Глава 17 Это дела семейные, леди!
Встрепенувшись, я взглянула на Рауля. Он недовольно поморщился и не спешил подниматься с пола. Ещё и меня не выпускал из объятий.
— Что там происходит? — и все же шум мне не понравился.
— Да кто его знает. Уронили что-то...
— Уронили? — возмутилась. — Что там в гостиной можно ронять?! В доме только папа!
— Нет, я явился не один, — отмахнулся грозный и великий лорд дознаватель. — Прибыл во всем оружии. С огромной поддержкой. У меня не было уверенности, что после того, как ты узнаешь об обмане, то простишь. Не справился бы один — позвал бы на помощь!
— Кого? — я приподняла удивленно бровь. — Кто там с отцом? Принц Дункан?
Ну а что? Меня уже ничем, наверное, сегодня удивить было невозможно. Подумаешь наследник трона в гостях у Ночного короля. Делов-то! Вон лорд дознаватель к дочери его сватается.
Честно говорю! Не придумываю!
Или кто там ещё может прийти с Раулем. Не папенька же — его Величество король. Что-то мне от этой мысли дурно стало.
А между тем грохот повторился. Хм...
— Тот первый был снаружи, да? — Рауль сделал те же выводы, что и я. — А теперь изнутри бахнуло.
— Дверь, — я медленно кивнула соглашаясь. — Входная дверь. Кто-то прибыл. Не твои ли гвардейцы?
— Что за глупость, Бель. Но, наверное, нам стоит спуститься и сообщить, что помолвка состоится.
— Все? Помечтали, ваша светлость? — я приподняла бровь. — Мы ещё ничего не решили.
— Бель, все уже решено, — он сильнее прижал меня к себе. — Или все повторим? Мне понравилось. — склонившись, он провел губами по моему плечу. — Я не против задержаться здесь до рассвета.
— Бесстыдник! — выдохнула я.
— Клянусь не допустить скандала и жениться!
Выдохнув, все же покосилась на дверь. Что же там внизу?
— Думаю, нам нужно привести себя в порядок и спуститься, — внесла предложение.
— Беспокоишься об отце или просто любопытно, что же там происходит?
— А тебе не любопытно? — я взглянула на жениха.
Он поджал губы и призадумался. На его лбу залегла неглубокая складка. Выдохнув, Рауль всё же разжал руки и осторожно помог мне подняться. Затем сам немного неуклюже встал на ноги и потянулся за тростью. Нет, все же он не притворялся, и боль действительно была. Мне стало чуточку стыдно.
Развернув меня, Рауль затянул шнуровку на платье и поправил подол. Затем застегнул рубашку и сюртук, прикрывая брюки. Никуда тот самый возмутительный бугор не делся. Хоть и лорд попытался его спрятать.Хихикнув, довольно вздернула подбородок.
— Я бы на твоем месте, Бель, не особо-то веселился. В первую брачную ночь я же всё припомню и за каждое хи-хи затребую компенсацию.
— Золотом? — сболтнула не подумав.
— Натурой! — вот теперь довольно захихикал он...
... Мы тихо спускались с лестницы, вслушиваясь в пространство. До нас долетало эхо разговоров, но не в гостиной, а в кабинете отца. При этом голосила женщина. Неприятно так повизгивая.
Видимо, Рауль понял, кто это, потому как его рука сжала моё запястье.
— Я думаю, тебе сейчас лучше вернуться в комнату, Бель, и подождать меня.
— Почему? — я насторожилась ещё больше.
— Просто сделай, как я прошу.
— И не подумаю, — возмущено фыркнула. — Я желаю знать всё. Кто это там? Ты её знаешь?
— К сожалению, да. Но я не желаю, чтобы знала ты.
Всё вот теперь меня было не остановить. Мягко высвободив руку, я бодрым шагом отправилась вперёд.
— Ну, что за женщина? — проворчал, сокрушаясь Рауль. — Несносная упрямица.
— Вы сами выбрали себе невесту, лорд. Так что не вздумайте жаловаться, — фыркнула в его сторону.
— Несносная восхитительная, обворожительная упрямица, — быстро исправился он. — Но всё же позволь мне со всем разобраться, а после я позову тебя.
— Нет, — я покачала головой, — меня и без того всю жизнь водили за нос. Хоть сейчас правду узнать.
— Есть такие моменты, Бель, которые переживать не стоит.
— Я вот то же самое папе о свадьбе и замужестве в целом говорила, — позволила себе отшутиться.
Наверное, подсознательно я уже знала, кого там увижу. Появление этой женщины было не просто логичным, но и весьма предсказуемым. Я быстро шла вперёд и, наверное, выглядела со стороны весьма решительной и храброй, но в душе робела. Не готова я оказалась к встрече с ней.Да что там, я всю жизнь считала эту женщину неким мифическим существом. Вроде и есть, но никто ее не видел и не знал.
Вот видят боги, лучше бы действительно ею оказалась одна из работниц папиных борделей, там порой женщины встречались весьма достойные внимания.
— Бель, — Рауль снова попытался ухватить меня за руку. — Постой!
Но я лишь покачала головой. Разговор собравшихся в папином кабинете становился всё громче и беспокойнее. Градус накала там явно повышался.
— Вы не посмеете — визжала незнакомка, — не посмеете так поступить со мной. Кто дал вам право! Кто?
— Я, — раздалось в ответ ленивое от Дункана. — Что же вас не устраивает леди Гимера.
Услышав, как назвал незнакомку его Высочество, замедлила шаг.Нет, я все понимала. И догадалась обо всем. Но...
— Бель, — Рауль всё пытался не пустить меня в кабинет. — Вернись в комнату.
— Будешь всю жизнь меня оберегать от вот таких вот ситуаций? — я повернулась к нему.
— По возможности да, сердце моё. Хватит и того, что было во дворце. Эта женщина...
— ... моя мать, — закончила я за него. — Да, сложно это не понять Рауль. Если хочешь помочь — просто поддержи. Я, кажется, впервые за долгое время чего-то боюсь.
— ... Я не позволю так со мной обойтись! — тем временем вопили за тяжелыми дверями. — Вы обязаны назвать Мирабель победительницей, раз знаете, что девочек две... Моя дочь должна победить. Должна!
Уставившись вперёд, попыталась собраться с духом, вломиться в эту комнату и столкнуться нос в нос с этой крикливой аристократичной курицей. Даже стыдно немного стало за такую кровь. Вот всегда говорят: не бывает идеальных людей. Кажется, я нашла свой изъян, и он сейчас имел наглость что-то требовать у будущего правителя нашего королевства.
— Это какое же скудоумие нужно иметь, — выдохнула я.
— Если тебе от этого станет проще, Бель, то ты вся в батюшку, а он во всех кругах нашего общества человек уважаемый, — усмехнулся Рауль. Его рука мягко скользнула по моей талии. — Если тебе будет легче, я тебя придержу. Ну чтобы ты в порыве ярости вдруг равновесие не потеряла. Да и кидать кому-либо претензии всегда легче, когда за спиной собственный главный дознаватель королевства.
— Хм, — я собрала губки бантиком и призадумалась. — И то верно! А ты точно мой собственный?
— Твой, Бель, со всеми потрохами. Бери и пользуйся.
— И ты правда возьмешь меня на дело? — вернулась я к своим тараканам, так и не усмирив их.
— Через три года, — хмыкнул он, — как только сдашь мне экзамен по основным предметам.
— А если у нас появится малыш? — я пыталась прощупать все варианты развития нашей семейной жизни.
— То в этой комнате есть та, кто с превеликим удовольствием поможет тебе, — он указал на дверь. — К тому же ребенок учебе не помеха. Не вижу никаких проблем.
— И прямо согласишься, чтобы я была сыщиком? — я прищурилась.Ну не верила, что меня вот так легко впустят в мир мужских дел и интриг.
— Бель, — он покачал головой улыбаясь, — я впервые увидел тебя много лет назад. Ты настолько покорила меня своей непосредственностью, что я незаметно для себя влюбился, да так крепко, что готов серенады под твоими окнами горланить. Неужели ты думаешь, что я не изучил твой характер? Милая, если ты что-то хочешь, то лучше тебе это дать и подождать, пока ты наиграешься. А вот становиться на твоем пути — весьма опасно. Хочешь — получи!
— Хм... Что же, граф Хелиодоро, мысль стать вашей супругой мне потихоньку начинает нравиться.
— Бель, — мужчина закатил свои яркие сапфировые очи к потолку, — да я в комнате слышал твои слова любви. Не лукавь!
— Это было подло, Рауль, так себя вести, — проворчала в ответ.— Твой отец всегда говорил, что главное результат, а методы... Тут как получится. В любви и на войне...
Он не договорил. Его нагло перебили...
— ... Леди Гимера, вы слишком много на себя берете! — долетел до нас голос Дункана. — Ваша дочь вам ничего не должна...
— Мирабель всю жизнь готовилась к этому отбору! — шипела змеей женщина. — Она должна была попасть на него. Это все твои происки. Ты, Пауло! Откуда у нее это приглашение в Академию?... Всё ты... Зависть одолела, что моя дочь займет высокое положение, а твоя девчонка — никчемная. Ни титула, ни имени.
— Так! — голос Рауля сделался неожиданно злым. — Кажется, мы здесь достаточно постояли.
С этими словами он с силой толкнул тяжелую дверь.
Я даже сообразить ничего не успела, как оказалась в папином кабинете.
— А теперь мне в лицо повторите... леди, кто моя невеста, — рыкнул гневно жених.
— Лорд Хелиодоро! — пропищала удивленно женщина.
Я же приподняла бровь. А ведь видела её уже. Когда-то на рассвете у своего же дома. Именно её папенька весьма неделикатно запихивал в карету, спровоцировав затор на дороге.
Выходит, вот это кто был. Маманя собственной персоной!
— Лорд Хелиодоро, простите, — она глупенько хлопнула ресничками, — я не знала, что вы в доме. А по какому поводу?
— Вот только дурочку из себя не корч, милочка!
Мои брови взлетели ещё выше, потому как и этот голос я узнала.
— Люси! Милая, а как... — я быстро нашла свою старушку взглядом. — Но ты-то что здесь делаешь?
— Так сказала же, — она широко улыбнулась, — иду вечером с внуком судьбу его решать. Совсем он пропащий!
— Внук! — в моей голове словно деревянные пазлы сложились в одну картинку. — Ах, внук...!
— Я потом дам тебе трость и позволю себя ею отходить, — ровно произнес Рауль. — А сейчас я желаю услышать слова извинения. Никому не позволено оскорблять мою невесту. Никому!
— Вашу невесту?! — кажется, змеюка только сейчас обратила внимание на эти слова. — Так Анабель ваша невеста?
Я по глазам её хитрым видела, как быстро, даже стремительно, несутся мысли в её голове. Какая хитрость скользит во взгляде. Недобрая, черная.
— Так, выходит, она станет не просто графиней, а ещё и приближенной к трону! — наконец мысли вывели её к нужному выводу. — Неплохо для...
— А вот тут осторожней, — прошипел Рауль. — Лучше смолчать.
— Леди Гимера, перед вами новая наследница Лодоса. Анабель Лакруа! — пафосно представил меня Дункан. — А в скором будущем — Анабель Хелиодоро, графиня Наварро. Графство отходит к этому роду.
— А Мирабель? — шатенка мгновенно забыла обо мне. — Мирабель должна быть победительницей отбора!
— А Мирабель? — принц развел руками. — А Мирабель учится в Академии магии. И это её выбор.
— Нет!!! — из уст женщины вырвался злобный рык. — Она должна...
— Довольно! — теперь уже не выдержала я. — Она вам ничего не должна! Ничего! За что ей быть вам должной? Не смейте даже языком трогать её. Она хочет учиться. Это её выбор и у вас нет никакого права вмешиваться в её судьбу!
Дамочка открыла рот, но, видимо, слов не нашлось. Но и у меня их не осталось. Я даже не понимала, что нужно говорить этой особе. Она никаких фраз не поймет, потому как не станет и слушать.Меня передернуло от брезгливости.
— Леди Гимера, а вас не интересует собственная судьба? — воцарившуюся тишину нарушил ленивый вопрос Дункана.
— А что с моей судьбой? — женщина неуместно кокетливо передернула плечиками.
Я ещё раз скользнула по ней взглядом. Молодиться и сильно. Яркое золотое платье явно не к месту и не по возрасту. Следы слоя пудры на лице. И брови вроде как накладные.
— Лодос отходит Анабель. Здесь моё слово — закон! — как-то слишком медленно проговорил принц, будто общался с умалишенной. — Мирабель... а она более не ваша забота, леди. Завтра будет распущен слух, что молодая виконтесса прямо с отбора отправилась на учебу. А вы...
— Вы не посмеете снова отдавать победу этим де Морбэ! Победительницей должна быть моя дочь! Трон её по праву! — истерично завизжала наша незваная гостья, которую я даже мысленно не желала признавать своей матерью. Пусть будет — утроба, породившая меня.
— Леди, вы не находите, что принц Дункан вправе сам решать — кто станет его женой? — рявкнул теряющий терпение Рауль. — Вы бы о себе всё же начали беспокоиться. Потому как в Лодосе вам рады не будут.
— Что? Это мои земли и дом!
Папа, сидящий рядом с Люси и молча наблюдавший за всем этим представлением, криво усмехнулся и махнул на бывшую жену рукой.
— Это бесполезно, друг мой, — он вздохнул. — Что-то ей объяснять — дело пустое. Я весь вечер убил на нее и как результат... ноль. Боюсь, что у леди тихое помешательство на фоне отбора.
— Ну раз помешательство, значит, всё же направим её в королевскую лечебницу, — закивал Дункан. — Там и крыша над головой, и полное содержание.
— Ну раз с леди всё ясно, может, наконец, обсудим предстоящую свадьбу? — мгновенно встрепенулась Люси.
***
Первые солнечные лучи только робко выглядывали из-за высоких крыш городских домов, когда скрипнули широкие кованые ворота. Отец отворил замок и распахнул их, выпуская две лакированные, блестящие кареты. Одна чисто черная с темными занавесками, за которыми скрывался принц Дункан и Люси. Она же Люссиен де Форматье, бабушка графа Наварро-Лодоса.
Да-да! Именно так теперь звучал титул Рауля.
И вторая карета с гербом того самого графства. Её любезно отдала нам матушка.
Ну, как отдала... Её, в общем-то, и не спросили. Великая честь для этой полоумной.
Маменька теперь будет лечиться. Долго и принудительно. О том, что у нее проблемы с головой поговаривали давно. Только вот никто не желал ничего делать, и леди отчаянно чудила. Но теперь всё. О ней позаботится аж сам наследный принц так любимого ею королевства.
Во всяком случае все услышат именно эту версию произошедшего с ней.
Было ли мне её жаль? Считала ли я, что упечь её в лечебницу жестоко?Нет! Ни капельки и ни разу. По мне, так мало получила, мымра! Нечего было папенькой пренебрегать, и по койкам разных там королей прыгать. Хоть нас от мужа родила и на том поклон до земли.
Да вот такая я жестокая!
Но после того, как она обошлась со мной... С Мирабель... С папой!Нет, нисколечко не жаль. Я даже немного помогла, обмотав на ее шее шарфик, когда ближе к рассвету за ней прикатили санитары и увезли. Прощалась с нами она шумно. С визгами, с проклятьями, с обещаниями скорой расправы. Ну все по классике просто.
Пусть теперь сидит в лечебнице и планирует самую мстявую месть! Времени свободного у нее будет много.
Да, я злорадствовала. Ну и что! Эта женщина мне никто и жалеть ее я не обязана.
В общем, скатертью дорога. Думаю, Мирабель, когда все узнает, по маменьке плакать не станет. Так же, как и она в свое время, навестит ее два раза за девять лет и достаточно.
Я вредно усмехнулась и помахала папочке ладонью, надеясь, что уже вечером снова буду дома. А может и раньше.
— Это казалось мне сложнее всего, — пробормотал Рауль.
— Что именно?
Я удобнее устроилась на мягком широком диванчике и пригладила рукой мягкий бархат отбивки. Теперь это всё моё. И карета, и земли, и имение. М-м-м. Будет где развернуться.
— Убедить тебя, что замужество необходимо, — вздохнул жених. — Лорд Лакруа так и сказал — девочка домашняя и мужья ей неинтересны.
— И что ты?
Я дельно сложила руки на коленях в ожиданиях подробностей по плану завоевания себя.
— Да, ничего. Сказал, скомпрометирую и никуда не денется, — выдал Рауль без особых эмоций.
— Что? — у меня глаза, наверное, в два раза больше стали. — Вы, господин дознаватель, и правда думаете, что меня так легко против воли скомпрометировать?
— Да, — ни один мускул на его лице не дрогнул.
— И как бы ты это сделал?
Я аж вперёд подалась, желая узнать подробности.
— Легко, — он пожал плечами. — Арестовал бы и предложил альтернативу. Сделал вид, что пал под твоими чарами и быстренько охомутал.
— Фи, как скучно, — выдохнула и важно вздернула носик. — Не сделал вид, а действительно пал! И я бы не согласилась ни за что. Вы враг моего отца!
— Но ведь согласилась же, — он развел руками, уголки его губ предательски дрожали. Кажется, меня дразнят. — План слегка поменялся, Бель, но не суть. Главное, результат!
— Вы очень грязно играете, граф, — снова фыркнула и потянулась за его тростью. — Она ведь моя?
— Да, — он кивнул. — И она твоя, и я твой, и что ты захочешь — всё твоё.
— Папа научил так говорить, да? — в моём голосе появились ворчливые нотки.
— Да, он так и сказал — не перечить и ничего не запрещать. Со всем соглашаться. В случае чего, плохие новости или запреты озвучивать, стоя у двери, чтобы успеть выскочить вовремя из комнаты.
Надувшись, я отвернулась к окну. Ну как с ребенком малым себя ведут, аж обидно.
— Я уже давно выросла, Рауль! — не выдержала повисшей тишины.— Боюсь, это не возраст, а характер, Бель. Милый, вздорный, непосредственный. Очаровательный! Твой папа иногда выражает удивление, что твоя магия не огонь. А мне всё предельно понятно — ты вольный ветер. Свободный, шустрый и всемогущий.
По моим губам скользнула улыбка. Льстец! Какой подхалим! Но приятно! Ветер! О, да!
Отвернувшись, я выглянула наружу.
Город медленно просыпался. Редкие кареты. Груженные товаром повозки. Народ спешил на работу по вымощенным булыжником узким улочкам. Мужчины, женщины, дети... Они ныряли в арки, в переулки...Столица никогда не спала...
... Уже рассвело, когда Рауль, придерживая меня под руку, вел по коридору замка. Никто, кажется, даже не заметил, что я сбежала. Ну, почти никто.
Мы миновали четырнадцать однотипных высоких резных дверей и остановились у пятнадцатой.
— Всё закончится через каких-то два часа, — шепнул жених, склоняясь надо мной. — Мы услышим имя победительницы отбора, а после...
— А после мы, наконец, обсудим все нюансы свадьбы! — проворчала тихо подошедшая сзади Люси, прибывшая в замок на несколько минут раньше нас. — Всю ночь непонятно о чем говорили. А о важном умолчали! Платье, список гостей. Застолье. Столько хлопот! Всё утрясти, решить...
— Бабушка, — ледяным тоном произнес Рауль. — Детали после решения проблемы Дункана.
— Вот так всегда! — продолжила тихо ворчать она. — Сначала у него проблемы королевства, потом проблемы Дункана. Смотри, так холостяком и останешься. Пока будешь чужие проблемы решать.
— Бабушка!
— Ты знаешь, внучок, сколько времени нужно, чтобы сшить особенное свадебное платье? — Люси не унималась. — Твоя матушка ждала два месяца, только чтобы сделать заказ.
— Бабушка! — тон голоса Рауля сделался выше. — Супруг моей дорогой и горячо любимой маменьки не является главным дознавателем королевства. Прижму так, что за ночь все сошьют в лучшем виде. Просмотрю их выручку за год. Подниму все откровенно «серые» заказы и посчитаю, сколько они должны были заплатить денег в казну, а сколько внесли.
— А-м-м, — Люси встрепенулась, — Я полагаю, с рестораном так же?
— Да, бабушка! — зарычал Рауль.
— Ну хоть где-то ты шустрый.
— Ну, бабушка!
— Все, я в комнату. Бель, не задерживайся в проходе. Эта придурошная графиня Алье явится сюда со своим трезвольником с минуту на минуту, и все будут благодарны, если ты отправишь его все в тот же сад.С этими словами она скрылась за дверями моей временной комнаты.
— Постой, — Рауль придержал меня рукой, — один поцелуй, Бель.
— Два часа! Ты ведь сам сказал, а потом...
— Сейчас, Бель, — он склонился ещё ниже и коснулся моих губ.
Щелкнул замочек одной из дверей и показалась довольная донельзя герцогиня де Морбэ. Кажется, она подглядывала в щель. Слышать шипение внука и бабушки не могла, но вот подсмотреть и появиться вовремя... легко!
— Доброе утро, лорд Хелиодоро, — промурлыкала она, но Рауль даже не отпрянул.
Поцеловав меня, он улыбнулся и, развернувшись, молча ушел.
Де Морбэ проводила его взглядом и счастливо хохотнула.
— Какой же нужно быть дурой, виконтесса, чтобы, имея крошечный шанс получить принца, замараться о его брата-бастарда.
— Ой, герцогиня, — я высокомерно отмахнулась от нее, — у меня хоть будет сын короля... Да, — я закивала, — у меня он хоть будет...
Вот после этого я величественно удалилась в комнату, оставляя её в легком недоумении от моих слов.
***
Облачившись в самый шикарный наряд, отданный мне Мирабель, покрутилась у высокого зеркала, вмонтированного в дверь гардеробного шкафа.
Шикарно!
Легкий шелк струился по моим лодыжкам, светясь чистым золотом в лучах утреннего солнца, проникающих через открытое окно. Изящная отделка кружевом по горловине и канту коротких рукавов придавали платью некую легкость и наивность. Изумительный широкий поясок бесподобно глубокого изумрудного цвета, обшитый стеклянным мелким бисером, выгодно дополнял его, отвлекая на себя взгляд.
— Ты просто красавица! — Люси широко улыбалась, разглядывая меня. — Мой Рауль — невероятный счастливчик. Такую красоту ухватил!
— И ты мне ничего не рассказала, Люси! К тебе хоть можно вот так вот просто обращаться?
— Тебе, конечно, девочка, можно, — закивала бабушка аж целого графа. — И ты меня пойми, я должна была знать, что за девушку так сильно любит мой шалопай. Какой у тебя характер? Привычки? А лучше всего истинное лицо человека раскрывается в общении именно с прислугой. А я как-никак бывшая управляющая восточным крылом замка. Вот и воспользовалась положением.
— И всё же, Люси, я немного обижена, я же тебе в жилетку плакалась. А ты всё это время знала, что к чему.
Моя пожилая интриганка только улыбнулась. Ну как можно было на нее сердиться?
— Анабель, внученька, а ну-ка, поставь себя на моё место. Внучок-то у меня драконьей крови. Они себе жен-то всегда по сердцу выбирали, пока на трон слабого полукровку не усадили. Он-то договорные браки с этим отбором и ввел. А в Рауле кровь драконья сильная. Она кипит. Нет-нет, так по лицу рябь из чешуек и пойдет. Понятно, что в любви он слеп.
Собрав губы бантиком, я призадумалась.
В её словах было зерно истины. Многие поговаривали, что и правящий монарх, и его единственный сын сильны кровью. И, видимо, не одни они, и лорд дознаватель тоже. Не зря он с рубином этим на трости ходит. Чтобы не фонтанировать черной магией. Я-то помнила, что в моей комнате творилось.
Выходит, правда, всё это про истинные пары.
Что некогда принцы-драконы из народа себе жен выбирали по зову сердца, и каждая имела шанс стать той самой единственной.
— Всё равно, Люси, злиться я на тебя не могу. Где я ещё найду такого подельника, который по итогу и меня переиграет? — хмыкнула я и кокетливо поправила вплетенный в волосы изящный золотой цветок, выполненный из того же шелка, что и платье. — Пора спускаться.
Люси кивнула, а в коридоре послышался легкий шум. Кажется, и девушки спешили стать свидетелями того, чем закончится этот фарс с «честным» выбором невесты принца.
Ко дворцу сегодня прибыло много карет с важными титулованными персонами. Маменьки и папеньки, тетушки и дядюшки участниц отбора... Все торопились узнать, чем обернется участие их чада в этом конкурсе.
— И кто ещё, кроме Рикая, обрел свое счастье? — тихо спросила, придерживая дверь перед Люси. Наверное, со стороны это казалось странным. Но, думается мне, многие здесь знают, что Люси не просто вдова отправившегося в чертоги к предкам королевского картографа, а ещё и бабушка бастарда самого короля.
Так что я просто махнула рукой. Буду сама собой. Если где оступлюсь — подстрахуют и все поправят.
— Да почти все при женихах. Это только де Морбэ на трон метила, остальные с головой на плечах. Партии выгоднее высматривали, — шепнула в ответ моя интриганка старушка...
***
... Большой тронный зал мгновенно покорил своим величием. Сейчас, когда все волнения ушли на задний план. Когда не нужно переживать, что тебя раскроют. Когда нет необходимости переживать, что кто-то устроит пакость или откровенно подставит, можно насладиться и архитектурой.Тем более что в Лодос я не особо-то и торопилась. И без меня там креветок наловят. Лучше уж в столице да при дворе...
Хм... Почесав подбородок, нахмурилась. Это что получается, господа контрабандисты, выходит, меня обворовывают? Из моего побережья морепродукты таскают. Непорядок!
Надо будет папочке внушение сделать.
— Ты чего такая задумчивая, Бель, — подкравшись со спины, Рауль здорово напугал. Еле сдержав эмоции, шумно выдохнула и недобро сверкнула взглядом.
— Простите, леди, — он галантно поклонился, — моё появление оказалось неожиданным.
— Ещё на колени упади, паяц, — шикнула на него Люси. — Под руку её и чинно веди в зал.
— Бабушка! — тихо процедил он сквозь зубы. — Я тебя прошу.— Это я тебя прошу! Много лет уже прошу — женись наконец и дай успеть с правнуками повозиться.
— Какие правнуки? — я вскинула бровь. — Об этом мы не договаривались.
— В зал оба! — скомандовал тихо этот седовласый деспот в белом передничке.
Засопев, Рауль спорить не стал, а, подхватив меня под локоток, потащил вперёд...
И оглянуться не успела, как оказалась стоять в первом ряду перед огромным полукруглым возвышением. На нем во всем величии стояли три кованых трона с мягкими бархатными сидениями. Не нужно было иметь большую фантазию, чтобы угадать в изгибах подлокотников, ножек, в форме спинки силуэт сидящего дракона. Гордого и высокомерного.
— Ты прости бабушку, Бель, — шепнул Рауль, склонившись неприлично низко, его дыхание легко касалось моего виска. — Она бывает слишком прямой. И шпион из нее просто превосходный.
— Я на нее не сержусь, — пожала плечиками, — её вполне можно понять. С таким-то внуком хочешь не хочешь, а ужом вертеться придётся.
Лорд дознаватель снова недовольно засопел, чем вызвал мою улыбку.
— Если хочешь знать, то Люси самое твоё большое достоинство, мой дорогой жених.
— Ну раз всё-таки жених, то я спокоен. Карта замка, кстати, у тебя? — вдруг поинтересовался он.
— Какая карта? — я невинно хлопнула ресничками.
— Семейная! — с нажимом выдохнул он.
— Не знаю никакой карты, не видела и ничего о ней не слышала.
— Она в единственном экземпляре, Бель.
— Ничего не знаю, — я задрала носик и изящно повернула голову в сторону, делая вид, что ещё не насладилась видом массивных драконьих королевских кресел.
— А если я покажу тебе сейф, где хранятся важные артефакты. Скажу от него код. Ты положишь туда карту? — зашел Рауль, с другой стороны.
Вот проходимец!
— Может быть, я и вспомню что-нибудь о какой-нибудь карте, — заинтересовано пролепетала, все так же глупо хлопая ресничками.
Наш разговор прервали громкие фанфары. На возвышение вышел герольд и поприветствовал появившуюся в зале королевскую чету и наследного принца.
Моё внимание привлек Дункан. Весь такой разодетый: в золотом сюртуке, на шее изумрудного цвета шелковый платок. Вот именно он и показался мне странным. Нет, даже не так. Я призадумалась и сверху вниз взглянула на свой наряд. Золотое платье, зеленый поясок. Подозрение усиливалось.
— Рауль, — шепнула и тут же ощутила, как мужская ладонь скользит по моей талии. И это у всех на виду! — Ты что творишь?
От возмущения забыла, что и сказать хотела.
— Компрометирую и распускаю сплетни, — мило пробурчал он, а у самого лицо такое счастливое. — Ты что-то хотела узнать?
— А да, — мой взгляд снова упал на нашейный платок принца. — Скажи, а кто мог знать, в каких цветах будет одежда Дункана?
— Все, — спокойно ответил он.
— Ага, а тебе не кажется тогда странным моё платье? — мой голос упал до шепота.
Как-то неуютно вдруг стало. Стою тут, наследного принца отзеркаливаю.
Рауль моргнул и опустил взгляд в мое неглубокое декольте, прищурился, пытаясь там что-то высмотреть, и тут же получил ощутимый толчок от меня в бок.
— Хм… а ведь и правда, на тебе императорские цвета. Видимо, матушка Мирабель была полностью уверена в её победе.
— Нет, она просто свихнулась на фоне прошлого отбора! — проворчала еще более недовольно. — Метила в королевы и тут такая подстава со стороны папеньки. Нехорошо он с ней, конечно, поступил…
— Бель, — шепнул Рауль практически мне на ушко. — Да она сама соблазнила молодого виконта, зная, что тот связан с тайной канцелярией. Окрутила с двойной выгодой: и чтобы его Величество на ревность вызвать, а заодно и выведать все секреты канцелярии. Так что тут ещё вопрос, кто и с кем некрасиво поступил. Твой отец в такую опалу попал за свои чувства! Если бы не бунт…
Рауль умолк, потому как снова заговорил Герольд. Он принялся расхваливать прошедший отбор и по очереди представлять участниц. В общем, я слушала его вполуха, наблюдая за королевской четой. Король был хмур. Густые брови с редкими седыми волосками сдвинуты к переносице. Губы поджаты. И в то же время была на его лице некая решимость, так выглядят люди, которые приняли волевое решение, с которым внутренне они не совсем согласны. Мой взгляд прошелся по королеве. Растерянная, немного испуганная и жутко нервная. Она дергано теребила в руках подол бархатного платья цвета темной меди. Мышцы на её скулах поддергивались, отчего можно было подумать, что её Величество разбил мелкий тик. Но это были всего лишь нервы.
— Рауль, — снова шикнула я, игнорируя тот факт, что он уже вовсю расцеловывает костяшки моих пальцев, — я чего-то не знаю, да?
— С чего ты взяла, моя прелесть, — в его глазах сверкнул озорной огонек.
А губы как бабочки порхали над моими пальчиками.
— Королева дергается, — прошипела я, пытаясь отнять собственную незаметно взятую в плен конечность.
— А у нее жизнь тяжелая, — столь же тихо шипел мой жених, не выпуская мою ладонь. — Под ней трон горит. И она пытается этот факт как-то принять.
Мой взгляд снова метнулся на бывшую соперницу моей матери. Она поймала его, и в этот момент очи уже не молодой женщины полыхнули такой лютой ненавистью, что я аж загордилась собой!
Так взбудоражить чувства человека, интересно за какие заслуги такое отношение?
Улыбнувшись в ответ, я бестолково хлопнула ресничками, чем окончательно добила несчастную коронованную особу.
— … Итак, право объявить победительницу нашего отбора предоставляется нашему несравненному Дункану Рамирье, принцу, Альманца!
Я уловила последнюю фразу распинающегося герольда и повернула голову чуть правее.
Дункан неспешно поднялся со своего трона. Вальяжно прошел вперёд и просиял, глядя на де Морбэ. Герцогиня в этот момент и сама сверкала от счастья, что начищенный туфель лакея. Рядом с ней стоял, чуть сутулясь, разодетый в пух и прах её довольный пузатый папенька — известный на все королевство торгаш. Его даже среди контрабандистов недолюбливали за вечное желание надуть, облапошить и кинуть.
Он ничего не производил, не строил заводов и мастерских, не засеивал поля и не содержал виноградники. Он лишь покупал и продавал. Давал взаймы и требовал проценты.
Мерзкий во всех отношениях тип.
— Победительницей нашего отбора стала, — Дункан выдержал паузу, играя у всех на нервах, — Найнела Дергю герцогиня де Морбэ.
В зале повисла секундная тишина и раздались овации. На лицах придворных дам появились фальшивые улыбки. Все старались лично поздравить купающуюся в лучах славы будущую королеву.
Без пяти минут тесть короля раздулся как павлин, став ещё более важным.
Я же откровенно веселилась, ощущая, как Рауль подтягивает меня всё ближе к себе и пытается украдкой сорвать поцелуй. Бесстыдник!
— Да-да, — Дункан дождался, когда восторги чуть поутихнут, и продолжил. — Мои поздравления герцогине де Морбэ. Она держалась достойно и заслуживает всяческих похвал. Но я хочу заявить, что несмотря на то, что победительница определена, свадьбы не будет.
И вот он момент, когда уголки губ мерзкой девицы медленно поползли вниз. Её глаза стремительно увеличивались, а кожа бледнела. Ещё бы, её же сейчас буквально отшили и прокатили мимо трона и короны.
Её отец явно хотел что-то сказать, но, видимо, чувство страха не позволяло перечить наследнику.
— Этот отбор последний, а вернее, заключительный, — Дункан продолжал распинаться с таким лицом, словно несет в народ благо. Хотя, может, так оно и было. — Я не сторонник договорных браков и считаю их губительными и нецелесообразными. Именно из-за них кровь великих предков в нас слабеет, а магия исчезает. Я принял решение воскресить давнюю традицию истинных союзов. И теперь обретение истиной пары — вот повод для свадьбы. Права таких женщин будут в приоритете, и если уже женатый в договорном браке мужчина найдет свою половинку в другой женщине, то прежний союз будет аннулирован и дама получит отступные. Но брак, заключенный как истинный, не рушим! Развод здесь недопустим!
Вот после этих слов королева вдруг заерзала на месте, и я поняла, почему под ней горит трон. Да уж. Ей явно не будет дела до проблем родственницы, кинутой на отборе, ей бы свой брак теперь сберечь, а то король любвеобилен, ещё найдет себе истинную даму сердца. С этого станется.
И судя по тому, как вспыхнули глаза монарха, разглядывающего молодых конкурсанток отбора, мысли его вращались в ту же сторону, что и мои.
Дэ Морбэ с вытянутой физиономией глазела на папочку, а тот неожиданно… Да-да… Всё на тех же свободных прекрасных дев, на мгновение позабыв, что пролетает мимо вступления в семью монархов.
Рауль тихо засмеялся, словно предвидел такую реакцию придворных лордов на слова принца. А меня это слегка возмутило.
— То есть я замуж за тебя выходи! Детей тебе рожай! За домом смотри! Уют вокруг тебя создавай! А ты лет через двадцать вдруг заявишь, что вон та двадцатилетняя фея — твоя истинная. Поэтому я должна собрать вещи в скромный дорожный сундучок и отправиться на выход! — процедила зло сквозь зубы прекрасно видя, как почти все мужики, что стояли рядом, весьма оживились.
Женщины же пребывали в легком шоке. На их испуганных лицах было столько неверия. Они во все глаза смотрели на своих мужей в тихой надежде, что услышат фразу...
— Не переживай, Бель, ты моя истинная! — нежно прошептал мой граф. — И жениться я на тебе буду с оговоркой, что никогда не оставлю.
Моргнув, вдруг сообразила, что стою так же, как и все, с открытым ртом и с мокрыми глазами.
— Это очень плохая идея, Рауль! — выдавила из себя. — Вы не имеете права на такую подлость!
— Моя прелестная девочка, и все же сколько в тебе невинности и наивности. Ну кому же нужны повальные разводы? Позволим Дункану вдоволь развлечься, а этим женщинам понять, чего стоят их мужья. Чтобы они им потом дома за закрытыми дверями доходчиво скалками объяснили, какие они любимые и единственные своим мужьям.
Приподняв бровь, я взглянула на улыбающегося жениха. Сегодня Рауль был без шляпы. Его слегка растрепанные волосы падали на лоб, частично прикрывая яркие глаза цвета глубокого моря.
— Так я истинная? — уточнила, чувствуя, что хочу ещё раз это услышать.
— Во мне сильна кровь дракона, Бель, — шепнул Рауль. — И во мне, и в брате. У его Величества много сыновей. Он вообще в связях неразборчив, тащит в постель все, что в платье и шевелится. Но только двое его отпрысков могут похвастать такой силой, что предки бы позавидовали.
— Почему так? — шепнула, слыша, как вокруг поднимается гвалт женского возмущения.
— Не знаю, Бель, — Рауль и вовсе, наплевав на этикет, прижал меня к себе и обнял. — Мне кажется, духам предков надоело смотреть, как их потомки катятся в бездну, забыв, кто они и какая кровь течет в их венах. А может, это магия нашего мира взбунтовалась и призвала драконов вспомнить себя.
— И что это значит? — в моей голове зашевелились корыстные мысли.
— Это значит, что у Дункана такая мощь, что его отец-король будет сидеть сейчас и молчать. Потому как единственный, кто мог бы помочь — глава тайной канцелярии — предан не ему, а наследному принцу. Нужно было не за юбками бегать, а смотреть, кого и куда ты назначаешь, — мой лорд усмехнулся. — Пока он тискал девок на троне, мы с Дунканом медленно, но верно, прибирали власть к рукам. Вот и всё.
— То есть ты у меня обладаешь некоторой властью? — я собрала губы бантиком, обдумывая положение будущего мужа.
— Ты так прекрасна, Бель, — прошептал Рауль, обжигая мой висок своим дыханием. — Другая бы уже давно разведала, насколько длинны мои руки и какое у меня состояние. Есть ли что за душой? А до тебя только начинает доходить, что я чем-то там обладаю. Именно этим ты меня и сразила. Всегда такая открытая, приветливая. Когда я приходил, ты широко улыбалась и высматривала, какие конфеты я держу в руках. Радовалась им, словно я драгоценности принес. В то время как дамы, за которыми я вроде, как и пытался ухаживать, фыркали, даже увидев бриллианты. И знаешь, я не испытывал рядом с ними и толики того удовольствия и счастья, которое дарила мне ты, благодарив за коробочку простых шоколадных конфет. Наверное, я всегда знал, ты та самая, что мои предки называли истинной. Поверь, я никогда от тебя не откажусь. Никогда!
Зажмурившись, я прижалась к нему и вдруг поймала на себе полный гнева взгляд де Морбэ. Представляю, что она сейчас чувствовала. Какую досаду, злость. Вот так на попе ровно проехаться мимо трона, пролететь над ним как фанера над столицей.
Умыл её, конечно, Дункан. А столько стараний было, интриг, подкупов! Даже Раулю обещала отдаться и все впустую.
Мой взгляд скосился в сторону. Графиня Алье тоже имела траурное выражение лица. Так оплошать! Дотащить на себе эту магическую бездарность до финала. Занавески ради нее поджигать, и в итоге сесть задом в лужу!
— Эх... Не быть де Морбэ королевой! — всё-таки позлорадствовала я, — а она так хотела, так пыхтела! Тебя в любовники зазывала. Облапать позволила в каких-то кустах!
— Я ЕЁ НЕ ЛАПАЛ! — с нажимом произнес Рауль. — И что за выражения при дворе. Бель!
— Ой, ну хорошо, граф, она позволила вам недопустимые вольности на лоне природы, — пролепетала я. — А вы лобзали её ручки, плечики и, боги ведают, что ещё после моего ухода.
— Вот боги как раз и ведают, как я устал повторять: я позволил себе всего одно касание! Потому как иначе проклятие не прицепить к ней! А мне ну очень нужно было, чтобы она открыла рот и рассказала обо всем. Я тебя умоляю, Бель! Ну, забудь мне это. Прости!
— До следующего «одного касания»? — я вопросительно приподняла бровь.
— Злючка ты моя ревнивая! Нет, мне и одного раза на всю жизнь хватило. Я его лет десять не забуду, а потом ты снова напомнишь! И чувствую еще и на моём могильном камне с любовью выдолбишь: «Здесь покоится проклятый изменщик! Мерзавец! Гад! А также любимый муж и отец»
— А всего-то нужно сделать невесте подарок и задобрить её, — процедила за нашими спинами Люси. — Всему тебя учить. Всё подсказывать. Как ты вообще в тайной канцелярии заправляешь?!
— Бабушка! — выдохнул мой бедный Рауль.
— Ладно прощаю, — улыбнулась я. — Но что там с дамами-то? Как браки будут сохранять?
— Дай Дункану насладиться этим представлением, он так долго этого ждал. Планировал, смаковал. Пусть порезвится, ведь скоро его ждет поездка в соседнее графство и новая высокая должность.
— Это ты о чем? — я аж загорелась любопытством.
— Один поцелуй и все расскажу!
— Пока не объявили о помолвке веди себя прилично, внук! — прилетело ворчливо нам в спину.
— Ну, бабушка! — взвыл главный дознаватель королевства.
***
Зал гудел. Возмущенные женщины. Редкое ворчание порядочных мужчин, коих оказалось меньшинство. При этом я видела и то, как быстро молодые кокетки принялись строить глазки графам да герцогам значительно старше их. И не волновало этих ушлых особ, что супруга рядом стоит.Как быстро вскрылась вся гниль этого высшего общества.
Я скривилась. Вот не зря мне здесь изначально не понравилось.
— Кажется, я склоняюсь к тому, что в Лодосе и климат лучше, и общество выше, — пробормотала недовольно. — Во всяком случае, семьи контрабандистов значительно крепче. Там мужики за свою жену шею свернут, а не променяют при первой возможности на молодую пустышку.
— Это потому что у них браки по любви, Бель, — хмыкнул Рауль.
Его рука шаловливо опустилась на мою спину и скользнула ниже, и тут же отпрянула, получив удар. Бабушка графа бдела и не позволяла внуку вольности.
— Мне не нравится этот ваш закон! — чем больше поднимался гвалт, тем сильнее во мне вскипало чувство справедливости. — Никому не позволено так обращаться с женщинами!
Голос мой крепчал в этом недовольном гаме!
Вскинув голову, я сурово взглянула на веселившегося принца Дункана. Наверное, было что-то такое на моём лице, что он вмиг стал суровым и громко несколько раз хлопнул в ладоши, призывая толпу к тишине. Его отец, откинувшись на трон, странно посмеивался. Королева же, бледная как моль, сжимала и разжимала подлокотник трона. Вот кому сейчас явно было хуже всего.
— Поговаривали, что она отказывает мужу в близости и не желает рожать ещё наследника, — тихо произнесла за нашими спинами Люси. — Вот ей сейчас всё и аукнется. Король-то ещё не стар. Вполне может стать отцом, а вот она...
— Все верно, бабушка, — кивнул Рауль. — Род драконов не могут продолжать одни бастарды да бедный Дункан. Земли достаются откровенным торгашам, не имеющим крепкого кровного родства с правящей династией. И это нужно пресекать! Нужны еще законные наследники. Кровь усиливать.
— Я так понимаю, именно так вы и купили согласие короля на эту аферу, — догадливо уточнила Люси.
— Да, бабушка, — Рауль закивал, — у него будет возможность жениться ещё раз. И есть большая надежда, что законных наследников прибавится.
— Что значит, земли достаются торгашам? — уцепилась я за другую его фразу.
Пока ждала ответ, осматривала успокоившуюся толпу. Довольные морды потенциальных гадов, готовых бросить жен. Испуганные лица самих жен, которые прекрасно знают, чего стоят их мужья.
Как-то жалко всех их стало.
— Это значит, что не должен иметь влияние и власть тот, кто не принадлежит к правящей семье. Иначе жди переворот. Я не зря тогда в лесу де Морбэ допрашивал, много интересного о её отце услышал и о его связях. К власти рвется герцог. Жаждет ее. Очень, маниакально даже как-то. Вот и вывернулся наизнанку, чтобы дочь его, как некогда дальнюю родственницу, к трону протащили через этот отбор.
— И это, я так понимаю, вы тоже его Величеству преподнесли? — допытывалась Люси.
— Естественно, и ему не понравилось, что его желают выдернуть из любимого трона.
— Земли герцогства скоро освободятся? — любопытничала я.
— Возможно, — мой жених снова кивнул. — Его получит семья его будущей супруги. Истинной.
— И насколько она будет истинной? — меня прямо раздирало желание узнать весь их план до конца.
— Насколько я знаю, у него есть любовница, которой он верен последние лет десять. И у них три замечательные дочери. Неплохо бы было их ему признать, женившись на ней. Думаю, все так и будет.
— Ну ты интриган! — я одобрительно закивала.
По залу снова разнеслись звонкие хлопки — Дункан призывал всех к тишине. И ему это удалось.
— Позвольте продолжить, — он пафосно склонил голову. Позер! — Я не договорил. Вернемся к тому, что жены, которых пожелает оставить супруг ради того, чтобы заключить союз со своей обретенной истинной, должны будут получить отступные на себя и на каждого малолетнего ребенка. Размер их составит...
Тут все замерли так, как Дункан выдержал паузу, а потом озвучил такое количество золотых монет, что поперхнулся даже герцог де Морбэ.
— Да такие деньжищи разве что король отвалить и сможет! — вырвалось у меня.
— А королю платить не обязательно, — хохотнула Люси. — Как посчитают все ее наряды и драгоценности, так ещё и должна ему будет.
— Именно так! Все имущество монархов по закону принадлежит королевству, даже ношеные панталоны, — выдал Рауль. — А другие здесь откупиться от теперь уже точно любимых жен не смогут. Золота не хватит!
— А почему теперь «уже любимых»? — я взглянула на него чувствуя — сейчас услышу нечто интересное.
— Ну, так если женщина захочет уйти, вдруг заподозрив, что муж ей изменяет с истинной, ему же платить, — а вот это Рауль произнес так громко, что на нас обернулись. — Никто не позволяет оставаться в браке и крутить на стороне с избранной.
— А вдруг она не избранная? — подыграла я ему.
— Пусть сначала при этой женщине в суде жене докажет, что она просто содержанка или любовница, а не избранная.
Женщины переглянулись и уставились на своих стремительно бледнеющих мужей. Ой, как любопытно. То есть раз изменил, так поди ещё докажи, что не избранная по большой любви тебя с семейной тропинки увела.
Я хихикнула.
— Ну, проходимцы! — выдохнула Люси. — Где же ты с этим законом был, когда я по замку любовниц твоего деда гоняла? Все они у него были любимыми! Все по велению его драконьей крови истинные!
— Хм... — Рауль странно хмыкнул, — Я в курсе, бабушка, каким был дед. Вот считай, что именно из-за него я и внес эти коррективы в закон. И пусть только запоют, что ходят на сторону, потому как влюблены в других. Да и вообще, жена будет вправе устроить проверку, а не истинная ли там завелась. И не стоит ли ей с сундуком золота уйти в сторону и не мешать счастью разорившегося мужа. По-моему, все справедливо. Этот придворный бордель с кучей бастардов пора прикрывать. А то выродимся все.
Народ снова зашушукался. Галдели опять же в основном женщины. Мужчины же прожигали короля взглядом, ожидая, что он вставит свое слово. Но его Величество молчал. Выглядел он довольным донельзя.
Видимо, уже мысленно женился на своей наверняка молодой еще любовницы и признал своих прелестных дочурок. Все остались в выигрыше...
Ну почти все... Я с ехидцей глянула на королеву.
— Вы же не забыли, что вечером предстоит помолвка? — вдруг зашептала Люси. — Я очень рассчитываю на то, Рауль, что ты не засядешь в своем кабинете и не забудешь приготовиться к этому замечательному событию!
— Бабушка! — в какой раз процедил мой жених. — Я это событие два года ждал!
— А не надо было ждать! — шикнула на него Люси. — Нужно было меня слушать и делать все согласно моего плана.
— Ну, бабушка!
— Не нукай мне, внук! Ты можешь быть хоть трижды главой тайной королевской канцелярии, а бабушку родную, тебя воспитавшую, слушаться просто обязан.
В ответ Рауль Хелиодоро граф Наварро лишь тяжело вздохнул, и ведь не поспоришь!