Глава 36

Элинор покинула дом дяди Паула, хотя он не хотел ее отпускать. Но оставаться в Столице для Элинор было бы пыткой. Она отказалась от провожатых. Отлично доберется сама. Зачем кому-то тратить на это время?

На прощание генерал сказал, что будет рад видеть Элинор, одну или в сопровождении тети, в любое время.

– Двери моей берлоги всегда открыты для тебя, дочь рыцаря Роланда Бренна. Ты тут желанная гостья. Приезжай, как только твои душевные раны затянутся. Я буду очень скучать по тебе.

– Я тоже буду скучать, – Элинор обняла генерала. – И вы приезжайте ко мне. Увидите, как жил мой отец. Обещаю, я буду подавать на стол самые изысканные кушанья.

– И пирожки? – улыбнулся Шэл.

– Обязательно!

– Ты знаешь, как я люблю хорошо поесть, – рассмеялся генерал. – Обязательно приеду. Но сначала жду в гости тебя.

Он попытался дать Элинор денег на дорогу, но она отказалась. Так же, как отказалась принять в подарок брошь и серьги.

– Нет, благодарю вас, – отрицательно качнула девушка головой.

– Это просто на память, – попытался уговорить ее Шэл.

– Моя память о вас и вашей доброте навсегда в моем сердце, – прижала руку к груди Элинор.

– Но хотя бы коня оставь себе, – попросил генерал.

От этого подарка Элинор не отказалась.

Платья Элинор отдала Марте. Не будет она их носить в Лурасе. Не за стойкой же стоять в бальном наряде?

Генерал сказал девушке о визите Адриана. Его Элинор видеть не хотела. Чувство вины и обеда на Адриана мешались в ее сердце. Она его обманула. А для него оказалось важным, что она не настоящая графиня. Впрочем, Элинор всегда об этом знала. Так чего теперь злиться на него?

Зачем приходил Адриан? Обвинить ее в легкомысленном поведении? Кончено, для этого. Для чего же еще?

Нет, она не хочет его видеть. Пусть думает о ней что пожелает. Теперь Элинор это неважно. Волшебная сказка закончилась, пора возвращаться к прежней жизни.

Эленор еще раз помахала на прощание генералу и пришпорила коня. Скоро она миновала городские ворота. Прекрасная Столица, чопорные аристократы, интриги Ивонны и гордый герцог Ренар оставались позади. Пришло время забыть о них.

Легкая метель кружила в воздухе снег. По дороге в город и из города двигались кареты и дилижансы, медленно тянулись груженые телеги. Но чем дальше от Столицы отъезжала девушка, тем меньше попадалось на дороге повозок и всадников.

Не слишком веселые мысли бродили в голове Элинор. Невольно они снова и снова думала об Адриане. Все-таки надо было раньше рассказать ему правду. И прекратить этот дешевый балаган. Зачем она только согласилась? Вполне могла обойтись без денег Ивонны.

Надо их обязательно вернуть. Это Элинор сделает в ближайшее время, как только наберет сумму целиком. Подождет Ивонна, не развалится. Тем более она скорее всего и не ждет, что Элинор вернет ей деньги. Условие сделки Элинор выполнила. Вот только деньги за этот глупый розыгрыш ей не нужны. Да, не надо было ей ввязываться в эту авантюру… Только поздно сожалеть о содеянном. Что сделано, то сделано.

Элинор замерзла – то ли от переживаний, то ли от холодного ветра, что проносился над дорогой. До дома рукой подать, но девушке хотелось согреться и немного отдохнуть. Или она просто хотела оттянуть встречу с тетей. Ведь та наверняка начнет приставать с расспросами. А Элинор меньше всего хотелось сегодня говорить об этом. Тяте Агнесса уверена – племянница отлично провела время у друзей. Придется рассказать ей правду. Вранье Элинор больше не хотела.

В крохотной деревеньке у дороги расположился кабак. Именно кабак. Он так и назывался «Кучерской кабачок». Не слишком привлекательное название, но Элинор очень хотелось горячего чая.

Перед заведением стояла пара разбитых телег, запряженных клячами. Похоже, приличная публика тут не задерживалась. Элинор немного помедлила, и решила, что, пожалуй, ей не стоит останавливаться в сомнительном кабаке. Можно потерпеть холод, благо до дома уже недалеко.

Но не успела Элинор отъехать от кабака, как услышала вскрик и обернулась на него. У дороги лежала женщина, одетая как селянка. Похоже, бедняжка потеряла сознание. Может, от холода, а может от голода. Непонятно, откуда она тут взялась. Еще мгновение назад Элинор никого не видела. Но надо помочь бедняжке!

Элинор спешилась и подбежала к женщине. Огляделась, ища помощи. Рядом никого не было – ни на дороге, ни у кабака. Девушка склонилась над женщиной, тихонько похлопала ее по щекам:

– Что с вами?

Незнакомка открыла глаза и тихо застонала. Элинор попыталась помочь ей сесть. В это мгновение женщина резко вскинула руку и бросила в лицо Элинор пригоршню серого как пепел порошка.

В глазах у девушки потемнело. Последние огоньки сознания вспыхнули в голове Элинор. Она поняла, что вдохнула какое-то магическое зелье. Голова Элинор закружилась, и она провалилась в темную липкую бездну.

* * *

– Очухалась? – над Элинор склонилась женщина.

Голова у Элинор была тяжелой. Кажется, она потеряла сознание. Девушка села и огляделась.

Убогая комната с низким потолком и крохотным окном. Толстая деревянная дверь, изъеденная временем. Каменные стены давно не белили, и они имели пошарпанный вид. В очаге горел огонь и удушливое тепло заполняло помещение. На табурете рядом в Элинор сидела незнакомка. Та самая, которой Элинор пыталась помочь.

Что происходит? Девушка никак не могла собраться с мыслями. Они разлетались как стая испуганных птиц.

В глазах Элинор еще стоял туман. Она поднесла руку ко лбу, и почувствовала на запястьях кандалы, сцепленные между собой тонкой цепью. Такая же цепь, но намного длиннее вела от них к стене и была прикреплена к железному кольцу над кроватью, на которой сидела Элинор.

– Что это? – спросила девушка, разглядывая свои оковы. – Что вам от меня надо?

– Скоро узнаешь, – ухмыльнулась женщина. – Сиди смирно и все будет хорошо.

Женщине на вид было лет сорок или чуть больше. Худощавая, темноволосая, с крючковатым носом и злыми глазами. Она походила на бандитку. Впрочем, судя по всему, она ею и являлась.

Неприятный холодок пробежал по спине Элинор. Она поджала ноги и села на край кровати, прислонившись спиной к каменной стене. Тюфяк, набитый соломой, покрывало потертое шерстяное одеяло.

Элинор украдкой оглядела комнату. На полке над очагом флаконы с зельями и порошками. На столе немного посуды. Дверь всего одна. Видимо, это какая-то сторожка. И, судя по обстановке, тут давно никто не жил.

Женщина не спускала с Элинор пронзительного взгляда. От этого девушке становилось страшно. Самые невероятные догадки крутились в голове. И одна была страшнее другой. Элинор заставила взять себя в руки. Как говорил отец, никогда не надо предаваться отчаянию. Даже в пасти у дракона. Но как же сложно это сделать в жизни!

За окном темнело. Значит, Элинор была без сознания довольно долго. Женщина поднялась, повесила на крюк над очагом закопченный чайник. У нее на поясе висела связка ключей. Возможно, один из них от кандалов Элинор. Женщина обернулась. Девушка поспешно опустила глаза.

– Чего смотришь? – сердито спросила она.

Элинор промолчала. Чем меньше она говорит, тем лучше. Надо понять, зачем ее сюда притащили и что от нее хотят? Скорее всего, денег. У нее их при себе нет. Зачем еще надо похищать человека? Если только ради выкупа. Похоже, бандиты уверены, что она графиня.

То, что женщина действовала не одна, Элинор не сомневалась. Не смогла бы она без посторонней помощи дотащить девушку до этой лачуги. Хотя, может, лачуга расположена на задворках кабака? Элинор скосила глаза в окно. Кроме деревьев за ним ничего не видно. А кабак находился в деревне…

Глухо стукнула распахнувшаяся дверь. В комнату вошел коренастый широкоплечий мужчина, закутанный в плащ с ног до головы. Шляпа надвинута на брови, лица не видно. Одни глаза. Страшные, черные, злые.

– Ну, наконец-то, – поднялась ему навстречу женщина. – Где тебя так долго носило?

Вошедший не удостоил ее ответом. Взял еще один табурет и сел напротив Элинор. На улице холод, а он без перчаток. Грубые руки, грязные ногти.

Точно не аристократ. Девушка не сомневалась, она не знает его. Ни фигура, не густые брови никого не напоминали ей. Мысленно она уже перебрала всех знакомых ей мужчин. Никто не подходил под эту внешность.

– Напишешь письмо своей тетке, – перешел к делу мужчина. – Пусть заплатит за тебя.

– У нас нет денег, – тихо произнесла Элинор. – Я не графиня…

– Я это знаю. Ты – самозванка. И где твоя тетка возьмет деньги меня волнует мало. Пусть трактир продаст. Или заложит. Бумагу дай, – приказал он женщине. 152e1bc

Та подошла к кухонному столу, порылась в ящике, достала бумагу и карандаш. Протянула Элинор:

– Пиши.

– Не буду, – отказалась Элинор.

На его руке она успела заметить татуировку в виде луны и солнца – колдовской символ удачи.

– Ну, заставить тебя это сделать проще простого, – усмехнулась женщина. – Есть много разных способов. Можно пальчик отрезать для начала. Или руку сломать. Или кипятком…

– Дура, – прервал ее мужчина. – Она нам целая нужна. Ладно, не хочешь – не пиши, – обернулся он к Элинор. – И без тебя справимся.

Мужчина протянул руку и сорвал с груди Элинор золотую розочку. Ту, что подарил ей Адриан. Она так и не вернула ее Ренару. Не смогла расстаться с его подарком.

Мужчина сел за стол и принялся писать. Элинор с ужасом думала о том, как испугается тетя Агнесса. Даже подумать страшно, что ей предстоит пережить. И, главное, Элинор не сомневалась, даже если тетя найдет деньги, никто ее не отпустит. Не зря же бандит запретил применять к ней пытки. Элинор вспомнила о похитителях женщин и невольно поежилась. Похоже, ее решили продать в рабство.