Глава 17

Несравненную леди Джулиану, словно ценный трофей, обнимали сильные руки, прижимая к твердому мужскому телу так крепко, что даже ребра немного болели. Дышать нормально благородной мисс не давали чувственные и страстные губы принца. О, какой это был поцелуй, от него словно расправлялись крылья, о существовании которых прекрасная дева и не подозревала секунду назад, тело становилось невесомым, и хотелось парить от счастья…

— Да, принц! Я ваша… — однако ее признания потонули во все продолжающемся поцелуе.

Волны жара пронизывали благородную мисс, подолгу задерживаясь горячей пульсацией в отдельных местах тела. Ох, как же чувствовались эти отдельные места, соски зудели, требуя ласки, между ножек возникло непонятное влажное томление. А принц совсем не промах оказался. Схватил прекрасную леди за волосы, жестко фиксируя в нужной ему позиции, вторая мужская рука опустилась на несравненную попу благовоспитанной мисс. Губы принца просто пожирали нежные уста леди Джулианы. Не губы, а огнедышащая пасть.

Джулиана в страхе распахнула глаза. Это же чудище! Монстр какой-то, одновременно похожий на дракона, медведя, паука и бешеную гориллу. Нужно срочно бежать… Бежать подальше, и без оглядки… Но какие же у злодея красивые глаза — карие, с зелеными и желтыми искорками. Они, безусловно, кого-то напоминали. Ах, он гад! Леди Джулиана сделала резкое движение коленкой вверх. Страшное чудище захрипело и скрутилось, на миг выпустив из своих цепких лап трепещущее тело несравненной мисс.

Так тебе и надо, Кирилл Максимович Томильченко. Вздумал бросить леди Джулиану. А теперь пора и правду бежать. Пока этот… эта бешеная горилла не пришла в себя.

***

— Блин! — невольно выругалась.

Все-таки споткнулась, смешно упав на коленки и больно расцарапав тыльную сторону ладоней. А так хотелось убежать красиво, словно в фильмах, например, моей любимой сказке «Три орешка для Золушки». Золушке повезло, ей пришлось от принца бегать, а мне достался… коварный похититель благородных девиц.

— Жулька, стой! — раздался где-то вдалеке голос этого проходимца.

Ага, сейчас, так я тебя и послушалась. Наоборот, бросилась бежать быстрее. Надо же, как живо очухался. Нужно было крепче коленкой приложиться. Чтобы он больше никогда, ни с кем не смог заниматься таким потрясающим, улетным, ой… то есть ужасно противным сексом. Поторапливайся, леди Джулиана, а то бывший похититель благородных девиц скоро поравняется с тобой. Хотя, о чем я только думала, пустившись в бега. От такого скрыться можно разве что в темном переулке, но там может и настоящий маньяк настигнуть.

— Догоню — хуже будет!

Ах, он еще и угрожает. Нахал, работорговец.

— Черт! — снова вырвалось из меня ругательство.

Эту тротуарную плитку словно специально укладывали неумелые работники. Тут же совершенно невозможно нормально пробежаться. Каблуки в зазорах заcтревают. Опять упала. Ко мне сразу кинулся какой-то парень, чтобы помочь. Ах, не перевелись еще благородные, фу… нельзя кому покрасивее было надумать меня спасать. Оттолкнула этого недотепу, вставшего на моем пути, и с новой силой ринулась бежать.

— Ай!.. — мужская рука скользнула по моему плечу.

Увернулась. Сердце в груди билось как бешеное, того и гляди, вырвется и полетит назад, прямо в руки к гнавшемуся за мной по пятам Кириллу. Конечно, оно уже давно меня предало, влюбившись в этого проходимца. Добежав до перекрестка, повернула на более оживленную улицу. Прохожие наверняка смотрят на нас, словно на двух идиотов. Ну и пусть себе завидуют. Если быть честной, мне очень даже нравятся такие игры в догонялки. Невольно вспомнилась деревня. Эй, чего ж он меня никак не настигнет? Я думала, мерзавец порасторопней будет. Обернулась, а Кирилла нет. Как это нет?! Куда он делся?! Остановилась отдышаться. А сама готова закричать во все горло, — «Эй! Похититель благородных девиц, ты где?!» Как он посмел меня не преследовать. Нарушить все правила. Сзади нет, справа нет, слева тоже. Тоска начала пробираться в мое сознание, в отчаянье крутанулась и бах:

— Попалась! — зарычал Кирилл мне в ухо, схватив в крепкие медвежьи объятья.

— Иии!.. — с перепугу завопила я. А может и от радости, что похититель благородных девиц все-таки поймал меня.

Он скривился. Конечно, мой фирменный визг никого не оставляет равнодушным. Проходимец почему-то не стал закрывать свои уши, как это, помнится, бывало раньше. Боится, видимо, что я опять сбегу. Ай, горячие мужские губы накрыли мой все еще визжащий рот. И совсем не оригинальный способ заставить замолчать, я тысячу раз его в фильмах видела. Но… ой. Какой действенный. Визжать перехотелось напрочь.

Что творят губы этого мерзавца. Окончательно поняла — хочу его, гада, люблю его, гада. Поцелуй все продолжался, и волны то холода, то жара ходили косяками по телу, а все вокруг словно стало кружиться в бешеном танце. Наконец Кирилл оставил мои губы в покое. Зачем он это сделал, негодяй, я еще хочу оказаться в центре круговерти. Мужские глаза внимательно посмотрели на меня. Блин, я, наверное, выгляжу по-дурацки: вся такая раскрасневшаяся от быстрого бега, растрепанная, бурно дышащая. Впрочем, не только игры в догонялки тому виной, скорее близкое присутствие бывшего похитителя благородных девиц заставляет неистово вздыматься мою грудь. Но кажется, Кириллу я нравлюсь, более того, судя по выражению его лица, мое нахождение рядом тоже действует магически, и он хочет не только целоваться, но и заняться со мной любовью прямо здесь, посреди улицы у всех на виду. Насчет «прошедшего желания» этот прохиндей, пожалуй, бессовестно врал.

Кирилл бегло чмокнул меня в губы. А потом, держа рукой за талию, просто вынудил идти вслед за собой. А как же признания в любви, верности и извинения за те ужасные гадкие слова, которые он сказал совсем недавно? Эй… Сейчас самое время! Только вот похититель благородных девиц не разделял мою точку зрения. Молчал, зараза. Интересно куда же он всё-таки тащит леди Джулиану? Неужели я его окончательно достала, и Кирилл решил завести меня в темный переулок, и там …прихлопнуть, как надоедливую муху, или же отдать на растерзание настоящим маньякам? Дернулась, пытаясь вырваться. Не тут-то было, мерзавец начеку.

— Эй, ты куда меня ведешь?!

— Еще одно «эй» и я не посмотрю, что тут толпы людей ходят и наподдаю по заднице. Ты меня знаешь, я так и сделаю…

Блин, от Кирилла мне даже угрозы нравятся. Хотя чувство противоречия приличия ради заставило меня предпринять еще одну попытку высвободиться.

Дохлый номер. Проходимец держал мертвой хваткой. Точно в лапы здоровенного медведя попала. Вот же гризли-переросток.

— Так куда мы все-таки идем?

— Узнаешь, — раздраженно бросил Кирилл, продолжая волочить меня в сторону удаления от своего дома и ах… такой вожделенной кровати.

— Кажется, это именно то, что нам нужно! — по прошествии некоторого времени радостно воскликнул бывший похититель благородных девиц.

Вывеска на здании гласила:

Выставка: «Авангард XX век». Каким боком это, интересно, нам нужно? Совсем рехнулся, бедненький.

— Ты же не думаешь, что я туда пойду? — запротестовала было я.

Но мерзавец совершенно не слушал.

— Два билета, пожалуйста, — протянул Кирилл деньги милой девушке в кассе.

— Мы закрываемся через полчаса, — предупредила та запоздалых любителей искусства.

— Не переживайте, нам хватит времени, — обворожительно улыбнулся кассирше Кирилл.

Который раз дернулась, желая освободиться из его цепких рук. Разулыбался тут всяким. Прохиндей! Конечно, ничего не получилось. Неужто все-таки придется приобщиться к прекрасному. Впрочем, на мой взгляд, к прекрасному выставленное можно было отнести с большой натяжкой.

— Отпусти, не хочу я никуда с тобой идти. Сам смотри свою выставку авантюристов, точнее, авангардистов. Тебе тут самое место. Ты вон как тот непонятный квадратный параллелепипед, — пришлось невероятно вывернуть голову, пытаясь понять, что же тут нарисовано.

— Это Кандинский, — ответил Кирилл, продолжая тянуть меня непонятно куда.

Все-то он знает, мистер Всезнайка. Да еще на скрипочке умеет играть. Впрочем, это не единственное его достоинство, самое главное, он умет так… потрясно целоваться, а еще лучше — заниматься сексом. Ах, как он меня поймал, так неожиданно, бах! — и я в его объятьях. От присутствия этого проходимца в непосредственной близости, его хозяйского обращения, мужской руки, находящейся на талии, отдельные места моего организма все также продолжали жарко пульсировать. Тоже предали меня, вслед за коварным сердцем. Вот же гад, Кирилл Максимович Томильченко!

— Ты на слона похож, который на той картине нарисован. Длинные ноги и маленький хоботок. Понимаешь, о чем я?

Хотелось хоть чем-нибудь его достать.

— И Дали не стоит обижать, — продолжил учить меня изобразительному искусству похититель благородных девиц.

— Тогда ты вон как та размазня! — вру, конечно, на размазню Кирилл совершенно не смахивал. — Или это тоже твой Дали-Кандинский?

Кирилл пригляделся более внимательно к картине.

— Нет, тут и правда какая-то размазня нарисована…

Не смогла сдержать смешок.

— А знаешь, может, я не очень хорошо разбираюсь в авангарде, зато у меня полно других достоинств. Представляешь, тоже могу кое-что изобразить.

Скорчила ему рожу, высунув язык и скосив глаза в разные стороны. Конечно, давно не практиковалась, но в детстве за такой мой талант родителей пару раз в школу вызывали. «Ах ваша несносная девочка, напугала наших воспитанных мальчиков!» Надеюсь, я не потеряла сноровку? Кирилл даже остановился, чтобы посмотреть. Выражение лица у него стало странное — немного пришибленное. И непонятно, то ли ему нравится и смешно, то ли он злится. Значит я еще в форме, раз привлекла его внимание. Правда, через секунду взгляд Кирилла поменялся. Словно обдало жаром с ног до головы. Нда… Однако, умеют смотреть некоторые. Под таким взглядом захотелось моментально все с себя стащить и даже ножки раздвинуть приглашающе. Гад! До чертиков сексуальный гад!

А я ведь только сейчас поняла, зачем мерзавец притащил сюда леди Джулиану. Вот же дурочка. Кирилл совершенно наглым образом начал подталкивать меня в сторону комнаты с табличкой «Ватерклозет» В этом храме искусства даже туалет назывался по-выпендрежному, с претензией на высокое.

— Кирилл! Ты же не думаешь, что я туда пойду? — настойчиво запричитала я.

— Сама же говорила, что отравила еду и мне нужно держаться поближе туалетов.

— Если тебе захотелось справить нужду, ради бога. Я тебя подожду. Хочешь, дам честное слово, что не сбегу.

— Ты использовала очень верное выражение «захотелось справить нужду». А поскольку ты виновница этой нужды, придётся отдуваться.

Легким толчком Кирилл протолкнул меня в туалет и запер дверцу изнутри. Надо сказать, в ватерклозете леди Джулиану еще никогда не имели.

— Я не думаю, что это хорошая ид… Ммм… Ммм… — договорить не дали жаркие мужские губы.

О, этот поцелуй… Я совершенно схожу с ума, стоит Кириллу ко мне прикоснуться. Его губы такие требовательные, жадные, горячие. Когда моя голова окончательно пошла кругом, этот мерзавец быстро развернул меня спиной к себе и даже слегка прогнул, вынудив опереться руками об умывальник. Благо, он выглядел вполне чистым. Наверное, в городе не так уж и много любителей авангардизма.

Мужские руки взялись за молнию на моих джинсах.

— Кирилл, мы же не будем в туалете заниматься любовью.

— Нет, что вы, леди Джулиана, — брюки поползли вниз по моим ногам, — я только немножко посмотрю на вашу пипиську, ну и чуточку трахну. Но обещаю — никакой любви.

Шутник тут нашёлся.

Пальцы этого проходимца начали пробираться дальше, прямиком между моих ножек. А ведь там наверняка просто потоп из смазки, выдающий мое желание и опровергающий недавно сказанные слова об отсутствии страсти. Да, леди Джулиана безбожно врала, я моментально увлажняюсь, стоит Кириллу появится в радиусе пяти метров.

— Кирилл, постой, — хотя бы словесно надо посопротивляться.

Типа приличная. Тогда как звук расстегиваемой ширинки, невольно вынудил вильнуть попкой навстречу мужскому телу.

— Ай!.. — получила шлепок по ягодице.

— Леди Джулиана, стой смирно.

— Чего это?.. И не подумаю. Немедленно выпусти меня из этого вертепклозета. Ишь, чего удумал, злодей…

— Вот именно, Злодей, и не вынуждай меня снова тебя связывать.

Дальше решила не бунтовать. Точнее, не смогла больше сопротивляться, поскольку Кирилл вошел в меня. Совершеннейший нахал. Сначала медленно и осторожно, где-то до половины, а потом резко и глубоко. И этот сильный толчок, такой острый и яркий, скрутил внутренности в тугой ершистый клубок, колющийся удовольствием. Какое уж тут сопротивление.

— Ммм… — стонала я.

— Ууу… — вторил он.

Кирилл охотник, а леди Джулиана — его добыча. Он имеет право делать со мной все, что ему заблагорассудится. Поэтому я покорно стояла, млея от простреливающих наслаждением толчков, слушая развратные звуки ударов его бедер о мои ягодицы. Понимание собственной беспомощности, слабости, осознание силы его желания отзывались во мне чувством ликования. Только со мной Кирилл такой, это я завожу его настолько сильно, что он полностью теряет голову и готов заниматься любовью хоть в машине на полном ходу, хоть в туалете какой-то дурацкой выставки современного искусства. Благо, насильник не видит мое лицо, довольное, как у кошки, поймавшей мышку. Ой, зеркало, тут же есть зеркало. Красивые карие глаза с зелеными и желтыми искорками наблюдали за мной оттуда.

— Ооо… — вырвался стон из моих уст.

— Тише, леди Джулиана. Сама говорила, что пробовала размерчики побольше, — прошептал будоражащим шепотом мне в ухо Кирилл.

Похоже, я его не на шутку раззадорила. Мерзавец с первых же секунд начал проникать в быстром темпе, да поглубже. Если б не огромное желание, выражающееся потоками смазки, разорвал бы меня на части. Зря я ехидничала насчет размеров. У него с этим полный порядок.

Пальцы Кирилла легли спереди на мой лобок с тонкой темной полоской волосиков, чуть потянули за них, примешивая к ощущениям толику боли. Опустились ниже, раздвинув влажные складки, нашли клитор. Всхлипнула.

— Аахх…

В сочетании с таранящими ударами члена в вагине, эти мягкие теребящие движения вызвали просто шквал ярких острых ощущений. Теперь клубок внутри живота не просто колется удовольствием, а вовсю дерется, вынуждая меня протяжно завывать.

— Ааа… ооо… мыыы… — мерзавец подавил мои крики-стоны, зажав рот другой рукой.

Это какое-то безумие. Мы словно сошли с ума, съехали с катушек, а крыша давно рухнула нам прямиком на голову, лишая последних остатков здравомыслия. Даже в своих самых смелых фантазиях никогда не могла представить, что буду когда-нибудь отдаваться в подобном месте. А уж тем более невозможно было вообразить, что все это будет мне дико нравиться. От остроты ощущений отклячила попку, давая насильнику полный вход внутрь себя. Толчки усилились, а мужские пальцы теперь лихорадочно разминали клитор, опять примешивая к наслаждению немного боли. Его горячее дыхание, его дикое безумие передавалось мне, мое ему. Дышать стало нечем. Невольно прикусила зажимающую рот руку, стремясь высвободиться, дать простор для рвущихся из моего горла криков и стонов. От быстрых толчков меня всю трясло то холодным ознобом, то било жаркими электрическими разрядами… Вот оно, то предоргазменное состояние, которое бывает только с ним, когда ты выпадаешь из реальности, в виде стен этого дурацкого ватерклозета, взмывая куда-то ввысь, прямиком навстречу удовольствию. Последней каплей послужил его поцелуй в мое ушко. Скорее даже укус, но нежный и чувственный.

— Мыыы, — заколотило оргазмом.

Клубок внутри живота взорвался ослепительным фейерверком.

Еще полчаса назад я готова была убить этого негодяя, сейчас же кончала под ним, зажатая в углу общественного туалета. Так низко леди Джулиана никогда еще не падала, впрочем, и не поднималась так высоко.