Глава 32 · Друзья

Закрыть дверь в дом не удалось — люди леди Оливии не миндальничали. Один ринулся вперёд как таран, толкая Маргарет вглубь кухни собственным телом. Другой грубо схватил её за край платья и под треск ткани дёрнул к себе.

Когда чужая рука коснулась её тела через одежду, из груди Маргарет вырвался крик.

— Помогите!

Маргарет повезло — один из нападавших отпрянул, получив удар по голени.

— На помощь! — крикнула она ещё громче. — На помощь!

Второй принялся выкручивать Маргарет руки.

— Эй, ты, заткнись!

— Помогите!

Что металлическое со звоном рухнуло на пол, с грохотом перевернулась табуретка.

— Помогите мне! Умоляю!

Не обращая внимания на падающие кругом вещи, Маргарет яростно вырывалась. Кричала изо всех сил.

Дверь кухни оставалась закрытой, а в зале, как обычно в этот час, стоял шум разговоров. И всё же Маргарет надеялась, что её услышат. Противники боялись обратного и пытались её поскорее заткнуть.

Чуда не случилось — её схватили. Широкая твёрдая ладонь закрыла рот, и перед глазами Маргарет всё поплыло от страха.

Она билась отчаянно, попыталась нападающего укусить, но победить двух безжалостных здоровяков ни у одной девушки бы не получилось.

Помощь пришла в тот миг, когда Маргарет, лишённая возможности не только кричать, но и дышать, уже потеряла надежду, что её кто-то спасёт.

Дверь врезалась в стену, и в кухню ворвался Сэм. В мощном кулаке он сжимал самую большую скалку, которую обычно использовали для изготовления слоёного теста.

— Что это тут происходит! А ну отошли от неё!

Вторым спасителем оказался Томас. В отличие от Сэма, фамильяр долго не размахивался — с диким мяуканьем, будто вновь настали мартовские битвы котов, он, выпустив острые когти, прыгнул одному из «гробовщиков» прямо в лицо.

Шума на кухне сразу же стало значительно больше.

Второй нападающий получил скалкой по голове, а затем по плечу и по подставленной в процессе бегства спине.

Исцарапанный, с окровавленным лицом «гробовщик» сбежал вслед за товарищем.

Томас хотел броситься следом, и Маргарет подняла его на руки.

— Ты такой смелый, — баюкая кота, шептала Маргарет. Её всю трясло.

— Кто это? — спросил Сэм, становясь рядом с ней. В его руке всё ещё оставалась скалка. — Чего они хотели от тебя?

Леди Оливия оставалась в саду — всего в паре шагов от порога. Её люди тоже далеко не ушли. Поцарапанный Томасом пытался вытереть кровь с лица. Второй хмурился и что-то быстро говорил леди Оливии.

— Не знаю, что они хотели. Я не поняла, — призналась Маргарет. Её голос дрожал. — Я испугалась.

Сэм присвистнул.

— Может, за констеблем послать?

Она покачала головой.

— Не надо. Не нужно связываться с этими людьми. Пусть они уходят, и всё.

— А кто эта женщина? Чего это она там командует? — Сэм шлёпнул скалкой по свободной руке.

— Леди Оливия. — Кровь бросилась Маргарет в лицо, но Сэм заслуживал знать правду. — Бабушка Феликса.

— А, теперь ясно. — Сэм фыкнул. — Боевая артиллерия подъехала.

— Что?

— Да так, не бери в голову.

Заметив, что в распахнутую дверь кухни заглядывают любопытные посетители, Сэм направился к ним.

— Прошу прощения. Здесь для вас нет ничего интересного.

Закрыв дверь в зал, Сэм вернулся к Маргарет.

— Хочешь сейчас с бабкой лордика поговорить? — спросил участливо.

«Бабка лордика» — слышала бы его леди Оливия! Или Феликс, перед которым стало чуточку стыдно.

— Нет, не хочу, — невольно улыбнувшись, ответила Маргарет.

— Вот и ладненько.

Она не стала возражать, когда Сэм взял на себя обязанность предложить леди Оливии и всем, кто с ней пришёл, покинуть сад. Он вёл себя вполне вежливо, даже дружелюбно, указывая скалкой на садовую калитку.

— Мисс Маргарет сегодня гостей не принимает. Выход вот там, поспешите. Чего-то ещё непонятного? Объяснить ещё раз?

Помахивая скалкой, Сэм проводил гостей до калитки и закрыл её на замок. А затем какое-то время стоял, наблюдая, как леди и её люди идут к поджидавшему их экипажу.

* * *

Маргарет убирала разбитую посуду, когда от двери чёрного хода раздался весёлый голос Сэма:

— Дело сделано, малышка, они ушли.

На душе сразу же стало легче.

Леди Оливия повела себя настолько экстравагантно, что Маргарет бы не удивилась, устрой она публичный скандал. Силы собственного голоса и двух головорезов в помощниках ей бы с лихвой хватило для привлечения внимания публики. Как же хорошо, что она выбрала тихо уйти.

Маргарет понадеялась больше никогда её не увидеть, но в это, увы, верилось слабо.

— Спасибо тебе. — Она слабо улыбнулась подошедшему Сэму и поднялась на ноги с осколками тарелок и чашек в руках.

— Да ладно, какие ещё спасибо-пожалуйста между нами.

Прекрасный человек и настоящий друг, Сэм тотчас принялся помогать приводить разгромленную кухню в порядок.

— Не представляю, что бы я без тебя делала, Сэм. Ты повёл себя, словно рыцарь.

— Скажешь тоже. — Его уши заметно порозовели, и он тотчас попытался перевести тему: — Хм, а этот шкафчик всегда так криво висит?

— К-хм, к-хм, — раздалось от двери.

Маргарет резко обернулась — Дмитрий стоял у порога. Синяки на его лице стали как будто более заметны, и в целом всегда аккуратный и несколько церемонный мужчина имел бледный и потрёпанный вид.

— Заходите. Если хотите, конечно.

— Если не прогоните. Я понимаю, мисс, что сильно подвёл вас.

Маргарет махнула рукой.

— Вы ни в чём не виноваты. Перестаньте.

Сэм фыркнул.

— Как это не виноват? Очень даже виноват. Вместо того чтобы ввязаться в весёлую драку и как следует почесать кулаки о морды врагов, наш драгоценный друг спрятался в кустах жимолости и трясся там, как крольчонок.

— И вовсе я не трясся! — Дмитрий принял оскорблённый вид.

— Аж листья дрожали, когда мимо твоего убежища шагала та мегера с хохлатой собакой, — осклабился Сэм.

Дмитрий не стал возражать, лишь махнул рукой с расстроенным видом.

Пока Сэм с Маргарет убирали, Дмитрий поднял перевёрнутый стул и сел, подперев лоб ладонью.

— Ну мы и попали, — сказал он, качая головой. — Господин, когда узнает, что здесь случилось, меня просто убьёт. Уволит и убьёт. Нет, точно уволит.

Сэм хмыкнул.

— Уволит — не уволит. Может, поднимешь свой зад и поможешь?

Дмитрий встал, начал поднимать осколки разбитых тарелок. Затем бросил всё, что собрал, снова на пол.

— Она же вас живьём съест, мисс Маргарет. Леди Оливия такая гордячка злопамятная. Вы бы знали, сколько лет она воевала с леди Юлианой. И сейчас воюет. А теперь так будет и с вами. То, что вы не стали её слушать, а потом ещё и прогнали — она вам этого никогда не простит.

И без чужих объяснений Маргарет знала, что нажила себе врага среди Миртрайдов. Говоря об этом, Дмитрий лишь сыпал соль на свежую рану.

— Я вас не понимаю. Вы зачем ей это всё говорили? И гнали отсюда? Хотели позлить? Но зачем, когда она и так старая вечно злобная ведьма!

— А что, надо было с ней соглашаться?

— Да! Верней, нет. Я не знаю. Но злить её точно было нельзя.

Не сдержавшись, Маргарет бросила на стол влажную тряпку и упёрла руки в бока.

— То есть я должна была соглашаться с её обвинениями? Дать ей меня безответно оскорблять? Так, что ли? Может, ещё позволить её головорезам меня за руки хватать? Бить тоже позволить? Тащить к ней на поклон?

Дмитрий кривился в ответ на каждую её фразу, и Маргарет забыла о сдержанности и правилах хорошего тона.

— Ты это сделал — позволил ей творить дичь! И посмотри, на кого ты похож! У тебя синяки на лице, одежда порвана, и тебя это устраивает? А ведь ты мог отправиться в полицейский участок, написать на неё и её людей заявление!

— Леди… — Дмитрий кашлянул. — Мисс Маргарет, я маленький человек. Из участка меня бы просто прогнали, ведь против такой, как Оливия Миртрайд, я никто. Она сделает так, что меня в один миг уволят, и всё. Своей правдой, хоть искричись, я ничего не добьюсь.

За его словами стояла неприглядная правда, и Маргарет стало совестно. Зря она накричала на без вины пострадавшего человека.

— Да и вы, мисс, ровно в таком же, как я, положении. Вы тоже не сможете справиться с нею. — Дмитрий покаянно склонил голову. — Простите меня. Мне надо было к вам быстрее бежать. А когда всё так получилось, как получилось, всё, что я мог, это позвать людей на помощь.

— Но не позвал, — безжалостно заметил Сэм.

— Не успел просто, — рыкнул Дмитрий и развёл руками с виноватым видом. — Всё очень быстро произошло.

Сэм покачал головой.

— Дерьмовая, я скажу, у тебя работа.

Дмитрий скривился.

— Сказал пекарь, с утра до ночи загорающий у печей.

— А твоя-то чем лучше? Прислуживаешь господам, юлишь, помалкиваешь, когда тебя унижают.

Дмитрий горделиво выпрямился, поправил надорванный воротник сюртука.

— Я уже десять лет с господином Феликсом. Он хороший хозяин. К людям относится уважительно, да и вообще. Жалованье хорошее, жильё, стол — всё отличное, почти как у господ. Поездки, опять-таки, места разные удалось посмотреть, за границей бывал много раз. Когда мы в столице жили, когда хозяин учился в академии, вообще всё было отлично. Знакомые завидовали моей жизни.

Вдохнув, он закончил уже без улыбки:

— Леди Оливия — это ложка дёгтя, которую надо всего лишь перетерпеть.

Сэм скривился от отвращения.

— Ну так ешь молча, раз тебе всё нравится. Вот только, подозреваю, не слишком-то такой медок приятен на вкус.

Дмитрий махнул рукой.

— На неё я бы в жизни не пошёл работать. — Он вновь потёр лоб. — А сейчас я даже не знаю, может, мне уже нужно искать новое место. Она считает, что я предал интересы Миртрайдов. Сказала, что я давным-давно должен был доложить о происходящем здесь ей или сэру Киттону. Для неё я виноват в том, что всё это допустил.

— То есть ты виноват, но не её внук, — уточнил Сэм.

— Его она никогда не станет ни в чём обвинять. — Дмитрий вздохнул.

Маргарет кольнула жалость. Она вдруг увидела человека, за всю жизнь не нажившего себе крыши над головой, следующего за господином и живущего чужими интересами. К тому же вынужденного лавировать между преданностью хозяину и учёту интересов его семьи.

— Мисс Маргарет, вы подумайте, что в следующий раз ей будете говорить, — посоветовал Дмитрий. — Леди Оливия просто так не отступит. Она что-то ещё непременно придумает. Вам бы извиниться, но она, конечно, извинений не примет.

— Это ей нужно передо мной извиниться. Иначе я даже говорить с ней не буду.

Сэм подошёл ближе и обнял Маргарет за плечи.

— Вот наша девочка. С нашим характером. Горжусь.

Дмитрий кивнул.

— Настоящая леди.

Слова про леди с характером, пусть и преувеличенные — из желания её поддержать, согрели Маргарет душу. Оглядевшись кругом, она сказала себе, что у неё всё хорошо, пока её окружают друзья.

— Мур… Маржи, они растоптали мои мисочки! — неожиданно раздался обиженный рёв. — Моё молоко-у!

— Сейчас я тебе всё налью, мой отважный спаситель. И почешу за ушком.

Сэм фыркнул.

— Мне тоже можешь что-нибудь налить. И я не против, если ты меня тоже погладишь за ушком.

— Эй! — возмутился Дмитрий.

— Что эй? — откликнулся Сэм.

С неохотой Дмитрий пояснил:

— Господину Феликсу это не понравится.

— Скажу тебе честно, друг, как на духу: на то, что твоему хозяину нравится или не нравится, мне наплевать!