Глава 22

Иван стал всё время проводить у Маргариты. Почти каждые выходные они уезжали в её загородный дом. Только вдвоём, наедине и днём и ночью, упивались друг другом, то ненасытно поглощая жадными глотками, то медленно погружаясь в томную обволакивающую негу абсолютного удовольствия.

Марго делала всё с наслаждением, жадностью и страстью. Даже минет, так нелюбимый большинством женщин. Ивану это очень льстило. Он чувствовал себя смелым и откровенным, сам брал её, когда пожелает и как пожелает. А она откликалась с готовностью и восторгом. По дому Маргарита ходила либо обнажённая, либо в пеньюаре или тунике на голое тело. А порой надевала какие-то безумно эротичные микро шортики и короткий, едва прикрывающий грудь, топ. Эта одежда Ивана сводила с ума. В нём бушевал ураган вожделения, взгляд становился пьяным. Оказалось, что у Марго есть масса красивых комплектов нижнего белья, и она периодически ими радовала Ваню. А он порой задавался вопросом, чем заслужил такое счастье: сдирать с неё всю эту роскошь, лаская нежные соски, тиская ягодицы, одним рывком входить в лоно, сразу достигая дна, причиняя боль и одновременно даря наслаждение, двигаться сильнее, быстрее… Умирать от неземного блаженства, когда она, вся дрожа, мягко проводит горячим язычком по краю его уха и шепчет: «Милый, как же я хочу тебя!».

К слову, в коробке, которую Владыкина вручила ему на Новый год, оказалось крутые мужские духи. Сам он стал постоянно покупать ей цветы. И она им радовалась, как ребёнок. Зарывалась в них лицом, с наслаждением вдыхала аромат, фотографировалась с ними.

– Ты любишь цветы? – умиляясь в очередной раз её трогательной реакции, спросил он.

– Да, очень!

– А те, что я присылал тебе на работу, понравились?

Она застыла.

– Так это было о тебя? – спросила озадаченно.

– Ну да.

– Я думала… – Марго осеклась и замолчала.

Неужели решила, что от кого-то другого? От Светлова? Он не стал уточнять. И про мальчика, увиденного однажды на фотографии, не рассказывала сама, а он не спрашивал.

И как-то так сложилось, что с Викой Марго практически перестала общаться. Поэтому неожиданное появление подруги одним февральским утром стало для неё не очень приятным сюрпризом. В тот день они за город не поехали, остались дома. Когда позвонила охрана и сообщила, что к ней Виктория Ульянова, Марго здорово напряглась. Потому что в спальне ещё дремал Ваня…

– Привет, дорогая, вот и я! – Вика ураганом ворвалась в прихожую и, сунув ей в руки бутылку вина, стала спешно разуваться. – Ты от меня прячешься? Куда пропала? Почему не звонишь?

Пахнущая морозным воздухом и духами шубка тоже была отдана хозяйке, а гостья направилась в ванную.

– Дааа, Вик, ты конкретно удивила, – Маргарита растерянно глядела на подругу.

Повесив её шубу на вешалку и поставив на полку вино, стояла и смотрела, сложив на груди руки. Не могла понять, та пьяна или очень расстроена.

– Я умею! – усмехнулась Виктория, подставляя замёрзшие пальцы под струи тёплой воды. – А ты так и не ответила. Чего не звонишь? Мужика, что ли, завела? Кого ты тут прячешь?

Вышла из ванной и вдруг громко позвала:

– Светлоооов! Выходи, гад, я знаю, что ты тут!

Вика стала заглядывать в комнаты, приговаривая.

– Дениска! Выходи!

Марго шла следом и шикала на подругу, призывая её успокоиться.

– Ты что несёшь?! Нет тут никакого Светлова! И быть не может! Перестань, Вика!

– Как нет? Не верю. Уверена, что ты потому избегаешь меня, что с ним закрутила, как я предсказывала. И теперь тебе стыдно! Светлоооов!

Вика распахнула дверь в спальню и чуть не полетела в возникшего на пороге сонного, растерянного и взъерошенного Ивана.

– О! – она остановилась, задрала голову, рассматривая его. – А ты не Светлов. Мать, кто это?

Вика обернулась к злой и бледной Маргарите.

– Это Ваня.

– А почему я его не знаю?

– Вообще-то знаешь. Ты его не раз уже видела. И что за допрос? Какая разница, с кем я тут, Вика?!

– Что значит, какая разница?! Я тебе подруга или кто? Она тут с красавчиком развлекается, а я ни сном, ни духом! Или это так, на одну ночь? Понимаю. Захотелось молоденького трахнуть. Ровесники то уже не те, у них так крепко не стоит.

– Вика! Что ты мелешь?!

– А что, я не права? Зачем ещё такие мальчики нужны?

– Угомонись, или я сейчас тебя выпровожу! – в ярости выпалила Маргарита.

– Вот как! Ты меня на мужика променять готова?

– Ты вообще себя слышишь? Что ты устроила?

Марго встряхнула её за плечи.

– Зачем этот спектакль?

– Я думала, что ты опять с этим уродом сошлась. Хотела тебя защитить! – Вика шмыгнула носом.

– Прекрати постоянно упоминать Дениса! – в лицо ей процедила угрожающе Марго.

Ваня не знал, куда себя деть. Уйти было бы странно, но и присутствовать при этом вовсе не хотелось.

– У тебя что-то случилось! – догадалась вдруг Маргарита. – Так. Садись. Сейчас всё расскажешь. Вань, давайте вина выпьем. С фруктами. Там, в холодильнике, есть шоколад.

Иван отправился в кухню за угощением. А Марго усадила подругу на белый диван в просторной светлой гостиной, ещё украшенной по-новогоднему.

– Ты его специально отослала? – спросила Вика, поглядев многозначительно.

– Я его не отослала, а попросила принести вина и фруктов. Так что случилось? Говори.

– Ничего. Я на тебя обиделась, что не звонишь. Думала, ты реально с Денисом. Прости. Он же тебя всегда использовал. Я его хотела прогнать!

– Вик, давай договоримся. Никаких разговоров о Денисе при Ване. У нас всё серьезно. Я не хочу, чтобы у него ненужные вопросы возникали.

– А почему ты этого мальчика от меня скрывала?

– Я не скрывала. Собиралась вас познакомить, – Марго отошла к бару, принялась извлекать оттуда бокалы.

– Не верю. Ну да ладно. А он знает?

– Тсс! Ещё нет.

Иван с фруктовой нарезкой и шоколадом появился в дверях.

– А я с Олегом поругалась, и он из дому ушёл, – вдруг объявила Вика.

Маргарита вытаращила глаза на подругу.

– Ничего себе. Это как?

Ване были до ужаса некомфортно слушать болтовню подруги Марго. Особенно после того, как она воззрилась на него с умилением и выдала:

– Какой же он у тебя всё-таки хорошенький!

Ему показалось, что его сейчас по щеке потреплют или по голове погладят, как шпица.

– Я пойду, прогуляюсь, – он поднялся. – А вы пообщайтесь.

– Какой тактичный мальчик! – усмехнулась Виктория.

– Вик, давай ещё кое-что проясним, – едва за Ваней закрылась дверь, налетела на подругу Марго. – Не надо вот этого «мальчик», «юноша», «малыш» и прочее. И намеков пошлых не надо, ладно? И про Дениса при Ване ни слова – ещё раз напоминаю! Что б ты там себе не надумала, у нас с ним давно всё, окончательно и бесповоротно! Мы никогда вместе не будем – это точно.

– Как скажешь. А что, он обиделся, да? Я про Ваню.

– Надеюсь, нет. Он же видит, что ты не в себе.

– И всё-таки Денисозаменитель, я смотрю, отлично работает. Ты вся светишься, – шепнула Вика.

Марго бросило в краску, но не от смущения, а от злости. Хоть она действительно чувствовала себя до неприличия счастливой.

– Хватит уже! Не называй так Ваню! Если бы я тебя плохо знала, то решила бы, что ты к Светлову неравнодушна. Слишком часто его упоминаешь!

– Я?! – в ужасе воскликнула Вика и шарахнулась, будто чёрт от ладана. – Ты с ума сошла? Да Боже упаси!

– Ты лучше о себе расскажи. Что не так с Олегом? – Маргарита запахнула плотнее шёлковый халат-кимоно, села в кресло и взяла один из бокалов.

– Всё не так, – вздохнула Виктория. – В нормальной паре секс должен быть каждый день! Ну или хотя бы через день. А не так, как у нас. Вот это вот «если тебе хочется, то ты и начинай», как он мне говорит, при этом сам валяясь на диване, совсем уже дно! Я никогда не думала, что до такого дойдёт. Отвечаю ему: «А смысл? Если ты меня не хочешь». Причём самое обидное, что другие-то мужики хотят! Я же объективно красивая! Даже красивее тебя, кстати. Ты сама говорила.

Вика на самом деле выглядела очень эффектно. Наращенные ресницы, филлеры в губах, грудь, увеличенная как минимум на размер. После родов она даже операцию сделала, убрав лишнюю кожу на животе и вернув себе тонкую талию. Говорила, что в отличие от Маргариты, она не может пахать в спортзале. Поэтому пластика и постоянные диеты были её единственным верным способом сохранить хорошую фигуру.

– Стыдно сказать, но я уже начала о любовнике задумываться, – сокрушённо добавила Виктория.

– Этим сейчас никого не удивишь, – Марго отпила вина.

– Ну не скажи! По-моему, любовник жены – это гораздо серьёзнее, чем любовница мужа. Мужика мёдом не корми, дай другую бабу потискать. Верный муж – это скорее исключение, чем правило. А вот женщина должна беречь семейный очаг. Но если уж она решилась на измену, значит в семье действительно всё очень хреново.

– Вик, ты странно рассуждаешь. Будто измена мужа – это обыденность, а измена жены – катастрофа, – заметила явно несогласная Маргарита.

– А всё так и есть. Женщина изменяет не потому, что у неё между ног свербит, а потому что доведена до крайности невниманием мужа или… полюбила другого.

– Пф. А может она просто ветреная?

– Таких, на самом деле, совсем небольшой процент. Как и тёток, лишённых материнского инстинкта.

Маргарита пожала плечами.

– Слушай, обо мне как-то не интересно, – оживилась подруга, тоже пригубив вина. – Тут у тебя такая новость, что я еле удерживаюсь от расспросов. То есть, со своим семейством ты его не знакомила… А как его родители отнеслись к твоему появлению в его жизни? Просто ты же сказала, что у вас всё серьёзно.

Мать Вани на самом деле была не в восторге от Маргариты. Та и сама это заметила. Хоть Иван и не рассказывал, какой допрос мама ему устроила утром после того, как Владыкина его привезла.

– Кто тебя избил опять? Что случилось? Почему ты стал часто драться? Вчера тебя какая-то женщина привезла. Это она? Твоя начальница? В пальто с мехом, сапоги на шпильке, пахнет дорого. Какая-то фифа. Это из-за неё вы с Олесей разошлись? У тебя с ней роман? Что если она не свободна? Это её муж тебя так отделал?

– Ма, потом. Мне на работу надо собираться, – бросил тогда Иван, спешно натягивая свитер.

Маргарита после драки со Светловым хотела везти его в больницу, потом к себе, но это далеко. Ближе всего было к нему, Ивану. Она боялась, что в таком состоянии в аварию попадёт.

– Вот и привезла я Ваню в его квартиру. И с матерью его бегло познакомилась, с порога ей не понравившись, – заключила Марго, и аккуратно сбила ноготком пепел.

Вика, усевшаяся на подоконник, тоже курила. Когда делала затяжку, на её щеках появлялись эротичные впадинки. Красиво! Маргарита мельком подумала, что не зря Вика удалила комки Биша[1]. Сама она так и не решилась на пластику. Даже грудь не увеличила. Страшно было. Она вообще панически боялась общего наркоза.

– Ну не удивительно, – бросила Виктория. – Его мама, наверное, советской закалки. Сына воспитывала одна. И не хочет отдавать его другой женщине. На ту его девушку, Олесю, она бы могла влиять. А тобой командовать не выйдет. Она это сразу поняла.

– Не знаю. Думаю, ей просто не понравилось, что я старше, – грустно ответила Владыкина.

– Да не, это совсем не заметно! – уверенно возразила подруга.

Вика повернулась к окну и бросила взгляд на улицу. И вдруг спохватилась, спрыгнула на пол, прижалась лицом к стеклу.

– Ого! Посмотри!

– Что случилось? – Маргарита неспешно поднялась и приблизилась.

– У нас проблемы. И, похоже, серьёзные.

Владыкина поглядела вниз. У подъезда была припаркована машина Светлова, а сам он в распахнутом пальто и с сигаретой стоял напротив Ивана. Они разговаривали. Но даже отсюда, сверху, чувствовалось, что оба до предела напряжены, и воздух вокруг готов заискриться.

Маргарита побледнела и бросилась в прихожую, схватила пальто.

– Вот куда ты! – кинулась за ней Вика. – Не лезь! Пусть сами разберутся!

Марго обернулась, открывая двери. Она была мертвенно бледна, взгляд растерянно блуждал. Казалось, вот-вот хлопнется в обморок.

– У него всегда с собой оружие, Вик, – выдохнула, чувствуя, как темнеет в глазах.

_____________

[1] Комки Биша – это жировые отложения в области щёк. Операция по удалению жировых мешочков уменьшает размер лица и выделяет скулы.