Глава 15

– Ваше Высочество, доложите коменданту о нашем прибытии, – сквозь зубы отдал приказ лорд-канцлер, даже не глядя в сторону принца. – Мари, просто выслушай меня.

– Зачем? Вы прекрасно дали все понять своими поступками, не вижу смысла в каких-то словах!

– Хорошо, будет по-твоему, обойдемся без слов, – совершенно неожиданно согласился лорд Вестон.

В почти черных глазах бушевала буря. Он даже пальцем до меня не дотронулся, а я почувствовала, как шквал чужих эмоций вдруг обрушился на меня, накрыл с головой. Любовь. Такая сильная, что становилось больно, дух захватывало и щемило где-то между ребер. Любовь – из тех, что переходит в зависимость и потребность. Нежность, желание схватить в объятия, укрыть от всех бед и разочарований. И жесткий, на грани самоистязания контроль. Почти физическая боль от невозможности прямо сейчас получить то, что давно уже считал своим. Боль от того, что вынужден скрывать чувства и держать девушку на расстоянии. Чувство стыда и вязкая горечь на языке за то, что довел до истощения, внутреннего и внешнего, позволил превратиться в уставшую от жизни, повидавшую много женщину, не уследил. Ревность к слишком прыткому и юному принцу и злость на его интерес. Но больше всего – любовь и нежность, они были сильнее и перекрывали другие чувства.

От интенсивности внезапно нахлынувших волн я пошатнулась. Откровенность на грани боли, к которой я не была готова. Пришлось ухватиться за плечи лорда Вестона. Мы смотрели друг другу в глаза и не могли разорвать этот контакт. Где-то на периферии моего зрения светился фиолетовым кулон менталиста, сообщая окружающим, что его владелец использует магию, но это я и так понимала.

– Мари, я не отказываюсь от тебя, – жарко прошептал лорд-канцлер. – И никогда не собирался. Помолвка нужна была, чтобы отвлечь внимание короля от тебя, потому что перед балом он начал кое о чем догадываться. Поэтому я и не мог во дворце поговорить с тобой, хоть как-то объяснить. За мной следили, свиток прочитывали. И даже тогда, когда ты перенеслась ко мне в кабинет. Я сделал все, чтобы обезопасить тебя, и чтобы в итоге мы могли с тобой быть вместе. Но сейчас, во время войны, я точно знаю, что нужно делать. Ты мне веришь, Мари?

– Вы сами учили меня верить только поступкам, – хрипло ответила я. Голос сел и не поддавался контролю. – Поэтому все ваши слова ровным счетом ничего для меня не значат, – кажется, от собственных утверждений сердце замерло и сжалось в комок, но поступить по-другому я не могла. Как не могла и сделать вид, что он вернулся, и теперь все хорошо, будто не было тех бессонных ночей и галлонов слез в подушку, будто не было наших помолвок с совершенно чужими людьми, ужасов войны и месяцев, что разделили нас безвозвратно. Черту, что провели между нашими сердцами все эти события, просто так было не переступить.

– Да, моя девочка, ты права, – голос лорд-канцлера был пропитан такой нежностью, что все во мне так и требовало броситься к нему в объятия. Меня пошатывало. Сдерживалась я из последних сил, напоминая себе, что стоящий напротив мужчина, который выглядит столь искренним сейчас, на самом деле помолвлен с леди Лидией Мирано, чей отец снабжает нашу армию оружием и имеет с этого предприятия столько денег, что нам всем и не снились. А свадьба должна состояться совсем скоро – в первый день осени. И вот скажите, есть место во всей этой схеме чувствам и искренности? – Просто дай мне шанс, и я докажу, что никогда не переставал действовать во имя нас, даже если тебе сейчас кажется, что я предал и отступился от своих слов.

– Не любые жертвы могут быть оправданы, – негромко заметила я. – И не любые поступки прощены. В политике – возможно, но не тогда, когда речь идет о жизни обычных людей. Вам стоит определиться, кто вы, лорд Вестон, – блестящий политик или человек, желающий быть счастливым.

– Я – там, где ты, Мари, – был мне ответ. – И, поверь, ты обязательно поменяешь свое мнение. Обещаю, что не буду давить на тебя, совсем скоро ты сама все увидишь своими глазами, – последние слова лорд-канцлера я не совсем поняла, но, кажется, ему этого и не было нужно. – Собирайся, Мари, мы пришли за тобой, – хотя голос лорда Вестона звучал мягко, я по опыту знала, что спорить с ним бесполезно.

– Что? Я никуда не собираюсь, – все-таки возразила я.

– Это приказ, моя девочка, – терпеливо объяснял тот, кто разбил мое сердце вдребезги и уничтожил веру в любовь, но все еще продолжал называть своей. – Ты – маг жизни и с этого дня приписана к моему отряду.

– А если я откажусь? – прищурила я глаза. Какое право он имеет снова вторгаться в мою только устроившуюся жизнь и распоряжаться ей, как вздумается!

– Тогда трибунал. Сейчас действуют законы военного времени.

– Значит, так? – прошипела я и сложила руки на груди.

– Мари, не думай, что это мой каприз. Ты действительно нужна нам. Мой отряд отправляется в поход с секретной миссией, способной переломить ход войны. Ты не можешь не понимать, что мы проигрываем, и против драконов ни в одном из семи Королевств не имеется оружия. Поэтому нет времени на уговоры и любые задержки. До столицы осталось уже совсем недалеко, нельзя позволить варварам захватить Александрию.

– Это правда? – напряглась я. – Или очередная ваша уловка?

– Ни слова лжи, – лорд-канцлер приложил правую ладонь к сердцу и выглядел действительно искренним.

– Мне нужно двадцать минут, чтобы собраться, – спустя мгновения раздумий бросила я.

Получив утвердительный кивок, припустила в нашу с Иритой палатку. Рыжеволосая травница пила чай в компании Линара и заливисто хохотала. Тот смотрел на нее с хорошо мне знакомым блеском в глазах и кормил собственноручно собранными лесными ягодами. Прерывать пару было жаль, но лорд-канцлер никогда не случается вовремя.

– Продолжайте, не обращайте на меня внимания, – махнула я им рукой и нервно добавила: – Я вам не помешаю.

В качестве доказательства я молча вытащила из угла палатки чемодан и положила его посередине. Движения выходили дергаными, но я ничего не могла с этим поделать. Придирчиво осмотрела запасы снадобий, что хранились прямо в нем, что-то отложила для Ириты, а кое-что, наоборот, добавила, взяв из соседкиной сумки. Одежды у меня было не много, и почти вся она так же лежала в чемодане. Я сгребла всякие мелочи типа расчески, которой почти не пользовалась, зубной щетки, и сложила их в отдельный мешочек. Сумку, что мне подарил Андрэ еще в прошлом путешествии, набила самым необходимым и перебросила через плечо.

– Мари? – через какое-то время недоуменно позвала Ирита. – Ты уезжаешь?

– Приказ лорд-канцлера, – кивнула я, будто сам лорд-канцлер нашего Королевства отдавал мне по десять-пятнадцать распоряжений на дню, и было это для нас вполне обыденным делом.

– Кто? – прыснула чаем прямо в Линара соседка. Тот утерся и принялся смотреть на меня с жалостью.

– Им срочно нужен маг жизни, вот они и приехали сюда.

– Почему именно в наш госпиталь? – нахмурилась Ирита, а я, кажется, ответ знала, но рассказать широкой публике не могла.

– Потому что ваш полевой госпиталь – самый спокойный из всех, – пола палатки откинулась, и внутрь бесцеремонно вошел Эрик. Принц, в отличие от меня, вел себя совершенно непринужденно. – Без мага жизни вы точно справитесь, а вот остальные госпитали лишать подобной рабочей силы нам бы никто не позволил. Легкого дня, кстати. Я – Эдрик, друг Мари из университета, – принц улыбнулся белозубой улыбкой, но Линар с Иритой лишь сильнее нахмурились.

– Так это правда, ты уезжаешь?

– Лорд-канцлер сказал, иначе – трибунал, – вздохнула я. – За неисполнение приказа.

– Да что ж такое делается! Береги себя, Мари! – соседка подскочила и заключила меня в объятия. – Была рада с тобой жить и работать. Может, еще свидимся.

– И тебе спасибо, Рита, – я сжала в ответ всегда жизнелюбивую подругу, прощаться было грустно. За эти недели мы столько пережили вместе, что могли считаться практически родными друг другу. – Обязательно увидимся!

– Удачи, – кивнул хмурый Линар. Он, как и я, не был в восторге от моего внезапного отъезда.

А Эдрик без слов подхватил уже закрытый чемодан, и мне не оставалось ничего другого, кроме как последовать на выход за ним.

– Это правда про госпиталь? – я пристроилась справа от принца, который шагал так размашисто, что мне приходилось чуть ли не бежать, чтобы поспевать за ним. Если правда, то мне даже представлять не хочется, что творится в остальных. Да я готова мчать впереди лошади лорда Вестона, если это поможет хотя бы чуточку быстрее закончить войну.

– Конечно, – отозвался Эдрик. – Я еще думал, когда просил за тебя, чего это мне так легко навстречу пошли и определили тебя в самый тихий район фронта. А оказалось все просто – кое-кто еще подсуетился.

Я примолкла. Развивать тему не хотелось, хотя по принцу было видно, что он-то как раз это сделать не прочь. И если верить его словам, в этот полевой госпиталь я попала не волей судьбы, а стараниями одного своего знакомого, который рассудил, что нечего мне делать в особо горячих точках. И если вспомнить, то трудилась я в действительно спокойном месте. Не в том плане, что у нас совсем не было работы, и целители большей частью праздно плевали в потолок. Нет, как раз раненых разной степени тяжести было хоть отбавляй, но стоит отметить – ни разу за все время на наш госпиталь не напали. И если бы не воины, регулярно поступавшие на лечение, трудно было бы сказать, что где-то рядом идет война.

Для меня опять была готова карета. По-военному строгая, без изысков, но со всем необходимым. И даже комфортная. Сиденья были мягкими, спинки откидывались, а на окнах висели простенькие шторы. При езде в ней почти не трясло, и казалось, я будто плыву по волнам, а не еду по лесным ухабам.

Лорд-канцлер помог забраться внутрь, передал вожжи своего скакуна одному из воинов и к моему удивлению занял место напротив меня. В проеме двери тут же появилась темноволосая голова.

– Не помешаю? – с кривоватой ухмылкой поинтересовался принц.

Лорд Вестон отчетливо скрипнул зубами, а я заверила Эдрика, что мы будем только рады его компании.

– Ваше дежурство, Ваше Высочество… – с нажимом произнес лорд-канцлер.

– Начинается только через пару часов, – подтвердил принц и развалился на сиденье рядом со мной. Пальцы его руки оказались в такой близости от моего плеча, что я могла чувствовать исходящее от них тепло.

Его Светлости это явно не пришлось по душе, но я решила ничего не менять. Пусть не думает, что между нами все по-прежнему. Тот королевский бал, на котором лорд Вестон обжимал леди Мирано прямо на моих глазах, я никогда не забуду! Как и новость об их помолвке. Возможно, он ждал, что я не стану терпеть нахального поведения принца, но в таком случае лорд-канцлер сильно ошибся. Я лишь сложила руки на груди и с вызовом посмотрела в почти черные глаза. Лорд-канцлер мудро спорить не стал.

– Итак, Мари, мы отправляемся на север, в Свободные земли.

– Но там же никто не живет? – озадачилась я.

Да и как можно выжить в местах со столь суровым климатом, не понятно. Там нет ничего. Ни порталов, ни цивилизации, ни лесов или засеянных полей. Чем там питаться, неизвестно, откуда брать одежду и предметы быта – тоже. Отчужденная местность, которую не пожелало присоединять к себе ни одно из Королевств. Край света, другими словами. Не нужный никому край.

– На самом деле там живут те, кому не нашлось другого места на нашем континенте.

– Преступники? – ахнула я. Эдрик тоже смотрел на лорда Вестона с интересом, похоже принц, как и я, не был в курсе, куда и зачем мы собирались.

– Авари, – покачал головой Его Светлость. – Племя, которого нет. В официальных документах оно не упоминается, и о существовании этого народа можно узнать только лишь из слухов.

– Тогда почему вы думаете, что эти Авари способны нам помочь?

– Потому что слухи никогда не рождаются на пустом месте, дорогая моя Мари.

– Марианна-Эстель, – чеканно поправила я.

– Так вот, Марианна-Эстель, – лорд Вестон послушно повторил, и это меня напугало. Никогда на моей памяти он так легко не отказывался от намеченной цели. А значит, все его уступки – лишь хитрый ход, чтобы успокоить и усыпить мою бдительность. Куда уж бедолаге Эдрику до канцлеровского обширного опыта. – По долгу службы это племя меня давно интересует, а в связи с последними событиями тем более. Можешь считать это профессиональным чутьем, но я уверен, что на севере мы найдем то, что позволит нам победить в этой войне. А может и даже больше.

– Значит, север? – вздохнула я. Чутью лорд-канцлера, несмотря ни на что, я верила больше, чем самой себе. – Это будет нелегкое путешествие…

– Сейчас лето – самое что ни на есть лучшее время для поездки в ту местность, – справедливо заметил он, а Эдрик, пользуясь моментом, ввернул:

– Обещаю, Мари, я не дам тебе замерзнуть. Буду согревать тебя всеми силами, – он нахально приобнял меня за плечи, намекая на то, что является магом огня. Кажется, ему нравилось испытывать нервы лорда Вестона на прочность, ну а я не собиралась принцу в этом мешать.

– Когда не будешь на дежурстве, – прищурился Его Светлость. – За длинный язык и неподобающее обращение с леди я обещаю тебе накинуть дополнительных нарядов.

Хоть он был предельно серьезен, Эдрик ни капли не испугался. Принц в ответ не стесняясь сверлил взглядом лорд-канцлера, а я словно находилась между ними. Только сейчас такое положение вещей меня ни капли не трогало. Пускай соревнуются – мне же меньше внимания достанется.

Портальными линиями мы добрались до границы нашего Королевства с соседней Трисией. Ни один из мужчин так и не покинул карету, оба проделали весь путь вместе со мной. Я равнодушно смотрела в окно и на их попытки заговорить реагировала лишь неопределенным пожатием плеч. Если для общего блага требуется мое присутствие в отряде, я спорить не собиралась, но ничего сверх этого пусть от меня не ждут. Особенно лорд-канцлер.

На границе Королевств у нас проверили документы, досмотрели вещи и пропустили на территорию Трисии – маленького, но очень богатого государства, примыкающего одной стороной к северным землям. Трисия славилась полезными ископаемыми и плодородными лесами, в которых водились самые редкие и ценные звери. Их шкуры мог позволить себе не каждый аристократ, а потому эти леса тщательно охранялись. За допуск поохотиться в них приходилось платить немалую цену. Но нас интересовал портал до приграничья.

У соседей для перемещений через подпространство использовались те же арки. Единственное отличие – разговаривать с портальщиками приходилось на трисийском. Я, знавшая только родной и наиболее распространенный фливалийский, с долей уважения смотрела на лорда Вестона, который без запинок общался с местными на их языке.

– Ты понимаешь, о чем они? – обратилась я к Эдрику, чье дежурство заключалось в том, чтобы находиться впереди строя и обозревать окрестности на предмет возможной опасности.

Я на всякий случай топталась рядом, чтобы хоть немного отдохнуть от мягкого сиденья кареты. Воздух тут был заметно холоднее, чем на территории, где располагался полевой госпиталь, поэтому я куталась в плащ. Оказывается, лето может быть совершенно разным, и есть места, где вечерняя прохлада скорее напоминает неласковую осеннюю, не хватает только промозглых дождей.

– Я – принц, – впервые на моей памяти тяжело вздохнул по этому поводу Эд. – Я знаю все семь языков континента и древний тюсский впридачу. Лорд Вестон сейчас объясняет, куда нам нужно и показывает заверенное трисийским посольством письмо. Вся наша безопасность заключена вот в этой бумажке, сама понимаешь, в чужом государстве мы – никто.

Я зарылась поглубже в плащ и принялась гадать, что принесет очередное путешествие. В надежности лорд-канцлера я была абсолютно уверена, но неизведанность северных земель заставляла нервничать. Не зря ведь там никто не живет, правда?