Глава 18

Декстер Шайн Блинд

Он был спокоен и собран. Механизм запущен, все шестеренки поставлены на свои места. Остается только ждать и наблюдать будет система работать или где-нибудь произойдет сбой. Что-что, а ждать Декстер Шайн Блинд умел, особенно, если есть бутылка хорошего вина. Увы, после встречи с Алисией Фрейн ему постоянно приходилось держать свой разум чистым. С Ледяной Сталью всегда нужно быть готовым к бою, а с юной и необученной Ледяной Сталью еще и готовым разгребать последствия импульсивных поступков. Льдом малышка станет позже, лет так через пятьдесят, а пока что есть, то есть.

Декс потягивал из бокала насыщенный брусничный напиток и наблюдал за цирком, который развели лорд Фрейн и Оден.

– Я со всей ответственностью заявляю, что не имею к этому покушению никакого отношения! – это отец Алисии. Он размахивал руками и активно открещивался от непутевой дочери.

– Что ж, – Вегард, как всегда, сохранял спокойствие. Ему принесли новую рубашку и наложили заживляющие заклинания на рану. – Тогда я должен вынести приговор лично мисс Фрейн. Думаю, вы все знаете, что пролитая кровь Правителя карается смертью. Но прежде чем подписать приказ, я должен кое о чем спросить.– мужчина окинул собравшихся ледяным взглядом.– Нет ли здесь заступников для мисс Фрейн? Может, кто-то хочет убедить меня сохранить ей жизнь? Что думаешь, Оден?

Военачальника тоже успели подлатать. Заклинания превратили глубокие раны в рубцы, которые исчезнут через пару дней, оставив Одена прежним гордым красавцем, покоряющим девичьи сердца. Но Декстер девушкой не был, а бой с некогда бравым воином его разочаровал. Ничего не изменилось. С последнего сражения прошло много лет, а Оден Араксский не усовершенствовал ни свое мастерство, ни характер. Стал одним из тех, кто купается в славе и замирает в ней, как муха в янтаре.

Меж тем Оден расправил плечи.

– Несмотря на мою искреннюю привязанность к мисс Фрейн, я чту законы, отец. Та, что пролила кровь правителя, должна умереть, – актером военачальник был никудышным.

Декс едва сдержал смешок, хоть ситуация и не располагала к веселью. Они ходили по острию ножа и сейчас это острие должно было привести Вегарда Араксского к Алисии, хранящей самые важные воспоминания о заговоре. Как только он увидит, все встанет на свои места.

– А вы, лорд Фрейн, не хотите заступиться за дочь? – чуть выгнул бровь Вегард и откинулся на спинку высокого кожаного кресла.

Фрейн молчал, неловко пытаясь изобразить расстроенное лицо и одновременно казаться верным короне. Получалось, по мнению Декса, так себе.

– Дети не всегда слушают отцов, увы. Алисия достаточно взрослая, чтобы отвечать за свои поступки. Все, что в моих силах, это попросить вас не впутывать род и не губить моего старшего сына из-за проступка неразумной девчонки.

– Что ж, я готов рассмотреть вашу просьбу, лорд Фрей. Но для начала объясните, почему ваши люди забрали мисс Фрейн у моих гвардейцев и куда-то увели. Традиционно, перед вынесением смертного приговора Правитель обязан выслушать подвудимого.

Декс едва заметно дернулся, но тут же взял себя в руки. За Алисией должна была присмотреть Найт, она справится и не даст убить девушку раньше, чем правитель встретится с ней и заглянет в разум. Но тревога не отпускала, пальцы сильнее сжимали бокал.

– Простите, но я не давал команды увести Алисию, – удивился мастер Фрейн.

– Ложь, – одними губами произнес Декс, но нужный человек заметил.

– Хотите сказать, что в замке есть еще предатели и мисс Алисия сбежала? – чуть скривил губы в усмешке Вегард. – Что ж, я даю вам сутки, чтобы ее найти и тогда ваш род не пострадает. Поспешите, Фрейн. Я начинаю думать, что ваши острова стали рассадником предателей и убийц.

Тут Оден полыхнул так ярко, что слепой Видящий чуть не ослеп заново. Яростью. Обидой. Нетерпением.

– Отец, а что с ним делать? – почти выкрикнул военачальник, ткнув пальцем в Декса. – Он нарушил все правила, традиции и явно что-то передал Алисии. Мы должны взять под стражу Декстера Шайн Блинд. Есть все основания подозревать, что они заодно! Я не говорю о том, что сам Шайн Блинд до сих пор под следствием Халифата и как он оказался на свободе – большой вопрос, на который этот человек так и не ответил. Возможно, жена Великого Халифа тоже участница заговора…

– Кажется, слишком долго я был в море, – протянул Вегард, – и многое упустил. Декстер Шайн Блинд, вы заключаетесь под стражу до выяснения обстоятельств! Что касается леди Аннет. Оден, запомни раз и навсегда, что нельзя обвинять в заговорах правящую особу. Особенно, жену Великого Халифа. Он несколько вспыльчив, а мы, видят боги, положили слишком много народа в войне с Халифатом и чудом заключили пакт о соглашении. Не хотелось бы начинать новую войну. Есть подозрения, что в ней мы не выиграем.

Оден нахмурился, губы превратились в тонкую линию, а щеки чуть надулись. Если бы Декстер мог видеть это выражение лица, он бы вспомнил их первую встречу, когда обоим было по двенадцать лет. Тогда отец взял его с собой в дипломатическую поездку на острова. Декстер прихватил с собой маленький меч, подаренный отцом на день рождения. Ох, как Оден завидовал и смотрел на игрушку вот с точно таким лицом.

Но Декс ничего из этого не видел, он рассматривал призрачные потоки злости, недоверия и несогласия. Будь Оден у власти, он уже развязал бы кровопролитную войну с Халифатом, а может и еще с парой-другой регионов, которые давно примкнули к Объединенным островам и обладали большим влиянием.

А еще Декстер ждал. Ждал, когда Алисия позовет. Где бы она ни была, он найдет. Убить её не могли, скорее всего, лорд Фрейн рассчитывает ночью провести ритуал очищения памяти и только потом позволить дочери лишиться головы.

– Давай же, девочка, – прошептал Декс, когда в комнату вошли стражи.

– Не выпускать, – холодно бросил Вегард и кивнул на Шайн Блинда. – Он под арестом.

– Есть, ваше величество! – вытянулся по струнке самый рослый и плечистый парень, лицо которого скрывала привычная для гвардии железная маска. Голос звучал глухо. Не шутили над формой гвардейцев в столице только ленивые, называя шлемы-маски кастрюлями, но Вегард менять ничего не спешил. А служивые? У них приказ, они носят.

– Мое место заточения – этот кабинет? – уточнил Декс. – Даже постель не выделите?

– Не думаю, что ты здесь надолго, – фамильярно отрезал Оден. – Вечером устроим допрос, узнаем все подробности и отправишься к крысам.

– Надо уметь проигрывать, Од, – оскалился Видящий.

Дверь захлопнулась. От Алисии по-прежнему не было ни звука. Она должна позвать, должна. Декстер нахмурился и обратился к магии…

Вот только на этот раз магия молчала.

Алисия Фрейн

Сознание погасло внезапно. Вот я шла по коридору, окруженная гвардейцами правителя, и старалась не думать о том, что ждет меня дальше. Мы подошли к знакомой до боли лестнице в женское крыло. Значит, закроют меня в спальне, как и положено благородной леди. Ступенька, еще ступенька и… темнота.

Реальность вспыхнула болью в затекших руках и дразнящей щекоткой от капли крови на виске. Сколько я была в отключке? Ума не приложу. Одно знаю точно, я жива и не в своей комнате. В ноздри ударил сырой, гниловатый запах подземелий. Где-то в стороне шуршали крысы. Хорошо, что я не впечатлительная столичная мисс и не боюсь пауков, грызунов и других обитателей подземки. Иначе бы визжала во все горло, так как по шее, перебирая маленькими отвратительными лапками, кто-то полз. Кто-то такой же отвратительный как мой отец.

Открыла глаза и дернула головой. Насекомое упало, к счастью, не мне за шиворот. Дернула запястьями – звякнули цепи. Меня подвесили, как копченый окорок в кладовой. Сама не знаю, почему в голову пришло это сравнение, наверное, всему виной уркнувший от голода желудок.

Чуть шею не свернула, пытаясь найти окно. Маленькое, под самым потолком. Решетки, покрытые зеленым мхом-паразитом, сквозь них видна лишь полоска земли, камни и темнота.

– Ночь, – прохрипела, чтобы проверить голос. Он звучал глухо, но прекрасно отразился от стен темницы.

Вдоль позвоночника пробежал холодок. Полдня? Я потеряла половину дня! Ненавижу магов, а без папочкиной магии тут точно не обошлось.

Еще раз дернула руками, но увы, цепи оказались крепкими. Пальцами ног я едва касалась мокрого каменного пола и упереться, чтобы дернуть изо всех сил, не смогла, да и вряд ли меня заковали в том месте, из которого есть хоть малейший шанс выбраться. Отец знает, что делает.

Шаги я услышала издалека. Двое. Один из них шел в знакомом темпе, постукивая каблуками сапог по камню. Сотни раз я слышала эти шаги и спешила спрятаться, чтобы не столкнуться с лордом Фрейном. Сейчас у меня нет шансов.

Щелкнул замок. Вошли двое в балахонах, скрывающих лица. Как интересно, зачем такие сложности? От кого он прячется в собственном доме?

Взлетели блеклые артефакты-осветители.

– Доброй ночи, предательница короны, – капюшон упал, открывая мне лицо отца, что в полумраке выглядело испещренной глубокими морщинам восковой маской.

– Чей бы дракон рычал, – огрызнулась и еще раз дернула цепи.

– Начала учить поговорки Континента? Небось и чемодан уже собрала, – хмыкнул Оден, открывая свое лицо.

– Тебя спросить забыла, – попыталась сдуть прядь с лица.

– Хватит, – прервал едва начавшуюся перепалку лорд Фрейн. – Готовимся к обряду очищения памяти. Расставь это по углам, – он сунул в руки военачальника гремящую артефактами сумку. – Я пока сниму магическую защиту камеры.

Магическая защита? Значит, я в самой глубине подземелий. Эти камеры не использовались уже сотню лет, раньше в них держали самых опасных преступников, а члены рода Фрейн были при них надзирателями. Дед Вегарда Араксского снял с нас это бремя, даже не знаю к добру это или нет.

Оден справился быстро. Расставил все по местам и вернулся ко мне, скалясь, как голодный тигр. Он окинул меня ледяным хищным взглядом и, пользуясь моей беспомощность, подцепил пальцами подбородок.

– Даже жаль, что завтра тебе отрубят голову и наш брак не состоится. Сильная, красивая, строптивая… – последние слова он прохрипел мне в губы, накрывая их своими.

Тошнота. Это все, что я почувствовала и попыталась укусить обидчика. Это оказалось не так просто, но я справилась, вцепившись в его губу изо всех сил. Оден отпрянул и, дико улыбаясь, стер с нее кровь.

– Это было бы интересно. Я вернусь на рассвете, и мы немного поиграем. Твоя невинность богам ни к чему, а мне пригодится.

– Пошел ты, – рыкнула сквозь зубы.

– Непременно пойду, но сначала посмотрю на ритуал. Не хочу, чтобы твой отец все испортил. Я уже нашел тебе замену, будет неловко отказывать девушке.

Я зло билась в цепях, мечтая лишь о том, чтобы вырваться и разбить эту самодовольную рожу.

– Что-то хочешь сказать? – усмехнулся Оден.

Глянула на входящего в камеру отца. Отлично. Магия больше не заблокирована, тогда..

– Да, хочу. Эйнор…

Не знаю, что имел в виду Декс, говоря мне это слово. Но раз сказал, что найдет благодаря ему, значит найдет. Только бы он успел. Только бы его не схватили.

– Что за чушь? Зачем тебе руна справедливости…

Руна? Понятия не имею, о чем речь.

Лорд Фрейн не успел договорить. Грохот. Дубовая дверь камеры разлетелась в щепки. Ударной волной снесло отца, он рухнул на пол и накрыл голову руками. Оден успел увернуться и прижаться к стене.

– Темница. Твой сын. Лорд Фрейн. Ритуал изменения памяти. Все, как я и говорил, Вегард, – стоящий в дверях Декстер усмехнулся и переступил порог камеры.

Следом за ним вошли гвардейцы и правитель. Вегард, кажется, занимал все пространство небольшой мрачной камеры. В ней вдруг стало тесно и как-то душно. Мужчина обвел помещение взглядом и задержался на Одене, на секунду мне показалось, что в светлых глазах мелькнула острая как мороз боль. Но правитель тут же взял себя в руки, лишь губы сжал чуть плотнее.

– Что? – прошипел отец, поднимаясь. – Что происходит? Нас подставили!

– Вы сами себя подставили, Фрейн, когда ввязались в заговор под началом моего сына, – холодно оборвал Вегард Араксский. – Магические наручи и в соседнюю камеру! Фрейны служили моему роду верой и правдой много веков. Мне больно видеть вас среди предателей.

Тут же внесли кандалы, которыми сковывали Декстера, и надели на отца. Несмотря на подвешенное состояние, мне стало легче дышать. Неужели закончилось? Заговор раскрыт, отец и Оден под стражей. Наверное, сейчас поймают и остальных заговорщиков.

Вегард раздавал еще какие-то указания, я почти не слушала, следя взглядом за подпирающим стену Декстером. Он стоял, будто выточенная из старинного камня статуя, и не двигался. На глазах нет ни очков, ни повязки, но они почему-то закрыты, как у очень уставшего человека. Понятно, что ему веки не мешают видеть, но все равно выглядит странно.

Не сразу сообразила, что меня почему-то не спешат освобождать. Ах да, предательство рода. Моя судьба не изменится. Спасибо, папочка. Звякнула цепями, напоминая о себе.

Всех арестованных увели, в камере осталась лишь пара стражников, правитель и Видящий. Ну и я, висящая на цепях.

– Удивительно, впервые за сотню лет мы наполним эти подземелья узниками. Не то достижение, которое я хотел иметь в своем списке, но ничего не поделать.

Вегард собрался выйти, но его остановила короткая фраза:

– Ты обещал.

Не сразу сообразила, что Видящий только что обратился на «ты» к правителю. Фамильярно и коротко.

– Священный долг выплачен, – кивнул тот. – Что-то еще? – чуть выгнул бровь.

– Отдай мне её, – кивнул на меня Декстер.

– Суд. Есть протокол, который я не могу нарушить. Алисия Фрейн предстанет перед судом, как и положено. Она ранила правителя, она принадлежит к роду предателей.

– Она спасла тебе жизнь, – хлестнул короткой фразой Видящий.

– Я учту это при вынесении приговора…

Правитель Объединенных островов развернулся и вышел, тактично прикрыв за собой дверь. Двое стражников замерли у стены, ожидая, пока уйдет Шайн Блинд, но он не спешил.

– Ненавижу императоров, – огрызнулся мужчина себе под нос. К счастью, верные воины его не услышали, зато получили приказ. – Выйдите, я останусь здесь.

Двое переглянулись, но приказ выполнили. Хлопнула дверь, щелкнул замок, как сигнал к действию. Декс сорвался с места и подбежал ко мне. Легкое прикосновение к запястьям, и я больше не скована. Ноги затекли и не держат. Я мешком падаю вниз, но мгновенно оказываюсь в сильных руках. Они сжимают крепко и надежно. Неужели переживал за меня?

– Как кисейная барышня, – выругалась и вцепилась в широкие плечи. Ноги ватные, слабость после заклинания долгого сна упорно не хотела уходить.

– Хоть какое-то разнообразие. У меня в руках девушка, а не парень в юбке, – улыбнулся Видящий и, продолжая придерживать меня за талию, помог встать. – Даже жаль, что мы в тюрьме.

Коснулся щеки кончиком носа, и я вспыхнула. Уверена, сейчас на моем лице, вопреки слабости, нездоровый румянец. Намек оказался прозрачным, а рука на талии слишком горячей.

– Сам хотел разнообразия. Когда еще мы застрянем в древней тюрьме? – чуть отстранилась, пытаясь устоять на ногах и сохранить хладнокровие.

Боги, завтра меня будут судить, о чем я думаю? А о чем думает этот сумасшедший Видящий, делая такие намеки? Мы сходим с ума, совершенно точно. Или он ни на что не намекает, это просто у меня мысль не в ту сторону повернулась?

– У меня в Гнезде тоже есть тюремные камеры, неплохой вариант для первой брачной ночи, – усмехнулся Декс, за что тут же получил ладонями по плечам. – Ты заставила меня понервничать, будущая леди Шайн Блинд.

В следующую секунду меня вжали в сильное тело так, что наши сердца начали перестукиваться, чувствуя друг друга слишком близко. Один удар его – два моих, как у загнанного в ловушку зверька. Нет ни миллиметра, только пылающее тело к телу, только дыхание к дыханию, только…

– Я еще не согласилась выйти за тебя замуж, – вопреки словам, не сдержалась и уткнулась носом в его плечо. Вдохнула терпкий запах трав и немного пота, он так и не принял ванну после боя. – Зачем тебе жена из Ледяной Стали, Декс? – этот вопрос давно крутился на языке. – Я не умею создавать уют, дети меня ненавидят, я не могу молчать, когда нужно и совершенно не умею стоять в стороне, если происходит несправедливость. Зачем тебе такая жена?

– Думаю, я найду тебе применение в хозяйстве.

Меня целовали посреди грязной камеры, не оставляя шанса удержаться на ногах. Без него я не устою, какой бы крепкой ни казалась. Просто рухну на пол, на дно жизни и еще боги знают куда.

Согласна. Согласна. Согласна, если выживу. Согласна на всё, что этот мужчина готов мне предложить.

– Здесь нет запрета на магию, я могу вытащить тебя отсюда прямо сейчас, – произнес мне в губы Видящий.

– А утром вернешь на место, как будто так и было? – голова все еще кружилась, следить за своим языком оказалось выше моих сил.

– Зачем? Проберемся на корабль, который увезет нас на Континент, убьем пару-тройку злодеев и отчалим домой.

Витая в облаках, не сразу сообразила, что он снова пытается меня дразнить.

– Хотя бы сейчас можешь не издеваться? Никуда я с тобой не поеду! Всё! Передумала!

Оттолкнула изо всех сил. Думала, что удержит, но ошибалась. Я с визгом упала на что-то мягкое. Боги меня прокляни, откуда в камере ярко-алая софа с изогнутой спинкой? Поцелуи явно не мешают Видящему творить магию. Камера преобразилась и стала даже уютной, если так вообще можно назвать помещение с голыми, покрытыми плесенью стенами и зеленой от времени решеткой на крошечном окне под потолком.

– Есть хочешь? – еще один внезапный вопрос.

Раньше, чем ответила, Видящий сделал едва уловимый пас рукой и передо мной появился низкий столик с закусками. Я говорила, что обожаю магию? Совершенно точно, да.

А потом мы говорили. Я задавала много вопросов, он отвечал подробно и, надеюсь, честно. О своем Гнезде, о семье, о долге перед правителем. Впервые Декстер Шайн Блинд ничего от меня не скрывал, по крайней мере, мне так показалось. Отвечал честно и требовал честности в ответ.

Сама не поняла, как в процессе ужина оказалась на коленях у мужчины. Его горячее дыхание дразнило шею, а губы то и дело касались чувствительной кожи. Диву даюсь, как не подавилась, но на протесты не было сил и, что самое важное, желания.

Мне было все равно, что где-то рядом бегают крысы, пауки и боги знают кто еще. Пускай. Сегодня эта камера самое лучшее место в мире.

– Тебя освободят. Ты будешь жить, девочка – сказал он на рассвете, подарив мне поцелуй-обещание. – Встретимся на суде, не падай духом и не делай глупостей.

– Я уже натворила их на год вперед. Думаю, пока достаточно, – ответила в полудреме и проводила взглядом удаляющегося Видящего.

Что ж, до суда у меня еще есть время поспать. Не буду терять его зря!

Я слепо доверилась Дексу, но мне и в страшном сне не могло присниться, что через несколько часов он окажется на скамье подсудимых рядом со мной.