Глава 22

Зима в этом году наступила совершенно незаметно для Маргариты. Она настолько окунулась в свою новую жизнь, что не обращала внимания на происходящее вокруг. Лишь когда снега навалило чуть не по колено, обнаружила, что пора доставать шубу и зимние сапоги. До этого в машине и в осенних вещах было нормально. Да она и не ездила почти никуда. Работала из дома и старалась побольше времени проводить с Денисом.

Вика её вытянула на эту встречу благодаря немыслимому упорству. Она уже давно предлагала увидеться, а Маргарита находила какие-то отговорки и причины, чтобы отказаться. Но в этот снежный день самой захотелось погулять, надышаться морозом, полюбоваться снежными сугробами. Подумала, что пора за город перебираться. Там сейчас особенная красота!

Вике она нарочно ничего не говорила. Но невозможно вечно скрывать правду.

– Что? Светлов объявился? – подруга округлила глаза. – Но почему он скрывался? Зачем вообще пошёл воевать?

– Значит, у него были на то причины.

Маргарита перемешала чай и, аккуратно промокнув ложечку салфеткой, положила её на краешек блюдца. Сама не понимала, зачем она согласилась на эту встречу с Викой в их излюбленном кафе. Но в последнее время она, кажется, была влюблена в весь мир. Ей хотелось со всеми быть доброй и всем улыбаться.

– Так ты что с Дэном всё-таки сошлась? Не зря говорят, что старая любовь не ржавеет. Вопреки всему – времени, подлости одного из возлюбленных. Ну, что я могу сказать… Ты – дура и терпила. Благодаря таким, как ты, подобные мужики и живут припеваючи, потому что им всё прощается и их принимают несмотря ни на что.

Маргарита отвернулась от неё и молчала.

– Прости, я наверное слишком резко… Но пойми! Денис – тяжёлый человек. А сейчас ещё и нездоровый, – вздохнула Вика. – С такими больными очень трудно. Я помню, как моя тётка за своим мужем ухаживала. Он диабетиком был. Ноги начали гнить, ослеп. Это круглосуточный уход. Поживешь так немного, и весь твой энтузиазм испарится. Мне тебя, дуру, жалко. Я ж вашу историю с Денисом знаю. Он тебя всю жизнь использует. Наконец-то повезло, освободилась, замуж за хорошего парня вышла, и тут опять он появился. А ты снова в этот омут… Денис и так был бешеным, а участие в боевых действиях могло ещё больше усугубить это. Я слышала, что у военных, побывавших в горячих точках, потом с психикой проблемы.

Маргарита вспомнила, с какой яростью он набросился на неё, когда она его телефон взяла. Даже за горло схватил. Но тут же отмела от себя жуткие воспоминания.

– Даже если и так, это не твои проблемы, – сказала она. – Но я за ним ничего подобного не замечала. Даже наоборот, он стал спокойнее.

– Не ври ты хотя бы себе. Он вон каким был в молодости, на какие гнусности способен был. Неужели простила?

Маргарита не ответила. С чего вдруг она должна перед ней отчитываться? Сейчас всё равно гораздо легче стало. Время как будто стёрло острые углы. Колкие Викины слова ранили куда сильнее, чем прошлое. Они, как сухая трава под ногами, глубоко под кожу попасть не могли, но неприятно цепляли, раздражали. Надо просто не обращать внимания, не пускать этот яд в себя. Марго сделала глоток чая. Вкусный, с нотками лимона. Сразу так хорошо стало!

Она была уверена, что делает правильно. Как бывает, когда мечешься, ищешь, думаешь, а потом вдруг в один момент понимаешь – вот так нужно! Это как найти недостающий кусочек пазла. Всё становится понятным, цельным и правильным. И больше никаких сомнений, размышлений, сожалений.

– Это ты меня пойми, Вик. Он хочет выздороветь, жить хочет, старается, работает над собой через боль. Но всё это только ради меня. Только я его стимул. Я это вижу, чувствую. Прихожу, и он оживает будто бы, а если я его брошу, он погибнет.

Вика скептически вздернула идеальную пудровую бровь.

– Ну ты же не мама ему, Рит. О себе подумай. Очень надеюсь, что он изменился. Иначе это ужас – постоянно переживать, чтобы он не отымел случайно какую-нибудь шлюху и не притащил в вашу постель её секреты. Ты понимаешь, о чём я. Не о тайнах, а о биологии.

У Маргариты глаза округлились.

– Как ты можешь такое говорить?

– А что, я не права? – Вика сделала паузу, потянув через трубочку молочный коктейль. – Это для прежнего Светлова обычное дело – трахать нескольких баб параллельно. Он всегда таким был. Только выпусти его из виду, и он за пять минут закадрит какую-нибудь тёлку. Причём не важно, где – в лесу, в чистом поле… Он же классический стрелец! В каком-то шуточном гороскопе про них читала: «Если не имеет какую-нибудь мадам, то имеет кому-нибудь мозги». Вот точно про него.

– Это про скорпионов было. Мы вместе тот гороскоп читали, – напомнила Маргарита.

– А, ну да. Но всё равно!

– Вика, ты же понимаешь, что оскорбляешь сейчас не только Дениса, но и меня?

– Прости, но я за тебя очень переживаю. Мне кажется, ты в будущем пожалеешь, что выбрала его. И ты сама это понимаешь, поэтому и держишь Ванечку возле себя.

Маргарита в буквальном смысле испепелила её взглядом. Но ответила более чем спокойно:

– А мне кажется, что ты просто за что-то очень обижена на Дениса.

– Конечно! За то, как он с тобой всю жизнь обращался.

– По-моему, ты лукавишь. Ты в него влюблена?

Вика чуть не подскочила вместе со стулом.

– Нет, ты что!

– А я думаю, да, – уверенно сказала Маргарита. – Эти твои высказывания похожи на обиду отвергнутой женщины. Я давно догадывалась, но не говорила, чтобы не ставить тебя в неловкое положение. Только почему-то тебе такая же тактичность незнакома. Ты так и не поняла, почему я с тобой не хотела общаться?

– Рит, прости, давай уже закроем эту тему. Обещаю больше ничего подобного не говорить.

– Не знаю, Вик, нужно ли нам продолжать общение. Я как слепой котёнок. Все вокруг тебя насквозь видели, одна я тебе доверяла. Даже Ваня не хотел, чтоб я с тобой общалась.

Маргарита поднялась и жестом подозвала официанта. Сунула ему деньги за свой заказ.

– Сдачи не надо, это вам чаевые.

Он радостно закивал, с благодарностью улыбаясь щедрой посетительнице.

– Олегу и Полинке привет, – бросила напоследок, оглянувшись к виновато опустившей глаза Вике.

Когда Маргарита приехала домой и тихо вошла, думая, что он отдыхает, и не желая тревожить, то обнаружила, что Денис стоит сам. В одежде вообще нельзя было догадаться, что у него протез! Пока он ходил так только по дому. Тяжело было привыкнуть.

Светлову сделали индивидуальный механический протез. И оказалось, что встать заново на две ноги всё-таки не очень просто. По сути, нужно было заново научиться ходить, а для этого много заниматься. Но то, что можно будет полностью отказаться от костылей и жить полноценной жизнью, очень мотивировало. Поэтому Денис не жалел себя и постоянно тренировался.

Его вызывали на какие-то беседы, которые больше походили на допросы. Маргарите при них присутствовать не позволялось. Она очень переживала, но расспросами Дениса старалась не донимать. Судя по его спокойному виду, всё проходило нормально.

Но всё равно каждый раз, когда за ним присылали машину и везли ТУДА, ей было страшно. Кто знает, что может случиться? Если его в госизмене обвинят, в предательстве, или ещё в чём-нибудь подобном, что она будет делать? Снова бороться за него, выгрызать у судьбы? На ещё один такой подвиг сил, казалось, уже нет. Хотелось спокойной жизни без страхов, без ощущения опасности, без боли.

Сейчас, увидев его на двух ногах, опёрлась плечом о косяк двери и улыбнулась.

– Тебе обед греть? – спросила тихо.

Это так просто и по-домашнему звучало. Ей самой тепло сделалось. Он кивнул.

Маргарита поставила в микроволновку суп, разогрела. Накрыла на стол, положив приборы, хлеб. И встала у окна, глядя во двор. Денис обнял её за талию сзади, и она приникла к нему спиной, смежила веки, чувствуя, как он нежно целует её в шею.

А после еды села к нему на колени, обняла, прижалась щекой к его щеке. У него внутри всё защемило от нежности. Никогда не думал, что это настолько круто, когда твоя женщина вот так просто тебя обнимает. В этом гораздо больше чувства и близости, чем в сексе.

– Я люблю тебя, Денис. Я буду с тобой любым. Мне не важно, есть у тебя ноги или нет. Помни это всегда и не смей сомневаться!

Раньше он был уверен, что никогда не получит от неё взаимности. Что все её поездки к нему – это просто жалость. После того, как он с ней однажды поступил, она его ненавидит и никогда не простит.

А ей вспомнился тот разговор с девчонками в спортзале, когда они наперебой советовали, как надо забывать мужчину, с которым у тебя не может быть отношений. Она бы никому ни за что не призналась, что забыть хотела именно Дениса, снова спустя много лет ворвавшегося в её жизнь и пошатнувшего душевное равновесие. И вот этот совет – попробовать переключиться на другого – она и приняла как руководство к действию. Ваня ей понравился. Внешне он был тем же типажом, что и Светлов – высокий смуглый брюнет. На какое-то время отвлечься действительно получилось. Она даже поверила, что полюбила Ивана и что это навсегда. А потом эти фото, после которых её жизнь перевернулась… Ваня показал себя во весь рост.

Вика была не единственной, кто оказался не в восторге от её выбора. Так категорично высказывалась только она, но сдержанное осуждение Маргарита увидела в глазах ещё некоторых общих знакомых. Даже её мама в очередной раз не поддержала решение дочери, посчитав, что та портит себе жизнь, связываясь с инвалидом. Один Матвей был искренне рад. Однажды увидел, как она вот так же сидит у Дениса на коленях и спросил радостно и одновременно с недоверием:

– Вы что теперь вместе?

Денис кивнул и взял Риту за руку, переплетая свои пальцы с её.

– Правда? Значит, мне больше не придётся между вами разрываться? – сын бросился обнимать их обоих одновременно.304efd

Именно потому, что боялась осуждения, Маргарита долго не говорила о том, что они расписались, даже маме. Та и без того считала её брак с Иваном скоропалительным. А узнав, что дочь снова вышла замуж, наверняка сочла бы её слишком легкомысленной и была бы в шоке.

Признаться, Маргарита и сама была до сих пор в том же состоянии. Потому что всё случилось слишком внезапно. Они ехали с физпроцедур и Денис вдруг совершенно серьёзным тоном сказал:

– Тут одно заявление подписать надо. Подпишешь для меня?

– Что за заявление? – спросила Марго.

– Какая разница? Просто можешь для меня не глядя подписать?

– Могу. Но мне же интересно, что за документ. И зачем там нужна моя подпись.

Денис, ничего толком не объясняя, сказал, куда свернуть. И всю дорогу подсказывал, пока они не подъехали к городскому ЗАГСу. Да и тогда она ещё не подозревала, о чём речь. Подумала, что может какую-нибудь справку ему нужно взять или что-то в этом роде. А когда поняла, от неожиданности молчала несколько минут. Но даже мысли не было отказаться.

Вспомнила тот свой ступор перед сотрудницей ЗАГСа, сурово глядящей на неё поверх огромных строгих очков, и улыбнулась, крепче прижавшись к Денису.

– А помнишь, я про деда рассказывал, который меня с того света вытянул? – оживился он. – Его зовут Пётр Захарович. Я его отблагодарил, когда сюда перебраться смог и оклемался. Денег передал с одним надёжным человеком. Предлагал его сюда забрать. У него всё равно там никого не осталось. Но он отказывается. Говорит, боится в большом городе жить, не его это, не сможет, привык в деревне. А ты б видела ту деревню. Несколько домов перекошенных стоит, вода в колодце, туалет на улице, да и тот полуразрушенный. Всё равно заберу его. У него жена умерла, и оба сына погибли на войне этой. А у меня ни отца, ни матери, ни брата. Одно радует, что сын есть. Я тебе всю жизнь за него благодарен буду, Рита, за Матвея нашего.

Она слушала, а у самой от ног вверх горячая волна поднималась. И слёзы глаза пекли. Опустила лицо, чтоб не заметил.

– Как думаешь, обрадуется дед, что у него теперь сын и внук будет?

Маргарита с минуту колебалась, а потом вдруг вскочила и куда-то умчалась. Вернувшись, протянула ему продолговатый пластиковый футляр, похожий на электронный градусник.

– Чего? – спросил Денис настороженно. – Не понял. Что это?

Он повертел в руках незнакомую ему штуковину, на небольшом экране которой было написано слово «pregnant». Понял. Поднял на неё глаза.

– Не знаю пока, – опередила его вопрос Марго. – Уже накрутила себя. В интернете пишут, что такое при всяких болезнях бывает…

– А может… – он поглядел с затаённой радостью, но ещё не уверенной, не смелой.

– Вряд ли. Мне несколько очень хороших врачей говорили, что у меня практически нулевые шансы. Правда, уточняли, что абсолютное бесплодие бывает только при полном удалении женских органов. Во всех остальных случаях могут иметь место исключения.

Марго не позволяла себе поверить. Сомневалась и переживала, что тест врёт, или что у неё со здоровьем какие-то проблемы. А Денис, наоборот, ни капли не усомнился. Переваривал услышанное, пытался заставить себя успокоится и упорядочить собственные хаотичные мысли. Она беременна! Ещё раз! От него! Беременна, хотя была уверена, что с ней уже никогда этого не случится! Денис не мог прийти в себя от щемящей радости. Маргарита беременна от него! Она принадлежит ему! Его любимая женщина носит от него ребёнка! Что может быть большим доказательством того, что он нормальный мужчина? Денис никогда в жизни ничего подобного не испытывал. Ему никогда ни одна женщина не говорила, что беременна от него. Если и было что-то такое, то ему не сообщали. Вон даже она сама скрыла сына. И потом ещё одну беременность прервала.

Он сжал тест в кулаке и заплакал. Маргарита увидела, как дрожат его плечи, как рука потянулась к лицу, и он принялся вытирать глаза, стыдясь своих эмоций.

Странные смешанные чувства посещали Дениса. На душе потеплело. Он отец! Она снова носит под сердцем его ребёнка! Он о таком даже не мечтал. Но что если он не справится? Быть отцом – значит воспитывать и защищать. А что он может? Ему нужно снова вернуть имя, стать блестящим адвокатом.

Маргарита всегда была его. С самого рождения предназначалась ему. Только поняли они это лишь сейчас. Как-то незаметно она заполнила собой всю его жизнь. Она – не просто его любовница, его желанная женщина, она – мать его сына, его опора, надежда и убежище в этом жестоком мире.

Когда после посещения гинеколога они пригласили Ларису Игоревну, и Марго объявила ей новость, та застыла с вилкой в руке.

– Вот тебе и современная медицина, – спокойно заметила женщина. – Врачи, выходит, ошиблись, когда тебе приобретённое бесплодие ставили?

– Так бывает. Иногда ошибки врачей оказываются к лучшему, – произнесла Маргарита.

– Ну и слава Богу. Главное, чтоб здоровенький был.