Глава 5: "Невус"

Настоящее время. Станция "Экрана"

Лайла Боянова

Посещение космопорта “Экраны”, где в данный момент проходил последние предполетные технические проверки космический фрегат транспортного типа “Невус-3034”, флагман нашей торгово-исследовательской миссии в систему Икелан галактики Андромеды, состоялось через пять земных суток после моего официального зачисления в экипаж в качестве одного из двух бортовых агроинженеров, участвующих в экспедиции.

К этому моменту мои личные вещи были собраны, переданы транспортной службе станции и переправлены на судно, жилой отсек со всем оставшимся там содержимым законсервирован до моего возвращения, а контракт с восьмым агрокомплексом “среднего” кольца расторгнут по соглашению сторон без каких-либо неустоек, предусмотренных в иных случаях.

Кроме господина Айса и его семьи, я ни с кем не попрощалась. Просто за сутки до начала полета не вышла на работу в комплекс, а отправилась в космопорт, чтобы познакомиться с будущими коллегами, обустроиться на фрегате и подготовиться к вылету. К моей радости, в дни после памятного разговора с Виланом Айсом и последующего подписания контракта с "Невусом" ко мне никто особо не лез, а непрекращающиеся взгляды и злобные шепотки за спиной я просто старалась игнорировать, зная, что скоро меня на родной станции уже не будет.

С господином Лелуко Тадом, хольмином по расе, и по совместительству административным и хозяйственным координатором полета, в чьем подчинении находились все гражданские служащие, участвующие в экспедиции, я познакомилась заочно во время финального согласования своего контракта.

Сейчас же я должна была предстать перед новым руководителем уже вживую, пройти на “Невус”, поучаствовать там в общей планерке экипажа, а затем занять свою каюту и проинспектировать вверенный мне агроотсек вместе с новым напарником, с которым мы будем работать в оранжереях посменно.

Об этом меня проинформировали сообщением от командования “Невуса” накануне, когда я уже заканчивала сборы и прощалась со своим жилым отсеком, обойдя напоследок каждый его уголок.

Было грустно и совсем капельку больно, хоть я и уговаривала себя, что делаю все правильно. Здесь я испытывала и скорбь от утраты бабушки, и моменты семейного счастья, и горечь предательства, и отчаянье, и радость. Я не знала точно, когда я вернусь на “Экрану” и вернусь ли вообще. Смогу ли вновь войти в эти стены и буду ли чувствовать себя здесь как дома когда-нибудь потом.

Какая-то странная тоска, поселившаяся внутри меня, подсказывала, что возможно, я не зря так долго и основательно прощаюсь со своими апартаментами, первым собственным домом, который у меня появился, как в последний раз. В любом случае я буду знать, что место, где я точно смогу найти приют, пока я жива и что бы со мной ни случилось, у меня точно имеется.

Хотя я бегу сейчас из него без оглядки. Бегу от злых слов, отчуждения местного общества и подозрений. Бегу от воспоминаний, с сожалением осознавая, что хорошие моменты моего прошлого среди них тоже есть.

***

Будущий начальник произвел на меня благоприятное впечатление еще во время нашего недолгого гало-сеанса, несмотря на свой довольно специфичный и даже несколько устрашающий внешний вид. Я сразу однозначно почувствовала, что проблем в налаживании рабочих отношений с ним у меня не возникнет, хотя выходцев с Хольма на “Экране” обитало мало, и до этого мне не доводилось как-либо с ними взаимодействовать достаточно близко, особенно в профессиональном плане.

Хольмины не любили селиться вне родной планеты, расположенной в относительной близости от дальних земных колоний, ввиду слишком отличного от других гуманоидов строения тела (четыре руки, рост почти два с половиной метра, серо-зеленая кожа), и несоответствующих принятым на некоторых планетах Содружества предпочтениям в выборе партнера и способам образования пар, что делало их, как и землян-сигойнов, своеобразными изгоями в глазах многих других разумных.

Все дело в том, что хольмины гермафродиты. Это единственная известная к настоящему моменту раса разумных, четко не разделяющаяся по половым признакам на женских и мужских особей. Данные инопланетники выглядят как огромные мужчины, но отношения строят исключительно с представителями своего же пола, в том числе и с мужчинами других рас, с которыми также совместимы физически. Законы Содружества однополых союзов не запрещают, хотя предубеждение и негативное отношение к данному явлению некоторых сугубо гетеросексуальных рас (зитарцы, брианцы, данарцы) до сих пор остается неискоренимым. При этом зачать и выносить ребенка для хольминов проблемы не составляет. Как? Ох... Я не медик и не ученый, но вроде как они каким-то образом трансформируют для этих целей тело в определенный период своей жизни.

Но я отвлеклась...

Вживую господин Тад выглядел еще внушительнее, чем на гало-изображении, особенно когда встал, чтобы поприветствовать меня, в полный рост, возвышаясь надо мной на три головы и протягивая верхнюю правую руку в два раза крупнее моей собственной. Голос у мужчины (а хольмины в обычной жизни идентифицируют себя как мужчины, а не как особи без пола) оказался настолько грохочущим и сильным, что от него пробирало буквально до костей, хотя глаза господина Тада при этом казались добрыми, а улыбка вполне приветливой и теплой.

Про данную расу вообще говорят, что их внешность обманчива, так как жители Хольма в большинстве своем добряки и очень душевные и открытые разумные, несклонные к жестокости или агрессии по отношению к кому бы то ни было.

Что же, посмотрим, насколько слухи не врут. О сигойнах тоже какие только небылицы не придумывают.

***

Начальник встретил меня в переговорной комнате космопорта, куда приглашали каждого подчиняющегося ему нового члена экипажа для предполетного инструктажа, и сразу же для экономии времени представил моему непосредственному коллеге и напарнику, второму агроинженеру, выходцу с земной колонии Фирос, Талису де Сильве.

Этот самый напарник оказался темноволосым мужчиной лет сорока пяти с загорелым дочерна лицом, широкой белозубой улыбкой и тягучим глубоким голосом, от которого мне почему-то стало не по себе, но немного не так, как от голоса Лелуко Тада. Как-то.... неспокойно, что ли, несмотря на то, что сам голос хорошо воспринимался на слух, даже завораживал.

Я делаю на этом акцент, так как, будучи человеком с чувствительным “музыкальным” слухом, которым, как и певучим голосом славятся все земляне-ромы, всегда остро реагирую именно на тембр голоса собеседника, хорошо улавливая даже мельчайшие его оттенки и оценивая разумных в том числе по этому критерию.

Внешне Талис был неуловимо похож на сигойна, хотя его фамилия без сомнений указывала, что предки господина де Сильвы являлись землянами из южных народов, если мне не изменяет память. Эта возникшая в голове ассоциация с ромами также не добавила мужчине очков в моих глазах, хотя я и понимала, что судить кого-то по такому принципу глупо и странно. Все же мне необходимо брать в расчет исключительно профессиональные и личные качества нового напарника, а не его внешность или голос.

Сраное предчувствие...

Что я тут еще могу сказать?

Если к начальнику я прониклась симпатией с первого взгляда, а его отношение ко мне показалось искренне благожелательным и каким-то даже... отеческим и немного опекающим, насчет Талиса де Сильвы интуиция однозначно давала мне сигналы не спешить с положительными выводами и присмотреться повнимательнее. А еще ни в коем случае не принимать его улыбку за чистый сольд.

- Буду счастлив работать бок о бок с такой очаровательной женщиной, госпожа Боянова - вкрадчиво произнес будущий коллега сразу после представления нас друг другу, оценивающе рассматривая меня, и протянул ко мне руку, чтобы пожать мою ладонь.

Это прикосновение, пусть и в обычном вежливом жесте приветствия, принятом у землян, мне откровенно не понравилось, особенно из-за того, как мужчина сжал и задержал в своих руках мои пальцы напоследок. Захотелось даже некрасиво вытереть ладонь о новенькие форменные брюки, чтобы избавиться от этих ощущений, чего я делать, конечно же, не стала. Выглядело бы это как-то по-детски. Самой стыдно за подобный порыв.

“Любитель женщин” - сделала однозначный вывод по парочке брошенных на меня, “облизывающих” с головы до ног и говорящих лучше всяких слов заинтересованных взглядов, и решила при необходимости сразу очертить для де Сильвы личные границы и держаться с ним исключительно в рамках рабочего общения.

Откровенный мужской интерес все же чувствуется, даже если твой опыт отношений состоит из одного-единственного партнера за всю жизнь. Человеческие мужчины вообще довольно однозначны в своих сигналах и взглядах, с какой бы планеты родом они ни были.

Заключенный нами контракт добровольные романтические связи между членами экспедиции не запрещает. Полагаю, так как составившие его текст юридические консультанты и представители властей прекрасно осознавали, что, находясь бок о бок в закрытом пространстве с одними и теми же разумными довольно продолжительное время, члены команды начнут проявлять друг к другу интерес, общаться и искать способы расслабиться или снять сексуальное напряжение.

Это довольно-таки предсказуемо, и ничего предосудительного я в подобном не вижу.

Причем военных, обычно ограниченных уставом в таких вещах, от запрета внеуставных интимных отношений также на время миссии освободили, как я чуть позже после нескольких ситуаций в полете неожиданно выяснила.

Я же заводить интрижки с коллегами по фрегату, будь они хоть трижды обаятельными красавцами или очаровательными мужчинами, точно не хочу и не готова. Я отправляюсь в экспедицию совершенно не для этого.

Тем более я прекрасно понимаю, что эти отношения секретом для окружающих не станут. А мне обсуждений моей персоны и грязного белья и на “Экране” хватило за глаза.

В крайнем случае, если захочется “снять напряжение”, воспользуюсь андроидом для утех, коих на фрегате предусмотрено целых два, мужской и женский, или достану из своего вещевого бокса секс-игрушку из полиматериала, предусмотрительно взятую с собой в полет.

***

После знакомства с господином Тадом и напарником, а также краткого необходимого по правилам предполетной подготовки перечисления наших основных обязанностей, не ставших для меня сюрпризом и подробно описанных в моем контракте, нас с де Сильвой под конвоем одного из младших бортовых безопасников, обеспечивающих защиту фрегата от проникновения посторонних, сопроводили внутрь “Невуса”, где мы должны были провести следующие сутки до вылета.

По дороге Талис включил обаяние на полную, пытаясь всячески расположить меня к себе и даже коснуться невзначай вроде как в процессе бурной жестикуляции, сопровождавшей его рассказ.

Во мне его завлекающие улыбки и заигрывания никакой реакции или сугубо женского интереса не вызвали, хотя, признаться честно, де Сильва действительно являлся довольно приятным внешне мужчиной, если оценивать его беспристрастно, а не так, как это делаю я.

Благо одновременно напарник все же рассказал, что оранжереи фрегата полностью готовы к работе и заполнены необходимыми образцами, а их технические характеристики схожи с теми, которые имеются в оранжереях агрокомплексов "Экраны”, что меня несказанно порадовало.

Точнее, оранжереи "Невуса” в принципе сконструированы по подобию станционных, прекрасно функционирующих во внепланетных условиях и прошедших ряд самых разных модификаций, так что проблем в работе с ними у меня возникнуть не должно.

Возможно, вам стало интересно, для чего в торгово-исследовательской экспедиции в принципе нужны оранжереи и обслуживающие их агроинженеры?

Во-первых, по договоренности с Икеланом мы везем туда ряд растений, теоретически пригодных для разведения на их планетах и подходящих икеланцам по климатическим и прочим условиям. Причем растения должны быть именно живыми, в земле, а не погруженными в криогенное состояние и не в семенах или луковицах. Таковы условия, поставленные принимающей нас стороной.

Во-вторых, те же договоренности предусматривают передачу Содружеству нескольких сходных с предоставленными им по характеристикам и структуре растений с Икелана, которые должен отобрать для нас находящийся в команде “Невуса” ученый-ксенобиолог, и которые планируется получить и привезти назад в галактику Млечного пути таким же способом, в живом и жизнеспособном состоянии, для последующего разведения и селекции.

И, в-третьих, несмотря на большой объем запасов продовольствия, рассчитанный на весь полет туда-обратно, в случае каких-то непредвиденных ситуаций и продлении сроков экспедиции, мы сможем вырастить необходимые овощи и фрукты прямо в космосе, воспользовавшись законсервированными для этих целей семенами. Конечно, экипаж сможет продержаться и на субсмесях и концентратах, но почему бы не предусмотреть безопасную для здоровья и натуральную пищевую альтернативу, не так ли?

В целом наша с де Сильвой рабочая задача была ясна и прозрачна. Лелуко Тад сообщил, что в полете “туда” мы занимаемся исключительно привычным делом фактически без какого-либо контроля со стороны других членов команды. Отчитываемся ему раз в несколько дней, технические проблемы решаем самостоятельно в рамках нашей компетенции, либо, если неполадка будет связана не с оснащением оранжерей, а с системами фрегата, через запрос в соответствующую службу "Невуса", подотчетную одному из помощников капитана.

Агроотсек корабля, находящийся на нижнем из трех его ярусов, автономен и закрыт от посторонних, а доступ туда предусмотрен только нам троим, либо кому-то еще, но исключительно по нашему предварительному запросу. И работа с оранжереями, и перевозимые в Икелан растения нам прекрасно знакомы и привычны, так что единственное, что от нас требуется - всеми силами сделать так, чтобы до конечной точки маршрута все долетело целым и невредимым.

Путь же обратно будет более сложен, и нам придется взаимодействовать с ксенобиологом, чтобы обеспечить перевозку икеланских растений и откалибровать наши оранжереи под подходящие им условия.

Но до этого еще нужно будет для начала дожить.

***

Гражданских служащих на “Невусе” набралось около тридцати. Сюда входили медики (в том числе новая любимая женщина моего покойного бывшего мужа, чтоб ее), агроинженеры, юридические консультанты, ксенопсихолог, переводчики со знанием икеланского языка (они же отвечали за нормальное функционирование наших ИПЕРов, то есть искусственных переводчиков), хозяйственники и снабженцы, специалисты по финансам и торговле, представители ряда промышленных корпораций из различных уголков нашей галактики, а также несколько ученых разных направлений.

Часть из этих разумных, как, например, мы с Талисом, были нужны в основном только во время полета, прочие - уже непосредственно в Икелане, когда будут проводиться различные переговоры и осуществляться другие задачи, в числе которых сбор любой возможной информации о наших соседях из галактики Андромеды, об их планетах и технологиях.

Остальную часть команды составляли военные, инженеры, механики и техники, подчиняющиеся капитану фрегата и его заместителям.

Особняком среди участников миссии стояли дипломаты, как непосредственные представители властей, которые летели в систему Икелан для личного обсуждения и подписания с местным Советом, или как принято называть его у икеланцев "Дайнагиатом", нескольких важных соглашений о межгалактическом сотрудничестве.

Команда "Невуса” являлась сборной, то есть среди членов экипажа присутствовали как земляне, так и граждане других открытых планет, входящих в Содружество разумных рас.

Инициатором экспедиции являлась Земля, что для меня совершенно неудивительно. Люди уже давно были самой многочисленной в галактике Млечного пути расой разумных, умудрившись за последнее тысячелетие колонизировать и заселили девять планет в нескольких космических системах, что до них не сумел сделать никто. Именно земляне когда-то инициировали создание Содружества разумных рас, фактически объединив все обитаемые планеты в одну многорасовую империю с общими законами и по праву занимая наибольшее количество кресел в высшем органе власти Содружества - Совете.

Основная подготовка к нашей экспедиции осуществлялась на первой земной колонии, Уне, где была набрана большая часть участников миссии в систему Икелан, а также сконструирован сам фрегат.

Станция “Экрана”, как крайняя относящаяся к Содружеству обитаемая точка Млечного пути, находящаяся по космическим меркам ближе всего к галактике Андромеды, и, соответственно, к Икелану, в данном случае выступала исключительно как перевалочный пункт перед большим отрезком лишенного других планет пути. Собственно, строилась станция когда-то как раз для таких случаев, а теперь, с потеплением отношений с икеланцами, вполне могла в будущем стать местом встречи представителей двух галактик друг с другом, когда гости из системы Икелан начнут более активно летать к нам для торговых и дипломатических целей.

Мне, можно сказать, повезло вступить в ряды служащих “Невуса”, так как, как я позже выяснила, изначально не планировалось, что в команду будут добавлять еще кого-то со станции - она была практически полностью укомплектована еще на первой земной колонии, откуда стартовала экспедиция.

Во время перемещения фрегата с Уны на “Экрану” список экипажа по разным причинам расширили, добавив туда ряд специалистов, которых приняли решение постараться найти уже на станции: двоих младших медиков, нескольких инженеров и механиков, а также парочку резервных пилотов боевых катеров-эсминцев, которые будут сопровождать “Невус” до самого Икелана.

Благо подобных специалистов на станции нашлось достаточно, так что команду добрали без особых проблем и сложностей.

Кстати, о младших медиках...

Бывшая любовница Адама из финального списка экипажа так и не исчезла, то есть она точно летела со мной на одном корабле, но я старалась об этом лишний просто раз не думать.

“Невус” большой, и вряд ли мы с Энрикой Болер вообще будем часто где-то пересекаться. Как я уже для себя решила, ее присутствие мне путешествие не испортит, какие бы мотивы эта женщина ни преследовала, планируя отправиться в непростое путешествие в Икелан после всех произошедших трагических событий, и, скорее всего, заранее зная, что я тоже буду здесь.

***

Также уже в полете сюда выяснилось, что одного агроинженера, то есть де Сильвы, для бесперебойной работы оранжерей, имевшихся на “Невусе”, все же недостаточно, так как по дополнительному запросу Икелана в перечень перевозимых туда растений добавилось еще несколько пунктов.

Поэтому командование фрегата послало соответствующий запрос властям станции, и выбор координирующего работу агрокомплексов ведомства “Экраны” каким-то невероятным образом пал на меня. Точнее, я была одной из нескольких подтвержденных со стороны господина Лелуко Тада кандидатур и первая, кто вызвался подписать предложенный контракт со всеми его условиями, не испугавшись предстоящих рисков и возможных опасностей.

- Вы внесете разнообразие в наш коллектив, Лайла. Разрешите так вас называть? - заглядывая мне в глаза, проговорил по дороге на “Невус” де Сильва, заставляя меня невольно поморщиться. - Я рад, что вы не испугались тягот пути и станете моей коллегой, хотя, честно признаться, я крайне удивился, что именно единственная из всех предложенных станцией кандидатов женщина-агроинженер первой вызвалась участвовать в экспедиции, не дав другим и шанса. Это очень смело с вашей стороны.

Да, соотношение женщин и мужчин на “Невусе” оказалось со значительным перевесом последних. Из семидесяти разумных, составлявших команду, представительниц прекрасного пола насчитывалось в экипаже только восемнадцать, включая меня и Энрику Болер.

Радует, что контракт пусть и не запрещает интимные и личные отношения, но подчеркивает, что эти возможные связи должны быть исключительно добровольными и взаимными. То есть всяческие домогательства будут караться строго, поэтому о каких-то поползновениях против моей воли со стороны служащих-мужчин можно не особо переживать.

Если бы я захотела устроить свою личную жизнь или по меньшей мере найти на “Невусе” партнера на ночь, будучи морально и эмоционально к этому готовой, проблем с этим у меня не возникло бы вообще.

Только вот предательство Адама слишком свежо в памяти, а рана от него еще даже близко не затянулась.

Прошло еще довольно мало времени, чтобы думать о каких-то новых отношениях или даже симпатиях, пусть судьба буквально подталкивает к подобным размышлениям, а я, отправляясь в экспедицию, решила начать новую жизнь.

Это не значит, что я собралась хранить целибат вечно и оставаться одна до конца дней своих, пережив единичный неудачный, но очень болезненный опыт. Я верю, что раз бывший муж не был моим "ромни", им станет кто-то другой когда-нибудь позже, когда моя душа достаточно восстановится.

Все это обязательно случится в моей жизни. Но не сейчас. И не здесь.

Земляне говорят “не зарекайся”, преждевременно давая себе какие-то обещания, особенно не видя картины целиком. В моем случае - еще не познакомившись с теми, кто будет находиться со мной рядом и кто, возможно, будет во мне заинтересован.

Так вот, считайте меня странной или сумасшедшей, но я уже заранее знала, что все равно среди команды “Невуса” вероятного партнера для меня нет и не предвидится, даже вскоре выяснив, что все члены команды фрегата не обременены семьями и детьми в прошлых браках, то есть потенциально свободны по всем фронтам.

Удивлены? А вот я вам сейчас расскажу, в чем тут дело.

Как мне стало известно потом, подбор подходящих для службы на “Невусе” специалистов производился по многим критериям, но одним из главных, помимо, конечно же, профессиональных качеств и опыта, являлось отсутствие семьи, возлюбленных и детей, а желательно вообще каких-либо близких. Грубо говоря, в первую очередь для участия в миссии рассматривали того, кого не жалко и кого не будет кто-то оплакивать. Так было заведено еще с самой первой экспедиции, да и вообще стало привычным явлением во всех исследовательских миссиях со времен начала космической экспансии.

Энрика Болер в эту картину, кстати, не вписывается. К настоящему моменту я уже знаю, что у нее полная семья, есть родители и младший брат. Как сказал Вилан Айс, вероятнее всего, за госпожу Болер похлопотал ее отец, который занимает не последнее место в политической иерархии "Экраны". Какой резон этому человеку запихивать дочь в подобное неоднозначное приключение или потворствовать ее желаниям, если она сама вызвалась служить на "Невусе", вопрос другой. И пока ответа на него в моей голове как-то не находится.

Меня, как вы понимаете, тоже выбрали не просто так. Формально я разведена, детей не имею, кровных родственников у меня вообще после смерти бабушки нет ни единого, что явно сыграло в мою пользу, как бы неприятно мне не было это признавать.

Все объясняется просто: если во время полета или непосредственно в Икелане с членами экспедиции что-то случится, властям не придется выплачивать их близким компенсацию, и никто не станет поднимать по поводу чьей-то гибели излишнюю шумиху в межгалактических СМИ.

Экспедиция “Невуса” не являлась достоянием общественности и никак широко не освещается, поэтому даже присутствие фрегата на “Экране” не афишировалось, поскольку власти Содружества пока не имеют достаточных гарантий и убежденности, что все однозначно пройдет хорошо.

И это еще при условии, что космический маршрут в Икелан уже давно проверен и проложен, а там нас, по заверениям икеланского Совета, с нетерпением ждут.

Да-да, то, что миссия сопряжена с определенными рисками, никто отрицать и не собирался. Икелан - не ближний свет, а отношения с икеланцами у Содружества еще не настолько теплые и подкрепленные различными политическими соглашениями, чтобы доверять им безоговорочно. Все же история взаимоотношений землян и их союзников с жителями системы Икелан сложна и неоднозначна.

Наша экспедиция - пятнадцатый по счету согласованный обеими сторонами полет представителей Содружества в Икелан, произошедший после того, как разумные расы Млечного пути наконец-то договорились с икеланцами об отсутствии между нами противоречий и готовности налаживать какие-либо более тесные связи.

Тринадцать прошлых полетов закончилось благополучно, один, самый первый, организованный чуть менее сорока земных лет назад - трагически, но что там точно случилось никто до сих пор так толком и не знает.

По одной версии в экспедиционный корабль врезался астероид, по другой - на него напали моргианские пираты, по третьей - навигационные инженеры судна что-то напутали, пустив его не по той “червоточине”, и в итоге оно просто пропало без следа.

Икелан тогда не стал особо в чем-то разбираться и поиски пропавшего корабля не вел. Деталей произошедшего власти Содружества, как я поняла по скупым данным из инфосети, простым обывателям, разумеется, не сообщали.

Что странно, даже после всей этой информации мнение о правильности своего выбора я не поменяла. Мне нужно улететь с "Невусом", пусть кому-то такая убежденность и покажется похожей на помешательство, вызванное всеми травмирующими событиями, произошедшими со мной не так давно.

***

До первой и закончившейся трагически “официальной” экспедиции в Икелан, долгое время наша галактика фактически находилась в состоянии, близком к войне с этой системой. Это противостояние началось практически сразу после того, как пробные исследовательские миссии Содружества в рамках дальнейшего освоения космоса обнаружили наличие в галактике Андромеды еще одной разумной, неизвестной ранее высокоразвитой расы этих самых икеланцев.

Жители Икелана, в отличие от тех же хольминов, данарцев или гролов оказались “классическими” гуманоидами, очень похожими на людей внешне, довольно близкие нам, как впоследствии подтвердили ученые Содружества, генетически и совместимые с нами и другими разумными галактики Млечного пути физически, что, разумеется, разбудило у землян любопытство и желание с ними “подружиться”.

Только вот икеланцы такого желания изначально совершенно не имели. Вообще. Никакого.

Они также не хотели, чтобы жители нашей галактики шастали по их системе и как-то ее изучали. Правда все же подтвердили, что разумных гуманоидов в Андромеде больше одной расы (помимо икеланцев есть еще моргианцы и тирианцы), категорически запрещая землянам и союзникам при этом искать самостоятельные пути в системы Моргиан и Тирию и пытаться выходить с теми на контакт, а также саботируя дальнейшие исследования космического пространства “их” галактики в целом.

Тирия для разумных Содружества до сих пор остается просто названием. Мы не знаем ни координат местонахождения данной системы, ни какой-либо иной информации о расе обитающих там гуманоидов. Знаем, что они разумны и, вероятнее всего, технически развиты не хуже икеланцев, но на этом все.

По Моргиану данных чуть больше просто потому, что эта обитаемая разумными существами система находится рядом с Икеланом, а моргианцы залетают к соседям регулярно, так как ведут с ними почти открытое военное противостояние, а также промышляют пиратством, нападая на икеланские транспортные корабли. Содружество разумных рас, по обрывочным сведениям, полученным во время предыдущих своих экспедиций, знает, что система Моргиан состоит не менее чем из семи планет, часть из которых не прошла терраформирование, и солнечной звезды G32 типа "желтый карлик", который моргианцы на своем языке называют "Фьянк", то есть "свет дающая".

Обитаемые планеты моргианцев не имеют единой системы власти, как наш Совет или икеланский Дайнагиат, так как заселены враждующими между собой разрозненными кланами, каждый из которых стремится взять в своей системе верх над остальными в борьбе за территории и ресурсы.

Также в инфосети я находила гало-фото моргианцев, полученные во время нападений их пиратов на несколько кораблей Содружества.

Представители Моргиана являются гуманоидами, однако, визуально мало похожи на икеланцев, за исключением белого зрачка вместо черного, и тем более на людей. Они высокие, как хольмины, бледнокожие, как брианцы, имеют серебряные волосы, непропорционально большие и тонкие конечности с прозрачными когтями вместо ногтей. Их лица отталкивающие, с по-птичьи загнутыми носами и большими ртами. В общем, красавцами в человеческом понимании их точно не назовешь.

Радует, что стычка с моргианскими пиратами для нас маловероятна, так как флагман экспедиции оснащен так, что нападающим мало не покажется, если они все же рискнут покуситься на “Невус”. Я не преувеличивала в разговорах с господином Айсом, когда сообщила, что катера-эсминцы, проводники фрегата в миссии, также доставлены прямо с Уны, а не взяты на “Экране”, и являются продуктом новейших военных разработок Содружества. В общем, защита корабля должна быть на высоте, а экипаж - в полной безопасности.

***

Доподлинно известно, что система Икелан, узнав благодаря прилетевшим к ним в первый раз представителям Содружества, что в соседней галактике есть множество пригодных для жизни террасформированных и условно экологически чистых планет (сами икеланцы исследовательские экспедиции в соседнюю галактику Млечного пути до этого почему-то не организовывали), вместо того, чтобы “дружить”, возжелало заполучить эти чужие, готовые к переселению планеты себе, легким способом расширив пространство своего обитания и влияния.

Икеланцев много, а в их системе пригодных для жизни планет всего три, причем перенаселенных сверх меры, поэтому местные разумные вынуждены строить внепланетные искусственные жилые космические объекты, подобные станции “Экрана”, только не по исследовательским или военным причинам, а в целях выживания.

Зато Икелан технически более развит, поэтому и строил планы по захвату планет Содружества, решив, что оно противостоять их кораблям и пушкам не сможет. Но, к своему удивлению, икеланцы наткнулись на жесткий и беспощадный отпор, в первую очередь со стороны моей родной “Экраны”, впервые за всю свою историю с момента постройки выполнившей функцию космического форпоста нашей галактики.

Нападение на станцию было не особо масштабным, скорее, пробным, для демонстрации силы и намерений икеланцев.

Дословно: “Дружить и строить дипломатические связи мы не хотим. Хотим жить на ваших планетах, а вы уходите куда-нибудь еще, раз такие любопытные, исследуете космос и первыми сунулись в нашу систему”. В новейшей истории галактики та космическая битва так и называется "Сражение при "Экране".

После поражения икеланцы улетели обратно, осознав, что Содружество — сила, с которой следует считаться. И пусть разумные расы, обитающие в галактике Млечного пути, не так технически развиты, зато их много, и они едины в желании защитить свой дом.

Далее разумные Икелана предпочли больше никакой агрессии в сторону Содружества не проявлять, а постепенно и вовсе наладить с нами торговые и политические связи, как мы изначально предлагали, понимая выгоды этого союза и не желая нажить у себя под боком врага, также когда-нибудь возжелающего захватить планеты икеланцев силой и задавить количеством.

Пока установка прочных связей на государственном уровне были еще далека от своего завершения. Экспедиция “Невуса” - один из шагов в налаживании отношений с системой Икелан, на который, насколько я могу судить, Совет Содружества разумных рас возлагает большие надежды.

Что же, я тоже всем сердцем надеюсь, что наш полет, как и предыдущие тринадцать, пройдет успешно и без всяких неприятных неожиданностей.

Только интуиция моя на этот счет, к сожалению, пока продолжает молчать, лишь дав мне понять, что, подписав контракт на миссию, выбор я сделала правильный, но что будет дальше, “поди угадай, да предначертанное разгадай”, как говорила моя бабуля Нана Боянова.