Глава 6. Контесса Равена

Сосчитав медленно до десяти, чтобы успокоить тремор в руках, я с ужасом заметила, что ворота с другой стороны арены начали медленно открываться.

Я невольно попятилась назад и оглянулась. Ворота за моей спиной наглухо закрылись. И даже если бы я сейчас ударилась в истерику, вряд ли их открыли бы.

С противоположной стороны арены донеслось рычание. В полной тишине оно прозвучало как приговор. У меня подкосились ноги, я едва удержала равновесие, чтобы не показать людям по ту сторону купола своей слабости. Но даже когда ангар полностью открылся, дракон не спешил выходить. Изнутри валил дым и обжигающий пар — будто открыли не ангар, а двери печи.

Дракон вышел на арену медленно, словно давно чувствовал себя здесь хозяином. Его ноздри раздулись, втягивая воздух. Чешуя была чёрной, с зеленоватым отливом, переливавшимся в искусственном свете ламп. Острые зубы напоминали иголки, торчащие из подушки, — идеальные для разрывания плоти. Он полностью выбрался из ангара, расправив чёрные кожистые крылья, которые заполнили собой половину арены. На его фоне я казалась крошечной песчинкой. На шее был ошейник с мигающим кристаллом, и цепь сильно натянулась, когда дракон вдруг дёрнулся в мою сторону. Я правда сомневалась, что она способна его удержать. Хотя звенья были толще, чем на якорной цепи.

Дракон вновь заклокотал угрожающе и резко дёрнулся ко мне. Мощные лапы взрыли песок, оставляя глубокие борозды. Мешок на его шее вздулся, раскаляясь. Изо рта повалил густой чёрный дым. Он издал протяжный, похожий на шипение рык и открыл пасть, выпуская столб огня. Я закрылась руками, мысленно проклиная себя за эту идиотскую идею. Но с удивлением обнаружила, что огонь меня не касается совсем. Поток обтекал меня по сторонам. Защита работала — это немного успокоило.

По моим ощущениям время давно должно было закончиться, однако заводить дракона обратно не спешили.

Когда поток огня прекратился и дракон заметил, что я стою неповреждённая, он склонил голову набок, словно собачка. В его взгляде проскользнуло недоумение. Как, собственно, и на моём лице. Потому что дикие драконы не способны выражать эмоции. И это выбило меня из колеи.

Тогда он попробовал ещё раз — выдал поток огня во много раз мощнее первого. Я почувствовала, как броня дрогнула, но устояла. Хотя жар кольнул куда сильнее. На лбу выступили капельки пота.

Как только огонь прекратился, я заметила, что кристалл на ошейнике замигал интенсивнее. По телу чудовища пошли электрические искры. Дракон сразу замотал головой, царапая шею, чтобы снять ошейник.

Позади послышался скрежет металла — открывались ворота. Я сразу метнулась к ним. Заметив это, дракон ринулся на меня. Несмотря на боль от кристалла, он пытался схватить меня зубами. Цепь противно звякнула почти над самым ухом. Мешок на шее вновь раскалился, но я успела пролезть в узкую щель между ареной и воротами. Те тут же захлопнулись, и железо сильно накалилось за какие-то доли секунды. Ещё немного — и оно начало бы плавиться. Но поток огня, видимо, прекратился. Я услышала болезненное рычание дракона, прежде чем арену сотрясло от падения его бессознательного тела.

– Вы в порядке, синьорина? – учтиво спросила девушка в серебряном платье.

Она протянула мне руку, помогая встать. Я определённо была не в порядке. Тело сотрясала крупная дрожь. Я едва могла стоять на ногах после пережитого. Грудь сдавило от сдерживаемых рыданий. По щекам потекли крупные слёзы.

Дамиан ворвался разъярённый. Икнув, я едва не выпалила его настоящее имя, однако он вовремя опомнился и бросился ко мне. Крепко обняв, зашипел от раскалённых защитных пластин.

– Больше никаких рискованных авантюр, – хрипло проговорил он. – Я пропишу это крупно в нашем контракте.

Мне оставалось только согласиться. Вряд ли я ещё раз пережила бы встречу с диким драконом.

Мне выдали тёплый мягкий белый халат и тапочки. Предложили принять душ и чай с мятой — как сказал Анжело, очень успокаивающий. Я приняла все предложения без раздумий. И когда вернулась из душа, на столе уже ждали не только чай, но и целая тарелка с фруктами и мясными закусками.

Дамиан сидел в кресле, ссутулившись и сцепив руки перед собой. Он выглядел угрюмым. Уголки рта опущены, он даже не посмотрел на меня, когда я вошла. Продолжил сидеть, опустив голову и закрыв глаза. Словно собственные мысли пожирали его изнутри.

– Лорд Дамиан, – я позволила себе обратиться к нему по настоящему имени, потому что в комнате мы были одни. – Не стоит винить себя за содеянное. Всё ведь обошлось.

Только сейчас он поднял взгляд. Я заметила, как потускнели его голубые глаза. Он зло усмехнулся, потёр лицо ладонью, будто на него прилипла паутина.

– Я лишу тебя жалования за этот месяц, – строго сказал он. Взял горсть винограда и вместо того, чтобы съесть, демонстративно раздавил. Сок потёк по ладони, ниже по запястью. Дамиан поморщился и стряхнул руку, пачкая пол.

Я вздохнула. После душа я и правда успокоилась. Хотя мандраж и навязчивые мысли не покидали голову.

Кажется, он винил себя за то, что позволил этому произойти. Или за то, что не вышел на арену сам. Но мы оба понимали: тогда его маскировка сразу бы спала. Она и сейчас держалась на честном слове. Глаза приобрели естественный оттенок, и волосы начали потихоньку светлеть.

– Лорд Дамиан, вы взяли с собой ещё одно зелье? – спросила я.

Принц кивнул.

– Примите его прямо сейчас. Ваш истинный облик проявляется.

– Ты смеёшься надо мной? – вскочил он и двинулся ко мне.

Я осталась стоять на месте. После дикого дракона, который пытался меня поджарить, уже ничего не страшно.

– Нет. Я беспокоюсь о нашей маскировке. Если Мано или кто-то ещё узнает, что вы дракон, возникнут проблемы. Тогда всё, через что я прошла, пропадёт зря.

Он навис надо мной. Его взгляд долго бегал по моему лицу, изучая. Затем он сделал шаг назад.

– Да, ты права, – качнул он головой, прикрыл глаза ладонью. Сделал пару глубоких вдохов. – Ты права.

Мы оба были не в порядке. Но не могли позволить себе потерять контроль и потратить все усилия впустую. Поэтому он подошёл к креслу, где на спинку висел его пиджак, и достал из внутреннего кармана маленькую полупрозрачную колбочку.

***

Выигранные деньги нас мало интересовали. Но возможность встретиться с той самой Графиней Чешуи мы ждали несколько долгих дней. Анжело не выходил на связь. Но Дамиан приставил к нему доверенных людей. Именно они выяснили информацию о графине и составили небольшое досье.

Контесса Виттория Равена. Сорок три года. Вдова графа Равена, почившего при странных обстоятельствах во время ежегодной охоты в собственных владениях. Как гласят официальные источники: один из охотников принял графа за дикого кабана, услышал шорох в кустах и выстрелил из охотничьего арбалета. Болт попал точно в висок, и граф скончался на месте.

Виттория стала единственной законной преемницей состояния мужа — он заранее отписал на её имя завещание. Причастность графини читалась невооружённым глазом — по крайней мере, логика мотива была очевидна. Но доказать ничего не удалось. Дело графа Равена прошло как несчастный случай — и никто не стал настаивать на пересмотре. Родственников, кроме жены и пары тёток по отцовской линии, у него больше не было.

Всё сложилось удачно. Виттория вышла замуж за графа в двадцать лет, через пять он погиб на охоте — и огромное состояние оказалось в руках скорбящей супруги. С тех пор она почти не покидала поместье. Поговаривали, что она до сих пор носит траур по мужу. Но «злые языки» уверяли, что видели её с молодым белокурым любовником. Впрочем, всем слишком нравилось верить в сказку о скорбящей красавице-вдове, которая так сильно любила мужа и в память о нём отказалась выходить в свет.

Сказка оказалась ложью. Люди Дамиана накопали на графиню Равену много противоречивой информации.

Однако найти что-то о её причастности к аренам и продаже диких драконов не удавалось. Официально она ни с кем не вела торговлю. Даже её псевдоним ни о чём не говорил ищейкам — прямой связи между Витторией и «Графиней Чешуи» не было. Единственное, что удалось достать, — большой список аристократов, хотя бы однажды посещавших арены. Многих из них арестовали — пусть и по другим обвинениям.

Мы с Дамианом (под личиной дона Фабио) ещё несколько раз побывали на той же арене. И обнаружили, что слухи об арестах начали распространяться. Аристократы были встревожены.

– Не ровен час, Фабио, – рассмеялся месье Руссо, – как тебя с твоим островом арестуют.

Дамиан тоже рассмеялся. Я сдержанно улыбнулась, сидя у него на коленях. Он слегка сжал моё бедро, а я попыталась незаметно убрать его руку. Лицо моё стремительно заливалось краской от столь непристойной позы. Пусть я и согласилась играть его пассию, но чувство неловкости и стыда снедало меня изнутри.

– Не беспокойтесь, месье Руссо, – смело отмахнулся Дамиан и положил свободную руку мне на талию. – Мой остров находится слишком далеко от континента. Его не обнаружат.

– Такие самодовольные речи, – хохотнул собеседник и покачал головой. – Столь бездумно уверенные люди самыми первыми и падают. Уж поверь моим словам, и поумерь пыл, Фабио.

– Я учту ваш совет, месье Руссо, – улыбнулся Дамиан.

Мы с ним переглянулись. Руссо и не подозревал, насколько близок был к истине.

– Дон Нери, синьорина Корризи? – раздался тихий женский голос позади нас.

Одна из официанток в белой маске с прямоугольными тонкими прорезями для глаз, в серебристом блестящем платье, стояла на трибуне выше. На среднем пальце левой руки у неё был перстень с выгравированным гербом в виде драконьей чешуи.

– Прошу, следуйте за мной, – вежливо попросила она и принялась подниматься вверх по ступенькам. Не дожидаясь, что мы последуем. Она уже знала, что мы пойдём.

Она привела нас в огороженную закрытую ложу. Девушка приложила перстень к выемке на круглой дверной ручке. Послышался щелчок, и замок отворился. Она пропустила нас вперёд, но сама заходить не стала. Закрыла за нами дверь, оставшись снаружи.

Помещение было небольшим, но украшено богато. Небольшой столик, на котором стояли четыре бокала. Запечатанная бутылка дорогого шампанского и ваза с фруктами. В воздухе витал аромат обжаренных стейков с базиликом.

Нас встретил Анжело Мано. Он улыбнулся, пригласив присесть в кресла напротив большого панорамного окна, из которого открывался вид на арену.

– Прошу простить меня за ожидание, – виновато начал Анжело. – Возникли некоторые трудности. Графиня отъезжала по делам.

Это была откровенная ложь. Ищейки следили за передвижениями и Мано, и Равенны. Пределов столицы никто из них не покидал.

– Ничего страшного, – кивнул Дамиан. – Мы готовы были ждать сколько угодно.

Анжело умело открыл шампанское. Я вздрогнула от напряжения и звука хлопка пробки. А затем он разлил его по бокалам.

– Графиня прибудет с минуты на минуту, а пока не желаете отведать стейк? – поинтересовался он и указал рукой на поднос, на котором стояли три блюда, накрытые крышками.

– Я, пожалуй, откажусь, – покачал головой Дамиан. – Калисто?

Я тоже покачала головой, и Анжело пожал плечами, не став настаивать.

– Ситуация с Советом Семерых принимает не очень приятный оборот для нашего рынка, – с сожалением произнёс Анжело, усаживаясь в кресло и сделав глоток из своего бокала.

Дамиан тоже взял бокал. Я же к своему не притронулась.

При всей ангельской внешности и видимой хрупкости Анжело не производил впечатления уверенного делового партнёра. Я до сих пор не могла отделить его внешность от его слов. От того, как уверенно он вёл беседы и заключал сделки.

– Вы слышали, дон Нери? – спросил Мано, обращаясь к Дамиану.

Наследный принц кивнул.

– Слышал, что некоторых аристократов задержали за совершённые ими преступления. Думаете, это как-то связано с тем, что они посещали арены?

– О, над этим можно долго рассуждать. Мне, да и графине тоже, хотелось бы верить, что это только совпадение.

– Что же заставляет вас сомневаться? – Дамиан сделал глоток.

– Опыт графини, – улыбнулся Анжело.

– Графиня весьма мудрая женщина, раз не позволяет себе верить в совпадения, – одобрительно кивнул принц. – И я понимаю ваши опасения. Я сам стал замечать за собой слежку.

– Правда? – искренне удивился Анжело.

– Калисто не раз замечала неизвестные кареты рядом с одним из моих домов в Марне.

Я согласно кивнула, поддерживая легенду.

– Неужели. Даже до Марна добрались. Поистине, Совет Семерых вездесущ, – задумчиво произнёс Анжело, подпирая пальцами подбородок.

Замок на двери вновь щёлкнул, оповещая о прибытии очередного гостя. И в ложу вошла она.

Графиня Виттория Равена была облачена в чёрное траурное платье. Голова покрыта ажурной вуалью, скрывающей лицо. На руках — такие же ажурные перчатки до плеч. От неё исходил приятный сладковатый аромат вишни.

Анжело тут же подскочил с места. Его светло-лиловые глаза загорелись искренним обожанием преданного щенка. Мы с Дамианом тоже поднялись, приветствуя хозяйку арены.

Мано подбежал к ней, встал на одно колено и благоговейно поцеловал руку.

– Графиня, – дрожащим голосом начал Мано. – Дон Нери хочет возобновить с вами контракт. Он лично пришёл обговорить условия.

Графиня повернула голову ко мне, игнорируя Дамиана и слова Анжело.

– Калисто Корризи — спутница дона Нери и его доверенное лицо, – представил меня Анжело.

– Госпожа Виттория, – поклонился Дамиан. – Рад видеть вас в добром здравии.

Он подошёл к ней. Графиня протянула руку, и принц без колебаний оставил быстрый поцелуй на её запястье.

– Вы собрались принести мне извинения за поставку больных детёнышей? – холодно произнесла она, наконец.

– Я искренне сожалею, – искусно соврал наследный принц. В его голосе было столько вины и раскаяния, что даже я поверила. – Уверяю, такого больше не повторится.

Графиня коротко кивнула и прошла мимо мужчины к своему креслу.

– Тогда обсудим условия нашего нового контракта.

Я кожей почувствовала её заинтересованный, пробирающий до самых костей взгляд.