Глава 19 · Раздражающий фактор

Создание прототипа магаппарата — дело деликатное, требующее сосредоточенности, а значит, уединения. Феликс заранее решил, что разумней всего ему будет заняться тестомесом в гостинице, но никак не в лавке.

В доме Виттблайда работе мешало всё без исключений — звон колокольчика, сообщающий хозяевам о приходе очередного посетителя, ароматы выпечки, разносящиеся по всем этажам и комнатам, отвлекающие от дела чужие визиты и разговоры. И самое главное — постоянный соблазн заглянуть в пекарню и перекинуться парой слов с девушкой, которая умеет дарить вдохновение нежной улыбкой и лучистым взглядом.

В пекарне, насколько Феликс мог судить, дела шли отлично. Выбранный Маргарет в помощники здоровяк месил тесто так споро и ловко, что Феликс стал сомневаться, а сможет ли задуманный им магаппарат опередить этого торопыгу с пудовыми кулаками. С другой стороны, Сэм Биггс только и умел, что тесто месить. Часть работы по насыщению выпечки целительными ингредиентами и активацию их с помощью магии Маргарет в итоге пришлось взять на себя.

И это Феликсу тоже не понравилось.

Заглядывая в пекарню через каждые полчаса, он успел убедиться, что Маргарет и Сэм Биггс приловчились готовить выпечку в четыре руки — слаженно, будто до этого всю жизнь так вместе работали.

В лавке всё шло более-менее хорошо. Фамильяр старика занял стратегически важное место на прилавке. Когда колокольчик звенел, кот первым встречал посетителей и развлекал их разговорами, пока появляющаяся из пекарни Маргарет не забирала бремя общения с клиентами на себя.

Дмитрий, как ему было поручено, занимался обустройством лавки. Для начала нашёл и пригласил плотника и столяра для консультаций. Когда господа согласовали с мастерами необходимые изменения, Дмитрий привёл пару поденщиц, хорошо владеющих чистящими средствами, щётками, швабрами и тряпками. Вместе с Дмитрием, в совершенстве владеющим арсеналом бытовой магии, они приступили к битве за чистоту и порядок.

К концу дня все окна сияли, побелел потолок, исчезли пауки, устроившие себе роскошные дома по углам прежде тёмного помещения. Медные светильники обрели ухоженный вид, а тусклый, протёртый до дыр старый ковёр отправился доживать свой век на свалку. Отдраенный и натёртый до блеска мастикой деревянный пол заблестел чистотой, и неуютный прежде зал преобразился.

Картины, изображавшие знаменитых Виттблайдов, сняли со стены. Феликс объяснил разволновавшейся Маргарет, что поручил это Дмитрию с целью последующей реставрации драгоценных портретов.

— Дедушка очень гордится этими портретами. Он не переживёт, если с ними что-то случится, — зардевшись, объяснила она.

— Не беспокойтесь, мисс Маргарет, — сказал Дмитрий с лёгким поклоном и указал на своих помощниц в ярких косынках. — Мы отнесёмся к этим картинам с особым вниманием. Вы можете нам доверять.

Портреты знаменитых Виттблайдов оказалось так грязны, что рамы из позолоченных превратились в грязно-коричневые, а запылившиеся полотна потускнели настолько, что стали походить один на другой. Реставрацию провели с помощью губок, тщательно пропитанных дешёвым бренди. Картины заиграли свежими красками, но, увы, на пользу это им не пошло.

— То, что хорошо для комнаты ужасов или лавки диковин, для продаж выпечки совсем не подходит, — констатировал Феликс, осмотрев коллекцию, и взял на себя ответственность за решение развесить столь ценные сердцу старого Виттблайда полотна в коридоре второго этажа, либо где угодно, лишь бы подальше от посетителей.

Маргарет закусила губу от волнения.

— Боюсь, дедушке это не понравится.

— Ему, чтобы мы здесь ни поменяли, всё не понравится, — беспечно отмахнулся Феликс и указал на освободившуюся стену, всю в прямоугольных следах вечность провисевших здесь старых картин. — Сделаем стеллажи для пирогов и тортов или, может, чем-то украсим?

— Ты хочешь знать моё мнение?

— Конечно, ведь ты здесь хозяйка. Ты и будешь решать.

Глаза Маргарет вспыхнули радостью, и Феликс приосанился.

— Можно ещё художника пригласить — чтобы нарисовал на всю стену что-то красивое, — предложил Дмитрий и прикусил язык, заметив взгляд Феликса — видимо, выразительный.

— Чего бы тебе хотелось, Маргарет? — Феликс взял девушку за руку. — Не спеши, у нас есть время, чтобы всё тут изменить.

Она мечтательно вздохнула.

— Дедушке не понравится наше самоуправство.

— Я беру его на себя, а ты выбирай, что будем делать. Я думал сделать здесь столики, чтобы посетители могли выпить чаю и съесть пару-тройку пирожных. Хотелось бы, чтобы всё это выглядело привлекательно и уютно. Так, чтобы не хотелось отсюда никуда уходить.

Маргарет смотрела перед собой с воодушевлением, и Феликс думал, что ему не хочется покидать её общество вне зависимости от того, как именно изменится лавка и изменится ли вообще.

— Я закончил, красавица, — раздался низкий мужской голос, и Феликс, быстро обернувшись, увидел вышедшего из пекарни Сэма Биггса. Здоровяк снял передник, при этом не удосужился затянуть завязки тонкой, светящейся от многочисленных стирок рубахи, плотно прилегающей к мощной груди.

Слугу, который посмел бы разгуливать по хозяйскому дому в столь сомнительном виде, Миртрайды рассчитали бы в первый же день. Здесь же — Феликс знал — так легко избавиться от раздражителя не получится. Маргарет не позволит.

И всё же кое-что он мог сделать.

— Для тебя не Марго, не красавица, а мисс Маргарет, — сказал Феликс строгим тоном. — Понимаю, что вы соседи и уже давно знакомы, но Маргарет — хозяйка этого дома, а ты наёмный работник. На работе она для тебя мисс Маргарет, и никак иначе.

— Ага, без проблем, — откликнулся здоровяк. — Только я уже закончил работу.

Зевнув, он закинул руки за голову. Рубаха при этом чуть не порвалась. К неудовольствию Феликса, Маргарет это тоже заметила; её щёки порозовели.

— Марго, крошка, я тогда пойду? Ты меня отпускаешь? — пророкотал Биггс.

— Конечно, иди, Сэмми. — Маргарет мягко высвободилась из захвата Феликса и широко улыбнулась здоровяку. — Жду тебя завтра как договаривались.

— Угу. В пять буду уже у тебя.

— Сэм мне так помогает! — с восхищением сообщила Маргарет, когда за здоровяком закрылась дверь. — Какая удача, что он согласился работать в нашей пекарне!

Феликс беззвучно скрипнул зубами.

И даже когда Маргарет принялась хвалить остальных помощников, а не только наглого здоровяка, настроение Феликса не поднялось ни на йоту.

Слишком многое его сегодня отвлекало от дела. Он уже мечтал о той минуте, когда двери закроются для посетителей, и он сможет сосредоточиться на том, что решит все проблемы с выпечкой раз и навсегда. Помощники больше не потребуются, машина сама со всем справится.

Жаль, что это нельзя сделать на раз-два, по одному щелчку пальцев.

Феликс вернулся в гостевую комнату на втором этаже, где на выдвинутом в центр столе находились чертежи, добытые Дмитрием у местного кузнеца отливки металла и наполовину собранный первичный контур.

Бессонная ночь давала о себе знать накопившейся за день усталостью и раздражением. Поработав четверть часа, Феликс с вожделением взглянул на кровать, накрытую розовым покрывалом. Встряхнул головой и продолжил работу.

Спустя ещё четверть часа он присел отдохнуть.

Прошло ещё пять минут, и на раздавшийся в дверь тихий стук никто не ответил.