Глава 19.

Никогда прежде замок не представал предо мной настолько прекрасным, как в тот вечер. Слуги постарались на славу и огромный зал, с высокими колоннами, поддерживавшими свод, еще никогда не казался таким завораживающим.

Когда все успели украсить, ума не приложу. Видимо, без магии не обошлось. Так что, рассматривая живые цветы, плетущиеся по колоннам вверх, на призрачных птиц, медленно паривших под сводом и слушая чарующую ненавязчивую музыку, льющуюся со всех сторон и одновременно из неоткуда, я и думать забыла о Тайрене и о Беллах.

— Как красиво, — шепнула своему спутнику. Но мои слова, помимо Дрейка, услышал и маленький лорд Хейвуд.

— Это отец сделал, — сообщил мне мальчик. — Он умеет. Каро рассказывала, что когда мама была жива и отец устраивал для нее такие праздники, он творил чудеса еще более впечатляющие, чем эти. Но я сам не знаю. Я не помню.

— Неужели темная магия настолько обширна в своих свойствах? — улыбнувшись Адаму, спросила у Дрейка.

— Магия может быть любой. Использование ее зависит от самого мага, мисс Эванс, — ответил мне некромант. — Поверьте, и светлый маг может творить зло. А темный не всегда злодей, — мужчина усмехнулся, я же нашла взглядом лорда Хейвуда, который остановился в центре зала, продолжая держать за руку дочь.

Каро рядом с ним была этакой крошечной леди. И то, как она держала отца, говорило мне, что девочка очень любит его. Казалось, она гордилась тем, что является его дочерью. Мне же стало любопытно, почему Адам не с сестрой и отцом, а предпочел нашу с Дареном, компанию, о чем я прямо и спросила мальчика.

— С ними скучно, — просто и искренне ответил он, передернув плечами. — Каро хватает сил выслушивать всех этих леди, а мне от их болтовни порой выть хочется.

Я усмехнулась и огляделась по сторонам, заметив, что гости уже разделились на группы. Основная, и самая большая, находилась подле Хейвуда. Несколько семейных пар обосновались перед огромным камином. Еще одна компания, исключительно мужская, стояла неподалеку от окна.

— Я знаю здесь всех, — доверительно сообщил мне Адам и, заметив, что я смотрю на пожилую чету, державшуюся отдельно от остальных, сообщил: — Это Локвуды, мисс Эванс. Они живут севернее Монро. Как мой отец любит говорить, приятные люди и держат отличную конюшню, занимаясь, помимо всего, разведением лошадей.

— Вот как? — проговорила я.

— А вот эти джентльмены завсегдатаи городского мужского клуба, где тратят время на карты, сигары и ставки, — шепнул мне мальчик, приподнявшись на носочки. Он назвал каждого из троицы по имени, когда я, не выдержав, спросила:

— А вы откуда знаете об этом, мастер Адам? — мне и вправду было интересно. Не мог же Нортон при мальчике говорить о подобных вещах.

— Я слышал сам. Они по воскресеньям ходят в храм к патеру Беллу, а после любят шепотом обсуждать свои дела, — весело отозвался мальчик.

Он успел бегло рассказать нам с Дареном еще о некоторых гостях своего отца, когда рядом оказались патер и его супруга. Не так, чтобы внезапно. Я видела, как они лавируют в нашу сторону, попутно заговаривая с гостями. Но при этом целенаправленно шли именно к нам.

— Мисс Эванс, — проговорил, кивая, мистер Белл. — Мистер Дрейк, — поприветствовал он уже моего спутника. С мастером Адамом они здоровались ранее, когда заходили в дом.

— Мы решили подойти к вам и поддержать, — прощебетала миссис Белл. — Вы же пока никому не представлены здесь, мисс Эванс. Хотя я и подумать не могла, что вы тоже приглашены, — последние слова она проговорила бодро, словно и не собиралась задеть меня за живое, намекая, что гувернантке не место среди гостей Хейвуда.

Я приготовилась проигнорировать колкость, но Дарен не позволил. Мило улыбнувшись чете, он произнес:

— Как? Вы разве не знаете, что леди Эванс происходит из благородного и очень древнего рода? Как же так? — мужчина покачал головой, а у миссис Белл даже вытянулось лицо. Я же подумала о том, что совсем не помню, говорила ли о себе этой женщине, или нет? Впрочем, сейчас подобная мелочь была не важна. Мне нечего скрывать. Напротив, даже приятно видеть замешательство на лице супруги патера.

— Так вы — леди? — улыбка снова появилась на губах миссис Белл.

— Самая настоящая, — громко произнес Адам и взял меня за руку, игнорируя сына Беллов. Мне кажется, мальчик ему не понравился.

— О, — поняла мой взгляд миссис Белл. — Мы решили, что присутствие младшего Белла скрасит время мастеру Хейвуду, — пояснила она.

Мы с Дареном переглянулись и тут я увидела, как к нам в сопровождении своей подруги, сияя широкой белоснежной улыбкой, приближается Линара. В руках у красавицы был веер с пышными перьями. Одета она была изысканно, но отчего-то я поняла, что сегодня мой наряд превосходит ее и по красоте, и по качеству пошива. Что уж говорить, у супруги лорда Хейвуда, по всей видимости, было все самое лучшее.

— О, мисс Эванс! — воскликнула Линара. — Вы сегодня просто очаровательны.

Говорила она подозрительно громко. Я бы даже сказала, неприлично громко, но причина стала ясна, когда девушка продолжила:

— Какая, видимо, радость для простой гувернантки оказаться в столь изысканном обществе благодаря щедрости вашего хозяина!

Услышав ее злые слова, я невольно застыла и вдруг поняла, что эти слова услышала не только я, но и люди, окружавшие нас. Пока еще незнакомые мне.

Дарен, стоявший рядом, заметно напрягся, а по лицу патера пробежала тень. Миссис Белл откровенно злорадно усмехнулась, а я лишь выше вскинула голову, понимая, что этого стоило ожидать. Линара не упустила возможности опозорить меня. В этом вся она. За то время, которое мы знакомы, я уже успела понять, что она за человек. Даже стало немного жаль Тайрена. Ведь ему с ней предстоит жить!

— Вивиан — леди! — вдруг произнес громко Адам и шагнул к Линаре так решительно, что даже я удивилась его порыву. — А вот вы — нет! — еще громче добавил наследник Хейвуда, чем окончательно привлек к нашей скромной компании внимание всех гостей замка и его владельца в частности.

Услышав дерзкие речи сына, к нам уже спешил Нортон. А Линара, побледнев от злости, произнесла:

— Ты слишком мал, мальчик, чтобы понимать то, о чем говоришь.

— Я не мальчик, — возразил Адам. — Я будущий лорд и хозяин этого замка. И поверьте, леди, когда я получу его, вашей ноги здесь не будет, даже несмотря на то, что вы станете супругой нашего родственника, — намекнул он на Тайрена.

— Хам! — выпалила Линара, а я покосилась на некроманта, который прикрыл ладонью рот, но так нетщательно, чтобы все видели — он смеется. И смеется вовсе не от желчных слов Линары, а от препираний девушки с моим защитником.

Вот уж от кого не ожидала такого!

— Что здесь происходит? — подоспевший лорд Хейвуд оценил ситуацию по горящим щекам леди Линары и гневному взгляду своего сына.

— Вам стоит лучше воспитывать своих детей, — проговорила взбешенная юная леди и сделала ошибку.

Лорд Нортон не любил, когда кто-то указывает ему что делать, а что нет. И в особенности не любил, когда критикуют его детей.

— Ваш сын оскорбил меня, — выпалила Линара.

— Это вы оскорбили леди Эванс! — ответил в тон девушке мальчик.

— Нет, вы только посмотрите, он еще и пререкается! — ее лицо пламенело. — Кристиан, мне срочно надо на воздух! — проговорила она довольно громко и лорд Тайрен, оставив свою компанию, поспешил на помощь к любимой невесте. Она демонстративно заломила руки после чего, причитая на невоспитанного ребенка, ну и, конечно же, на гувернантку, которая не сумела научить мальчика манерам, вышла под руку с женихом и в зале на короткий миг стало так тихо, что среди звуков музыки, продолжавших литься со всех сторон, я различила потрескивание огня в камине.

Нортон Хейвуд опустил взгляд на сына.

— Это немыслимо, Адам, — сказал он.

Я было вышла вперед, чтобы защитить мальчика, но хозяин замка лишь сверкнул глазами сказав:

— Не вмешивайтесь, мисс Эванс.

— Норт, — опустив руку, Дарен шагнул вперед. — Мальчик поступил благородно. Он сделал то, что должен был сделать я, но не успел, и…

— Вот только не надо учить меня, как мне общаться с сыном, — сказал сухо Хейвуд. — Он должен знать, что умение держать себя в руках — истинно правильно по отношению к леди. Даже к той, которая не умеет себя вести должным образом, — Нортон опустил взгляд на Адама. С мальчишки спала его бравада и теперь тот стоял, уронив руки вдоль тела, готовый понести наказание.

Краем глаза я увидела, что к нам подошла Каролин. Только вмешиваться девочка не спешила. Она лишь стояла среди гостей и смотрела то на отца, то на брата, видимо, ожидая, что же произойдет дальше.

— Какие бы ты не преследовал цели, ты наказан, — сухо отметил Нортон.

Мальчик вскинул голову и посмотрел на отца.

— Кто-нибудь, — крикнул Хейвуд слугам, — позовите миссис Форест. Пусть она придет и отведет мастера Адама в его комнату.

— Позвольте сделать это мне, — произнесла, чувствуя, что так будет правильно. Ребенок пострадал по моей вине. Да и не хочу больше оставаться на этом празднике!

— Нет, леди Эванс, — вдруг попросил мальчик. — Прошу, ради меня, останьтесь.

Я удивленно посмотрела на него. В голове промелькнула какая-то странная и совсем неожиданная мысль, которую я тотчас прогнала, посчитав глупой. А минуту спустя к нам подошла няня и лорд Хейвуд велел ей, кивнув на сына:

— Адам наказан. Проводите его в его комнату, миссис Форест.

На лице последней отразилось искреннее недоумение, но свою работу женщина знала. Она взяла мальчика за руку и увела прочь. У меня же, смотревшей вослед своему юному защитнику, сдавило сердце от несправедливости происходящего.

— Прошу, отдыхайте, — улыбнувшись широко и как-то неискренне, Нортон обратился к гостям.

— О, Хейвуд, не волнуйтесь так за сына. В таком возрасте дети всегда проявляют характер, — сказал кто-то из мужчин.

Музыка заиграла громче, люди разошлись. Беллы поспешили оставить нас с Дареном, видимо, решив обсудить с кем-то из присутствующих произошедшее, и мы с Дареном и Нортоном остались одни.

— Лорд Хейвуд, — не выдержав, подошла к мужчине. — Вы же понимаете, что мальчик не виноват. Он поступил так из-за меня! А вы…

— А я поступил так ради него, — ответил мужчина. — И более не намерен обсуждать своего сына даже с вами, — сказал и натянуто улыбнулся.

Боги видят, как мне хотелось в этот же миг сказать ему, что не намерена танцевать с мужчиной, обошедшимся с собственным сыном подобным образом, но я промолчала. Он отец. Он в своем праве. Только учить мальчика манерам стоило раньше, чем произошел неприятный инцидент.

— Адам будущий мужчина, — наклонившись ко мне произнес Хейвуд. — Он должен знать, что не имеет права оскорблять женщину. То, что происходит между двумя благородными леди не дело джентльмена. И то, что позволено сказать и сделать женщине, непозволительно мужчине, вам ли этого не знать, леди Эванс?

Я отвела глаза, принимая правоту Нортона, но мне до ужаса было жаль Адама и того, что мальчик, без разницы по чьей вине, был лишен праздника. Хотелось уйти и присоединиться к ребенку, но нельзя.

Дарен бросил взгляд на друга и предложил мне руку сказав:

— Пойдемте, леди Эванс. Давайте осмотримся до ужина. Право слово, замок великолепно украсили к балу. Пора оценить труд слуг Хейвуда.

Я понимала, что это приглашение просто повод уйти, развеяться, и ухватилась за него, как за соломинку хватается утопающий.

— Мы пройдемся, — сказал Нортону Дарен и мужчины смерили друг друга пристальными взглядами. Затем Хейвуд с явной неохотой кивнул. Я же оглянулась на вход в зал и увидела, что Тайрен и леди Линара возвращаются. Причем она выглядит вполне довольной жизнью. Не иначе увидела, как мальчика выводят из зала.

— Отец, я составлю вам компанию, — для маленькой леди Хейвуд тоже нашлась работа. Она кивнула нам с некромантом и осталась подле отца, в то время как я, увлекаемая своим спутником, уже шла мимо гостей, старательно делая вид, что любуюсь на украшения и слушаю музыку.

На нас косились. Не так, чтобы откровенно, но перепалка, задуманная Линарой, достигла своей цели. Все теперь были в курсе, что благородная леди работает у Хейвуда в качестве гувернантки. Но если невеста Кристиана надеялась, что таким образом заставит меня стыдиться саму себя, то очень просчиталась.

Я леди. И то, что я вынуждена искать работу, лично для меня не является позором. Жаль лишь Адама. Но в своих планах уже решила, что после первых танцев уйду к мальчику, а там пусть будет то, что будет.

— Вы злитесь, леди Эванс? — спросил тихо Дарен, пока мы шли к окну. — Но прошу не судите Норта строго. Он должен был поступить именно так.

— Не уверена. А вообще, знаете, — я замедлила шаг, остановилась и посмотрела в глаза мужчине, — мне не всегда были понятны правила этикета и законы в нашей стране. Адам хотел сделать так, как лучше, за что и пострадал. Я — жертва закона о наследовании имущества по мужской линии, вследствие чего вынуждена выслушивать глупые насмешки той, что стоит ниже меня по положению. И только потому, что у нее есть деньги, а у меня нет.

Дарен вздохнул.

— Не я выдумал законы, леди Вивиан, — проговорил он. — Но не могу не согласиться с вами по поводу абсурдности многих его положений. И все же призываю вас не злиться на моего друга. Мальчик обидел гостя под крышей дома Нортона.

— Конечно. Леди Линара гость, а я — гувернантка, — я не язвила. Я озвучила неоспоримый факт. И все же, несмотря ни на что, была зла на своего нанимателя.

Право слово, праздник начался не так, как хотелось бы. Но вполне ожидаемо, если учесть характер леди Линары, не упустившей своего случая разлить мучившую ее желчь и злобу.

* * *

Гостей пригласили за стол спустя несколько минут после произошедшего неприятного инцидента. Любезно улыбаясь присутствующим, Нортон Хейвуд не забыл распорядиться, чтобы Адаму отнесли сытный ужин и только после занял место во главе стола.

Сегодня по правую руку от себя он посадил дочь. Каролин заняла место брата, чем была весьма довольна и даже несмотря на то, что ее время в компании взрослых ограничивалось всего до десяти, девочка была счастлива и улыбалась всем, кто заговаривал с ней.

Многие находили, что девочка умна не по годам. Она почти как взрослая леди умела поддержать беседу, была начитана и отлично знала этикет. И никто более не упоминал о наказании Адама. При Нортоне не было сказано ни единого слова в адрес мальчика. Не посмели, хотя мысленно осуждали. Он видел это по глазам, глядевшим так наигранно и неискренне. Видел и думал, что единственный, кто посмел ему перечить, была девушка, ставшая причиной осуждения его сына. Девушка, которая вряд ли захочет теперь с ним танцевать. А почему-то для Хейвуда эти два первых танца были важны.

Кивая гостям, поддерживая беседу и едва удерживаясь, чтобы не так откровенно смотреть на свою гувернантку, он ощущал себя подавленно и растерянно. Чувства непривычные уже на протяжении нескольких лет.

Но было и еще нечто более сильное. Нечто, что заставляло его сердце биться сильнее.

Эта девушка… Вивиан…

Даже вкус ее имени на губах был сладок. Но мужчина не позволял себе большего даже в мыслях.

Она нравилась ему. И, что еще более важно, нравилась его детям. И что с того, что у девушки нет приданного? Зато он достаточно богат, чтобы позволить себе второй брак по сердцу, а не по уму. И живет слишком далеко от столицы, чтобы его выбора коснулось осуждение общества. Впрочем, менее всего Хейвуда волновало чье-то мнение. Лишь бы девушка согласилась.

Он может дать ей много. И Вивиан знает это. Забрать мать и сестер, поселить в Хейвуд-хилл. В замке хватит места еще для трех женщин. К тому же, насколько Нортон знал, сестры у Эванс еще совсем девочки, а значит, в этом будет положительная сторона и для Каролин. У дочери появится компания. Девочке полезно общение со сверстницами, особенно перед тем, как отправиться учиться в академию.

Нортон невольно посмотрел на дочь. Каро, почувствовав взгляд отца, подняла взор и улыбнулась.

Да, понял хозяин замка. Решено. Девочке надо учиться. Следом отправит и Адама. А если у девочек из рода Эванс найдется магия, он обеспечит и их хорошими местами в лучшем учебном заведении королевства. И все это непременно надо объяснить Вивиан, если слова о его чувствах не тронут девичье сердце.

Главное, получить ее в жены. А там он уже найдет подход к ее чувствам и как когда-то его предок изменил русла ручьев, чтобы создать великолепное озеро у дома, он изменит чувства мисс Эванс в свою сторону.

— Вы что-то хотите сказать, отец? — спросила Каро, явно не понимая и не догадываясь о том, что происходит в мыслях Нортона.

— Ничего, — улыбнувшись ей, ответил мужчина.

С Каро и Адамом он тоже поговорит. Возможно, даже сегодня. К сыну надо обязательно зайти.

Нортон даже представил себе, как покидает гостей и спешит к сыну, чтобы объяснить мальчику, почему поступил именно так, а не иначе. Адам поймет, если уже не понял. Он всегда был рассудительным и добрым ребенком.

Вздохнув, Нортон Хейвуд поднял свой бокал и увидел, как тотчас замерли гости, ожидая, что же скажет хозяин дома. Но он лишь улыбнулся и предложил присутствующим наполнить бокалы и выпить за встречу.

— И за то, чтобы вы не забывали о своих друзьях и как можно чаще устраивали балы, милорд! — нагло заявила раскрасневшаяся от вина леди Линара.

«Вас в моем доме более не будет!» — пообещал себе Нортон и отвел взгляд не ответив на слова девушки.

* * *

Наверное, блюда были вкусными, а вино сладким. Не знаю. Я почему-то не заметила. Ужин тянулся невообразимо долго. Ела я мало и совсем не по причине этикета. Женщинам не полагается выставлять на обозрение свой истинный аппетит. Как учила меня няня, а затем и личная гувернантка, девушка должна есть словно птичка, дабы не отпугнуть кавалеров.

Но я мало ела совсем не по этой причине. Менее всего меня интересовали кавалеры. Но и совсем не хотелось, чтобы ужин завершился, ведь потом начнутся танцы. А у меня два первых обещаны лорду Хейвуду.

Вздохнув, невольно бросила взгляд на главу дома, радуясь, что сижу достаточно далеко от мужчины, и что рядом Дарен. Некромант был очень любезен со мной. Ухаживал, как истинный джентльмен, а сосед слева то и дело развлекал беседой, как и две дамы напротив.

Казалось, все они предпочли забыть то, что произошло до ужина. А я вот помнила.

Малышка Каролин отлично справлялась со своей ролью хозяйки в доме. Да, она была маленькая, но заметно вызывала интерес взрослых.

— Вы плохо едите и совсем печальны, — шепнул мне Дрейк, когда я жестом остановила лакея, намеревавшегося освежить мой бокал.

— Я не могу не думать об Адаме, — призналась в ответ. — Что, если мальчик плачет навзрыд в своей спальне?

— Сомневаюсь. И не стоит забывать, что с ним миссис Форест, — проговорил Дарен.

Я кивнула соглашаясь.

— Если бы ему было плохо, она бы сообщила Норту, — добавил еще тише некромант. — Вы ведь не считаете, что Хейвуд настолько бессердечен, что не пошел бы успокоить ребенка?

Наши взгляды встретились, и Дрейк улыбнулся.

— Мне казалось, вы лучше разбираетесь в людях. Я вот не сомневаюсь, что Нортон найдет время, чтобы заглянуть к сыну перед сном. Он лучше, чем вы полагаете.

Не ответив, подумала, что это было бы просто замечательно, если дело обстоит именно так. Но мне и правда прежде казалось, что я знаю Хейвуда. Более того, я позволила себе полагать, что он добрый и чуткий человек, который вынужден по какой-либо причине создавать видимость строгого отца, коим не является на деле.

Сегодняшний инцидент все перечеркнул.

Более до конца ужина мы не обсуждали ни мальчика, ни его отца. А затем пришло время танцев.

Соседний зал с паркетом, начищенным до блеска, был украшен еще более пышно и даже вычурно. Поток гостей плавно перетек из-за стола туда, где уже звучала музыка, словно приглашая продолжить общение и веселье. Несколько мужчин, уже почтенного возраста, ушли в курильную комнату. Старшие дамы заняли диванчики, которые слуги поставили у стены. Здесь же в стороне располагался столик с напитками и лакеи в ливреях цвета дома Хейвуд, застыли в ожидании с подносами наготове.

Дарен проводил меня в зал и остался рядом. Невольно запрокинув голову, посмотрела на расписной потолок, когда услышала чей-то голос и тут же опустила взор.

Передо мной стоял совсем незнакомый мужчина и он был в компании патера Белла и его супруги. Прокашлявшись, прочищая горло, патер улыбнулся и произнес:

— Меня попросили, как вашего знакомого, представить вас этому джентльмену.

Я посмотрела на довольно молодого и привлекательного господина. Высокий. Красивый. Я видела его за столом, сидевшего напротив. И вот теперь он пришел познакомиться, чего уж совсем не ожидала.

— Мистер Крауч, — кивнул патер Белл. Затем, заложив руки за спину, представил и меня. — Леди Эванс.

Новый знакомый поклонился и, покосившись на моего спутника, проговорил:

— Если леди еще не приглашена на первый танец, я бы…

Он не успел закончить фразу. Ему не позволили.

— Леди приглашена. — Лорд Хейвуд вышел вперед и встал рядом с Краучем, поправляя белоснежные перчатки. — И на первый, и на второй танец, — добавил он и протянул ко мне руку, проговорив: — Вы позволите?

Наши глаза встретились. Внутри у меня взбунтовался кто-то дерзкий. Шепнул горячо в ухо, чтобы отказалась, но я ведь уже обещала!

Его рука оказалась твердой и сухой. Но мои пальцы он сжал легко и почти бережно. Улыбнувшись, Хейвуд вскинул руку и произнес:

— Вальс!

И тотчас, повинуясь магии хозяина дома, зазвучали звуки музыки, сменив фон настоящим королевским вальсом, столь популярным в столице в последние месяцы.

Пользуясь своим правом владельца замка, Нортон вывел меня в центр зала. Гости расступились, открывая нам пространство. Я встала напротив мужчины, ощутив, как его рука опустилась на мою талию, согревая своим теплом. Он посмотрел на меня изменившимся взглядом, в котором больше не было надменности и превосходства. Снова улыбнулся и я положила руку на его плечо, вторую отдав во власть сильных длинных пальцев мужчины.

— Леди Эванс, — он повел в танце, и я послушно заскользила рядом, чувствуя, как постепенно отступает скованность и движениям возвращается привычная легкость.

Мимо мелькали лица, но я не видела никого. Смотрела в глаза своему партнеру, слушая музыку и стараясь не думать ни о чем.

Это всего лишь танец. Два танца и я свободна от Хейвуда. Танцевать с Дрейком будет куда приятнее.

Впрочем, стоило признать, что танцевал Нортон великолепно. Движения его были легки, полны жизни. Он вел меня уверенно, держал крепко. Мы словно парили над паркетом зала, и я не сразу поняла, когда вокруг нас закружились другие люди, другие пары. Все было смазано: наш танец, зал и эта музыка, звучавшая вокруг, наполнявшая каждую клеточку тела. А затем все стихло. Раздались аплодисменты. Те, кто не танцевал, улыбались и рукоплескали нам.

— Второй танец тоже мой! — отпустив мою талию, напомнил Хейвуд.

— Я помню.

— Я бы хотел и третий, но не думаю, что стоит давать повод для сплетен, — проговорил он тише, так, чтобы услышала я одна.

— Третий танец уже ангажирован мистером Дрейком, — сказала с каким-то чувством удовольствия, а сама скользнула взглядом по лицам окружающих, отмечая, что в большей степени они улыбаются радостно и, кажется, никто не намерен указывать на меня пальцем. Да и кто посмеет? Вон, даже леди Линара стоит желтая от злости, кусая нижнюю губу.

— Я все равно еще вымолю у вас танец, — сказал Хейвуд. — Потом.

«Попробуйте, милорд!» — подумала, когда мужчина спросил:

— Какой танец предпочитаете следующим, леди Эванс? Выбор за вами.

Его любезность была мне непонятна.

— Контрданс, милорд, — произнесла быстро, и он с улыбкой выполнил мою просьбу. Чуть позже, когда мы вернулись к Дарену, стоявшему у стены, я выдохнула уже с облегчением, пообещав себе, что более не стану танцевать с Хейвудом, что бы он там себе не придумал и на что бы не надеялся.

— Леди Эванс, может быть вам принести воды? — спросил некромант. Я неловко поднесла руку к лицу. Наверняка раскраснелась, что и немудрено.

— Я слишком давно не танцевала, господа, — проговорила с улыбкой. — И от воды не откажусь, — добавила, взглянув на Дрейка. Он правильно понял, что более крепкие напитки меня не интересуют.

— Благодарю вас за танец, леди Эванс, — поклонился Хейвуд и с явной неохотой отошел прочь. Как хозяин дома он обязан был уделить внимание и другим дамам, чему я была только рада.

Вернувшийся Дарен протянул мне бокал.

— Выпейте, — сказал он.

— Благодарю, — я осушила бокал и отдала проходившему мимо лакею с пустым подносом. — Очень своевременно.

— Если желаете, мы пропустим танец, и вы отдохнете, — любезно проговорил мужчина.

— Тогда ваши будут четвертый и пятый танец, — ответила с облегчением. Я уже и забыла о том, насколько утомительны бывают танцы.

Гости вышли на кадриль и наступил мой черед любоваться происходящим со стороны. Это было не менее интересно, чем самой являться объектом внимания. Но мысли все равно возвращались к Адаму и на сердце было неспокойно.

Кадриль танцевала и маленькая леди Каролин. Ее пригласил сын Беллов, который, к слову, неплохо двигался и был явно изящнее своих родителей. А затем пришло время следующего танца и по желанию хозяина дома это снова был вальс. Впрочем, ни я, ни Дарен, не были против.

Некромант протянул мне руку, которую я приняла с улыбкой более искренней, чем та, что предназначалась Нортону. Но когда мы вышли в центр зала, вдруг с удивлением увидела, как Хейвуд пригласил Линару, и невеста лорда Тайрена при этом светилась, словно новая чеканная монета. Даже стало любопытно, зачем он сделал это, но вот уже звуки музыки и руки Дарена увлекли меня в танце, и я отдалась ему полностью, чувствуя, как пол плывет под ногами. С Дрейком танцевать было легче. С ним я была сама собой. В его руках было легко, потому что не надо было сдерживать себя, свои эмоции и чувства.

— Вы прекрасно танцуете, — проговорил Дарен, когда мы сделали круг вальса, миновав пару Хейвуда и Линары. На миг показалось, что Нортон бросил на меня быстрый взгляд, но затем я успела заметить, как он говорит что-то своей прекрасной партнерше. При этом девушка выглядела уже не такой счастливой, как в тот миг, когда он предложил ей свою руку. Мне даже стало любопытно, о чем они беседуют. Жаль, услышать было невозможно из-за музыки, слишком громкой, и нашей удаленности друг от друга. Дарен нарочно увлек меня как можно дальше от своего друга.

— Я ищу повод, как мне уйти, — призналась мужчине в танце.

— К Адаму? — понял он.

— Да.

— Но я все же надеюсь, что получу два своих танца, — то ли пошутил, то ли вполне серьезно, проговорил некромант.

— Я же обещала, — вернула улыбку мужчине.

Глаза Дрейка сверкнули.

— Если пообещаете, что вернетесь сюда, ко мне, я помогу вам уйти незамеченной, — сообщил Дарен.

В ответ покачала головой. Возвращаться совсем не хотелось. Праздник мне не нравился. И пусть Линаре не удалось испортить этот вечер, пусть на меня уже перестали коситься, особенно после того, как сам хозяин дома выделил меня из остальных, пригласив на первые два танца, желания участвовать в этом фарсе, не было. Сомневаюсь, что общество потеряет кого-то важного в моем лице, если покину бал. Для танцев здесь предостаточно красивых леди, а мне важнее пойти к мальчику и успокоить и себя, и его.

Мы сделали еще круг, когда вальс, наконец, закончился и последние звуки повисли в воздухе, просыпавшись нам на головы магическим дождем из сияющего света. Дарен поклонился мне, благодаря за танец, я присела в книксене.

— Мы не уходим, — шепнул мужчина. — Я намерен получить оба танца сейчас, пока вы не сбежали с этого праздника жизни.

И я улыбнулась, а сама покосилась на Хейвуда. Хозяин замка важно вел под руку леди Линару. Вел прочь с танцевального пола, возвращая невесту ее жениху. И мне стало еще любопытнее, о чем же это говорил Нортон с девушкой, если у нее такое кислое выражение лица?

* * *

Девица светилась от счастья, когда он пригласил ее на тур вальса. При этом она кокетливо склонила голову набок, улыбаясь так, словно это не Кристиан, а он, Нортон, являлся ее женихом. Впрочем, Хейвуд был уверен: помани он девушку, и она выберет его. Но не потому, что любит, и не потому, что он нравится ей. Нет. Такие как Линара ценят деньги и власть. У него хватало и того, и другого, поэтому девица, называвшая себя леди, вызывала у мужчины еще большее неприятие, чем прежде.

Злая, капризная, не умеющая держать свои чувства под контролем, решившая, что ей позволительно все, она раздражала лорда Хейвуда и на этот танец он пригласил ее вовсе не из-за желания угодить. И уж точно не для того, чтобы извиниться за поведение сына.

— Ах, милорд, — прощебетала девушка, едва раздались звуки вальса и он, положив руку на ее талию, закружил партнершу под звуки музыки, — мне так приятно танцевать в паре с вами!

Ее улыбка лучилась счастьем, таким же лицемерным и поддельным, как вся она, от кончиков пальцев, до маленьких ножек, обутых в дорогие туфельки.

— Боюсь, леди Линара, я пригласил вас с одной целью — поговорить, — сухо ответил Нортон, кружа девушку по залу, среди других пар.

На миг он поднял взгляд, нашел глазами Вивиан, танцевавшую с Дрейком, и сердце сжалось от неприятного чувства ревности. Совсем слабого, но чувства.

Сейчас они соперники за руку и сердце этой девушки, но соперники честные. Он уверен в себе и уверен в том, что Дарен не станет строить козни за его спиной. Они были и останутся друзьями несмотря ни на что и какой бы выбор не сделала его прелестная гувернантка.

— Леди, я сделал ошибку, решив, что вы будете помнить о манерах, — проговорил лорд Хейвуд глядя глаза в глаза юной леди, танцующей с ним. — Мне хотелось надеяться, что у вас достаточно воспитания для того, чтобы не позорить себя и других.

— Что? — Линара вспыхнула.

— Вы полагаете, что унизили леди Эванс? — он насмешливо изогнул бровь, повел девушку ближе к паре Эванс и Дрейка, чувствуя это желание быть рядом и контролировать свою избранницу несмотря ни на что. — Так вот, — продолжил он, — вы унизили не ее, вы унизили себя и вынудили меня наказать своего сына.

— Вы… — она задохнулась от возмущения. Прежнего пыла и желания танцевать у девушки, кажется, больше не было. О, более того, будь ее воля, она бы разорвала контакт их рук. Но Хейвуд держал крепко.

— Я знаю этикет и правила поведения в настоящем благородном обществе. Правила, которые вы игнорируете, видимо, полагая, что вам позволено все лишь по той причине, что вы леди и у вас есть состояние, — он даже наклонился ближе к лицу своей партнерши, чтобы она расслышала каждое слово.

— Как вы смеете? — Линара сделала попытку высвободить руку. Он не позволил.

— Танцуйте, леди Линара. Не позорьте себя еще больше. Все, кто видел вас и леди Эванс уже прекрасно поняли, кто истинно благороден, а кто криклив, как торговка на базаре. И я предупреждаю, держитесь как можно дальше от Вивиан. Мне следовало предупредить вас раньше. Но я надеялся на благоразумие воспитанной женщины. Как вижу, зря.

— Вы не джентльмен! — выдохнула невеста Тайрена.

— Могу поспорить, но вы вряд ли поймете, — он позволил себе улыбку, затем отвернул голову и нашел взглядом Вивиан. К этому времени Дрейк успел увести свою партнершу в сторону и теперь пара танцевали далеко от Хейвуда.

Впрочем, танец подходил к завершению и когда музыка затихла, Нортон с удовольствием отвел Линару к ее жениху, холодно передав девушку с рук в руки Кристиана.

— Береги свое сокровище, — напутствовал он Тайрена. — Вы идеальная пара, — добавил и улыбнулся.

— Вы так считаете? — не понял сарказма Кристиан.

— Уверен, — ответил Нортон Хейвуд и направился прочь, чувствуя удивительную легкость и желание отряхнуть белые перчатки после того, как прикасался к леди Линаре.