Глава 8

Алисия Фрейн

Он не пришел. Я прибежала на поле за полчаса до встречи, заплела волосы в плотную высокую косу, чтобы не мешали сражаться, и надела самые удобные брюки. На руку прицепила часы-артефакт. Хотела потренироваться до прихода незнакомца, но вместо этого то и дело скашивала глаза на запястье и светящиеся в полумраке стрелки. Полночь – его нет. Час ночи – тишина.

Я злилась, размахивая мечом, как палкой, забывая о технике боя. Нужно выгнать из себя злость, обиду и сжигающую изнутри ярость. Кто назначает встречу и опаздывает на целый час? Только настоящий негодяй.

– Отвратительный слизняк, сволочь, скотина, – я рычала сквозь зубы.

Холодной осенней ночью мне было жарко, как летом. Внутри все пылало, я горела, как печь в кузнице и с каждой минутой меха гнева раздували мой огонь все сильнее. Ледяная сталь? Пылающая сталь! Раскаленная добела, беспощадная.

– Только появись здесь, я… – взмах мечом, делаю шаг назад и замираю, врезавшись в человека.

Рука уже знакомым движением обхватила мою талию. Дыхание обожгло влажную от пота шею, а мгновение спустя её коснулась сталь. Настоящая и холодная как лед.

– И что ты сделаешь, беззащитная девочка? – мурашки по коже.

Сжала в руках меч, но вырываться, когда к горлу прижато острие кинжала – бесполезно. Если незнакомец захочет, то лишит меня жизни одним движением. Беззащитная.

– Ты опоздал, – напала словом.

– Ты дождалась, – получила ответный выпад и короткий смешок. – Твоя спина. Будешь так двигаться с мечом в руках, проиграешь испытание боем. И внимательность у тебя ни к черту, в настоящей битве ты была бы уже мертва.

Мужчина приложил кинжал плашмя к бьющейся на шее жилке. Я беспомощно вздрогнула от прикосновения ледяной стали. Время замерло, ожидая, пока незнакомец запустит его вновь. Но это сделал не он. Спустя вечность я не узнала свой осипший голос:

– Отпусти меня.

– А я все ждал, когда ты попросишь, – рука на секунду сжала рубашку в районе живота, но тут же опустилась.

Я свободна. Рванула вперед, как будто меня, раскаленную сталь, окунули в ледяную воду. Теперь нужно скорее вынуть, чтобы получился хороший меч, а не его жалкое подобие.

Обернулась. Мужчина стоял передо мной. Снова в маске, скрывающей все лицо. Теперь в свете шаров-артефактов я могла его хорошо рассмотреть. Чуть выше меня, он обладал коренастой фигурой с широкими плечами и сильными тренированными руками. Мой мастер меча говорил, что люди с такой фигурой самые опасные воины. В отличие от высоких и мощных, они могут легко уклоняться от ударов, а не полагаться только на прямой бой и открытую силу. Часто используют увертки, обманные маневры и благодаря им часто побеждают. Но, если этот враг владеет еще и силой, то он с таким же успехом может нанести и прямой удар.

Не знаю, зачем думала об этом, наблюдая, как незнакомец небрежным жестом подкидывает кинжал в воздух. Тот несколько раз переворачивается в воздухе и послушно ложится рукоятью в широкую ладонь, обтянутую черной кожаной перчаткой. Через секунду оружие уже в ножнах.

– Кто ты?

– Я обещал тебе урок, а не признание, – снова эта издевательская усмешка. – С твоими навыками боя нужно что-то делать, девочка, иначе в третьем испытании мы похороним невесту. Между репутацией и твоей жизнью женихи выберут первое. Предпочтут раскатать неумеху и уйти ни с чем, но не поддадутся. Если ты на это рассчитываешь.

Размеренно подошел к телеге с оружием и выхватил первый попавшийся меч.

– Нападай, девочка. Посмотрим, на что ты способна!

Декстер Шайн Блинд

Она была не так плоха, как показалось на первый взгляд. Вполне сносно держала удар, владела базовыми приемами защиты, но каждый раз спотыкалась о собственную прямоту и самоуверенность. Типично для новичка, который никогда не встречался с настоящим противником, но побеждал всех на тренировочном поле. Именно такие горячие головы в битвах гибли первыми. Декстер хорошо помнил своих новобранцев, с которыми много лет назад отправился на войну. Тогда он искренне старался не пускать их в бой сразу, давал возможность обкатать навыки с опытными воинами, но сделать это за пять дней пути практически невозможно. Тогда домой вернулось меньше половины.

– Давай еще раз! – скомандовал Декс, легко отбивая удар. – Знаешь, в чем твоя проблема, девочка?

– В чем? – Алисия серебристой вспышкой отлетела в сторону и, судя по звуку, отплевывалась от взметнувшегося в воздух песка.

– Тебя учили сражаться как мужчину, но даже с силой ледяной стали, ты проиграешь в прямом бою.

Он кружил вокруг неё, как ворон над добычей и точно знал – нервничает, теряет самообладание. Может, это и сталь, но точно не ледяная. Слишком пылкая, порывистая и яркая.

– Знаешь, кто может победить любого мужчину, даже самого сильного воина?

– Нет.

– Настоящая женщина. Коварная, как лисица, – лязг мечей, нападение отбито. – Обманчиво нежная, беззащитная и притягательная, как вода в лесном озере.

– Эти штучки нужны только простолюдинкам и Нежному Свету. Тем, кто не способен себя защитить с мечом в руках! – в голосе столько презрения, что оно подобно черному яду растекается вокруг.

За что Алисия Фрейн так ненавидит Нежный Свет и простых женщин? Откуда в голосе это пренебрежение и брезгливость? Декстер не мог угадать, да и не стремился. Ему не нужна душа Алисии Фрейн, ему нужна помощь.

– Ошибаешься, девочка. К хитростям в военном деле прибегают и мужчины, но ты, если научишься использовать свою настоящую силу, сможешь добиться большего, чем статуса взбалмошной наследницы состояния. Пока ты – товар, который отец хочет продать. Но только тебе решать, останешься ты навсегда глупой девчонкой или станешь, наконец, тем, кем создала тебя природа. Коварной и опасной ледяной сталью. Силой и хитростью в одном лице. Опасностью в чистом виде. Пока, Алисия Фрейн, ты просто ребенок.

– Я ребенок? – рыкнула зло.

Смеясь, Декстер вскинул меч. Скрежет металла о металл. Сталь скрестилась со сталью. Девушка так стремилась опровергнуть его слова, что только раз за разом подтверждала их.

Алисия замерла напротив, коснувшись его лица теплым дыханием. На улице похолодало, мороз пробирал до костей даже сквозь плотную, зачарованную ткань костюма. Тепло казалось сейчас чем-то мифическим и далеким, но вот оно здесь. Совсем рядом.

– Где я ошибся, взбалмошная девочка? – чуть приблизил свое лицо к её, ожидая, что та отпрянет.

– Везде. Ты ошибся во всем, что сказал обо мне! – шептала она почти ему в губы, не боясь пораниться об острые края перекрещенных мечей. – Я не мягкая женщина, я ледяная сталь!

– Да? Тогда с меня еще один урок. Он тебе пригодится, когда ты проиграешь испытание боем.

Подался вперед и накрыл губы, несущие бред, своими. Декс все еще помнил неумелый поцелуй в оранжерее, на этот раз все будет не так. Железо шваркнуло о железо. Алисия первая опустила меч, уронив его в песок. Сначала растерянно замерла, но мгновение спустя приоткрылась навстречу. Вкус, дурманящий подобно аромату цветущей арании Свежая, сияющая чистым удовольствием и радостью, она отвечала на его поцелуй. Это будоражило лучше самых искусных ласк.

Алисия несмело обвила его шею руками, все еще ловя губами поцелуи. Едва заметной вспышкой среди сияния мелькнул триумф, он отрезвил Декстера, как падение в чан с ледяной водой.

– Ты один из женихов? – прошептала она, отпрянув. – Скажи мне.

– Смотрю, этот урок понравился тебе больше, чем предыдущий. Хватит придумывать глупости, девочка, тебе давно пора быть в постели.

Отступил назад, освобождая себя от нежданного наваждения. Ему и в голову не могло прийти, что выставив ловушку, он на несколько секунд сам в неё попадет. Будет наслаждаться ароматом и теплом, прикосновениями губ и сиянием.

– Я не девочка! – выкрикнула Алисия. – А ты просто невозможен! Я все равно узнаю, кто ты и найду. Даже не думай спрятаться от меня, ясно?

Развернулась и, швырнув меч в тележку, побежала обратно в поместье. Вот только Дектер прекрасно видел, что эта вспышка гнева – ложь. Алисия была счастлива, довольна собой и праздновала победу.

Какую? Узнал через пару минут, почувствовав колебания чужой магии. Сунул руку в карман костюма и вытащил оттуда круглый железный шарик. Изящная работа мастера, которого он хорошо знал. Абр Ну Риб все уши прожужжал, хвастаясь тем, что смог впечатлить своим изобретением всех Фрейнов, а юная мисс даже заказала ему этот великолепный артефакт.

– Что ж, я ошибся, – улыбнулся Декстер, перекатывая в пальцах шарик. – Иногда, Алисия Фрейн, ты все-таки бываешь женщиной.

Алисия Фрейн

Я, как завывающий за окном ветер, летела вперед по коридорам поместья. Неужели вышло? Маленький шарик артефакта теперь в кармане его костюма и рано утром я нажму кнопку, чтобы узнать, кто этот незнакомец на самом деле. Появлюсь перед ним, припру к стенке и устрою допрос с пристрастием. Представляю, как он растеряется.

Хотелось злодейски смеяться и бежать еще быстрее, а еще вымести из головы воспоминания о поцелуе. Но как его забыть, если он огнем горит на губах? Пряное дыхание, наглый язык и по-хозяйски властное нападение, выбивающее почву из-под ног. Я должна была воспользоваться моментом и, сунув артефакт в карман, оттолкнуть негодяя. Но он расплавил меня и мои намерения, как воск свечи. Губы сами отзывались на каждое прикосновение, приоткрываясь навстречу раз за разом. Я будто впервые попробовала южное вино, сделала всего один глоток, но этого так мало. Хочется пить его поцелую жадно, до последней капли, и не оставить никому больше.

Резко замерла проскользив влажными подошвами по каменному полу. Догадка обожгла разум. Так ведь не бывает? Невозможно вспыхнуть от поцелуя первого встречного! Да он же заколдовал меня, как тогда в лесу, когда впервые прикоснулся к животу сквозь ткань рубашки и лишил силы стали.

Точно. Скрипнула зубами и решительно стерла с припухших губ остатки поцелуя. Да как он смел? Воспользовался мной?

– Решил поразвлечься? – я зло смотрела в темноту коридора и сгорала от гнева. – Ничего, я тобой тоже воспользовалась, наглец. Завтра узнаем, кто посмеется последним.

Почти добралась до своей комнаты, когда заметила отделившийся от стены темный силуэт. Мужчина явно ждал меня и теперь решительным широким шагом приближался. Первый же светильник заставил меня выдохнуть. Это не мой загадочный незнакомец, а Оден Араксский собственной персоной.

– Гуляете по ночам, юная мисс? – в голосе коктейль из учтивости и угрозы.

– Люблю упражняться по вечерам, – ответила коротко и на всякий случай шагнула в сторону.

Как-то нехорошо блеснули эти голубые глаза, а губы сложились в тонкую кривую усмешку.

– И в чем же вы упражняетесь? Вышивание? Кулинария? – он двумя огромными шагами преодолел разделяющее нас расстояние и отрезал мне пути к отступлению.

– Владение мечом и пистолетом, – попыталась двинуться в другую сторону, но Оден снова преградил путь. – Что вы делаете рядом с женскими покоями посреди ночи, военачальник?

– Хотел сделать сюрприз своей невесте, пригласить посмотреть на звезды. Но подруги сказали, что вы уже спите. Удивительно. Такие воспитанные девушки, а прикрывают твои грязные похождения! – мужчина рыкнул сквозь зубы и схватил меня за предплечье. Игра в кошки-мышки ему порядком надоела.

Разворот и удар спиной о каменную кладку застали врасплох. Боль пронзила руку, в которую он вцепился медвежьей хваткой.

– Что? Вы забываетесь, Оден! – попыталась вырваться, но лишь поморщилась от новой боли.

– Я видел тебя на тренировочном поле и занималась ты там не военным делом! – он склонился надо мной, прижимая к стене плотнее. – Я имею право злиться, когда моя будущая жена ведет себя, как шлюха. Сначала ты даешь надежду неудачнику Ну Рибу, потом лижешься, как течная сучка, с каким-то мужиком!

Попала так попала. Взгляд Одена горит огнем безумия и ревности. Он зол и, кажется, готов ударить меня. Но я не поддамся. Только не тебе, самоуверенный кретин.

– Я не обещала вам свою руку, вы просто участник отбора! Такой же, как и остальные! – дернулась в сторону, но мужчина лишь усилил хватку.

Низкий шипящий смех разнесся по коридору. Только сейчас я поняла, что Оден нетрезв, у него изо рта пахнет клюквенной огненной водой, а то, что я вижу в глазах – не ревность, а пьяный инстинкт собственника. Он выбрал себе игрушку, но её пытаются отобрать. Двухметровый воин, огромный, как скала, капризничал подобно избалованному ребенку и вызывал только одно чувство – отвращение.

– А кто сказал, детка, что ты имеешь право голоса?

Огромная чуть влажная ладонь легла на плечо и медленно скользнула на шею, лаская кожу. Оден то сжимал горло почти до боли, то снова отпускал, позволяя глотнуть воздух.

– Глупышка. Ты веришь, что я приехал сюда ради участия в отборе? – снова дал немного воздуха, но больше не стал сжимать горло, а наклонился ко мне.

Лицом к лицу. Медленно провел пальцем по щеке, как будто гладил глупенького хищного зверька перед тем, как сожрать. Удивилась сама себе, но осталась спокойной. Я сегодня уже была в капкане, из которого не могла выбраться. Сейчас все было совсем иначе. Мой мозг холодно анализировал ситуацию, искал варианты и…нашел. Пока есть возможность двигаться, всегда есть выход.

Оден тем временем не затыкался:

– Ты давно принадлежишь мне и с этого дня веди себя так, как подобает будущей леди Араксской. Все поняла?

– Катись к демонам!

Да, у Алисии Фрейн есть голова. Мастер всегда просил об этом не забывать. Не забыла. Изо всех сил ударила лбом в кончик носа Одена Араксского. Он отпрыгнул от меня, рыча от боли, и тут же получил контрольный удар между ног.

– Я принадлежу только сама себе! И мне плевать, о чем ты договорился с отцом!

Выпалила и со всех ног рванула в женское крыло, пролетела через пустую гостиную и успокоилась только когда заперла дверь своей комнаты на ключ. Всё. Здесь ему меня не достать.

Выдохнула и медленно осела на пол. Безумие какое-то. Что значит, я принадлежу ему? Меня давно продали? Отец. Сорвала с запястья браслет и швырнула в стену. Тонкая красная линия по-прежнему обвивала мое запястье, лишая возможности противиться этому браку. Но я найду выход, не будь я Алисия Фрейн.

– Я разбила нос Одену Араксскому, – прошептала тихо и растянулась на полу, смеясь в голос. – Это ж надо…

Это безумие! Я бредила этим человеком, годами следила за его подвигами и восхищалась, а теперь…разбила нос и, черт возьми, горжусь этим.

Вместе с накатывающим смехом я избавлялась от волнения, своих детских иллюзий и глупых мечтаний о великом Одене Араксском, который на деле оказался самовлюбленным кретином.

Декстер Шайн Блинд

– Учитель, охота начнется после обеда и затянется на всю ночь до рассвета, – хмурился Джон, пробегая взглядом по тексту на свитке. – На заре каждый жених должен принести добычу к ногам невесты, а она назовет фаворита.

– И почему такой недовольный голос?

Декстер налил немного разбавленного вина в кубок и опустошил в один глоток. На губах мужчины играла хитрая улыбка, которую то освещало заглянувшее в окно солнце, то скрывала тень пробегающих по небу облаков. Мир изменялся каждую секунду, двигался, пока Видящий ждал ответ Джона и шаг навстречу от одной хитроумной ледяной стали.

– Не знаю. У меня плохое предчувствие, – морщинка между бровей ученика стала глубже. – Не могу объяснить.

– И не нужно. Предчувствие – важный талант для мага. Слушай его и готовься к охоте так, как считаешь нужным. Только не забудь костюм и артефакты. Думаю, ночная охота – прикрытие для нового сбора заговорщиков.

Джон думал точно так же, поэтому только молча кивнул в ответ и аккуратно засунул письмо в верхний ящик стола. Несколько секунд парень стоял, изучая взглядом рисунок из темного дерева, как будто пытался решить, говорить дальше или молчать.

– Говори уже, что случилось?

– Как вы и просили, я вчера проследил за Алисией Фрейн до её покоев. Не знаю, важно это или нет, но она встретилась с Оденом.

Кубок бахнул о стол. Декс резко обернулся и белесыми глазницами уставился на Джона. Первое время тот пугался такого взгляда, но сейчас, как и все, привык и рядом с ним Шайн Блинд не носил очки или защитную повязку.

– Так какого драконьего дерьма ты молчишь и докладываешь мне про идиотскую охоту? – провел пальцами по кубку так сильно, что жестяная поверхность скрипнула. – Мы до сих пор не знаем, что задумал Оден, а ты только сейчас говоришь о том, что наш единственный шанс раскрыть заговор общается с ним ночью в коридорах?

Джон закусил губу, чтобы не рассмеяться. Красноречивые эмоции на лице Видящего рассмотрел бы и слепой. Ревность. И относилась она точно не к эффективности расследования, а к чему-то совсем другому. Кому-то.

– Да там ничего важного! – махнул рукой парень. – Она ему нос сломала и яйца отбила. Я хотел вмешаться, но помощь не понадобилась.

– Серьезно? – Видящий улыбнулся. Оцепенение тут же спало с мышц спины, пальцы отпустили кубок. – За что?

– Это уже интереснее. Он сказал, что все решено заранее, она будет его женой и должна вести себя соответствующе. Потребовал подчинения. И еще, он сказал, что вы, – Джон осекся, – целовались с ней вчера ночью. Это, конечно, не мое дело…

– Да, – спокойно ответил Декс, – это не твое дело. А вот информация очень интересная. Есть запись разговора на артефакте? Занеси её в память. Это может стать косвенным подтверждением того, что отбор – просто шоу для дураков и прикрытие заговора. Нам нужны любые зацепки, и эта в том числе. Со всем, что касается девочки, я разберусь сам.

Расстегнул рубашку, рывком поднялся и бросил её на спинку кровати.

– Понял, Учитель. Сами разберетесь, – Джон вновь прятал улыбку.

– Вот и прекрасно. Продолжай наблюдать и во время охоты тебе придется вернуться в замок, чтобы встретиться с Найт. Как раз никого не будет.

– Оставить вас одного ночью в лесу? – парнишка чуть не икнул.

– Ты же не думаешь, что меня попытаются убить? – рассмеялся Декс и выпрямился, приподняв подбородок. Медленно отвел волосы с лица, как делал когда-то давно, когда воин Шайн Блинд собирался на битву, а внутри вместо непроглядной тьмы был сияющий азарт.

– Не знаю, но раз так надо, – Джон открыл дверь в купальню. – Ванна готова, Учитель.

– Отлично. Ближайшие полчаса меня ни для кого нет, – достал из кармана железный шарик-артефакт, подкинул его и ловко поймал в воздухе. – Что бы ни случилось, не беспокоить…

***

Декстер остался один на один с тишиной, легким плеском воды и ароматом весенних трав. Лишь магии известно почему лорд Фрейн разместил его в лучших комнатах поместья. Купальня была огромная. Здесь можно было найти все: от мятного масла до экзотического набора восточных ароматов, от шести видов полотенец до жестких пальмовых листов, которыми леди предпочитают натирать себе пятки, делая их нежными. У Декстера фетиша к женским пяткам никогда не было, а к своим он относился с чутким снисхождением, поэтому прошел мимо и, сняв штаны, еще раз с усмешкой подкинул в воздух шарик-артефакт. Положил его около шкафа со стопкой пушистых банных полотенец.

– Я буду долго смеяться, если она решит навестить меня сейчас.

От чугунной ванны на кривых ножках исходил теплый пар, опуститься в горячую воду и согреться в холодных стенах северного поместья, было чистым блаженством. Декстер хоть и любил север, но был истинным уроженцем Континента с умеренным климатом, цветущими лугами и смешанными лесами. Мужчина медленно опустился в воду и закрыл глаза, вдыхая знакомый с детства аромат равнин.

В эту минуту его не волновали политические интриги, странные сны и загадочные незнакомки. Только тишина, приятные воспоминания о юности, улыбке матери и…

грохот!