Глава 11

Ректор Нортон, совершенно небрежно и абсолютно беззаботно, уверенно и с легким превосходством шагал по широкой улице, словно эта неожиданная прогулка в компании с перекинутой через плечо девушкой — это просто обычное, рутинное дело для него лично и для этого небольшого и тихого городка в частности. Я в тот непростой для себя момент, полное смятение и переживаний, хотела лишь одного: поскорее оказаться в уютной, спокойной комнате, в своей теплой и мягкой кроватке, где можно было с легкостью и спокойствием отдохнуть и не переживать о произошедшем, о мучительных мыслях о том, что было, и что может произойти в неизведанном будущем. Но вместо этого, как назло…

В голове крутилась огромная и громоздкая куча нелицеприятных слов, таких обидных и резких, однако, озвучивать их я не решалась. Мало ли, что взбредет в голову этому непредсказуемому мужчине, которая неожиданно встретился на моем пути в этом знойном и неопределенном мире.

— Отпустите уже меня, — более примирительным, но все еще немного нахальным тоном произнесла я, наконец взяв себя в руки и пересилив смятение. — Сама пойду.

Альберт усмехнулся, но все же остановился, как бы размышляя о чем-то важном и важном для нас обоих. Мне даже на мгновение показалось, что на его лице мелькнула тень сожаления, когда он опустил меня на землю, и это чувство было столь неожиданным и совершенно неуместным.

— Тут рядом магополитен, через него возвратимся в Академию. Надеюсь, впредь мне не придется вновь и вновь выручать тебя из передряг и неприятностей, — с легким налетом веселья произнес он.

— Не придется, — буркнула в ответ, стараясь выглядеть уверенно и спокойно, будто решив, что это поможет мне в данной ситуации.

— Вот и отлично, а то мне только с тобой, одной лишь тобой, проблем не хватает для полного счастья, — отозвался он и пошел вперед, словно это было самым естественным делом на свете, как будто ничего лишнего не происходило.

— Эй! А меня подождать? — поспешила окликнуть ректора, ощущая легкий прилив паники, разбушевавшейся в сердце.

Мне совершенно не хотелось оставаться посреди шумной улицы в абсолютно незнакомом мне темно-сером городе. К тому же этот Лэрвид все еще мог быть где-то неподалеку, и это вполне могло стать причиной моей тревоги и беспокойства. Уж лучше я побуду рядом со злым и немного таинственным ректором, чем нарвусь еще на кого-то, о ком совершенно не имею ни малейшего представления.

Чтобы поспеть за Нортоном, мне приходилось чуть ли не бежать за ним, но на все мои настойчивые просьбы так не спешить, так активно обращаться к его доброте, он лишь цокал языком, продолжая свой путь с неким пренебрежением.

Но главное испытание меня ожидало впереди: магополитен решил сыграть со мной злую шутку, как будто желая проверить на прочность, на выносливость и стойкость. Меня едва не стошнило за ту короткую пару секунд, пока я находилась внутри этого загадочного и пугающего агрегата. А когда вышла наружу, так и вовсе пошатнулась, лишь в последний момент успев ухватиться на рукав ректора, как будто это была моя единственная опора в этом волнующем и тревожном мире.

— Что с тобой, Юля? — услышала я на задворках своего разума, теряя сознание, словно мир вокруг меня начинал сплетаться в радугу из ярких и бледных цветов.

Очнулась я от похлопывания по щекам, неожиданно и настойчиво разрывающего завесу темноты и беспамятства. С трудом разлепив ставшие свинцовыми веки, первым делом увидела Нортона, который буквально нависал надо мной своим внушительным, массивным телом. Вид у мужчины был весьма перепуганный и несколько растерянный, что-то во взгляде говорило о его искреннем беспокойстве за меня и моё состояние.

— Что случилось? — непонимающе спросила я Альберта, осматриваясь по сторонам, не понимая, что же теперь и как мне делать.

Я была в его доме, лежала на небольшом и, казалось, очень уютном диванчике в светлой гостиной, а на моей голове, словно нежное одеяло, покоилось мокрое холодное полотенце для облегчения недомогания.

— Ты меня точно до сердечного приступа доведешь! — возмутился ректор, наполняя голос тревожной ноткой. — Я хоть и дракон, но до старости с тобой точно не доживу. Ты меня мигом в могилу загонишь своими постоянными проблемами.

— А вам со мной до старости возиться и не нужно. Я, знаете ли, тоже не горю особым желанием торчать здесь с вами, — почему-то ответила ему в довольно резкой и холодной форме, отчего он даже на мгновение опешил, словно не ожидал подобного поворота.

— Да, конечно, я ведь обещал тебе, что постараюсь поскорее вернуть тебя в твой мир, — с ноткой грусти проговорил Альберт, а затем отстранился, словно желал физически увеличить между нами дистанцию, обдумывая наши странные отношения. Мне почему-то стало как-то не по себе, словно вмиг вокруг стало холоднее, и я почувствовала, как тянет к менее суровым временным условиям. — Тебе стоит отдохнуть, а не по тавернам ходить. Видимо, смена места сказывается на твоем здоровье. Либо это перемещение в магополитене так на тебя подействовало. В любом случае, в ближайшее время за пределы Академии ни ногой! — строго и решительно постановил мужчина, как будто это было окончательное, безапелляционное решение.

— Ладно, — буркнула в ответ, понимая весь смысл его слов, но никак не желая его принимать. — А теперь мне можно уже вернуться в общежитие, или я должна тут оставаться под вашим строгим присмотром?

Альберт не спешил с ответом, да я и не ждала особо, ведь все произошедшее заставляло меня задуматься. Медленно приняла сидячее положение, с трудом перенося каждый миг, а затем и вовсе встала, словно вновь входя в реальность и простые вещи.

— Так не терпится уйти? — он не смотрел на меня, отвернувшись к окну, как будто искал там ответ на наши вопросы или поддержку.

— Не думаю, что присутствие студентки в доме ректора Академии уместно в вашем мире. Мне и правда лучше уйти, чтобы не дискредитировать вас перед посторонними людьми, — бросила я с оттенком решимости, надеясь на понимание и согласие с моей точкой зрения.

— Только поэтому? — мужчина резко развернулся ко мне, его глаза были полны непонятных и таких искренних вопросов.

Все внутри вспыхнуло, словно тело обдало жгучим пламенем, и его глаза, полные энергии и огня, взяли меня в плен, завораживая и притягивая своей силой, как магнит. Словно под гипнозом я неотрывно смотрела на Нортона, не в силах оторваться и вернуться к себе.

— Только поэтому… — очень неубедительно ответила я, словно уговаривая саму себя, боясь признаться в своих абсолютно неуместных чувствах, которые вдруг вспыхнули внутри.

Да что же это такое за наваждение?! Хотелось надавать самой себе оплеух и кричать от злости и отчаяния. С трудом перебарывая ступор, все же сделала первый шаг в направлении выхода, заставляя себя двигаться дальше, даже если это было трудно.

— Будь осторожна, — донеслось мне в спину, когда я все-таки вырвалась из этого плена его взгляда и прочих ощущений, которые не отпускали меня, как цепи.

— Постараюсь, — машинально бросила я, стараясь изо всех сил не смотреть на него, чтобы вновь не угодить в эту ловушку, в этот вихрь чувств и эмоций, который меня охватывал.

Едва ли не бегом, с легким волнением и бурлящими эмоциями, я выскочила из дома ректора, ощущая, как адреналин быстро бьет в висках. Внутри меня бушевало какое-то неведомое, удивительное пламя, которое невозможно было игнорировать, словно вулкан, готовый извергнуться. Лишь на улице, на свежем воздухе, смогла немного перевести дух, чтобы обдумать все произошедшее в последние минуты. С трудом переставляя ноги и стараясь не упасть, побрела по знакомым дорожкам Академии в сторону общежития, размышляя о том, что произошло и как все изменилось.

— Вита! Вита! — подобно урагану и настоящему торнадо, накинулись на меня девчонки, обнимая со всех сторон, заполняя пространство своей энергией и неуемной радостью, как весенний дождь, который освежает и наполняет все вокруг жизнью.

— Да тише вы, раздавите! — с трудом выдавила я улыбку, стараясь не потерять равновесие, затрудняясь в их объятиях, которые были полны тепла и заботы. Они словно папоротники, расцветающие после дождя, втягивали в себя всю мою усталость.

Они немного неохотно отстранились, но все равно с нежностью смотрели на меня, словно пытались понять, что же произошло.

— Как же рада, что ты жива и невредима, — с неподдельной теплотой и радостью произнесла Фрида, словно обнимая не только меня, но и все, что произошло вокруг.

— Когда я увидела, как ловко ты Эдварда огрела, думала, что не уйти тебе живой! Ну ты даешь! — восхищенно щебетала Лоана, искренне восхищаясь моими действиями, словно я совершила подвиг. — Так с Лэрвидом еще никто и никогда не смел поступать!

— Я не нарочно, — вздохнула я, пытаясь оправдаться перед ними, хотя понимала, что все было довольно непросто и сложно.

— Нарочно или нет, теперь не имеет никакого значения, — сникла Фрида, невольно подводя итог ситуации. — Эдвард и так тебя на дух не переносил, а после твоего удара и вовсе со света сживет. Трудно тебе теперь придется, хоть и не хотелось об этом думать, об этом мрачном будущем.

— Согласна, — поддержала подругу блондинка, явно обеспокоенная последствиями, которые могли меня ждать.

— Эх, ну чего вы панику-то разводите? — не выдержала я их траурных и мрачных речей в мой адрес. — Все нормально будет. Не думаю, что он сунется ко мне еще раз, вот так просто, чтобы устроить какой-то скандал.

— Плохо ты его знаешь! — не согласилась брюнетка, уверенно указывая на возможные риски, которые могли возникнуть. — Он злопамятный гад, который не простит столь смелого поступка и будет мстить.

— Точно, точно, — подтвердила Лоана слова Фриды, явно принимая их близко к сердцу, беспокоясь за меня.

— И что мне теперь делать? — спросила я, чувствуя, как все накаляется, как напряжение нарастает.

— Быть на чеку, — как само собой разумеющееся и сдержанное, ответила Ридстон, и хотела что-то еще сказать, но ее перебила блондинка, которая не могла удержаться от вопросов.

— Я сейчас расскажи! Мне интересны все подробности. Как тебе удалось удрать от взбесившегося Лэрвида? — воскликнула она, предвкушая наш разговор с нетерпением.

— Может, мы лучше вернемся в общежитие? — предложила я, пытаясь уйти от расспросов подруг, не зная, как объяснить случившееся, как справиться с обстоятельствами.

Вот только они и не думали сдаваться, их любопытство оказалось слишком сильным и невозможно сдерживаемым.

— Конечно, вернемся. И по пути как раз расскажешь, — согласилась Истернвуд, явно не желая отступать и оставлять меня в покое.

Признаваться в том, кто именно являлся моим спасителем, совершенно не хотелось, но отвязаться от них, этих настойчивых и любящих подруг, было просто нереально. Они с удвоенной силой насели на меня, заваливая вопросами, словно будто бы не могли насытиться моим рассказом. До самой комнаты я усердно держала «оборону», старательно пытаясь не выдать ни одного слова, но оказавшись внутри, подруги прибегли к «пыткам» для получения информации. Вот с детства я щекотки боялась! А эти вредины, казалось, как будто и знали, что делать, чтобы вытащить из меня все секреты и подробности.

— Ладно, ладно! — в итоге сдалась я, хохоча и прижимая к себе подушки, словно искала укрытие. — Скажу я вам всё о том, что произошло!

Девчонки замерли в ожидании, словно тигры, готовые прыгнуть на свою добычу, жаждущие разгадать мои секреты. Я глубоко вздохнула, собирая мысли, и начала рассказывать, выбирая слова с осторожностью, словно мастер-ремесленник, который начинает создать что-то ценное.

— Итак, всё началось с того, что он... — Я сделала паузу, и была не уверена, стоит ли упоминать о том, как гладила его плечо в тот самый момент, когда он готов был расплыться от удовольствия, будто кот, наевшийся сметаны. Но девчонки ждали с нетерпением. Поэтому я резко переключила внимание с Эдварда на ситуацию, в которой оказалась. — ...я просто не могла больше его слушать. Будто у меня в голове щёлкнуло, и мысль взорвалась, как фейерверк. Я взяла и ударила его! Нет ничего более освобождающего, чем осознание, что ты можешь постоять за себя! Вот только убежать мне удалось с огромным трудом. Я бы, наверное, и сама справилась, но…

— Что «но»? — нетерпеливо перебила Лоана, словно не могла дождаться развязки.

— Не заметила, как в прохожего врезалась. Ладно бы в кого-то незнакомого, — вздохнула я, в полном недоумении. — Так нет же! Сам Альберт Нортон.

Мне показалось, что на последних словах Истернвуд немного побледнела и рефлекторно вжала голову в плечи, как будто хотела скрыться от последствий.

— Ой-ей… — воскликнули девчонки в один голос, понимая всю серьезность ситуации.

— И ничего не «ой»! Это же совершенно чудесно! — Фрида увлеченно замахала руками, словно пыталась развеять мрачные мысли. — Уверена, что ректор уж точно в беде тебя не оставил, и Эдвард получил то, что причитается, — заключила подруга, воодушевленно подмигивая. — Но это всё еще не повод, чтобы его дразнить, — сказала она, наклонив голову, словно крепко о чем-то задумалась. — Эдвард такой… сломленный по-своему. Он, возможно, станет еще агрессивнее.

— Главное, что ты в порядке! — подбодрила меня Лоана, обняв еще раз, словно пыталась защитить от невзгод. — Мы с тобой как пчелы в улье: что-то происходит, и мы тут как тут.

— Да, но есть один нюанс, — добавила Фрида, ее голос чуть потускнел, как будто она осознала все возможные последствия. — Если Эдвард начнет мстить...

Осознание того, что наш разговор мог иметь последствия, нависло над нами, подобно туче, которая предвещает ненастье. Но затем я вспомнила о том энергичном пламени внутри себя, и решила, что больше не дам никому запугать себя, больше не позволю страху овладеть мною.

— Если он сунется ко мне — я снова ударю, и возможно, даже дважды! — с некоторой долей юмора произнесла я, вдыхая уверенность вместе с воздухом, словно укрываясь в броню своих смелых мыслей.

И, казалось, на мгновение тьма зловещих мыслей развеялась, а вокруг вновь воцарилось тепло подруг, готовых следовать за мной даже в бурю, готовых поддержать и помочь в трудный час.