Глава 4. Аромат крови и золота

Огромная песчаная арена находилась под огнеупорным куполом. Некоторые участки блестели в свете софитов расплавленным в зеркало песком. Я заметила и кровь — на самом куполе и пропитанный красным песок.

Внизу два дракона сцепились в яростной схватке. Тот, что был покрупнее, — скорее всего земляной змей, судя по характерному песчаному окрасу и мощным лапам, — вцепился в глотку второму. У того были крылья, покрытые бело-голубыми перьями.

Я почувствовала, как рука Дамиана сильнее сжалась на моей талии. Увиденное явно приводило его в ярость. Тело наследного принца нагрелось ещё сильнее, а глаза зарябили, меняя цвет. Действие зелья было под угрозой. Но я понимала его эмоции.

В дикой природе эти два вида никогда бы не встретились. А теперь их заставляют сражаться друг с другом на потеху толпе. Люди внизу ликовали, скандировали что-то вызывающее. Некоторые на эмоциях швырнули в купол бокалы. И эта толпа называла себя благородными аристократами.

Белый дракон взмахнул крыльями, вырываясь из хватки земляного. С его шеи по белоснежным перьям стекала алая кровь. Он издал полурык, полувой и рухнул на песок. Его дыхание стало тяжёлым, глаза стекленели. Он умер только для того, чтобы люди просто посмотрели на его смерть.

– Потрясающий бой! – восторженно произнёс мужчина, сидевший на ряду ниже. Он взмахнул бокалом и повернулся к нам. – Эй, Фабио, что за малышку ты с собой привёл?

Я могла поклясться, что из горла Дамиана донеслось звериное рычание. Однако наследному принцу удалось взять себя в руки.

– Месье Руссо, рад встрече, – проговорил Дамиан нарочито вежливо и натянул приветливую улыбочку.

Я осмотрела мужчину получше. Месье Руссо — глава торговой гильдии. Сальваторе, да и Совет Семерых часто с ним пересекались. Неудивительно, что Дамиан сразу его узнал.

– Моя помощница.

Принц сделал шаг вперёд, оставив меня позади.

– Поздно ты сегодня, – с досадой проговорил Руссо. – Такой бой пропустил. Я сразу ставил на бескрылого. Лапы у него мощные. Пусть и слеп на один глаз. Это, оказывается, тот же, что победил тупорылого дракона пару месяцев назад. Живучая тварь.

– Весьма занимательно, – отозвался Дамиан. – И сколько выиграли?

Он глянул на меня и присел рядом с мужчиной. Я осмотрелась по сторонам. Люди увлечённо обсуждали произошедший бой. Белый дракон так больше и не поднялся. Работники арены принялись загонять победителя в открывшийся загон. Но рассвирепевший дракон брыкался, кидался на людей в масках, сбрасывал цепи и сети. Это стало отдельным зрелищем, от которого зрители не могли оторвать взгляд. Некоторые даже бросились к тотализатору — делать ставки, скольких дракон сожрёт в этот раз.

– Я отлучусь, – предупредила я Дамиана.

Принц кивнул и продолжил обсуждать бой с месье Руссо.

Я проследила за двумя девицами, которые тоже только что поднялись со своих мест. Спустившись на нижний пролёт трибун, они направились к табличке с надписью «Дамская комната». Я последовала за ними.

Масштабы этой арены поражали. Здесь легко могла уместиться небольшая деревушка человек на пятьсот. Или территория Драконьей Залы с двумя зданиями, где заседал Совет Семерых. Только одна арена под куполом вместила бы всю больницу, в которой лежала матушка. И чтобы добраться только до ближайшей уборной, предстояло пробежать мини-марафон, не меньше.

Я толкнула двери в чистое помещение, отделанное белым мрамором. На стенах висели зеркала, под потолком — большая хрустальная люстра с маленькими свечами, горящими от маны. Подошла к одному из зеркал, делая вид, что поправляю макияж. Но на самом деле следила за сеньоритами.

Я не знала, кто они. Вероятно, спутницы каких-то высокопоставленных дворян. Но этого было достаточно. Если они здесь бывали часто, значит знали все самые обсуждаемые новости и сплетни. Они были идеальными источниками информации.

– Говорят, в Верданте в боях участвуют и люди, – сказала одна. Она вытянула губы, подкрашивая их помадой.

– Хочешь посмотреть, как качки травят дракона? – хмыкнула собеседница, вытирая что-то на груди влажным полотенцем.

– Нет, – качнула головой первая. – Ты не поняла. Это вроде как не совсем обычные люди. Синьор Маврис сказал, что дэ Веритас экспериментируют с маной. Они хотят стабилизировать человеческую ману за счёт маны дракона. Но выходит у них пока плохо. И люди превращаются в чудовищ.

– Хочешь сказать, они потом участвуют в боях против драконов? – перевела на неё скептический взгляд собеседница.

– Вроде да.

– У синьора Мавриса богатое воображение, – рассмеялась вторая. – Но… если это правда… – она задумалась. В её глазах заиграли искорки живого интереса. – Попрошу господина Леоне сводить меня туда. А ты?

Первая пожала плечами.

– Не знаю. Туда так сложно пробиться.

– Всё потому, что господин Мано сам определяет, кто может попасть на арену в Верданте, а кто нет.

– Да, он не особо приветлив. Хотя внешность у него буквально ангельская.

Они обе захихикали и двинулись к выходу.

– Прошу прощения, – остановила их я. Дамы тут же повернулись, с удивлением посмотрев на меня. – Я невольно подслушала ваш разговор.

– Не очень-то вежливо, – отозвалась та, что подкрашивала губы, скрестив руки на груди.

– Понимаю, – кивнула я, разделяя её возмущение. – Просто вы тут явно не первый раз и знаете много всего. Я подумала, что могла бы спросить у вас совета.

Дамы перекинулись друг с другом говорящими взглядами. Им понравился мой комплимент.

– Что же ты хочешь узнать?

– Как проходят ставки?

***

В этом не было большой необходимости. К тому же моё решение противоречило договору. И Дамиан не давал мне распоряжения действовать самостоятельно. Однако если мы ничего не сделаем, этот поход вряд ли можно будет считать успешным. Чтобы привлечь человека с большими деньгами, нужно либо поставить ещё больше денег, либо сделать что-то откровенно глупое, но запоминающееся.

Мы подошли к полному лысоватому мужчине, который стоял у расчерченной мелом доски и принимал ставки. Очередь к нему напоминала разномастную толпу на ярмарке, куда мама водила меня в детстве. И по мере приближения я вдруг почувствовала волнение и желание отказаться от этой затеи.

Оглянувшись на трибуны, где должен был сидеть Дамиан, я никого не увидела. Даже месье Руссо пропал.

– Дамы? На кого хотите поставить? – вывел меня вежливый голос букмекера.

Сопровождавшие меня сеньориты сделали полшага назад, предоставляя мне разбираться самой. Я улыбнулась.

– Добрый вечер, синьор. Вы принимаете ставки на что угодно?

Он усмехнулся.

– Конечно, синьорина. Главное, чтобы ставка была выполнима. И чтобы кто-то ещё захотел поставить. Иначе какой резон?

– И на кого угодно? – вновь уточнила я.

Мужчина кивнул. Тогда я обратилась к толпе.

– Синьоры и сеньориты, открываю ставку: я выйду на арену против самого свирепого дракона, и после всего одного моего слова он станет ласковее котёнка.

Собравшиеся разразились дружным смехом.

– Что за вздор?

– У синьорины не всё в порядке с головой.

– Да кто пойдёт на такую заранее абсурдную сделку?

– Боитесь проиграть? – поинтересовалась я, ничуть не оскорбившись их высказываниями. Того и следовало ожидать. Кто же добровольно встанет на одной арене с диким животным? Особенно если это хрупкая девица в вечернем платье. Но мне нужно было лишь создать шум вокруг себя, чтобы выманить Анжело Мано. И кажется, я его создала.

– Синьорина, это не серьёзно, – отозвался букмекер.

– Неужели так никто до меня не делал? Вы же сказали, что можно ставить на всё. Готова поставить полмиллиона золотых.

Мужчина подавился воздухом, услышав сумму. Остальные тоже притихли, словно языки проглотили.

– Ставлю двести тысяч золотых, что ты даже на арену не выйдешь, милая, – бросил кто-то.

– И я двести.

Ставка вдруг взлетела лучше, чем я ожидала. По меньшей мере шестеро решили поучаствовать. Букмекер цыкнул, но записывал всех. А затем, пробормотав, что он так не может, куда-то пропал под бурные обсуждения моей скромной персоны.

Вернулся он уже с двумя незнакомыми мужчинами. Один — пожилой, с благородной сединой. Второй — помоложе, с золотом в глазах и массивным кулоном на шее, куда был вставлен камень магической руды в форме треугольника.

– Значит, вот она какая, наша смелая синьорина, – довольно промурлыкал пожилой мужчина.

Он протянул мне руку, и я вложила свою кисть, чтобы получить лёгкий поцелуй. Я кокетливо ему улыбнулась. Лишь бы не показывать отвращения к сложившейся ситуации.

– Добрый вечер, синьор, – выпалила я.

– И не страшно вам идти в клетку с диким зверем?

– Немного страшно, – призналась я.

– От чего же вы тогда уверены в своём решении? И так яро спешите отправиться к праотцам? Неужто несчастная любовь? – он подмигнул мне. – Ещё не поздно отказаться. Мы даже не станем взыскивать с вас компенсацию.

– Ох, разве вы не хотите зрелища? – поинтересовалась я. Сама не знаю, почему продолжаю настаивать. Впору было сыграть слабую девушку. Тем более «несчастная любовь» действительно могла послужить неплохим оправданием. Но я продолжала. – Уверяю, моя работа связана с не менее опасными существами. Я справлюсь.

– Дон Стефано, – шепнул мужчина с треугольником магической руды. – Мы не можем так рисковать. К тому же…

– Синьорина возьмёт ответственность на себя, – отрезал дон Стефано, глядя прямо мне в глаза и сально улыбаясь. – Подпишем бумажки и…

Однако договорить он не успел. Сальная улыбка сползла с его лица, сменившись маской недоумения, а затем и зарождающегося страха.

Я спиной почувствовала знакомый жар. Словно позади меня поставили печку с открытым огнём. Не нужно было поворачиваться, чтобы понять: Его Высочество, наследный принц Дамиан, зол.

– Моя дорогая, что ты здесь устроила? – театрально вежливо поинтересовался он.

Уверена, ему стоило колоссальных усилий держать себя в руках при людях. И конечно, держать облик дона Фабио Нери.

Я медленно повернулась к нему.

– Ничего, милый. Просто хотела проверить свои навыки…

Он и правда держался из последних сил. Его глаза выдавали драконью натуру — льдисто-голубые. Их сейчас сложно было назвать человеческими.

И это было плохо.

– Прошу прощения, господа. Вероятно, моя дорогая Калисто перебрала вина. – Он сжал моё плечо и дёрнул на себя. – На пару слов, милая, – отчеканил сквозь зубы.

Я сглотнула вязкую слюну, но пойти за ним пришлось. Несмотря на то, что дон Стефано пытался нас остановить, Дамиан не слушал никого, стараясь увести меня как можно дальше от толпы любопытных глаз. Казалось, он точно знал, куда идти. Потому что мы вдруг оказались в низине под трибунами, где не было ни единого живого человека. Но пахло сыростью.

Он сжал мой подбородок, запрокинув голову так, чтобы я смотрела только на него и не могла отвернуться. Я вцепилась в рукава его пиджака, сжимая ткань, впиваясь ногтями.

– Ты сейчас делаешь всё, чтобы условия, написанные мелким шрифтом, были выполнены, – усмехнулся Дамиан.

– Нет… я просто хотела…

Договорить он мне не дал, впиваясь очередным поцелуем в мои губы.

***

Месяц назад. По прибытии в порт

Едва мы ступили на твёрдую землю, как Дамиан вручил мне конверт. Он сказал, что я должна открыть его, как только мы сядем в карету, и внимательно изучить содержимое.

Никаких правок. Попыток оспорить или разорвать этот договор. Даже уничтоженным — его содержимое имеет вес. Ибо эти бумаги были просто копией. Так он сказал мне, пока я читала и не могла поверить своим глазам.

– Если не понравится моё поведение. Если я буду спорить или разговаривать грубо. Если не буду согласовывать шаги в рамках расследования. Или флиртовать с кем-то? Ваше Высочество, эти условия — для дрессировки собак, а не для партнёрских отношений двух цивилизованных людей! – возмутилась я.

Дамиан усмехнулся, откинувшись на спинку кресла в карете.

– Я хочу, чтобы ты была максимально осторожной, – как ни в чём не бывало ответил он.

– Вы хотите меня контролировать! – возразила я.

– Не спорю, такие мысли тоже возникали. Это не отменяет того, что ты уже нарушила несколько пунктов.

– Я не специально попалась дону Нери и синьору Энцо. Я искала вас, а они просто попались под руку.

Дамиан отмахнулся от моих слов, словно от назойливой мошки.

– Ты нарушила мой прямой приказ. Это нарушение дисциплины. А нарушение дисциплины наказывается.

Я недовольно цыкнула.

– Даже не зная эти правила, ты должна была понимать, что я не терплю самовольства. Особенно если оно несёт потенциальную опасность для тебя.

– Это очень благородно, но я не ваша собственность. Я сама могу решить, как мне лучше поступить в той или иной ситуации.

Дамиан вздохнул. Втянул воздух через нос. Его глаза вспыхнули ледяным пламенем. И могу поклясться, что услышала его грудное рычание.

– Пересядь ко мне! – приказал он.

И мне пришлось подчиниться — потому что с этим тоном, с этим взглядом опасно было спорить.

Аккуратно я перебралась на место рядом с наследным принцем. Его рука тут же легла мне на затылок, зарываясь в волосы. Он слегка потянул их назад. Я почувствовала его дыхание на своей шее.

Замерла. Стиснула зубы, не в силах пошевелиться или дышать ровно. Сердце забилось чаще, готовое вот-вот покинуть грудную клетку. Его губы коснулись моей кожи. Я дёрнулась в глупой попытке освободиться. Уперлась ладонями в его широкую грудь. Но его вторая рука легла на мою талию, притягивая ближе.

– Каждый раз, – хрипло произнёс он, – когда мне что-то не понравится, я буду делать то, что давно хотел.

– Вы не имеете права! Это не законно. Ни один договор с такими условиями не имеет юридической силы! – воскликнула я, вновь пытаясь его оттолкнуть.

– Я — наследный принц рода Сальваторе. Думаешь, мне есть дело до подобных мелочей?

Он поднялся цепочкой поцелуев к моему подбородку. Слегка укусил кожу. Я зажмурилась.

– Я пожалуюсь вашему отцу!

Дамиан лишь усмехнулся.

– Давай. Можем вместе пойти к нему. Я с удовольствием посмотрю на твоё прекрасное личико, когда ты будешь в красках описывать, что я сейчас делал. Только прошу, не упусти ни одной детали, дорогая моя Селена.

– Вы… – я запнулась, стиснула зубы. Глаза горели. Веки щипало от слёз бессилия.

– Назови меня подонком или чудовищем — но это ничего не изменит. Я только поцелую твои губы, чтобы ты навсегда забыла эти слова.

Он отстранился. Ладонь, что лежала на моём затылке, переместилась к моему лицу. Большой палец мягко обвёл контур моей нижней губы.

– В этом нет и не может быть ничего справедливого. Единственный верный вариант для тебя — не провоцировать.

***

Наши дни. Арена

Я укусила его за нижнюю губу. Дамиан дёрнулся, но отстранился. На том месте выступила капелька крови. Он коснулся пальцем ранки. Довольно хмыкнул, но больше не полез. Я же демонстративно вытерла губы тыльной стороной ладони. Что его только позабавило.

Его глаза вновь вернули себе чуть сероватый оттенок дона Фабио. А температура тела немного снизилась.

– Даже жаль, что это произошло… сейчас, – хрипло произнёс он.

Я не ответила.

Зато с трибун донеслись шаги. К нам заглянул молодой парнишка. С ореолом светлых кудрявых волос он был похож на ангела, спустившегося с небес, чтобы спасти меня от наглого дракона. У него были белые ресницы, светло-лиловые глаза. И в целом он был бледен. Но одет в дорогие ткани — значит, не помощник и не рабочий арены.

– Я не помешал? Вижу, вы тут неплохо проводите время. – Он ловко спустился к нам и отряхнул брюки. – Меня зовут Анжело Мано. И у меня к вам крайне интересное предложение.