39 Последняя попытка

Рагнер

Волку мерещилось, что он провалился в прорубь с ледяной тёмной водой, глубоко провалился, до самого дна достал. А теперь выплывал через силу, пробивался сквозь плотную толщу наверх, к живительному глотку воздуха.

И вот… светлеть стало, и даже какие-то звуки уже прорывались через гул в ушах. Голоса… знакомые и незнакомые, обрывки фраз… Смысл слов он пока ещё не разбирал, но отчего-то от них на душе всё равно было тревожно.

А сердце выстукивало натужно, гулко, звенело набатом: «Сияна, Сияна, Сияна…»

– Рагнер, миленький мой, жив! – сперва подумалось, что это сон – и горячий шёпот у виска, и тёплая нежная ладонь, что ластилась к его щеке.

Но в глазах наконец-то прояснилось, и он различил склонившееся над ним лицо его ненаглядной Лебёдушки. Сияна немного покачивалась, и далеко не сразу Волк сообразил, что это не шалости его гудящей головы и затуманенного взора, просто они… в санях, едут куда-то.

Куда?

Рагнер попытался приподняться, осмотреться – не вышло: слабость во всём теле не давала. А ещё он только сейчас ощутил, что руки и ноги у него крепко стянуты.

Однако кое-что разглядеть всё-таки вышло… Хмурое ночное небо, которое только-только начинало светлеть, заснеженную равнину и несколько всадников, оцепивших сани со всех сторон. Похоже, дело плохо.

– Увезли нас, Рагнер, увезли, любый мой… – торопливо зашептала Сияна, прижавшись к его плечу. – Это всё Золот и сынок его Марун. Они меня продали.

– И… куда нас? – язык ворочался с трудом.

Зато хватило сил на то, чтобы стиснуть маленькую ладонь любимой – поддержать и приободрить вот так, без слов, теплом своим поделиться.

– Не знаю, – Сияна вздохнула. – Золот так и не признался, кому и зачем я нужна. Этим… – она указала глазами вперёд на всадников, – просто заплатили за то, чтобы они меня украли. А кто… Слышала только, что мы нынче уже добраться до него должны.

– Вот, значит, как, – нахмурился Рагнер. – Нет уж, надо сбежать раньше, чем…

– Не вздумай! У них иглы заговорённые, – испуганно предостерегла Сияна. – Не хочу тебя снова таким видеть! Будто… и неживой вовсе лежал.

Рагнер ещё крепче сжал её ладонь, переплёл пальцы.

Ох, как же хорошо он Сиянушку понимал! Ему тоже до конца дней не забыть, как он почти бездыханную Лебёдушку на руках держал.

Но что-то надо было делать… Не сдаваться же без боя! Он должен защитить любимую.

Пока Сияна торопливым шёпотом пересказывала ему всё, что он проспал, Рагнер внимательно присматривался к лиходеям, что их стерегли, выискивал возможности сбежать и…

Не находил!

С безысходным ужасом Рагнер осознал, что охраняли пленников надёжно. Один он против стольких разом не выстоит.

Даже если найти способ избавиться от пут…А Волк уже подумывал о том, чтобы перекинуться в зверя, скинуть верёвки, потом обратно в человека, и…

Глупая затея. Он будет свободен, но слаб после оборота. А ведь Рагнер и так ещё в себя не пришёл. И сражаться ему нечем. У Волка предусмотрительно отняли даже нож, что висел на поясе – его единственное оружие.

А у этих – иглы. Один выстрел из арбалета, и он снова лишится способности не только оберегать Сияну, но даже просто видеть и слышать.

Да и драться без оглядки на княжну не выйдет – она в этой сваре может ненароком пострадать, а этого допустить нельзя.

Оставалось только ждать и надеяться на чудо. Терпеливо ждать и не упустить тот миг, тот единственный шанс на спасение.

А пока…

– Не бойся! Всё обойдётся! – Рагнер ободряюще улыбнулся любимой, неловко пытаясь прижаться к ней боком и хотя бы согреть немного.

Она ответила нежной улыбкой, но в синих глазах по-прежнему ютились страх и тревога.

***

Однако в этот раз милости от Великих Рагнер и Сияна не дождались.

Как не дождались и помощи от людей: ни сам Гордий, ни его форинг Лунгерд не пришли на помощь княжеской дочери. Даже верная дружина Волков не спешила догнать и спасти своего предводителя. То ли не вышло у Ильмы поднять тревогу, то ли хитрец Золат, и правда, всех обвёл вокруг пальца.

Надежды Рагнера на то, что в пути у них с Сияной появится возможность сбежать от бдительных стражей, тоже таяли стремительно.

До полудня они мчались по безлюдным лесным дорогам, ни разу не остановившись, лишь иногда замедляли ход, чтобы не загнать лошадей. Рагнер понимал, что Лебяжьи Земли, очевидно, уже давно остались за спиной. И всё же он надеялся, что ещё немного времени у них в запасе оставалось. Но, как оказалось, и в этом Волк ошибся.

Внезапно среди леса показался замок, сложенный из тёмного камня – лишённый вычурности, небольшой, но мощный, крепкий. Он даже издали смотрелся неприступной крепостью. А для них с Сияной должен был стать ловушкой, узилищем.

На воротах стояло несколько стражей, но их беспрепятственно пропустили во двор. Гран, главный из похитителей, мотнул головой, приказывая им выходить из саней.

– Милости просим, княжна! – глумливо пригласил он следовать за ним.

Похоже, не первый раз бывал здесь и хорошо знал, куда идти. А вот сын Золота и Самон, их возница, хоть и двинулись следом, но по сторонам глядели с опаской. Часть людей Грана осталась во дворе, подле лошадей.

А они, наконец, вошли под своды замка. Гран вёл их сумрачными коридорами, и на душе у Волка сейчас было так же мрачно и темно.

Рагнера охватило яростное отчаяние, которое никак не получалось усмирить и обуздать.

Сейчас или никогда! Если он ничего не сделает прямо сейчас, если допустит, чтобы Сияну привели к хозяину этого замка, клетка захлопнется окончательно.

Теперь, когда с ними осталась лишь половина стражей, когда бдительность этих стражей ослабла от предчувствия скорой наживы, ведь дело почти завершено, у Рагнера появился шанс. Конечно, ещё надо вырваться из замка, миновать тех подельников Грана, что ждут во дворе, и дозорных на воротах, но внезапность может стать Волку союзницей.

Не теряя больше ни мгновения, Рагнер перекинулся в Волка, встряхнулся, скидывая с лап верёвки, и яростно метнулся на идущего впереди Грана. Сбил с ног, полоснул клыками. Развернувшись, кинулся на одного из его приспешников. Тут же обернулся на испуганный окрик Сияны, и едва увернулся от клинка Маруна.

В узком замковом коридоре было слишком тесно для вольного зверя – увы, его быстро зажали в тиски, со всех сторон. Кто-то обрушил сверху свой меч, Рагнер успел отскочить только чудом.

Сияна снова отчаянно закричала. Смерть подкралась опасно близко. Но Волк сдаваться не собирался.

Метнулся под ноги тому самому конюшему, перекинулся обратно в человека и успел сорвать нож у него с пояса. Проклятая оборотная слабость уже накрывала, но он из последних сил сжимал оружие в руке, отбивался от нападок, прикрывал собой Сияну.

Разумеется, будь ты хоть трижды хорошим воином, с ножом против мечей долго не продержаться. Рагнер бился с отчаяньем зверя, но понимал, что вот-вот получит тот самый роковой удар, который станет для него последним.

Вдруг и без того узкий коридор заполнился новыми ратниками, и грозный окрик раскатился многоголосым эхом:

– Прекратить немедленно! Сдать всем оружие! Ну!!!

Пришлось подчиниться и отдать нож, следом за Граном и остальными. В окружении воинов замка они безмолвно двинулись дальше. Впрочем, далеко идти не пришлось.

Вскоре один из ратников толкнул двухстворчатые двери, пропуская гостей-пленников в круглый зал, такой же мрачный и полутёмный, как весь этот замок.

За столом у дальней стены сидел человек. Он медленно поднялся, сделал пару шагов навстречу, но ближе не подошёл.

Гран приветственно поклонился:

– Доброго дня тебе, Инвар! Я исполнил своё обещание. Вот… привёз тебе дочь Гордия, княжну Лебяжьих Земель.

– Дочь Гордия… – эхом повторил хозяин замка. – Что ж…

Рагнер силился его рассмотреть, но пока не выходило – слишком далеко стоял, слишком сумрачно было в зале. Правда, через миг незнакомец шагнул ближе, и свет от окна, наконец, показал того, кто скрывался в тени.

Хозяин замка оказался значительно старше самого Волка, темноволосый, но серебра на его голове уже было больше чем достаточно. Осунувшееся бледное лицо, тёмные тени под глазами. Словом, болезненный какой-то вид.

– Добро пожаловать, княжна! – добавил Инвар, и Рагнеру почудилась в его глухом, тусклом голосе беспредельная усталость.

***