Глава 3 — Получился Пуф!

С каждым днём в Академии я чувствовала себя чуть менее инопланетянкой и чуть более… кем-то вроде неопытной, но способной стажёрки. Я не знала, как тут всё устроено, но уже могла пройти от столовой до библиотеки, не потерявшись. А это однозначно достижение — особенно если архитектура здания периодически намекает на то, что у кого-то из строителей были личные счёты с логикой. Лестницы, уходящие в потолок, двери, которые появлялись и исчезали в разное время дня, и коридоры, сворачивающиеся сами в себя, как бумажный лабиринт — всё это уже начинало восприниматься как... ну, как часть быта. Моя быстрая адаптация к любым условиям из прошлой жизни и тут сыграла на руку.

Утро началось с того, что я успешно самостоятельно сделала себе пирческу Взрослая я, конечно, предпочитала каре, но у местных девушек все имели длинные волосы и ходили с косами или пучками — никаких локонов или распущенных волос. Листая учебник по этике я узнала, что с распущенными волосами ходят только девицы легкого поведения и, мол, соблазняют своим генофондом мужчин со слабой волей. А волосы короче, чем по плечи — в общем, могут и в лицо плюнуть. Решив не выделяться, я со вздохом приняла местную культуру и скрутила себе аккуратный, почти профессиональный пучок. Почти — потому что спустя два часа он самораспустился, и мне пришлось поправлять его прямо на ходу. К счастью, никто не обратил внимания. Или просто сделали вид.

Учёба шла… стабильно. На занятиях я по-прежнему делала вид, что знаю, что происходит, а вечером — листала местные книги, надеясь уловить хоть какие-то закономерности. Всё это напоминало смесь школьного алгебраического ада и фантастического самоучителя по ремонту реальности. Ничего не понимала — но пальцы сами рисовали глифы, как будто в них жила чужая память. И, возможно, она там действительно жила. Еще с той жизни я многое слышала о памяти тела. Насколько это реально доказывать не возьмусь, но в мире, где ты из пустоты можешь сделать предмет обихода возможно почти все.

Мы с Кероном решили встречаться почти каждый вечер после занятий. Он, как и раньше, тренировался в одном и том же месте у края внутреннего двора — между оранжереей и заброшенным флигелем. Я не уточняла, был ли выбор этого места продиктован уединением или любовью к разросшимся кустам бузины, но оно стало нашей «лабораторией».

— У меня опять расплыло всё, — буркнул он, утирая лоб рукавом. — Я рисовал, как ты показала, даже шаг назад сделал, как говорил мастер. Всё равно — бульк и расползлось.

— Ты из-за эмоций жмёшь слишком много энергии, — авторитетно сказала я, сама не вполне уверенная, что именно говорю. Но это работало. Он слушал.

— А ты откуда знаешь? — Керон прищурился.

— Видела. Когда ты злишься — у тебя аж пальцы дрожат. Поток идёт рвано. И не сжимай так челюсть. У тебя щека подёргивается.

— Прямо как старшая сестра, — усмехнулся он. — Она тоже вечно меня лечила.

— А сейчас она где? — спросила я больше из вежливости, чтобы поддержать разговор.

— Вышла замуж и они часто путешествуют с мужем, пока детей нет.

Я не знала, как на это ответить, поэтому просто улыбнулась. Мы молча дорисовали схему, и он снова попробовал вызвать материю. В этот раз вышло нечто другое. У него опять задрожала рука и я рефлекторно ухватила парня за запястье, помогая держать поток. При этом чувствовала, как у само ладонь странно нагрелась. Магия не вспыхнула, она… завибрировала. Мягко. Спокойно. И между нами возникло полупрозрачное нечто — что-то вроде студня, только чуть светящегося. Оно висело в воздухе над нарисованной на песке схемой, колыхнулось, словно поняло, что появилось, и слегка наклонилось в мою сторону. Это сильно напоминало большой мыльный пузырь, который колышется от ветра. Только явно с более плотной структурой и занятным мерцанием.

— Эм… — Керон аккуратно отступил на шаг. — Это… ты сделала?

— Нет. Это, скорее всего, мы, — пробормотала я.

Из-за того, что мы двинулись с места и прервали концентрацию поток магии прекратился. Существо не исчезло. Напротив — оно собралось в плотный шар, затем чуть подросло, словно вдохнуло больше воздуха и шлепнулось на песок со схемой со смешным звуком "пуф". Потом подпрыгнуло — не высоко, но ощутимо, и… свернулось обратно. Отряхнулось от песчинок и перевернулось. Мы увидели что-то похожее на малюсенькие рожки, как у улитки и черные глазки-пуговки чуть ниже под ними. Ни рта, ни конечностей не было.

— Это… мило? — неуверенно сказал Керон.

— Это непонятно, — вздохнула я.

Существо снова наклонилось в мою сторону.

— Оно реагирует, — прошептал Керон. — Может, оно… понимает?

— Магическое желе. Прекрасно, — пробормотала я. — Осталось только дать ему имя, и можно заводить миску для корма.

— Назовём его Глот, — предложил Керон весело. Похоже, для него это все было несерьезно. Подросток, что с него взять.

— Нет, — фыркнула я. — Это звучит так, как будто он пришёл из канализации.

Мы ещё немного поспорили, пока существо не начало расплываться по земле. Я аккуратно поддела его палочкой и перенесла на кусок ткани. Оно было тёплым на ощупь и удивительно лёгким. Существо дотянулось усиком до моей кожи на запястье и потерлось, словно знакомясь.

— Я заберу его к себе, — сказала я решительно. — До завтра. Посмотрим, останется ли.

— Ты уверена?

— Нет, — честно ответила я. — Но мы же не можем его просто оставить здесь. Что-то мне подсказывает, что ни для кого не станет тайной, кто его создатель, если его найдут.

Керон кивнул с улыбкой:

— Если оно сбежит — зови. Я помогу искать.

— В женском корпусе? — добавила я в голос ехидства.

— Да-а, — подыграл он и приподнял пару раз брови, словно флиртуя.

В своей комнате я уложила существо в старую миску, положив внутрь мягкий шарфик, который нашла в шкафу. Оно колыхнулось, будто одобрило, и свернулось в полупрозрачный шар. Я села рядом, глядя на него и чувствуя странное спокойствие.

— Имя… — прошептала я.

Я думала недолго. Оно было круглое, непонятное и милое.

— Пуф. Тебя будут звать Пуф.

Существо будто дрогнуло в ответ. Мне показалось — от удовольствия. И пошло волнами.

— Договорились.

На следующее утро Пуф был на месте. Меньше не стал. Не исчез. Наоборот — стал чуть плотнее и даже… отпружинил, когда я потянулась его потрогать. Потом он залез ко мне в карман. В прямом смысле. Я с ужасом посмотрела вниз, вытащила его, поставила обратно в миску.

— Нет. Пока я не пойму кто ты, ты — тайна. Тайна сидит в миске.

Пуф постарался снова подпрыгнуть. Я поставила миску повыше. Он удлиннил усики, пощупал ими край полки и смирился, спрятавшись обратно в миску.

Весь день прошёл в напряжённом ожидании, что кто-нибудь почувствует, что у меня в комнате лежит что-то явно нестандартное. Никто не пришёл.

Вечером я снова пошла к Керону.

— Он жив, — сообщила я с порога.

— Кто?

— Пуф.

— Ты правда его так назвала?

— Да.

— Великолепно, — фыркнул Керон. — Надеюсь, он когда-нибудь отомстит тебе за это.

Я только пожала плечами:

— Главное — не убежал. И не создал проблемы.

— И не съел тебя, — добавил он. — Это уже успех.

Так в моей жизни появился Пуф. Он не был говорящим драконом, ни феей, ни кем-то мудрым. Он был… шариком, который светился и прилипал к рукавам. И, возможно, только он понимал, насколько я на самом деле потеряна. Но впервые с момента пробуждения я не чувствовала себя совсем одинокой. Пусть и благодаря полуразумному желе с детским именем. И паренька, который, несмотря на возраст, оказался единственным, кто пока принял меня как есть.