Глава 37

                На балу мы пробыли недолго, около полутора часов. Показали себя, как пару, выгуляли наряды и драгоценности и вернулись в Уотервик. Время было детское, часов девять-десять вечера. В крестьянских семьях, правда, все уже видели третий сон. А вот аристократы, особенно состоятельные, еще должны были бодрствовать.

         Однако замок как вымер. Ни звука, ни шороха. Даже прислуга не появилась, чтобы узнать наши с Ричардом пожелания.

– Хотел бы я знать, что тут случилось за время нашего отсутствия, – хмыкнул Ричард, внимательно оглядываясь.

– Вряд ли что-то хорошее, – проворчала я. – Боги, с этими родственниками из собственного дома выйти нельзя!

– Любите вы их, ваше сиятельство, – весело подколол меня Ричард.

– Просто обожаю, ваша светлость, – огрызнулась я. – Предлагаю подняться на второй этаж. А там уже я отдам приказ магии замка. И все выясним.

         Ричард кивнул.

         Мы молча поднялись по мраморным ступенькам лестницы, зашли в первую попавшуюся гостиную, уселись в кресла.

– Покажи моих родственников, каждого из них, – приказала я.

         Буквально сразу же одна за другой стали появляться картинки с моими родичами. Все они находились в своих комнатах. Кто-то то и дело подходил к двери, дергал за ручку, явно пытаясь выбраться. Другие с мрачными лицами сидели в креслах или на постели.

– Теперь слуг, – мало что понимая, приказала я.

         Прислуга тоже оказалась заблокированной, только на кухне. Все вместе в одном большом помещении.

         Я вопросительно посмотрела на Ричарда.

– Что-то мне это напоминает, – задумчиво пробормотал он и замолчал на несколько секунд. Затем вдруг спросил: – Когда вы стали законной хозяйкой замка?

– После смерти мужа? – уточнила я. – Я еще не входила в наследство, если вы об этом.

– Считайте, что вошли, – хмыкнул Ричард. – Замок признал вас полноправной хозяйкой. И его магия заперла всех живых существ внутри до вашего возвращения. Они не смогут выбраться из своего заточения, пока вы не прикажете замку освободить каждого из них.

         Я изумленно похлопала глазами.

– Вот так просто? Признала полноправной хозяйкой и заперла? А если бы я не захотела становиться владелицей замка?

– В таком случае вы здесь не жили бы, – ухмыльнулся Ричард.

         Я сдержала вздох. Дикие нравы. Ладно, пора освобождать этих невольных узников.

– И что мне нужно сделать, чтобы выпустить всех запертых? – уточнила я.

– Пожелайте это, – пожал плечами Ричард. – Произнесите, лучше вслух, что-то вроде: «Желаю, чтобы всех выпустили». Ну или укажите условия. Например: «Пусть магия выпустит из плена только тех, кто не имел дурных помыслов насчет меня и моего имущества».

– Тогда все родственники точно останутся взаперти, – сыронизировала я. – И не надо на меня так смотреть. У нас с ними взаимная любовь. Не следовало обкрадывать Алисию.

– Ваши родственники мало чем отличаются от остальных провинциальных жителей, – просветил меня Ричард. – Хотя и в столице встречаются такие экземпляры. Но там все же не надо выживать. Имеешь небольшой доход и не стремишься никуда пролезть, – проживешь. А в провинции без богатой родни никак. Особенно к северу, там, где нравы и круче, и жестче. Да и погода там не радует. Потому и держится весь род вместе.

– Вот именно: вместе, – подчеркнула я. – Небось, поддерживают друг друга. А не стремятся обобрать ту, кто сам не рад свалившемуся на голову богатству.

         Тут Ричард благоразумно промолчал.

         Я не стала продолжать этот никому не нужный  спор и попросила замок выпустить всех, кто был заперт, и родню, и слуг.

– Теперь что? – спросила я. – Надеюсь, мне можно отдохнуть?

– Конечно, ваше сиятельство, – ухмыльнулся Ричард. – Только служанку вызвать не забудьте.

         Совершенно наглый тип.

         Но я промолчала, дождалась, когда Ричард уйдет к себе, и тоже направилась в свою спальню. Там я действительно вызвала служанку и с ее помощью переоделась в плотную длинную ночную рубашку. Затем залезла под одеяло и постаралась расслабиться.

         Получалось не очень. В голове вертелась встреча на балу. Вот так внезапно столкнусь с родней кого-то из бывших мужей, со свекрами или братьями-сестрами, и даже не вспомню никого. Конфуз выйдет.

         Не то чтобы я действительно беспокоилась из-за таких встреч. Но не хотелось прослыть излишне черствой.

         Хотя, думаю, моя собственная родня уже разнесла по всей округе молву обо мне как о бессердечной эгоистичной дряни, не желающей проявить заботу ни о ком из нуждающихся.

         Я только вздохнула. Не жизнь, а вечный бой. И вот что им всем не живется спокойно, а?