Глава 23

Вика с трудом поспевала за ринувшейся вниз Маргаритой. А та едва успела выскочить из подъезда, как бросилась на Светлова и с маху ударила по щеке.

– Убирайся! – кричала она. – Уезжай сейчас же! Зачем ты приехал!?

– Ты что, сдурела, по лицу меня бить? Мне в суд завтра! – опешил Денис.

– А куда тебя бить? По яйцам?

– Не, не надо. Это слишком эрогенная зона.

Она толкнула его в грудь.

– Ненавижу! Зачем ты вообще вернулся сюда! Жил бы в своей Европе!

Денис отступил к машине, бросил окурок в снег. На щеке алел след от её пощёчины.

– Рита, всё, хватит, – Вика попыталась её обнять. – Успокойся.

– Пусть проваливает! – выкрикнула Маргарита в ожесточении.

Она не понимала, от чего дрожит – от ярости или от холода. Пальто распахнулось, а под ним шёлковый халат с плеча съехал, почти обнажив грудь. Соски на морозе сжались и стали острыми. Ноги голые, в пушистых комнатных тапочках. Но холода она не чувствовала. Наоборот – её трясло, как в лихорадке во время сильного жара. Сердце об рёбра колошматило в бешеном темпе. Она была в полубезумном паническом состоянии. И ей всё равно было, как она выглядит, и что все видят её такую. А Денис казался на удивление сдержанным. Ваня же пытался помочь Вике удержать Маргариту.

– И каково это – за юбку прятаться? – спросил, обращаясь к нему Светлов.

Холодно спросил, спокойно и надменно. И тем больнее этот вопрос уколол.

– Пошёл вон! Убирайся отсюда! – свистяще прошипела Маргарита, испепеляя его взглядом.

– Домой иди, Ритка, замёрзнешь, – сказал Денис. – Не волнуйся. Я уезжаю скоро. Надолго.

– Вот и хорошо! Катись!

Денис сунул руки в карманы пальто и поглядел исподлобья на неё, раскрасневшуюся, расхлёстаную, сумасшедшую. Какой же невозможный у него взгляд! Глаза такие необычные и будто обжигают. Мало кто умеет так смотреть. Всё-таки между ним и ней было что-то глубокое и необъятное. То, что чувствуется на уровне инстинктов, интуиции. Словами такое не объяснить.

Сел в машину. Пока отъезжал, видел в зеркало, как Ваня обнимал её, утешал, прижимая к себе и гладя по волосам.

Вернувшись в квартиру, Маргарита долго не могла успокоиться и прийти в себя. Её трясло от волнения, страха, адреналина, зашкаливающего в крови. Никак не получалось побороть мандраж, при том, что опасность давно миновала, укатив куда-то на своём чёрном кроссовере. Что он там говорил насчёт отъезда? Она плохо помнила подробности скандала, который сама же устроила.

Вика терпеливо отпаивала её чаем и вином, забыв о собственных бедах. А Ваня сидел какой-то напряжённый и молчаливый. Сколько Марго не пыталась выяснить у него, о чём они говорили со Светловым, тот не признавался.

Дениса Маргарита больше не видела. Даже когда были заседания по делу Василия Назаренко, не знала. А их прошло несколько. Отец Олеси не признал себя виновным, поэтому суд проходил в состязательном режиме. Каждая из сторон предъявляла свои доказательства и свидетелей. Сторона защиты стремилась доказать отсутствие состава преступления в действиях обвиняемого и настаивала, что виновником произошедшего был сам погибший. Обычно если обвиняемый признавал себя виновным, всё решалось довольно быстро, и суд выносил обвинительный приговор. Но в данном случае стремительной развязки ждать не приходилось. Сторона обвинения упиралась и сдаваться не собиралась. Однако показания свидетельниц, видевших детали происшествия, возымели на суд серьёзное действие. А появление ещё одного свидетеля – водителя, под колёса которого также пытался броситься погибший, стало одним из серьёзных козырей защиты. Потому что, как выяснилось, машина свидетеля снабжена видеорегистратором и сохранилась запись того момента, когда на дорогу выскакивает человек, а водитель едва успевает затормозить перед ним. И как потом отталкивает нетрезвого мужчину от автомобиля, а тот упорно бросается на капот. Ещё одним козырем стало заключение независимой медицинской экспертизы, свидетельствовавшее, что Назаренко был абсолютно трезв, а вот в крови пострадавшего, напротив, содержалась около двух промилле алкоголя, что является высоким показателем. В таком состоянии человек вполне способен испытывать переменчивость эмоций, нечленораздельно говорить, вести себя неистово и вульгарно. Именно такое поведение и подтверждали свидетельницы.

На последнее заседание суда Маргарита почему-то решила поехать. Как будто что-то её к этому упорно подталкивало. Ваня тоже собирался там присутствовать. Сказал, что Олесю нужно поддержать. Они немного опоздали. Когда вошли, заседание уже началось. Сели почти в конце зала. Маргарита нашла взглядом Светлова, рассматривала его профиль. Он её не видел. Выглядел сосредоточенным и серьёзным. А когда ему предоставили слово, и она слушала его речь, то забывала дышать. Смотрела, как он ходил у трибуны, останавливался, говорил, как задавал вопросы свидетелям. И как заметил её в какой-то момент. Чуть запнулся, ошпарил взглядом, но с мысли не сбился, продолжал говорить. Они после той ссоры у подъезда больше не виделись. Наверняка он был очень удивлен её появлению.

Иван неприязненно покосился на Олесю. Неужели она тогда в ресторане со Светловым? Твёрдо решил для себя, что даже если с Маргаритой у них ничего не выйдет, после такого с Олесей он точно не будет.

В суде Денис был совершенно другим человеком. Сыпал аргументами, какими-то статьями закона, держался крайне уверенно, словно победа уже у него в кармане. Его обаяние, сила слова были способны убедить кого угодно. Он магнетически действовал на людей и заставлял их менять своё мнение. Идеальные качества для адвоката.

Даже Олеся теперь взирала на Светлова с толикой восхищения. Есть в таких мужчинах некая харизма. Сочетание внешней привлекательности, наглости, интеллекта делает их притягательными для женщин. И ещё таким часто прощают даже самые мерзкие поступки.

Слушая защитную речь адвоката, девушка кусала губы. Если он вытащит её отца, она всё ему простит! Хотя зачем ему это? Ему вообще всё равно, что о нём думает какая-то там Олеся.

Процесс подходил к завершению, и удача явно была на стороне защиты. Денис выглядел довольным собой. Обвиняемый воспрянул духом. Но Маргариту гложило странное предчувствие. На душе было неспокойно. Она чувствовала беспричинный страх. Угнетало ощущение надвигающейся беды.

Итогом стало то, что Денис выиграл это дело. Василия Назаренко освободили прямо в зале суда. Он был полностью оправдан. После слов судьи присутствующие, а это были преимущественно родственники обвиняемого и журналисты, поднялись и стали аплодировать.

Пресса налетела на Дениса Светлова, едва он вместе с теперь уже бывшим подзащитным вышел из зала суда. Их принялись фотографировать и брать комментарии. Явно всё было подготовлено стараниями самого Дениса, решившего устроить из своего триумфа настоящее шоу. Все только и шептались, что адвокат не взял с Назаренко ни копейки. А ведь Светлов имел репутацию самого дорогого адвоката в регионе. Ради того, чтобы он взялся защищать, некоторые продавали квартиры.

Денис шёл между журналистами, будто кинозвезда, нехотя отвечая на их вопросы, бросая короткие фразы. Говорил и смотрел вокруг с бравадой. Взгляд довольный, самоуверенный, полыхающий триумфом только что одержанной победы. Рассказывал, как трудно было найти свидетелей и доказать подлог заключения экспертизы, а в голосе слышались нотки бахвальства, так свойственные Денису, когда у него что-то получалось блестяще, то есть всегда.

В коридоре суда было шумно, но на детский голос, прокричавший «Мама!» обернулись все. Мальчик в форме военно-юридического лицея бежал к Маргарите. А следом торопливо шла очень ухоженная женщина лет шестидесяти. Ребёнок обнял Марго и приник к ней.

– Ма, я так соскучился! – проговорил он.

– Не удержала я его, Рит, прости. Как ты сказала, приехали и ждали в машине. Но он, когда узнал, что ты тут, вырвался и помчался. По всем этажам тебя искал. Думала, нас охрана выведет.

– Мам, я тебе цветы купил! Пойдём! Мы же сейчас домой едем? Меня на все выходные отпустили. Что ты тут вообще делаешь? Почему в суде?

Маргарита обнимала сына, крепко прижимая к себе, и целуя в волосы, пока взгляд не споткнулся о напряжённое, внимательное лицо Светлова. До этого улыбавшийся репортёрам, теперь он глядел на них. Наверняка тоже услышал крик мальчика. Разглядывал его, вопросительно смотрел на саму Марго. Даже пару шагов сделал в их сторону, а когда ребёнок обернулся и их светло зелёные глаза встретились, брови Дениса взметнулись вверх. На него смотрел он же сам в детстве. Тут и вопросов никаких не нужно было, чтобы всё понять. Марго подалась вперёд, словно прикрывая собой мальчика. Лицо её исказила гримаса страха, смешанного с ожесточением самки, защищающей детёныша. Сердце, как вспугнутая птица, заметалось где-то в горле. Денис почти не смотрел на неё, буквально пожирая глазами подростка и не понимая, верить или нет. Не мог не верить. Но и поверить не получалось. Неужели столько лет от него скрывали правду? Эта правда сейчас как огнем опалила самое нутро. Всё в области сердца пылало. Как же так? Он впервые в жизни растерялся. Стоял ослепший, оглушённый, потерянный. Немая сцена между ними длилась всего около минуты, но как же перевернулись их жизни за столь короткое время!

– Рита… – Денис заговорил.

Это прозвучало хрипло, надсадно, как стон. Но бросившийся к нему отец Олеси, ничего не замечавший и желавший ещё раз поблагодарить, перебил. Адвокат повернулся. Сама Олеся нерешительно глядела. Потом всё же сделала шаг вслед за отцом, остановилась перед Денисом, робко подняла лицо, проглядела ему в глаза.

– Спасибо… вам, – вымолвила тихо, почти шёпотом.

Но он услышал. Что-то ответить собирался, а потом вдруг взгляд поверх её головы бросил и неожиданно буквально отшвырнул девушку. В следующий миг раздался первый выстрел. Потом ещё два один за другим. Люди бросились врассыпную, кто-то закричал. По коридору к лестнице помчался человек в капюшоне.

Василий Назаренко заторможено, как в замедленной съёмке, поднёс руку к груди, потрогал рану, посмотрел на свою окровавленную рубашку. Поднял голову, и на его лице было выражение крайнего удивления. Мужчина стал медленно оседать, но Денис подхватил его, осторожно опустил на пол. Все суетились, кричали, метались. Кто-то на пол упал, кто-то выскочил на лестницу, но охрана всех останавливала и возвращала. Откуда-то появилось много людей в форме. С грохотом упала одна из телекамер, и раздался мат оператора. А Маргарита словно в землю вросла. Стояла, не шевелясь, молчала и смотрела на Светлова. Одной рукой прижимала к себе сына, а другой держалась за горло, будто только её ладонь останавливала крик ужаса. И он глядел ей в глаза, зажимая рану на груди у своего подзащитного. На его идеально белой рубашке алели брызги крови. Оба понимали, что целью был он, Денис. И что не оттолкни он вовремя Олесю, считай, закрывавшую его собой, девушка бы погибла.

Кто-то тихонько взял её за руку, переплёл свои пальцы с её. Иван. Она повернулась и в порыве прижалась к его плечу лбом, другой рукой ещё крепче стиснув перепуганного мальчика. Как же ей сейчас это нужно было! Вот её любовь, её покой и защита!