Глава 20

Вечером того же дня, когда Харасские в панике покинули мою усадьбу, я написала письмо Амирану. Коротко, без лишних слов: «Отец, нужна встреча. Важное дело. Жду портал завтра утром». Вестник унёс послание, а я не спала почти всю ночь — ворочалась, сжимала амулет, перебирала в голове события минувшего дня.

Утром портал открылся ровно в назначенный час. Я вошла в сияние — и оказалась в знакомом холле столичного особняка. Амиран ждал меня в малой гостиной, один, без слуг, без племянника. Он сидел в кресле у камина, держа в руках бокал с вином, и смотрел на огонь.

— Садись, Анна, — сказал он, не оборачиваясь. — Рассказывай.

Я села напротив. Взяла бокал, который он молча пододвинул ко мне, но пить не стала.

— Отец, — начала я. — Я Хранительница. Та самая, из легенд. Которая защищает эти земли несколько сотен лет.

Он не удивился. Только поставил бокал на столик и повернулся ко мне.

— Я знаю, — сказал он.

— Знали? — я опешила.

— Догадывался, — поправил он. — Когда увидел твой амулет, когда понял, что дом тебя слушается, когда ты нашла сундук, который никто не мог найти двести лет... Я подозревал. Но ждал, когда ты сама расскажешь.

Я выдохнула. Почему-то стало легче.

— Вчера приезжали Харасские, — продолжила я. — Граф и его сын. Пытались запугать, оскорбить. И у меня проснулась магия.

Амиран подался вперёд:

— Расскажи.

Я рассказала. О том, как земля задрожала, как амулет вспыхнул, как из-под ног графа вырвались корни, как сияние ослепило двор. О том, что я чувствовала — связь с каждым камнем, с каждым деревом, с каждой травинкой.

— Я не знаю, как это контролировать, — призналась я. — Всё случилось само собой. Если бы я хотела убить, я бы убила. Но я не хотела.

— Ты Хранительница, — кивнул он. — Твоя сила — в защите. Не в нападении.

— Но я могу и напасть, если понадобится.

— Можешь, — согласился он. — Но ты этого не сделала. Это важно.

Он встал, подошёл к окну. За стеклом шумел весенний дождь, столица жила своей жизнью, не зная, что в этой комнате решается её судьба.

— Я пришлю тебе учителя, — сказал он. — Старого мага, который знает о Хранителях больше, чем кто-либо. Он научит тебя управлять силой. И защитит от тех, кто захочет ей воспользоваться.

— А Харасские? Они теперь знают, кто я.

— Они теперь боятся, — усмехнулся Амиран. — А боящийся враг — это безопасный враг. Но я приставлю к твоей усадьбе охрану. На всякий случай.

— Спасибо, отец.

Он обернулся и улыбнулся — той мягкой, отеческой улыбкой, которая появлялась только для меня.

— Ты — моя дочь. Не по крови, но по духу. Я защищу тебя. И помогу стать тем, кем ты должна быть.

Мы ещё долго сидели у камина, пили вино (я всё же отпила глоток), говорили о магии, о землях, о будущем. Амиран рассказывал о старом маге — его звали Матиас, он жил отшельником в горах, но ради дела спустится в долину.

— Он суровый, — предупредил Амиран. — Но справедливый. И он умеет хранить тайны.

— Мне такие и нужны, — ответила я.

Перед уходом он обнял меня, крепко, по-отечески. Я почувствовала тепло его рук, спокойствие, защиту.

— Всё будет хорошо, Анна, — сказал он. — Ты не одна.

Я шагнула в портал и через мгновение оказалась в своей усадьбе. Во дворе пахло весной, плотники стучали молотками, Астер выбивала ковры. Всё было как обычно. Но я знала — скоро придёт учитель. И начнётся новая жизнь.

Ночью, лёжа в постели, я сжимала амулет и думала о словах Амирана. «Ты — моя дочь». И это было важнее любой магии.

Вильгельм появился, когда я уже засыпала.

— Учитель, значит, — сказал он. — Хорошо. А то ты как слепой котёнок — сила есть, а управлять не умеешь.

— Я научусь, — ответила я.

— Научишься, — согласился он. — А я пока присмотрю за Харасскими. Чтобы не вздумали пакостить.

— Спасибо, Вильгельм.

Он исчез, а я провалилась в сон, где снова стояла на холме, и земля пела под моими ногами.