грегор оглянулся на присутствующего в аналитическом отсеке Этиса Нора.
Как только стала доступна связь с Тирией, бывший ниган сразу связался со своим нанимателем, рассказал все основные моменты удивительного спасения пленников с корабля пиратов и сообщил, что везет Грегора живым и невредимым домой, да еще и с довеском в лице двух прибывших вместе с ним женщин из другой Галактики.
— Да, “Пламя” успело вовремя. Я знаю, что команда была готова биться за меня до последнего, но этого, к счастью, не потребовалось, — отозвался ниган Шор, не принижая заслуг бывшего нигана и других членов экипажа. Всех их Грегор уже поблагодарил лично. Даже к нее Энрике заглянул, хоть женщина и не была настроена с ним на диалог, несмотря на отсутствие языкового барьера.
— Знаю, Этис мне обо всем сообщил. И о нее, и о лее, и о взрыве пиратского корабля, и о том, в каком состоянии ты попал на флагер... — удручённо качнул головой Нивер Шор.
— Нам повезло. Все сложилось в нашу пользу. А о том, что со мной было... Лучше об этом и вовсе не вспоминать...
— Как скажешь, — согласился Нивер Шор. — Ребята в любом случае получат причитающееся им вознаграждение. Этис, как и обещал тебе, я постараюсь решить твой вопрос как можно скорее.
— Вопрос? — бросил подозрительный взгляд на капитана флагера Грегор.
— С землей и домом, — пояснил его отец. — Срок ссылки Этиса за пределы Дии и Вокса вышел. Теперь он снова может жить на любой из наших планет и иметь там имущество. Вместо материального вознаграждения господин Нор попросил помочь обосноваться на Воксе.
— Мои счета разморожены, но служебного жилья на Дие я был лишен, так что попросил нигана Шора мне помочь, — дополнил господин Нор.
— Насколько я понял, Этис берет на себя заботу о лее из Содружества, потому что на наши власти надеяться не приходится. Лея не нея, — закивал ниган Шор-старший. Отец Грегора был энергичен и бодр. Новость о возвращении сына вернула ему силы и желание включиться во все требующие его решения и участия вопросы.
“Не нея...”
Видимо, на лице нигана Шора-младшего отразилась какая-то реакция на мысли о Лайле, хотя он и старался сделать вид, что услышанное его никак не тронуло.
Нивер Шор слишком пристально рассматривал сына, наклоняя голову вбок и хмурясь, однако никаких вопросов при Этисе решил Грегору не задавать, за что тот был родителю очень благодарен.
— Насчет неи мы тоже постараемся решить вопрос с властями. Мне пришлось отправить официальный запрос в Дайнагиат. Без их позволения, как вы понимаете, присутствие двух женщин из Содружества на территории Тирии невозможно.
— Касательно неи Энрики я бы не волновался. Она уже связала себя с Лисаном Ташем. Его тир ее выбрал, — подал голос Этис.
Грегор вопросительно приподнял брови. Он почему-то считал, что светловолосая нея не выберет первым супругом калечного пилота с биоником вместо ноги. Ведь ей наверняка уже рассказали об особенностях системы Тирия и огромном выборе свободных мужчин, которые могут стать ее мужьями в будущем.
После последнего их разговора уже на флагере Энрика показалась Грегору женщиной... с запросами, похожей чем-то по поведению и даже внешнему виду на некоторых ней Тирии.
И мужчина сейчас имел в виду не положительные качества.
Уединение последних дней позволило тирианцу проанализировать все произошедшее более объективно и трезво и выявить в поведении сослуживицы Лайлы множество не самых приятных особенностей, обнаруженных еще во время плена.
Он УСЛЫШАЛ Лайлу в кают-компании и действительно сравнивал женщин из Содружества не как лею и нею, а просто как двух представительниц одной расы, оказавшихся в одинаковых условиях. И сравнение это было совершенно не в пользу неи Энрики.
А еще Грегору почему-то показалось, что агрессия Лайлы по отношению к коллеге по экспедиции, истоков которой во время пребывания у пиратов тирианец не понимал, имеет серьёзные и логичные основания. Интересно было бы узнать, в чем кроется истинный мотив настолько негативного отношения землянки к себе подобной. Или даже их обоюдного не особо дружеского отношения друг к другу.
— Я тоже удивлен, — усмехнулся Этис, даже не скрывая скепсиса в своем голосе. — Но таков выбор неи. Видимо, на это у нее были свои причины после пережитого у пиратов. Женская сущность полна загадок, а ход их мыслей, из какой бы галактики родом они ни были, порой не поддается объяснениям.
— Тем и проще, — серьёзным тоном произнес Нивер Шор. — В любом случае обеих девочек нужно доставить на Дию и отвести в Дайнагиат. Там с ними пообщаются безопасники и представители военного ведомства. Их случай не первый в нашей истории. До них в Тирию уже попадали женщины из галактики Млечного пути циклов тридцать назад.
В глазах отца Грегора на короткий миг мелькнула тревожная тень.
Действительно, тирианец слышал когда-то от родителя эту историю. Нивер Шор и его друг Моис Лиер участвовали в спасении членов экипажа уничтоженного пиратами экспедиционного корабля, летящего в систему Икелан из Содружества.
В тот раз обе выжившие женщины оказались неями и нашли себе мужей среди спасших их ниганов еще до прибытия в Тирию. О дальнейшей судьбе тех ней Грегор ничего не знал или не помнил. Вроде бы с женой нигана Лиера случилась какая-то трагедия, а затем он сам погиб в какой-то миссии. А куда делась потом вторая женщина? Наверное, отец должен быть в курсе.
— Хочу побеседовать с девочкой-леей, — продолжил тем временем отец Грегора. — Выразить ей благодарность за помощь лично и пообещать поддержку от лица нашей семьи. Не так ли, сын?
— Да, — глухо отозвался тирианец, вспоминая, как он сам ”благодарил” лею Лайлу за помощь.
— Я сейчас приведу сюда Лайлу, — пообщал Этис. — Только Нивер, пожалуйста, можете не обращаться к госпоже Лайле “лея”. Она... — он посмотрел на Грегора. — Она негативно относится к подобному обращению, ощущая разницу между ней и неями. Нам этого не понять, но...
— Я понимаю. Веди, — отмахнулся отец нигана Шора, и когда капитан покинул отсек, впился задумчивым взглядом в сына. — А теперь выкладывай, что тебя тревожит. И не лги, что только плен тому виной. Опять игры твари Урлы с разрывом связи или что-то еще? Ты выглядишь так, что можно прямо сейчас отправлять на расщепление!
— Рассинхрон, — процедил Грегор сквозь зубы. — Пираты блокировали тира и накачивали меня препаратами. После этого с симбиотом началось... всякое...
— А с тобой?
— И со мной... — согласился тирианец.
— А при чем тут лея из Содружества? И не нужно делать такое лицо, будто не понимаешь, о чем я? Ты же с ней не...
— Нет! — рыкнул Грегор. — Она... не для этого, отец. Хотя я знаю, что физически мы совместимы. Я не стал бы...
— Хм... — почесал переносицу пожилой тирианец, а потом дверь в отсек за спиной нигана Шора зашелестела, раздались тихие шаги, а взгляд проекции Нивера сместился вбок.
Грегор не видел Лайлу, но почувствовал ее приближение.
Затем до его ноздрей донесся слабый травяной аромат, который мужчина ощущал каждый раз вблизи землянки.
Такой... знакомый и приятный, что тирианец подавил в себе навязчивое желание придвинуться к ней ближе и дышать-дышать-дышать...
— Я настроил переводчик в гало-приемнике, — раздался тихий голос Этиса где-то в дальней части отсека.
— Добрых суток, — поздоровалась лея Лайла своим певучим голосом.
Грегора будто током пронзило. Опять. И даже резко брошенный в его сторону недовольный, даже гневный взгляд со стороны леи ничего не поменял.
С момента их разговора в кают-компании прошло довольно много времени.
Лайла почти не выходила из каюты Этиса Нора, а сам бывший ниган, похоже, регулярно навещал ее там и надолго оставался внутри, считая свою миссию на “Пламени” выполненной и сосредоточив все свое внимание исключительно на интересующей его землянке.
Еще бы! Это ведь такой редкий шанс на избавление от грозящего Этису до конца жизни одиночества. Шанс на отношения, пусть и без энергетической составляющей, которая в случае с Лайлой и блокированным тиром бывшего нигана смысла не имеет.
Сейчас Грегору казалось, что между леей и Этисом словно сформировалась некая связь, которая просто чувствуется по взглядам и жестам обоих.
Не в привычном понимании тирианцев, нет.
Просто прочная связь двух чем-то похожих друг на друга разумных, которым ничего не мешает по-настоящему сблизиться так, как привыкла Лайла в своей галактике.
Это... не могло не вызвать у нигана Шора-млашего новую волну противоречивых эмоций.
Сны с участием Лайлы не прекратились, вытягивая из Грегора силы, нарушая концентрацию и заставляя постоянно пребывать на взводе.
О том, чтобы хоть ненадолго забыть об этой женщине, речи, разумеется, тоже не шло.
Симбиот тирианца продолжал свои энергетические атаки, окончательно перейдя со своим носителем на формат общения только болезненными реакциями и вспышками.
Ничего после разговора в кают-компании не закончилось и не наладилось, а, кажется, стало только сложнее и хуже...
И Грегор откровенно не знал, как это остановить без вреда для собственного разума.
***
Тирианец посмотрел на отца, ожидая его реакции на появление Лайлы.
Нивер Шор потрясенно молчал.
Взял и застыл, рассматривая гостью из Содружества с таким выражением лица, словно видел перед собой давно умершего разумного, который вдруг восстал из небытия.
Вокруг наступила странная, концентрированная и плотная тишина.
Лайла повернула голову к Грегору, не понимая, что происходит.
Тирианец и сам не до конца понимал, что его родитель увидел такого, раз впал в ступор и почему-то резко побледнел, словно... кого-то узнал.
— Здравствуй, девочка, — голос Нивера Шора звучал надтреснуто и тихо. — Благодарю тебя за помощь нашей семье и моему сыну. Я постараюсь помочь тебе и Этису всем необходимым. Семья Шор у тебя в долгу.
— Спасибо вам. Я уже говорила вашему сыну, что помогала от чистого сердца. Точнее, мы с Грегором помогли друг другу, потому что поодиночке вряд ли выбрались с того пиратского корабля, — отозвалась Лайла напряженно, обдумывая, очевидно, каждое свое слово.
— Скажи, ты же землянка? Как твое родовое имя?
— Землянка-рома, Лайла Боянова, — сообщила женщина.
“Боянова” — одними губами повторил Нивер Шор.
Да что с отцом Грегора такое? Что заставило его настолько странно реагировать на Лайлу?
— Твои родные остались в Содружестве? — продолжил задавать личные вопросы ниган Шор-старший.
— Какая разница? — не выдержала Лайла.
— Ниган Шор, в чем дело? — повысил голос Этис Нор.
— Пока не знаю, — помотал головой отец Грегора. — Просто госпожа Лайла... Хотя... неважно это сейчас...
— Мои родные умерли, господин Шор. Все, до единого, — произнесла Лайла воинственно. — С формальностями мы закончили? — обратилась она к Грегору и Этису.
Капитан флагера повернул голову к проекции Нивера.
Тот кивнул, продолжая рассматривать землянку, отчего даже Грегору стало не по себе, не говоря уже о самой женщине.
Этис вывел растерянную Лайлу из аналитического отсека.
— Послушай меня очень внимательно, сын. И не задавай пока никаких вопросов, — вкрадчивый и напряженный тон голоса отца заставил Грегора собраться и внимать каждому услышанному слову. — Ты должен остаться с леей Лайлой рядом и обеспечить ее безопасность до тех пор, пока я не проясню для себя то, что сейчас увидел.
— В чем дело?
— Я не уверен... Она... Мы должны выяснить, кто она такая, слышишь! Это очень важно!
— Она же сказала, кто она. Лайла Боянова из Содружества. Землянка. Лея без энергоисточника. Участница экспедиции в Икелан. Агроинженер.
— Док “Пламени” брал у нее биоматериал? Нет? Пусть срочно возьмет и проверит генетический код! Таких совпадений быть не может, понимаешь, просто не может!
— Отец!
— Не выпускай ее из вида ни в коем случае. И в Дайнагиат... Она ни в коем случае не должна попасть на глаза дайнагонам. Кто-то из них может... Нужно узнать имена ее родных! Всех. Отца, матери особенно. Возраст. Историю жизни. Все-все, что только можно узнать!
— Пока не объяснишь, отчего ты так завелся, я ничего не буду делать! — прервал этот словесный поток ниган Шор. — И вообще, я пообещал себе, что...
— Говоришь, рассинхрон с тиром... реакция на лею, да? Значит, все совпадает. Есть шанс, что она... Грегор, если тебе дорога эта женщина, ты сделаешь все, что я тебе сказал! А мне нужно подумать. Не сто́ит тревожить старика Трея понапрасну из-за визуального сходства, ведь так?
— Трея Лиера?
— Так, пообещай мне остаться с ней рядом. Возьми себя в руки, сын! Все может быть гораздо сложнее, чем тебе кажется! Это приказ!
— Да! — обреченно согласился ниган Шор-младший, понимая, что отца слишком взволновала встреча с Лайлой. Всколыхнула в нем какие-то воспоминания или вызвала подозрения. И связано это с Треем Лиером. Лиер... Моис Лиер и его нея из другой галактики. Хм... У Грегора не было полной информации, чтобы делать какие-то выводы, но волю отца он в любом случае выполнит, раз пообещал.
— Ты расскажешь мне все от начала и до конца позже?
— Обещаю, — отозвался его родитель. — И помни, если тир что-то чувствует и пытается тебе показать в каком бы рассинхроне он ни пребывал, значит, его сто́ит послушать. Даже если ты считаешь, что стремления энергосущности ведут в никуда и не имеют разумного объяснения.
— Твои речи еще загадочнее, чем поведение моего симбиота... — покачал головой Грегор.
— Если я прав, то даже то, что с тобой происходит, вписывается в общую картину. Док Леви-анализ-информация-охрана леи, если она действительно лея...
— Что значит “действительно лея”? Никто из нас не чувствует...
— Мне нужно срочно поднять архивные данные в наших базах. Пока никаких вопросов и предположений, хорошо? Мы с Харигом, твоей матерью и Тони ждем вас, сын. И лично встретим “Пламя” в космопорте Дии.
— Я тебя понял, — кивнул Грегор Шор.
Он пока ничего не понял, но видел, что отцу для начала нужно просто успокоиться.
— Вот и славно, — тяжело вздохнул, а затем попытался как ни в чем не бывало улыбнуться Нивер. Однако его мысли явно уже были где-то очень далеко отсюда. И связаны они были с леей Лайлой, личность которой теперь стала для Грегора сплошной загадкой.