Глава 19 — Балы

Первым делом я узнала, когда могу смыться с этого бала. А потом переместилась к столам с закусками и решила стратегическое место не покидать. Благо никто приставать ко мне и не планировал. Похоже, «богатеньких девочек» знали в лицо и за ними специально охотились. Моя же личность во дворце никому не была знакома. Так что вскоре я поняла, что все мои опасения оказались напрасными.

Но через какое-то время решила посетить уборную и выбралась в холл. Народу там хватало. В основном это были сопровождающие. Родственникам, родителям и слугам в зал заходить не рекомендовалось. Вот они и толпились в ожидании новостей. Уже возвращаясь, я чуть не столкнулась с парнишкой, которого пытался удержать мужчина.

— Элианор, ещё не вышло время, тебя не пропустят, — увещевал мужчина. — Двери никому не откроют.

— Я попрошу, — не сдавался парень.

— Тоже надоела эта канитель? — посочувствовала я.

Он резко обернулся. Я чуть не подавилась воздухом. Миндалевидные глаза — явно миранские. Только цвет не типичный: насыщенно-изумрудный. В остальном — словно фарфоровая статуэтка. Хрупкий, тонкий, чересчур красивый.

— Я Юлианна, — представилась я, подав руку для поцелуя.

— Элианор, — парень едва коснулся губами моей кожи на внешней стороне ладони и оглянулся на мужчину, словно спрашивая разрешения или одобрения.

— Если пока не выпускают, может, к пирожным прогуляемся? Там с ягодным желе просто волшебные, — предложила я.

— Иди, — буркнул мужчина. — Но помни! — крикнул нам вслед.

О чём помнить, я деликатно не уточнила. Но краем глаза отметила: одежда у парнишки слишком простая. Даже заштопанные брюки. Белая рубашка с белой вышивкой — скромно, но со вкусом. Только все это словно баннер на нем "невыгодная партия".

— Сам вышивал, — зарумянился Элианор, заметив мой взгляд.

Я кивнула. Похвалить стоило хотя бы за старание.

— Тебя отец провожал? — поддержала разговор.

— Нет. Это воспитатель младшего брата. Мы из поместья на юге. Приехали потому, что обязаны… — смущённо потупился он.

— И это обязательно для всех? Даже для… — я осеклась.

— Я не миранец, — перебил он поспешно. — Только мать была оттуда. Я родился в Ранмарии. Мама умерла при родах.

— Мои соболезнования. Я тоже сирота.

Мы дошли до напитков. Элианор колебался: брать ли. Смущался взглядов. Похоже, здесь его восприняли как чужака — из-за внешности и бедности. Но мне было всё равно. Я с удовольствием угощала его, отмечая про себя: если бы наряд сменить — он бы затмил половину бала.

Позже мы вернулись в холл. Двери уже открылись.

— Подвезти вас до гостиницы? — обратилась я к воспитателю. — Всё равно по пути.

— Это было бы кстати, — кивнул тот, но всю дорогу выспрашивал, кто я и зачем пришла.

Я честно сказала: по обязанности. Потом разговор скатился к регулировке экипажей. Так и добрались. Гостиница — далеко. Пешком бы час шагать. А экипаж, судя по всему, брать бы не стали.

— Я за вами завтра заеду, — предложила я. — Мне не трудно.

Элианор посмотрел на меня с такой тоской, что я полночи не могла забыть этот взгляд.

На следующий день я приехала заранее. Ждать пришлось чуть-чуть. Оказалось, Элианор постирал рубашку с вечера и ждал, пока высохнет. Манжеты ещё оставались влажными.

Откровенная нищета сына лендлорда резанула.

— Папа не тратится. У него теперь другие дети — от мачехи, — пояснил Элианор позже.

— Но если он отправил тебя искать жениха, мог бы хотя бы одеть прилично, — проворчала я.

— Он не хочет, чтобы я женился, — еле слышно прошептал Элианор.

— Почему?

— Соседка, старая вдова с земли по соседству, договорилась с моим отцом взять меня… в любовники. — лицо Элианора стало пепельным. — Я не хочу. Она грубая. И от неё несёт прелым и уксусом. Она как-то поцеловала меня — и меня чуть не стошнило.

Я замолчала. В голове крутились гневные мысли.

— И всё же, кто женится на миранце? — выдохнул Элианор.

— Я, — ответила я. Даже сама не поняла, как вырвалось.

— Ты что? — замер он.

— Беру тебя в мужья, — сказала я. — Всё просто. Ты мне нравишься. Я всю ночь ворочалась, думала о тебе. А когда услышала про соседа — всё поняла. Не отдам. Мой.

Он молчал. Смотрел в пол.

— Ты против?

— Нет… но за меня не дадут ни монеты.

— Мне не нужно. Я нас прокормлю.

— Да… — прошептал он. — Но воспитатель будет против. Он вчера расспрашивал тебя, только убедившись, что ты не претендуешь, отпустил со мной.

Я отмахнулась.

— Браслеты есть?

— У меня есть, — достала я комплект.

Мы прошли в зал церемоний. Церемониймейстер закончил предыдущий обряд.

— Кто старший в браке?

— Равный брак, — отрезала я.

Клерк записал: сын лендлорда Элианор Протим. Леди Юлианна Серова.

Клятвы, браслеты — всё быстро и буднично.

— Мы женаты? — не верил Элианор.

— Да. И теперь ты свободен. Независим.

— Ой, воспитатель… Мачеха просила его стеречь меня. Она меня соседке продала — за участок у реки.

— Пусть отдаст своего ребёнка, — хмыкнула я.

В холле воспитатель орал. Грозил. Пытался отменить брак — с претензией на то, что простая магичка не может быть женой сына лендлорда. На моих нарядах он ведь не видел никакой геральдической вязи, говорящей о древнем роде. Но я предъявила медальон леди. Стража вежливо, но твёрдо его удалила.

А мы — в экипаж. Смеясь, мчались в гостиницу. Забрать вещи.

Вещи… У Элианора был лишь узелок: две рубашки, ночная, бельё и книжка.

Я оплатила гостиницу наперёд, на случай, если воспитатель решит навредить. И повезла мужа домой.