Глава 16. О власти и выборе, которого нет

Хэл сидел на кухне, хмуро ковыряя ногтем стол.

Все выходило как-то не так. Он вернулся с победой, но…

Нет, наша встреча случилась именно так, как я и представляла себе. Хэл вбежал весь такой взволнованный и запыхавшийся, сходу сгреб меня в объятья, прижал к себе. «Я так волновался, Мэг. С тобой все хорошо?» Ему сообщили, что сгорел дом и что нас в этом доме не нашли. Он знал, где искать, куда Бреннан может отвести. И вот, Хэл здесь… один, прискакал верхом, он так торопился и так рад меня видеть.

Все это радостно. И хочется выдохнуть с облегчением, что все закончилось. Но что-то не так.

– Вечером соберется Совет, – говорил он. – Кеннет передаст мне полномочия регента. Он не хочет, безусловно, но на него уже сильно давят, деваться некуда. И на меня давят тоже.

– Ты не хочешь власти? – сказала я.

Он вздохнул, потер ладонью лицо. Все сложнее, я вижу.

– Не хочу, – согласился мрачно. – Но дело даже не во власти. То, что это повесят на меня, было понятно сразу. Потому что если откажусь… Кеннета не допустят больше, это понятно, его и сразу не слишком поддерживали. Я даже предполагаю сейчас, что пропихнуть его – был хитрый ход Хэмиша, чтобы потом триумфально свергнуть и повозить мордой в грязи. Кеннета уже повозили, так, что больше и не дернется. Теперь остаемся я и Хэмиш, как брат королевы и дядя юного принца и наследника. Если я откажусь – будет он. И тогда, безусловно, задавит все слухи о незаконности рождения Роберта, мальчика коронуют, все будет как подобает. Пока все уляжется. Должно пройти время, чтобы все забыли и привыкли. Года два-три будет тихо. Но у Хэмиша два почти взрослых сына… Что-то мне подсказывает, что до совершеннолетия Роберт не доживет.

Роберт ровесник Эмили, совсем ребенок, ему еще расти и расти, за это время все может случиться.

Хэл сидел, поджав губы, зло раздув ноздри, с усилием ковыряя стол.

– Ты уверен? – спросила я.

Хэл покачал головой.

– Не знаю… Не уверен, что сейчас планы Хэмиша действительно идут так далеко. Но абсолютно уверен, что получив власть, он ее больше никому не отдаст. Если не желает смерти Роберта сейчас, то захочет потом.

– Тогда не отказывайся.

Это кажется так просто. И даже еще тогда, в Лисморе, мы говорили об этом и том, что Хэл может стать регентом… Он ведь всегда знал, и это не слишком пугало его. Он не хотел, но его это не пугало. Ему почти корону предлагают, а не каторгу…

Серое лицо, сдвинутые брови.

Поднял на меня глаза, посмотрел.

– Хэмиш сделает все, чтобы не дать мне жениться на тебе, Мэг. И даже не мне запретит, тут у него не выйдет, власти такой нет. Тебя заклюет, заставит отказаться от всего. Он уже поднял крик о твоих моральных принципах и… – Хэл облизал губы. – Ночной пожар и гневные крики твоего мужа дали такую отличную почву для обсуждений. Теперь только об этом и говорят. И будут говорить еще долго. Ты сбежала от мужа и живешь со мной. И если эти слухи правильно подпитывать… При жизни Эдварда, будь я просто братом короля, это не имело бы особого значения. Перемыли бы все кости и, со временем, успокоились бы. Любые сплетни приедаются. Но сейчас…

Как королеву меня не потерпят.

И это значит – все?

Ставки слишком высоки. Его личное счастье или жизнь его племянника. Я бы, пожалуй, даже не сомневалась, как бы тяжело это не было. И серое лицо Хэла говорит само за себя.

У меня чувство, словно земля уходит из-под ног, словно я лечу в черную пропасть.

Не понимаю, как теперь быть.

Хэл протягивает руку, накрывает мою ладонь своей. Тоска и решимость в его глазах, все сразу.

– Мэг… – он пытается сказать, облизывает губы. – Я сейчас не могу отказаться и просто уйти…

– Я понимаю, – стараюсь улыбнуться и поверить сама. Сказать, что он все делает правильно.

Но Хэл мотает головой, не дает мне ничего сказать.

– Подожди, – говорит он. – Не так… подожди, – и пытается собраться с мыслями. – Неправильно вот так взять и отмахнуться сразу. Мэг, я понимаю, что все очень сложно. Но отказаться и уехать можно всегда…

Уехать?

– А как же Роберт? Ты же не отставишь его Хэмишу?

Хэл зажмуривается болезненно.

– Нет, – говорит он. – Не сейчас, точно.

От мысли о том, что лорд Хэмиш Огилви станет королем – пробирает дрожь. Я уже успела пообщаться с ним, и ничего хорошего точно не думаю. Учитывая его отношение ко мне – лучше держаться подальше. Для меня лучше уехать, в любом случае.

Все глупые мечты рушатся, как карточный домик. Схлопываются.

– Мне лучше уехать, да? – говорю я, очень стараюсь, чтобы вышло твердо.

Хэл вздрагивает. Смотрит на меня, прямо в глаза.

– Нет, Мэг, подожди, – говорит он. – Я все никак не могу придумать, как лучше сказать тебе. Если ты не испугаешься, мы можем попробовать. Твой муж был на стороне Малькольма, сейчас его разыскивают по обвинению в государственной измене. Мы можем сразу подать на развод. Да, Хэмиш будет против. Будет пытаться помешать, возможно… – Хэл вздыхает. – Возможно, как-то опорочить тебя, поводы всегда можно найти. Поднимает шум. Но он не всесилен. Любой шум уляжется со временем. Вот так просто – отказаться и сбежать, сдать Хэмишу все, будет неправильно. Я не собираюсь ему ничего отдавать. Ни корону, ни тебя.

Смотрит на меня упрямо.

И я не знаю, что сказать, голова идет кругом.

– Я не понимаю, Хэл…

– Сейчас все зависит от того, готова ли ты, Мэг. Понимая, чем это может обернуться. Понимая, что, наверняка, придется пережить. Лично мне нечего бояться, бодаться с Хэмишем я привык. Но тебе будет нелегко. Если ты не боишься, мы можем прямо сейчас ехать во дворец. Я готов сразу объявить о своих намерениях. Я всегда буду рядом и буду защищать тебя.

Защищать, чтобы обо мне ни говорили?

Боже ты мой…

У меня горят щеки, я пытаюсь представить это и не могу. Не сейчас. Не вот так, сразу.

Грэга обвиняют в предательстве. Если его смогут поймать, то даже развода не понадобится, я останусь вдовой. Но жениться на вдове предателя… тут, я уверена, не скажут ничего хорошего.

Хэл готов, я вижу. Но для мужчины это проще.

Когда все это было далеко и где-то там, я и не задумывалась.

Когда не шла речь о том, что поливать грязью меня будут с умыслом, желая надавить на Хэла и получить власть, а не просто от излишнего благочестия…

Справлюсь ли я?

Все думала, может быть действительно выйдет уехать и мы будем спокойно жить…

Не выйдет.

Хэл не отступит сейчас. Даже ради меня не отступит. По крайней мере, не отступит не попытавшись.

А если выйдет как хочет он, то Хэл станет регентом, почти королем. А его жена – почти королевой. Слишком высоко и слишком на виду. Репутация должна быть безупречной. Ему нужен будет наследник, в конце концов, а со мной не выйдет.

– Хэл, я не знаю… – у меня губы дрожат.

Он кивает. Потом вдруг встает, обходит стол, садится на корточки рядом со мной, снова взяв меня за руку, мне в глаза заглядывая.

– Я боюсь оставлять тебя здесь, Мэг. Вдруг опять что-нибудь подожгут. Я думаю, сейчас мы поступим так: ты поедешь со мной во дворец. Тебе не обязательно сейчас с кем-то разговаривать, ты просто поедешь… Посмотришь на все это вблизи. Вечером соберется Совет, мы еще варианты обсудим… Но свои намерения я хочу объявить сразу – больше не собираюсь отказываться от тебя.