Глава 18
Я встретила его взгляд прямо и уверенно – и, кажется, даже печать молчания. Кассиан понял. Поверил.
Дракон повернулся к королю и, не отводя взгляда, произнёс глухо:
– Прикажите развязать её и снимите печать молчания.
– Мне искренне жаль, – король качнул головой с той мягкой вежливостью, что скрывала сталь, – но ритуал уже начался. Его нельзя оборвать.
– Тогда закончим прямо сейчас, – отрезал Кассиан. – Анна совсем недавно в этом мире, и уж точно не связана ни с какими преступниками.
Уголки губ монарха чуть приподнялись.
– Ты великолепно разбираешься в обороне города, племянник, – в голосе слышалась усмешка, – но не в женщинах. Откуда у попаданки деньги на ремонт клиники?
Кассиан медленно обвёл взглядом зал. «Ёжик» действительно преобразился: светлые стены, новые рамы, фонари у входа – каждую деталь он отметил, прикидывая в уме сумму. Кассиан снова посмотрел на меня с немым вопросом.
Король шагнул к племяннику и мягко положил ему руку на плечо.
– Не будем спорить. Я первым буду рад, если окажусь неправ. Потому я и пригласил Магистра. Его обмануть нельзя. Дождёмся окончания ритуала?
Кассиан медленно повернул голову к королю и прорычал:
– А потом вы её отпустите. Снимите печать и принесёте извинения.
– Если правда будет на её стороне – разумеется, – проговорил он с идеальной учтивостью. – Мы же все здесь за истиной.
Магистр не слушал их вовсе – или делал вид, что не слушает. Тьма вокруг него потягивалась, как живое существо: струилась под плинтусом, взбиралась на стойку, забиралась в щели между досками. Холод расползался по полу – тонкой льдистой плёнкой на блеске гвоздей, в морозных узорах по краю медных подсвечников.
Тени снова собрались.
Вот я впервые переступаю порог клиники. Приоткрываю дверь, распахиваю ставни. Вот я занимаюсь уборкой.
Сигнал тревоги, моя тень растворяется на втором этаже. На первый влетает спрут и прячется в кладовую.
Вот снова я, снова уборка и столкновение со спрутом. Мелькнувшая тень Кассиана на пороге, которого я увожу подальше от фамильяра.
Вот мы уже со спрутом вдвоём. Работаем. Спасаем пушистых малышей. Я ставлю кипятиться воду, раскладываю чистую марлю, готовлю настой; щупальца спрута аккуратно пододвигают таз.
С каждым новым образом, с каждой сценой Кассиан становился все мрачнее. Его взгляд снова и снова возвращался к кладовой.
Тени безжалостно рисовали прошлое. Дверь в клинику распахивается – влетает Раль. На стол кладут раненого. Я – к рукомойнику, за шовный набор; спрут фиксирует, подаёт. Мы вдвоём штопаем – спокойно и слаженно. Затем убегаем из клиники вместе с людьми Раля.
Затем в дверях клиники появляется Эдгар Мо. Не думала, что со стороны мы можем выглядеть как пара, но без контекста, без слов было похоже, что мы флиртуем.
Тени распались, лишь за тем, чтобы показать, как в клинику приносят коробку. Я читаю записку и откладываю ее в сторону.
Магистр Теней поднял руку и тени резко осыпались. Кассиан больше не смотрел на меня, он распахнул двери бывшей кухни, увидел аппарат УЗИ, а затем взял с полки записку, пробегаясь по ней глазами.
– Кас, родной, мне очень жаль. Я же говорил, что…
– В сторону, – холодно сказал Кассиан, доставая меч, – Спрут еще здесь.
Я дернулась и попыталась закричать снова, но в ответ лишь послышался насмешливой голос в моей голове.
«Как удачно, правда? Ты станешь последней попаданкой в этот мир. Все газеты напишут, что от таких как ты одни проблемы и тогда даже те, кто сомневался, поддержат решение о закрытии мира»
Кассиан одним рывком распахнул дверь кладовой.
Я замерла, но в помещении оказалось пусто.
Свет упал на исчерченные углем стены, спрут стер все и на сером фоне черным углем нарисовал один большой рисунок, как король в короне и с распахнутыми драконьими крыльями кладет что-то большое и черное в маяк. Разобрать было сложно, но я поняла.
Самка! Король поместил самку в междумирный маяк, и он во много раз усилил ее зов! Вот почему твари ведут себя, как безумные, вот почему рвутся сюда через миры.
Кассиан тоже застыл на пороге, но в эту секунду в тишине клиники раздался крик короля:
–Берегись! Она вылечила спрута! Он снова превращается!
И в следующую секунду между ног Кассиана проскользнуло что-то мелкое.
Фиолетовая мышь, с хвостом-щупальцем.
Марси одним прыжком преградила спруте дорогу.
Спрутя испуганно пискнул и рванулся в единственное безопасное место. Ко мне!
Марси не бросилась в погоню. Она развернулась ко мне и замерла. Спрут спрятался у меня на шее под волосами.
– Руби, пока он не атаковал! – крикнул король.
Я испуганно посмотрела на меч Кассиана, а затем ему в глаза.
Я встретила его взгляд и едва заметно покачала головой.
Кассиан понял – я буду стоять за невинную зверушку горой. Даже с риском для жизни. И я уверена в том, что спрут достоин защиты.
Дракон еще раз бросил взгляд на открытую кладовую и хмуро прорычал:
– Сними. С нее. Печать молчания.
Голубые волокна верёвки на моих запястьях вздрогнули. Это спрут, пользуясь моментом, избавлял меня от пут. Какой молодец.
Магистр приподнял голову, фиолетовые глаза блеснули чем-то недобрым.
– Разумеется, – король театрально развел руки в стороны, – Но тогда Магистр начнет допрос. И как только девица собственным голосом подтвердит обвинения, то обратного пути не будет. Что бы она ни сказала, ее ждет кара. А какое наказание у нас за связь с преступниками, укрывательство особо опасных преступников и предательство короны?
Кассиан замер, будто ему нож приставили к горлу.
– Казнь, – прошептал он и впервые отвёл взгляд.
– Я не могу остановить ритуал, – послышался тихий голос Магистра.
– Ты всё правильно понял, племянник, – мягко сказал король. – И потому у меня есть предложение. Сделка. Мы отправим её домой, в её мир. Она никогда не сможет вернуться и причинить нам вред. Девушка жива – ты спокоен. Или ты хочешь идти до конца во всём?
Марси перевела взгляд с меня на Кассиана и замерла, будто тоже ждала. Он медленно поднял голову на короля.
– Что ж, раз Магистр Теней здесь, я готов выдвинуть еще одно обвинение. В заговоре и организации нападений монстров.
Я чуть не закричала от радости. Я до последнего не верила, что несмотря на все, Кассиан встанет на мою защиту. Но он встал. Но радость моя была не долгой. Король зло усмехнулся, вскинул руку и в ней блеснул магический шар.
– Мне жаль, что до этого дошло.
– Схватить её! – рявкнул король, сжимая в ладони пульсирующий магический шар.
Стража двинулась в мою сторону, но Кассиан выхватил меч из ножен, преграждая им путь.
– Попробуйте, – прорычал он, и голос его уже совсем не походил на человеческий.
Марси в ту же секунду прыгнула – мягким белым смерчем. Она приземлилась прямо перед королём, но его фамильяр сбил красотку с ног. Шипящие сцепившиеся между собой кошки клубком вылетели на улицу. А король, пользуясь драгоценной секундой, метнул магический шар в грудь Кассиана.
– Схватить! Это приказ! – рявкнул он.
Щупальца под моими запястьями дёрнулись, и верёвка слетела. Я была свободна и воспользовалась этим, рванув от осмелевших стражников на кухню. Ближайший мужчина попытался выломать дверь, врезался в створки с такой силой, что я чуть не отлетела к стене.
Но спрут помог. Он увеличился в размерах, припер собой дверь. Правда в следующую секунду меч пробил дверное полотно, чудом не нанизав на лезвие спрута.
Снаружи слышались звуки боя.
– Что делать… что делать… – я металась по комнате. Никакого оружия, никакой защиты.
И тут я вспомнила. За этой дверью у нас… целый рой пуховок.
Я схватила спрута за щупальце, будто это была человеческая рука.
– Запускай пуховок! Сейчас же! Разозли их!
Щупальца дёрнулись в ответ, в глазах спрут мелькнула решимость. Спрут ловко открыл дверь во внутренний двор, двумя другими щупальцами схватил две кастрюли и принялся колотить ими друг об друга.
Разъяренный клубок белых меховых паучков ворвался на кухню. Я с криком вскочила на печку, а спрут, приклеившись к потолку открыл створки двери, позволив стражникам ворваться прямо в жужжащую негодованием волну.
К чести дворцовой охраны, соображали они быстро, побросав оружие бросились со всех ног прочь из «Ежика», сбрасывая с себя по дороге пуховок, в попытках не дать им забраться внутрь доспехов и покусать.
Только что было делать нам со спрутом? Об этом я как-то не подумала. Пуховки и не думали успокаиваться, они карабкались вверх, чтобы добраться и до нас.
Спрут сориентировался быстро. Ловко стряхнув с моего кроссовка пуховок, спрут обвил меня щупальцами за талию, поднял под потолок, а затем резко выпустил клубы зеленого дыма.
А дальше, вместо того чтобы рвануть следом за охранниками в холл, а затем на улицу, наоборот метнулся во двор – прямо к самому гнезду пуховок.
Перед моими глазами мелькнуло дерево, похожее на сахарную вату из-за слоев паутины, а затем спрут закинул меня через выбитое окно на второй этаж «Ежика» и втянул свое тело следом.
Какое счастье, что рабочие мистера Мо так и не успели закончить остекление. Я поднялась на ноги и подбежала к лестнице. Весь первый этаж заполнял густой зеленый дым, за котором ничего не было видно.
Я бросилась к окну и замерла. На улице бушевал бой.
Кассиан и король. Чёрное и белое. Драконы разлетались, снова сталкивались. Воздух дрожал от ударов крыльев, от жара огненных вспышек. Я впилась пальцами в подоконник.
Драконы устремлялись вверх почти вертикально, вонзаясь в небо, и сразу же срывались навстречу друг другу, расчерчивая огненные полосы в воздухе.
Сходились в кратком обмене ударами когтей и хвостов и разлетались снова.
Кассиан был сильнее и больше. Под черной чешуей с бензиновым отливом виднелись крепкие мышцы. Король был длиннее и изящнее, благодаря чему ловко маневрировал.
В кратких вспышках огня его белоснежная чешуя вспыхивала золотом. Смотреть за их схваткой было страшно, но совершенно невозможно отвести взгляд.
Темп схватки становился все стремительнее.
Белая тень: широкая струя огня перечеркнула небо.
Черная тень: вертикальное падение, чтобы оказаться под брюхом противника.
Белая тень: подпустить ближе и нанести удар хостом по глазам.
И все же Кассиан обошёл короля по дуге и ударил справа – когтями по суставу крыла. Крыло белого дракона дрогнуло и непроизвольно сложилось, пламя из раскрытой пасти сорвалось в сторону и разлетелось дождём искр на заброшенные улицы базара.
Если так пойдет и дальше, то горелых улиц прибавится. Надежда лишь на то, что торговцы смогут потушить очаги раньше, чем они разрастаться в пламенное море.
Кассиан продолжал атаку за атакой, становясь черной тенью белого дракона. Второй удар, короткий, в основание шеи, и резкий рывок влево.
По небу пронеслось рычание – не звук, а рваный раскат, от которого разбитые стёкла «Ежика» завибрировали.
Король попытался нырнуть, но Кассиан оказался выше и чуть сзади. Ещё пол-оборота – и клыки Кассиана вонзились туда, где сходятся пластины – в мягкую выемку у горла.
Драконы сцепились. Король вцепился лапами в крылья Кассиана. Обоих закружило, и они камнем полетели вниз.
Не падение, а настоящее обрушение.
На миг показалось, что они вот-вот расплетутся, разлетятся в стороны, чтобы избежать удара… но нет: король крепко держал племянника. Намертво.
Я беззвучно вскрикнула, закрыла глаза от ужаса.
Мостовая вздрогнула от удара. Ёжик содрогнулся, мне на голову посыпалась побелка с потолка. По улице прокатилась обжигающая ударная волна. Я невольно отшатнулась от окна и открыла глаза.
В смеси гари и зеленого тумана спрута плавно таяли очертания драконов. Кажется, они принимали человеческую форму.
Бой продолжится на земле, только здесь преимуществ больше у короля. Это стало понятно сразу, как только в черную тень с мечом прилетел первый магический удар.
Если король может наложить печать молчания, что еще ему под силу? Умеет ли Кассиан колдовать также хорошо.
Судя по тому, как дракон перекатился, встал на ноги и выставил перед собой меч, не отвечая на удар – нет.
Браслет на запястье короля! Он помогает ему колдовать. Спрут мог по помочь его снять. Я обернулась к фамильяру и замерла.
Спрут попытался подползти к окну, чтобы посмотреть, но часть его щупалец так и осталось лежать на полу без движения. Видимо разъяренные пуховки смогли добраться до него.
Кажется спруту самому нужна была помощь.
Снизу, с улицы, донёсся грохот. Я выглянула и ахнула. Одна из старых заброшенных лавок сложилась на моих глазах, словно карточный домик.
Схватка драконов была разрушительной. Где-то из-за крыши начинал виться черный дымок. А еще я увидела Таню, которая потерялась в густом зеленом тумане и не понимала, что происходит.
И не она одна. Люди могли пострадать!
Лишь бы Кассиан победил.
Кассиан перехватил меч обеими руками и встал боком к королю, отражая очередную атаку. Магический сгусток, встретившись с лезвием, разлетелся на осколки, которые, как шрапнель побили штукатуренный фасад соседней лавки.
Второй удар король наметил ниже. Кассиан ловко подпрыгнул, раскрыв за спиной призрачные крылья и бросился в атаку.
Король выставил вперед руку, в нос ударил сильный запах озона. Кассиан врезался в магический щит и его отбросило в сторону с такой силой, что он пролетел несколько лавок и врезался спиной в фонарный столб, отчего столб со скрежетом согнулся.
– Поднять меч на короля – это измена!
Кассиан поднялся. Кажется он сильно ушиб плечо, возможно сломал ключицу. Дракон держал левую руку чуть ниже, чем обычно.
Снова магическая вспышка, похожая на электрическую, зародилась на браслете, а затем выстрелила из ладони короля. Кассиан снова отбил атаку мечом, но уже без прежней легкости.
Из окна я видела, как дым с соседних улиц становится все чернее. Как будто издалека слышался звон колоколов.
Король взмахнул рукой и на браслете разом вспыхнули тонкие голубые жилки. Из ладони вырвался луч энергии – электрический кнут. Он ударил в меч Кассиана, как молния, обвился вокруг клинка спиралью, прошипел по стали. Кассиану пришлось выпустить оружие, чтобы не получить разряд.
Меч упал в туман и до меня донесся звон стали, столкнувшейся с камнями мостовой.
Но магический кнут не исчез. Он, словно живой, перескочил на запястье Кассиана. Король дернул кнут, резко, как поводок. Но Кассиан был сильнее, даже не сдвинулся с места, но было видно, что оружие короля причиняет ему боль.
Мне стало страшно за Кассиана, впервые я допустила мысль, что он может и проиграть! Где же Марси? Она должна прийти на помощь.
Я поискала ее глазами и с ужасом поняла, что ей самой бы сейчас не помешала подмога.
Через клубы пыли, дыма и тумана проступали силуэты сцепившихся между собой мантикор. Крылья Марси были изодраны, ядовитый хвост висел плетью. Казалось, она вот вот упадет и тут по улице прокатился громкоголос Сильвиана:
– Семейная ссора и без меня?
Сильвиан стоял в просвете между двумя домами, в полусвете, как будто всё это время был там и просто ждал момента для эффектного появления.
Король повернул к нему голову и усмехнулся:
– Неужели ты решил нарушить клятву и взять в руки оружие? Ещё и пойти против меня?
Сильвиан пожал плечами:
– И в мыслях не было. Я отвлекающий манёвр.
Кассиан, пользуясь короткой передышкой начал стремительное превращение в дракона. Король пустил в него очередной выстрел, но чешуя с легкость отразила удар. В плотном тумане подробностей было не разглядеть, а дальше меня и вовсе ослепило вспышкой.
Кассиан, теперь едва помещающийся на оранжевой линии, выпустил струю драконьего пламени. Рев пламени был таким сильным, что напоминал турбину от самолета.
Расплавленные куски мостовой брызгали в разные стороны, Деревянное крыльцо пустующей лавки вспыхнуло факелом, почти сразу обручаясь в пепел.
– Пламя не может навредить дракону! – послышался насмешливый голос короля.
– Но оплавит руны на магическом браслете, – крикнул Сильвиан.
Я почувствовала, как что-то незримое щелкнуло у меня на шее и мне стало легче дышать. Я кашлянула и услышала собственный голос. Какое счастье!
Пламя Кассиана стихло, воздух, ещё мгновение назад вязкий и горячий, прорезала прохлада.
Я взглянула на запястье короля. Браслет заметно потемнел, оплавился, но большего было и не разглядеть. Кассиан в своем драконьем обличии нависал над королем, как удав над кроликом.
Раскаленная мостовая вокруг них медленно остывала, а вот пожар на соседней улице только разгорался. Ветер доносил до нас крики людей, дым поднимался к небу, становясь гуще каждую секунду.
А вдруг там магические лавки или фейерверки? Полупустые и заброшенные улицы, мусор в подворотнях – готовый костер, который ждал лишь спички, которой оказалась схватка драконов.
К счастью, Сильвиан тоже это заметил: он коротко свистнул, и его пухлый чёрный кот спрыгнул с подоконника, вытянулся в прыжке и на лету обратился в чёрную мантикору. Крылья распахнулись, хвост со шипом качнулся – и зверь рванул к огню.
Сильвиан же исчез.
Почему он не вступил в бой? Вместе с Кассианом они бы победили короля за минуту!
Но времени на размышление не было,
– Сдавайся, – послышался драконий рык Кассиана.
– Ты так и не повзрослел, – крикнул король в ответ. – Всё так же закрываешь собою тех, кого следовало бы убрать с дороги.
Тело короля пошло белой тенью, вмиг выросло, расправило крылья: он обратился в дракона одним рывком, как будто просто стряхнул человеческий облик. Намного быстрее, чем я даже успела осознать, что произошло.
Хвост ударил – низко, резким боковым сечением.
Кассиан поднял крыло, подставляя его, чтобы защитить шею. Удар пошатнул его, так что Кассиан чуть завалился набок и чуть не снес лавку. Я увидела в окнах второго этажа перепуганные лица детей и невольно вскрикнула.
Кажется, Кассиан услышал мой голос, потому как повернул голову и вовремя остановил падение. Старая лавка покачнулась, но устояла.
К сожалению, король тоже услышал меня.
Дракон одним рывком добрался до «Ежика», и пробил лапой раму окна, у которого я стояла. Я почувствовала, как осколки ужалили мои руки и лицо, а затем цепкие пальцы сомкнулись на талии.
От испуга я закричала, но воздух тут же выбило из лёгких.
Спрут рванулся мне на помощь. Дотянулся до моей ноги, обвил, потянул назад, пытаясь вырвать меня из захвата. Дракон дёрнул сильнее: меня сорвало с места. Кроссовок остался в щупальцах, а меня вынесло на улицу вместе с крошевом стекла и остатками рамы.
Чёрный дракон резко обернулся и опустился на мостовую на расстоянии одного прыжка. Крылья сложились, он стал человеком в одно мгновение.
– Отпусти её, – сказал Кассиан. Голос низкий, ровный. – Это между нами.
– Разве? – вежливо отозвался король, чуть сжав мои плечи. – Твои слабости мешают разговору. Вот теперь – не будут мешать.
– Ты прикрываешься женщиной, это недостойно дракона!
– Ты забыл, что значит быть драконом! – рявкнул король, сжимая меня сильнее, отчего я закашлялась, жадно хватая воздух ртом, – драконы – это сила и власть! Мы захватчики и правители, а не чинуши и генералы простых смертных с короной на голове! Не великие магии, ректоры чертовых академий. Весь род обмелел, и только я пытаюсь что-то сделать. Не позволю встать у меня на пути! Так что я сделаю, то, что собирался, а ты прямо сейчас отойдешь в сторону и не будешь мешать и тогда, может быть, твоя девчонка останется жива.
– Отпусти её, сейчас, – зарычал Кассиан. – Я сложу оружие.
Голова белого дракона повернулась ко мне, лапа ещё крепче сжала меня, кажется, еще немного и ребра треснут.
– Обратись в человека, выкину оружие и отойди в сторону, – ответил он. – Без фокусов.
В глазах Кассиана пылала ярость, но все же он подчинился. Чёрные крылья сложились; силуэт осыпался с него тенью, и уже через мгновение он стоял на мостовой человек, без меча, ладони открыты. Он сделал шаг вперёд – медленно, так, чтобы не было сомнений: он принял условия.
– Теперь отпусти её, – повторил он.
– Разумеется, – сказал король.
Лапа, удерживавшая меня, разжалась. Я вдохнула… а затем с криком полетела вниз. Кассиан среагировал мгновенно, он метнулся ко мне, забыв о собственной защите и поплатился за это.
Струя пламени ударила в Кассиана в упор. Затем последовал разряд молнии. Его отбросило и он врезался в стену противоположного дома, а король обрушил на него все строение разом.
Фасад рухнул Кассиану на спину. Камень осыпался, прогрохотал по мостовой, наверху лопнула балка, пыль мгновенно забила переулок.
Меня отшвырнуло в сторону. Я ждала удара головой о камни, но спрут меня спас, в последнюю секунду подхватил щупальцами у самой мостовой.
Я в отчаянье смотрела на дымящиеся обломки здания, в надежде, что Кассиан поднимается из руин, восстанет. Но камни безмолвствовали.
– Кассиан! – вырвался крик у меня из груди.
Король обернулся на меня.
– Еще жива? Это ненадолго, – сказал король негромко, – сначала моя племянница выбрала вместо предназначения смертного, теперь племянник. Я его добью, не сомневайся, но сначала прикончу тебя.
Спрут уже был на мостовой рядом со мной – огромный, раскрывшийся во всю мощь, но два щупальца висели безжизненно после укусов пуховок.
Он тяжело поднялся, заслонил меня собой и метнул вперёд уцелевшие щупальца, пытаясь сбить белого дракона.
Но жертва была бесполезной. Король одним взмахом хвоста сбил спрута и тот, словно мяч, путаясь в щупальцах улетел вглубь «Ежика».
– Нужно было убить его сразу, как и Грамадора. Сделаю это вечерком между ужином и перекусом, а теперь ты…
Я медленно отступала от надвигающегося на меня дракона. Кажется, я уже видела, как в его глотке заграждаются первые искры пламени, которые обратят меня в пепел.
Босой ногой я наступила на какой-то оскорок и с вскриком рухнула.
В этот миг из переулка вырвалась Марси. Изодранные крылья, полосы крови на шерсти. Она замерла, рубиновые глаза ярко вспыхнули, и я увидела, как подо мной камни пошли рябью. На долю секунды я увидела под собой асфальт! Настоящий асфальт. Кажется, кто-то бибикал, на плечи упали капли дождя.
Но через секунду все прекратилось. Мантикора короля настигла Марси и придавила к земле, хватая зубами за шею.
– Ах вот оно что! Я все не мог понять, как эта девица попала сюда, а это ты, Марси ее притащила. Нашла невесту для хозяина?
Марси рычала, но маникора короля прижала ее к земле.
– Обещаю похоронить вас всех вместе, будет мило.
Король приблизился ко мне. Пасть раскрылась, пахнуло озоном и жаром. Я отпрянула, прижалась к стене – и краем глаза увидела: в окнах «Ёжика» всё ещё пляшут холодные тени. На пороге, в полумраке, стояла неподвижная фигура с опущенным капюшоном; фиолетовый отблеск глаз мелькнул и погас.
Магистр здесь.
Последний шанс.
Я набрала в рот воздуха и закричала:
– Я призываю Суд Теней и Магистра Теней в дознаватели! Обвиняю короля в преступлении против народа!
В зрачках короля вспыхнула короткая, чистая ярость. Он втянул воздух и выплюнул струю пламени – прямую, резкую.
Я зажмурилась, но жар не коснулся кожи: между мной и огнём выросла стена холодных теней. Пламя в неё вошло, как в воду, рассыпалось на тусклые языки и погасло с влажным шипением.
Тени сомкнулись плотнее, и до моего слуха донесся шепот. Он шёл со всех сторон сразу – из-под мостовой, из окон «Ёжика», из трещин в стенах: чужие фразы, обрывки присяг, крошечные «да» и тяжёлые «виновен», запах старого холодного камня и мокрой золы. Мир словно стал на полтона темнее.
–Не смей мне мешать, это приказ! – рявкнул король, и голос сорвался металлическим звоном.
– Я не властен над Судом, – послышался спокойный, ледяной голос Магистра. – Это ритуал. Он часть мира, как небо и земля. Нельзя приказать небу.
Король дернулся, резко вскинул голову и обернулся на фигуру Магистра, замершую на пороге «Ёжика». Белый дракон обратил всю свою ярость в пламя и обрушил ее на повелителя теней, но в следующий миг балахон осел на порог пустой, а из темноты клиники вышел огромный призрачный дракон, с шипами вокруг головы, словно корона и яркими светящимися фиолетовыми глазами.
Король замер, отступая.
– Я тоже когда-то правил миром, – голос теневого дракона звучал ниоткуда и отовсюду одновременно. – Я нарушил законы мира и в наказание стал тенью. И вы ей станете, если продолжите.
Фиолетовые зрачки тени медленно сузились, и король отступил на шаг, снова обретая человеческую форму.
Шёпот вокруг усилился – теперь это были не слова, а ритм, в который вплетались удары колокола, шум дождя где-то вдалеке, дыхание людей у цепочки с водой.
Я поняла, что ритуал начался и король больше не может мне навредить. Собрав последние силы, я бросилась к завалам, где был Кассиан.
Я сорвалась с места и побежала к завалам, под которыми был Кассиан.
Камень под ногами был горячим, раненую ногу без кроссовка больно жгло, но мне было не до этого.
Кашляя, я полезла на завал.
– Кассиан! – позвала я. – Кассиан!
Ответа не было. Я еще раз оглядела развалины, и как разгрести все эти камни? Руками? И хоть мозгом я понимала, что ничего не могу сделать, тут нужны спасатели, техника, магия, хоть что-то, но сердце требовала делать хоть что-то. Я начала отбрасывать голыми руками палу за палкой, кирпич за кирпичом.
Лишь бы живой.
Под одной из плит чернела узкая щель. Я сунула туда руку – горячий воздух коснулся ладони.
– Кассиан, – снова позвала я и в ответ услышала хриплый стон.
Живой!
Вокруг короля тем временем поднимались тени – ровным кругом, одна за другой. Прямо посреди улицы возникали призрачные интерьеры, пейзажи, люди.
Еще совсем юный белый дракон, из-за колонны наблюдающий за тем, как его гордого отца заключают в магическую тюрьму за то, что он при всех отказался кланяться новому королю. Как старший брат вынужден подчиниться, чтобы их род не преследовали.
Я лишь на минуту отвлеклась на тени, а затем вернулась к завалу. Нужно было найти палку или что-то, что можно использовать в качестве рычага.
К моему счастью, в темноте провала появился слабый свет. Это Кассиан создал шар огня, чтобы осмотреться. Он лежал на обломках стены, засыпанный штукатуркой, но кажется более или менее цел. Металлические балки, которыми укрепляли здание, защитили его. Они погнулись, но не сломались, все же удержав на себе конструкцию.
Я всхлипнула и протянула к Кассиану руку. Он заметил меня и тут же перестал морщиться от боли, натягивая на лицо маску полного спокойствия.
– Не геройствуй! – крикнула я, глотая слезы.
– Как ты?! Ты ранена? У тебя кровь!
– А у тебя похоже сломана рука, —я улыбнулась дракону, улыбка вышла немного соленой.
– К черту руку, – Кассиан попытался привстать и стиснул зубы, удерживаясь от стона, ему потребовалось несколько глубоких вздохов, чтобы вновь обрести возможность говорить, – Пару минут. Соберусь с силами и выберусь.
Я окинула Кассиана оценивающим взглядом, выглядел он неважно, но то, что даже при таких ранах он умудрялся держать лицо – обнадеживало.
Подумав, я решила не мешать ему, и спуститься с завала, чтобы он мог спокойно выбраться, не переживая, что меня засыпет.
Я обернулась и замерла. Тени показали кабинет.
Свет от лампы на резной раме, девушка у окна. Нежное лицо, но отчего-то знакомые мне черты.
Сестра Кассиана! И белый дракон стоит рядом.
– Это наш шанс вернуть величие рода. Выйди за короля, стань королевой, а затем мы избавимся от мальчишки. Из тебя выйдет замечательная правительница!
Девушка пожимает плечами, смотря куда-то в сторону и наконец отвечает:
– Можно попробовать. Но если не выйдет, ты защитишь моих младших братьев.
Сцена меняется – свадьба. Флейты, золото, улыбки. Сестра Кассиана кладёт ладонь на руку короля и смотрит на него с нежной улыбкой.
Затем они со смехом кружатся в саду, поливают оливковое дерево, а белый дракон стоит в тени колонн. Девушка замечает его и вздрагивает.
И вот, дядя и племянница наедине. Они спорят, вокруг них воздух плавится от жара.
– Не забывай, для чего ты здесь.
– Я не сделаю этого.
– И твои братья будут у людей на побегушках? Один генерал, другой советник, а когда закончатся должности, то поломойки?
– В тебе слишком много гордыни, дядя. Мы можем жить в мире.
– Это не гордыня, это гордость. И похоже вашему поколению это слово незнакомо. Я сделаю все сам.
А дальше обшарпанный стол, ночная лавка, бутылка с мутным стеклом. Грамадор сидит напротив короля. Тот наливает щедро и расспрашивает.
О монстрах, о тварях, о ядовитых змеях. О том, что не поддается магии в этом мире. Их разговор тихий и сливается с шепотом теней. Вырывается только одна фраза короля:
– Добудь мне ее! Я заплачу золотом.
За моей спиной послышался треск дерева, к ногам осыпались камни – я вздрогнула и обернулась на завал.
Плита над щелью поехала, медленно поднимаясь. В просвете показалось плечо, затем голова Кассиана. Дракон, рыча сквозь зубы, упёрся здоровой рукой и спиной, оттолкнулся ногой и вытолкнул себя из-под завала.
Левая рука висела чуть ниже, движения явно давались с трудом, кровь на виске стекала к щеке, но он держался с достоинством.
Прихрамывая, к нему на помощь поспешила Марси в обличии маникоры. Белая шерсть всклокоченна, крыло рваное, хвост с шипом висит. Кажется, у меня будет очень много работы.
Кассиан выбрался из-под плиты, выпрямился, немного пошатнулся, но устоял на ногах.
– Стою, – выговорил он, глядя на меня, и даже попытался улыбнуться.
Я бросилась к нему, обняла осторожно, чтобы не задеть руку. Кассиан прижал меня к себе и тихо прошептал:
– Ты очень смелая, восхищаюсь тобой каждую секунду. Теперь все будет хорошо.
Я хотела ответить ему, но со стороны теней послышались крики. Театр прошлого показывал ночь Разобщения глазами белого дракона.
Площадь с высоты маяка, ночной ветер, люди бегут, дети плачут; монстры рвутся из узких переулков, когтями по камню. Белый дракон использует магию, чтобы отбрасывать их в сторону, путать, чтобы черный поток не так очевидно стекался к маяку.
Концентрацию дракону постоянно сбивало скуление самки. Изящное, вытянутое существо с серой кожей, на которой проступали синеватые прожилки. Передние конечности поджаты, на лапах веревки. Пасть перемотана тугими витками – тряпичные полосы в крови.
Бедняжка поскуливала от страха, уткнув морду в подстилку, дрожа всем телом.
А с улицы было все больше криков.
– Довольно! – рявкнул король на Магистра, – хватит!
Я почувствовала, как Кассиан напрягся. Похоже даже королю было больно слышать этот полный отчаянья гомон голосов.
– Я не могу это остановить. Таков ритуал. Тени показывают, мы смотрим.
– А я не хочу больше смотреть! – крикнул король, – Я сыт по горло вашими жалкими ритуалами, традициями, слабой магией, торгашами и фокусниками.
На лице короля не было ни тени раскаяния, только холодная злость.
– Думаете посадите меня в темницу и будете жить долго и счастливо? Не выйдет!
Король резко обернулся ко мне, наши взгляды встретились, и я поняла, что он винит во всем меня. Драконьи зрачки сузились, и дракон собрал в себе последние магические силы, чтобы нанести удар.
Король взмахнул рукой.
На оплавленном браслете разом вспыхнули неровные голубые жилки. Мелкие разряды, искря и разлетаясь в стороны, с трудом собрались в яркий неровный электрический хлыст.
Король ловким движением метнул его в меня.
Магистр успел выставить на пути разряда теневую стену, но молния пробила её, оставив пульсирующую брешь.
Я успела подумать, что это конец, – и в тот же миг грудь мне закрыла спина Кассиана. Дракон принял весь удар на себя, я почувствовала, как его тело прошила молния. Он не вскрикнул. Только дернулся и покачнулся. Я попыталась поддержать его, но дракон был таким тяжелым, что в итоге я вместе с ним осела на землю.
Король снова поднял руку с браслетом.
– Это тоже магия этого мира, Магистр – крикнул он. – Молния, заключённая в золото. Я прикончу их, и вы мне не помешаете.
Он повёл кистью – электрический хлыст метнулся, и в этот миг браслет просто упал с его запястья на мостовую.
Как в замедленной съемке я наблюдала, как король удивленно подносит руку к глазами и видит, что она уже по локоть обратилась в тень.
– Я предупреждал, – спокойно произнес Магистр.
Король отступил на шаг, другой. Кажется, он хотел что-то сказать, но тени поглотили его голос и его самого, утащили с собой, распадаясь на черные щупальца, уползая под мантию Магистра.
– Ого! И что с ним будет теперь? – послышался голос Сильвиана с крыши.
Младший брат Кассиана сидел на краю, весь перепачканный в копоти, мундир был безнадежно испорчен, один рукав дымился.
– Будет служить этому миру, пока не искупит вину.
Кажется, Магистр что-то ответил, но я уже не обращала на это внимание. Кассиан не приходил в себя. Дыхание было быстрым, прерывистым, хриплым. Мундир на груди разорван, и я чувствовала на пальцах его кровь.
На рану было страшно смотреть.
– Кассиан! – я потеребила его за плечо. – Слышишь? Пожалуйста…
Он не отвечал. Ресницы дрожали, губы побелели. Кровь проступала между моих пальцев. Я подняла голову:
– Помогите! Он ранен! Магистр!!!
Магистр развёл руками.
– Суд завершён, – произнёс он без эмоций. – Приговор вынесен и исполнен. Я возвращаюсь в свои владения, а лечение – не в моей власти.
Тени стихли окончательно, круг распался. Магистр тенью дракона взлетел и исчез в облаках. Улица опустела, только оплавленная брусчатка, погасший браслет.
Я прижала ладони к ране Кассиана сильнее, но моих рук не хватало, я наклонилась к его лицу:
– Дыши. Слышишь? Дыши, Кас… Сильвиан!!! Он умирает, сделай же что-нибудь!
Сильвиан легко спрыгнул с крыши и склонился над нами. Я чувствовала, что у меня трясутся руки, по щекам текут слезы, Марси лежала без сознания неподалеку. Маркиз осторожно вылизывал ее шерсть, а вот его хозяин казался не то, что невозмутимым, а пофигистичным.
– Он умирает! Что ты стоишь?!
– Да, похоже на то, – пожал плечами Сильвиан, – ужас! Вот бы рядом был доктор и какая-нибудь клиника, где ему можно быстро оказать помощь, зашить…
Я уставилась на дракона, на его губах играла саркастичная улыбка. Она подействовала на меня, как пощечина.
И чего я правда тут сижу и слезы роняю?! Жду, что мне кто-то поможет?
– Бери его, несем в клинику! – скомандовала я.
– Вот это разговор!
Сильвиан подхватил Кассиана, тихо крякнув при этом, и понёс в «Ёжика». Я рванула вперёд, распахнула дверь, оттолкнула обломки у порога и бросилась к столу.
Спрут уже отполз от стены, тяжело дышал, два щупальца всё ещё подрагивали и не слушались. На голове, ближе к глазу, расползалось тёмное пятно – рассечённая кожа. Ему бы тоже не помешал осмотр, но сначала нужно помочь Кассиану.
– Ассистировать сможешь? – спросила я на бегу.
Спрутя посмотрел на меня, потом на Кассиана, чуть отполз, будто взвешивая, и… кивнул. Здоровое щупальце потянулось к ящику с инструментами.
Я накрыла стол чистой простыней.
Сильвиан положил Кассиана на стол и махнул мне:
– Тащите инструмент, я его подготовлю.
С этими словами он уложил брата на стол, повернул набок, чтобы тот легче дышал, и одним движением кинжала распустил мундир и рубашку по шву.
Спрут подал мне ножницы, иглодержатель, шовный набор, флягу со спиртом, бинты.
– Нужно стерилизовать, – сказала я.
– Останавливай кровь, я обработаю огнем.
Похоже Сильвиан бывал в подобных ситуациях не раз. Он действовал уверенно и с таким видом, что здесь не происходит ничего важного. Так, баловство. Ужасно раздражало, но и поддерживало одновременно.
– Спрут, давление держим, – бросила я и прижала сложенные салфетки к рваной ране между лопатками Кассиана. Кровь пропитывала марлю слишком быстро. Меня на секунду охватила паника, вдруг ничего не получится?
Сильвиан тем временем использовал магию огня, чтобы стерилизовать инструмент, затем подал его мне, пожимая плечами.
– Смени меня, я обработаю руки, – сказала я.
Что ж, нужно перестать думать о том, что стоит на кону и сосредоточится на работе.
– Приступаем!
Я работала короткими сериями: промыть, зажать, перевязать, проверить, наложить первичные швы. Спрутя ассистировал мне, Сильвиан помогал прижигать кровоточащие сосуды, подносил дополнительный свет, готовил бинты.
Когда молчание стало невыносимым, я спросила его:
– Как Марси? – спросила я, не поднимая взгляда.
– Жива, – отозвался он. – Будет следующей.
– Мы еще не закончили! – возмутилась я.
– Жить будет, – отмахнулся Сильвиан, – кровотечение остановили, рану от магического оружия зашили, остальное само затянется. Или ты собралась залатать ему каждую ранку.
– А как же иначе? – удивилась я.
– Спокойнее и без перфекционизма, – сказал Сильвиан и указал на дверь, – Я послежу за ним, если что, позову. А к тебе очередь уже.
И правда! Сразу за Марси, терпеливо улёгшейся у стены, стояли люди и фамильяры: мальчик с хрустальным псом, у которого на хвосте была трещина; девочка, прижимавшая к груди хорька с раненой лапкой; мужчина с обожжённым плечом; лис с обожженной мордой; маленький сфинкс с безвольной висящим крылом.
Кто-то кашлял от дыма, кто-то шипел от боли, но все смирно ждали своей очереди.
В «Ежик» протиснулась Таня – пыльная, взлохмаченная, а в руках – белый халат, совсем как земной, и над карманом аккуратно вышитый ёжик.
Я машинально посмотрела на Кассиана. Дракон уже не казался таким бледным, раны от осколков и правда затягивались на глазах. Что ж, значит не все так плохо.
Если бы сейчас Кассиан спросил, останусь ли я здесь навсегда, я бы не задумываясь ответила «да».
В этом мире у меня свое дело, своя команда и… кое-кто особенный.
Но времени на сантименты не было.
– Спрутя! Нам нужно несколько пуховок в качестве обезболивающего, Таня, если ты цела, то принеси мне воды и… кроссовок со второго этажа. Сильвиан, простерилизуй инструмент, пожалуйста!